Новости
В других СМИ
Загрузка...
Читайте также
Новости партнеров

Интервью с региональным советником ООН по правам человека в Центральной Азии Рейном Мюллерсоном

Региональный советник ООН по правам человека в Центральной Азии - Рейн Мюллерсон: …В Казахстане в области защиты прав челове

Фото : 2 октября 2006, 14:49
Региональный советник ООН по правам человека в Центральной Азии - Рейн Мюллерсон: …В Казахстане в области защиты прав челове


Региональный советник ООН по правам человека в Центральной Азии Рейн Мюллерсон: «В Казахстане в области защиты прав человека произошли значительные изменения…»

Рейн Мюллерсон родился в 1944 году в Эстонии. Учился в Москве. В МГУ окончил юридический и параллельно филологический факультеты. Здесь же защитил кандидатскую и докторскую диссертации и работал в течение 9 лет. Затем работал советником по вопросам международного права у Михаила Горбачева, заведовал отделом международного права в институте Государства и права Российской академии наук. Был членом комитета ООН. В Эстонию вернулся только в 90-х годах прошлого столетия, где возглавил Министерство иностранных дел. В 1992 году его избрали профессором столетия Лондонской школы экономики и политических наук, одного из самых престижных вузов Европы. Затем последовало приглашение работать в Королевском колледже Лондонского университета, где он до сих пор заведует кафедрой международного права. В настоящее время Райн Мюллерсон находится в творческом отпуске и согласился поработать региональным советником ООН по правам человека в Центральной Азии. Женат. Двое детей.

Сегодня Рейн Мюллерсон любезно согласился ответить на наши вопросы.

- Юристов с таким опытом работы в международных организациях немного. Вы были свидетелем ломки старых стереотипов и рождения новых. Вот насколько изменилась ситуация с правами человека в Центральной Азии за то время, которое Вы работаете в ООН?

- Правами человека я занимался еще в 80-е годы. В 1988 году я стал членом ооновского комитета по правам человека. Я считаю, что до перестройки в СССР вообще нельзя было говорить о правах человека. Это не означает, что все было плохо, что всех били, сажали. Скажу больше - в медицинском плане, в образовании было даже больше хорошего, чем сегодня. Но прав человека - не было! Ведь права человека заключаются в том, что вы имеете их несмотря ни на что! Даже если вы не любите это государство, не уважаете это правительство, но вы имеете в этом государстве те же права, что и те, кто любит это государство, это правительство. Да, в Советском Союзе были уравнены социальные льготы. Все получали пенсию, решался вопрос с трудоустройством. Может быть, даже лучше, чем сейчас. Но при этом не было прав у человека. Потому что если он сказал, что он не согласен с политикой партии и правительства, он не только лишался льгот, но и свободы мог лишиться. Разве противник советской власти мог получить квартиру так же, как и ее сторонник? Он мог получить квартиру, но в местах не столь отдаленных… Государство должно обеспечить все ценности независимости любому своему гражданину, независимо от его политических и религиозных взглядов. Права человека состоят в том, что чтобы я ни говорил, чтобы ни делал - у меня все равно будут такие же права, как и у всех. Вот в этом и заключается суть прав человека. Поэтому я говорю, что в Советском Союзе прав человека вообще не было. В Центральную Азию я попал несколько случайно. В советские времена я никогда здесь не бывал. Ни разу не удавалось. Однажды меня пригласили в Кыргызстан читать лекции по правам человека от Фонда Сороса. Потом такое же приглашение последовало в Казахстан. В этот же период мне приходилось несколько раз возглавлять ООНовские делегации по Центральной Азии. Вот так началось мое знакомство с этим регионом. Чуть позже в ООН попросили меня какое-то время поработать в Центральной Азии.

С правами человека в Центральной Азии за тот период, который я здесь живу и работаю, практически мало что изменилось. Ведь я работаю с начала этого года и до конца этого года. Ну а за последние десятилетия произошли, конечно, коренные изменения. Во-первых, почти все страны стали независимыми. В мой мандат по Центральной Азии входят Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан и Казахстан, не входит только Туркменистан. Хотя я там тоже несколько раз бывал, но мои поездки в эту страну не были связаны с правами человека, то есть с той работой, которую я веду по правам человека в остальных четырех странах. Я не могу сказать, что во всех этих четырех странах ситуация с правами человека одинаковая. Есть проблемы везде. Где-то их больше, где-то - меньше. И области нарушения прав человека тоже разные. И работаю в этих странах я с разными организациями. Вот в Казахстане очень хорошие отношения у меня сложились с Министерством иностранных дел, с офисом Омбудсмена, с Комиссией по правам человека при Президенте, с органами судебной власти, с юридической общественностью, с вузами. В Узбекистане успешно сотрудничаю с Министерством внутренних дел, с тюремной администрацией. В Таджикистане несколько раз бывал. Самобытная страна. В Таджикистане успешно работают несколько сотрудников ООН, вот почему я там бываю реже. Основное мое наблюдение по всей Центральной Азии - это недостаточная развитость средств массовой информации и отсутствие серьезной оппозиции. Справедливо считается, что власть не любит оппозицию. Да, ни одна власть не любит оппозицию - ни на Западе, ни на Востоке. Но на Западе знают, что уже завтра они могут стать сами оппозиционерами. Поэтому к оппозиции относятся, так как хотели бы, чтобы относились к ним самим. А без сильной оппозиции не может быть процветающего государства.

