Новости
В других СМИ
Загрузка...
Читайте также
Новости партнеров

Подвиг 151-ой кустанайской бригады, или Как казахи Гитлера ловили

Фото : 10 мая 2010, 11:10

(Казахстанцы в штурме Берлина)

Тлеу КУЛЬБАЕВ, доктор исторических наук, профессор, академик Академии гуманитарных наук РК лауреат премии Союза журналистов РК

К этому городу стремились всю войну. «Дойдем до Берлина» - утверждали плакаты, «На Берлин!» - выводили танкисты на броне своих машин, «До Берлина осталось...» - сообщали запыленные дорожные указатели. Взятие вражеской столицы означало не только победу и завершение мучительно долгой войны, но и торжество высшей справедливости - смерть нацистского зверя в собственном логове.

В апреле 1945 г. перед советскими Вооруженными силами стояла основная задача - нанести последний решающий удар по немецко-фашистским захватчикам, взять Берлин.

«В течение всей войны, - вспоминал маршал Советского Союза Г.К. Жуков, - мне пришлось быть непосредственным участником многих крупных и важных наступательных операций, но предстоящая битва за Берлин была особой, ни с чем не сравнимой операцией. Войскам фронта нужно было прорывать сплошную эшелонированную зону мощных оборонительных рубежей, начиная от самого Одера и кончая сильно укрепленным Берлином. Предстояло разгромить на подступах к Берлину крупнейшую группировку немецко-фашистских войск и взять столицу фашистской Германии, за которую враг наверняка будет драться смертным боем».

Советское командование сосредоточило на берлинском направлении огромное количество войск общей численностью 2,5 млн человек, а также 41 600 орудий и минометов, 6 250 танков и САУ, 7500 боевых самолетов и много другой техники и вооружения.

В составе фашистских армий, оборонявших Берлин, насчитывалось миллион солдат и офицеров, 10 400 орудий и минометов, 1500 танков и САУ и 3 300 боевых самолетов.

Несложно подсчитать, что общее превосходство Красной Армии было весьма внушительным и составляло в артиллерии в 4 раза, в танках и САУ - в 4,1 раза, в боевых самолетах - в 2,3 раза.

Тем не менее, агонизируя, фашистские правители готовы были принести в жертву весь немецкий народ и его будущее. В изданном гитлеровским командованием 9 марта 1945 г. приказе говорилось: «Оборонять столицу до последнего человека и до последнего патрона… Эту борьбу войска должны будут вести с фанатизмом… на земле, в воздухе и под землей». Спешно сколачивались батальоны фольксштурма, в которые мобилизовывались невоеннообязанные всех категорий - старики, подростки.

К тому времени передовые части армий западных союзников СССР достигли Эльбы. И хотя, как было обусловлено на Ялтинской конференции, Берлин не входил в зону операций англо-американских войск, правящие круги США и Великобритании стали разрабатывать план овладения столицей фашистского рейха.

Однако советское руководство имело свой взгляд по данному вопросу - 16 апреля началась Берлинская наступательная операция.

ОТ КУСТАНАЯ ДО БЕРЛИНА

Хорошо известно, что в числе первых стрелковых дивизий, ворвавшихся в Берлин, была 150-я Идрицкая, ордена Кутузова 2-й степени стрелковая дивизия.

Эта дивизия вписана в летопись Великой Отечественной золотыми буквами хотя бы потому, что именно ее бойцы Егоров и Кантария водрузили над рейхстагом Знамя Победы. Однако далеко не все знают, что ядром этого соединения послужила 151-я стрелковая бригада, сформированная в казахстанском городе Кустанае.

История 151-й отдельной стрелковой бригады начинается 21 декабря 1941 года. В этот день группа офицеров и политработников приступила к формированию ее подразделений. Командиром бригады был назначен подполковник Леонид Васильевич Яковлев. Офицерский состав соединения составили выпускники различных училищ. Рядовой и сержантский состав призывался из Казахстана, Сибири и с Южного Урала.

В сентябре 1943 года 151-я отдельная стрелковая бригада, занимавшая рубеж обороны у озера Ильмень, была вместе с двумя другими бригадами переформирована в 150-ю стрелковую дивизию.

Формирование дивизии происходило без вывода подразделений в тыл. Стрелковые батальоны 151-й бригады объединились в 756-й стрелковый полк. В момент формирования полк был наиболее полнокровной частью дивизии, составляя половину ее личного состава. Кроме него в состав дивизии вошли 469-й и 674-й стрелковые полки.

Артиллерийский полк дивизии был создан из дивизионов бригад на базе артдивизиона 151-й стрелковой бригады, командир которого майор Гладких стал командиром артполка. Всё руководство формированием дивизии было возложено на штаб 151-й бригады, преобразованный в штаб дивизии. Командиром дивизии стал командующий бригадой полковник Яковлев.

Позднее за успешный прорыв линии «Пантера» в Прибалтике и овладение городом Идрица приказом Верховного Главнокомандования от 23 июля 1944 года дивизии было присвоено почетное наименование «Идрицкой».

Наступление на Берлин для 150-й стрелковой дивизии, которой командовал генерал-майор В.М. Шатилов, началось 16 апреля. А к вечеру 21 апреля, ломая ожесточенное сопротивление противника, 756-й и 469-й стрелковые полки ворвались в северо-восточные районы Берлина Каров и Бланкенбург и захватили их.

Наступающим частям Военный совет 3-й ударной армии вручил девять специальных знамен для водружения над рейхстагом. Знамя номер пять в Сто пятидесятой дивизии принял первый батальон 756-го стрелкового полка. Оно находилось в первой роте, которой командовал капитан Гусельников.

С каждым днем, с каждым часом всё ближе и ближе к центру германской столицы продвигались части дивизии. К 28 апреля 756-ой полк проложил себе дорогу по улицам Турмштрассе и Альт-Моабит до реки Шпрее у моста Мольтке. До рейхстага оставалось 500 метров.

Мост Мольтке был цел, но на его северном и южном концах гитлеровцы соорудили баррикады. Все подступы к мосту и сам мост находились под многослойным перекрестным огнем из орудий, разместившихся в сильно укрепленных зданиях на южном берегу реки.

Центром обороны моста и важнейшим прикрытием выходов на Кенигсплац и к рейхстагу служило многоэтажное здание Министерства внутренних дел, которое наши бойцы именовали «домом Гиммлера». Стены нижнего и полуподвального этажей здания достигали двухметровой толщины и были усилены земляными насыпями.

Почти целые сутки 29 апреля длился бой за «дом Гиммлера». Первым ворвался в здание взвод лейтенанта Кошкарбаева. Бойцы Кошкарбаева сбили охрану у дверей и овладели лестничными клетками. К утру 30 апреля «дом Гиммлера» был взят, и из его окон бойцы увидели в тумане большое темное здание рейхстага. Когда люди убедились, что это и есть рейхстаг, началось небывалое ликование, вспоминал командир 756-го полковник Ф.М. Зинченко:

«Рейхстаг наш! Ура! Ура! - закричали бойцы. Я говорю, что его еще нужно взять. Противник был кругом рейхстага, справа и слева. А мне отвечали: - «Товарищ полковник. Можете докладывать, что мы взяли рейхстаг, все равно мы его возьмем.»

Началась подготовка к штурму рейхстага. Все места в первом этаже «дома Гиммлера», откуда можно было вести огонь, были заняты артиллеристами и минометчиками. Солдаты сумели закатить несколько орудий даже на второй этаж - так сильно было желание вести огонь по рейхстагу.

В 4 часа 30 минут была предпринята первая атака. Она не удалась, и в 11 часов 30 минут атака была повторена. Две роты батальона Неустроева и первый батальон майора Давыдова вышли на Кенигсплац. До рейхстага осталось 300 метров, но огонь из всех видов оружия был настолько сильным, что атакующие были вынуждены залечь.

Из письма премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля президенту США Франклину Рузвельту. 1 апреля 1945 г.

«…Русские армии, несомненно, захватят всю Австрию и войдут в Вену. Если они захватят также Берлин, то не создастся ли у них слишком преувеличенное представление о том, будто они внесли подавляющий вклад в нашу общую победу… Поэтому я считаю, что с политической точки зрения нам следует продвигаться в Германии как можно дальше на восток и что в том случае, если Берлин окажется в пределах нашей досягаемости, мы, несомненно, должны его взять».

ПОСЛЕДНИЕ МЕТРЫ

На площади и во всем районе стоял страшный грохот от одновременных разрывов множества снарядов и мин. Горело все, что могло гореть. От дыма и пыли солдатам казалось, что наступили сумерки, хотя на самом деле был солнечный день.

Но вот установилось короткое относительное затишье. Полки дивизии получили пополнение и стали готовиться к новому штурму. Командир первого батальона капитан Неустроев решил ввести в бой свой резерв - лучшую в батальоне первую роту, в командование которой после ранения капитана Гусельникова вступил парторг роты и командир взвода старший сержант Сьянов.

Илья Николаевич Сьянов - сорокалетний бухгалтер из села Семиозерное Кустанайской области, служил в соединении с первых дней формирования. Листовка политотдела 3-й ударной армии, выпущенная через три дня после падения Берлина, отмечала, что в старшем сержанте Сьянове в последних боях «проявились настоящие качества советского командира. Спокойствие, выдержка, непреклонная воля чувствовались в каждом его действии».

Задача роты Сьянова - прорваться в рейхстаг, подняв за собой в атаку залегшие роты. Перебегая от воронки к воронке, от одного сваленного дерева к другому, бойцы добрались до широкого рва с водой, образовавшегося в результате незавершенного строительства линии метрополитена. Под огнем противника по переброшенным через ров рельсам и трубам солдаты преодолели преграду и бросились в атаку. За ними поднялись и другие роты, ранее вышедшие ко рву.

Стремительный бросок вперед позволил преодолеть последние метры и достичь стен здания. Не теряя ни минуты, штурмующие забросали гранатами двери, окна, проломы в стенах здания и ворвались внутрь.

Первыми на широких ступенях рейхстага оказались Пятницкий, Якимович, Прыгунов, Щербина, Ищанов. Младший сержант Пятницкий, водрузивший первым красный флаг на крыльце рейхстага, тут же упал, сраженный пулей. Флаг подхватил и установил на одной из колонн главного входа однополчанин героя младший сержант Щербина.

Вскоре на разных участках здания взвились флаги лейтенанта Кошкарбаева и рядового Булатова (674-й стрелковый полк), младшего сержанта Еремина и рядового Савенко (850-й стрелковый полк), сержанта Смирнова, рядового Беленова и Сомова (525-й стрелковый полк), сержанта Япарова (86-я тяжелая гаубичная артбригада).

Многие атакующие были сражены перед самыми стенами рейхстага, но их товарищи ворвались в вестибюль. Через некоторое время совместными усилиями трех батальонов первый этаж был очищен от фашистов, вынужденных основными силами уйти в подвальное помещение, а частью на второй и третий этажи.

В ночь на первое мая бойцы 756-го стрелкового полка Михаил Егоров и Мелитон Кантария водрузили над куполом рейхстага Красное Знамя № 5, полученное в политотделе армии, - Знамя Победы.

Бои в рейхстаге продолжались еще 1 и 2 мая. Противник предпринимал яростные контратаки изнутри и извне с целью отрезать ворвавшиеся туда батальоны. Здание горело. Нечем было дышать. Наконец в 7 часов утра 2 мая остатки фашистского гарнизона рейхстага сдались. Безоговорочно капитулировал и весь берлинский гарнизон.

В рейхстаге было убито и ранено до тысячи немецких солдат и офицеров, 1286 человек, в том числе 2 генерала и 10 офицеров взято в плен. За отвагу и мужество, проявленные в боях за Берлин и рейхстаг, все воины Сто пятидесятой дивизии были награждены орденами и медалями.

Большую группу награжденных составили казахстанцы: командир взвода разведки лейтенант Рахимжан Кошкарбаев, санинструктор сержант Бабек Бектуров, командиры минометных расчетов сержант Даден Керимбаев и старшина Абиш Вахтыгиреев, ездовой батареи противотанковых пушек младший сержант Кадык Сарсембаев, пулеметчик Петр Вицько, стрелок Иван Хилан, шофер ефрейтор Павел Барзилов, пулеметчик Каир Тюлюбаев и другие.

Командиру дивизии В. М. Шатилову, командиру 756-го полка Ф.М. Зинченко, командирам батальонов С.А. Неустроеву и В.И. Давыдову, командиру и парторгу роты старшему сержанту И.Я. Сьянову, разведчикам Михаилу Егорову и Мелитону Кантария было присвоено звание Героя Советского Союза.

Сто пятидесятая дивизия генерал-майора Шатилова была отмечена в приказе Верховного Главнокомандующего от 2 мая 1945 года, № 359.

Победа в Берлинской операции явилась результатом героических усилий всего советского народа. Это очень хорошо высказал один из участников штурма рейхстага: «Знамя Победы! На купол рейхстага его вознесли Егоров и Кантария. Но вместе с ними его водрузили и те, что бились на других фронтах, и те, что пали смертью героев, не дойдя до Берлина, и те, что в глубоком тылу ковали для нас оружие».

Из письма фронтовика Петра Стуколова семье в Джамбул. 12 мая 1945 г.

Привет, родные!

Сообщаю, что пока я жив и здоров, нахожусь в Берлине. Город мне не понравился, ибо разрушен основательно. Население Германии голодает, довоевались немцы до ручки. Полный ужас, по городу ехать жутко, кажется, этот город мертвый, но по улице с хлебом не дают пройти. Дети бегают за солдатами, прося хлеба. Жаль маленьких детей, которые в возрасте 4-5 лет подходят, ласкаются, как к отцу, садятся на колени, обнимают. Наши бойцы, забывая суровые дни боев, играют с детьми, кормят их, когда матери хотят их увести, дети плачут, не отходят от солдат…

Ваш отец Петр Стуколов. Полевая почта № 70648

РОДОМ ИЗ КАЗАХСТАНА

Судьба Победы решалась в каждый из 1418 дней войны, но штурм Берлина был завершающей точкой. В этой точке, поставленной на идеях расового господства, в этом финале мировой драмы сошлись судьбы многих казахстанцев.

Не все знают, что со штабом капитулировавшего немецкого генерала Кребса, находившегося в секторе имперской канцелярии Берлина, где был расположен бункер Гитлера, прямую телефонную связь установил алмаатинец, ныне покойный Михаил Миронович Коробов.

Он стал первым советским солдатом, попавшим в логово фашизма в Берлине. Рискуя жизнью, Коробов наладил телефонную связь с имперской канцелярией для ведения переговоров между временным немецким правительством и советским командованием.

Маршал Советского Союза Г.К. Жуков в своей книге «Воспоминания и размышления» упоминает еще одного нашего соотечественника - Кенжебая Маденова: «29 апреля 1945 развернулись наиболее ожесточенные сражения за берлинскую ратушу…Первым туда ворвался взвод лейтенанта К. Маденова из 225-й стрелковой дивизии…»

Победа ковалась не только на полях сражений. В летопись войны навеки вписан подвиг тыла. Тем более, что фронт и тыл были неразрывны. Даже в битве за Берлин.

В ноябре 1942 года руководство Турксиба получило приказ Государственного комитета обороны: сформировать и отправить на фронт паровозную колонну. На ее организацию давался всего месяц. Колонна из тридцати паровозов была сформирована за десять дней. За годы войны она прошла долгий путь по всем фронтам.

Первый паровоз, пересекший границу Восточной Пруссии, вел машинист колонны Федор Курносенко. Бойцы натянули между пограничными столбами шелковую ленту. Казахстанский паровоз на полном ходу разорвал ее своей стальной «грудью».

В дни подготовки к штурму Берлина колонна прибыла на главный участок Первого Белорусского фронта на пять дней раньше назначенного срока. Когда над рейхстагом взвилось Знамя Победы, в поверженный Берлин пришли паровозы турксибовцев. На этом был закончен боевой путь паровозной колонны. Общий пробег всех паровозов составил 2 миллиона 600 тысяч километров!

Командир батальона Сагадат Нурмагамбетов, ныне генерал армии, Герой Советского Союза, Халық Қа?арманы, первый министр обороны суверенного Казахстана, окончил войну в бункере Гитлера, в его разрушенном рабочем кабинете. Он рассказывал:

- Толстый ковер, стол, глобус - все, что осталось от несостоявшегося властелина мира, усыпавшего планету миллионами трупов… «Канцелярию войны» стерли с лица земли. На этом месте остался лишь неприметный холмик…

Да, ныне от нацистских идей мирового господства остался лишь «неприметный холмик». А подвигу советского народа, подвигу бойцов Красной Армии, подвигу дедов и прадедов нынешних казахстанцев жить в веках. Он будет всегда великим. Пока мы помним.


Больше важных новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:
Сейчас читают
Читайте также
Загрузка...
Интересное
Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс
последние комментарии
Последние комментарии