Конечно, в области защиты прав человека в странах Центрально-Азиатского региона произошли значительные изменения. Особенно в Казахстане. 13 лет существует независимое государство. Прогресс очевиден. Есть независимая пресса. Но когда я говорю «независимая» - я имею в виду независимость в первую очередь от государства. Но от кого-то они все равно зависимые. Есть независимые телеканалы. Есть радио независимое. По ним нередко критикуют власти, но чаще местную власть! Есть свободный доступ и российским каналам и к западным… Есть немало партий, и среди них есть и оппозиционные. Это все большой плюс с точки зрения прав человека. Но вот последние выборы показали, что тут еще есть над чем поработать. В этих выборах я участвовал наблюдателем от ОБСЕ. Вместе с делегацией ОБСЕ ездил по избирательным участкам. Увы, но было много нареканий, нарушений. Я бы отметил - особенно в предвыборный период. Недавно я встречался с государственным секретарем и рассказал ему вот такой факт. Я приехал в Алматы и по дороге в гостиницу просто посчитал рекламные билборды. Где-то 15 рекламных плакатов от партии «Отан» и примерно 7 или 8 - от партии «Асар». Других не было. Остальные партии где-то на меленьких листовках, мелким шрифтом. А в Астане и от партии «Асар» не было билбордов. Только «Отан»! Или вот ОБСЕ сделала подробный анализ телевизионных передач. Это для того, чтобы увидеть объективную картину - сколько времени в эфире было уделено кандидатам, и какие о ком были материалы: положительные, нейтральные или отрицательные. Анализ показал, что был сильный перекос. Это, я бы сказал, была самая большая проблема для Казахстана…

- Такой перекос, как правило, зависел еще и от материальных возможностей кандидата…

- Не всегда. Например, партию «Ак жол» поддерживали многие состоятельные бизнесмены, и возможности у них были значительные. Но в этом случае был использован еще и административный ресурс, и это, естественно, привело к такому перекосу.

- Вы считаете, что было нарушение выборного законодательства?

- Я бы не сказал так. В законодательстве, как правило, особых проблем нет. Конечно, бывают и в нем погрешности, но они, как правило, незначительные. Проблемы в том, что власти в центральноазиатских странах очень сильно используют свой административный ресурс, особенно средства массовой информации. Нет равных для доступа всех политических сил к средствам массовой информации. Вот в этом главное. А без свободной печати, прессы не могут пройти открытые выборы. Я не говорю, что они были полностью закрытыми… В советское время, опять же, вообще и этого не было. Был один кандидат, и было традиционное голосование. А сейчас выбор есть. Но неравное участие в них всех политических сил говорит о том, что они не везде были прозрачными.

- В Центральной Азии как раз почти во всех регионах идет горячая предвыборная или выборная кампания. Есть у Вас какие-то наблюдения?

- Да, Казахстан первый завершил выборную кампанию. В Узбекистане выборы в двухпалатный парламент пройдут в конце года, в Кыргызстане в однопалатный парламент - в феврале. Везде еще только идет подготовительная работа. Но многие наблюдатели с интересом ждут результатов выборов, особенно президентских в Кыргызстане. Вот здесь одна из проблем - это то, что многие руководители многих постсоветских государств стремятся задержаться у власти… Это больная тема в Центральной Азии. В этом отношении я могу привести пример прибалтийских стран. Не секрет, что сегодня Прибалтика развивается успешнее многих. Она уже член Евросоюза. И в среднем доход на душу населения здесь значительно превышает, даже выше, чем в Казахстане, где есть и нефть, и газ, а в Эстонии, например, кроме янтаря, других природных богатств нет. В чем дело? Одно дело - в политике. А еще сравните наши правительства. Сколько их сменилось, сколько премьер-министров было в Эстонии - сосчитать трудно. Президент в Прибалтике - номинальная фигура. Он жмет руку иностранным гостям и никакой властью не обладает. А премьер-министра меняется через год, потому что это коалиционное правительство. То есть нет концентрации власти в одних руках. Единственными из бывших советских республик Прибалтийские страны стали парламентскими, а не президентскими. В этом плане, чем больше я анализирую, тем увереннее прихожу к заключению, что консолидация власти ведет к большим ошибкам. Есть, конечно, исключения, но это скорее, исключения из правил. По моему глубокому убеждению, власть никогда не должна быть сконцентрирована в одних руках. Она должна быть распределена.

И это позволит не совершать крупных ошибок. Крупные ошибки совершает, как правило, централизованная власть. Вот как Советский Союз.

Еще одна такая проблема в Казахстане в области защиты прав человека - это то, что арест и задержание в республике осуществляются органами прокуратуры. А международный документ ООН, в частности, Пакт о гражданских и политических правах, однозначно считает, что человека можно лишить свободы только по решению суда. То есть прокуратура не является судебным органом и не должна быть наделена такими широкими полномочиями. Арест - это лишение свободы и во многом отличается от заключения по приговору суда. Ведь иногда расследование занимает несколько месяцев или даже больше времени. И человек все это время может находиться в камере предварительного заключения. И естественно, здесь нужна санкция независимого органа, каким должен быть суд.

А в отношении выборов я должен сказать, что это только замечания. Все это можно воспринимать и как критику, и даже как позитивный элемент. Потому что в других странах я занимаюсь вопросами куда более серьезными, более глобальными. Например, вопросами смертной казни. Этот вопрос еще не во всех республиках Центральной Азии решен. Пожалуй, только в Туркменистане отменена смертная казнь и в Казахстане объявлен мораторий. Или вот недавно в Казахстане мы проводили семинар в колонии. Это, конечно, положительный фактор. Я знаю, что международные организации постоянно посещают исправительные колонии, тюрьмы. Активно работает международное бюро по правам человека. Это означает, что эти вопросы решаются. Им в республике уделяется внимание! Снижается количество заключенных в местах лишения свободы. И довольно значительно в последние годы. Это тоже положительный фактор. То есть в области прав человека на эти вопросы я, как представитель международной организации, меньше всего обращаю внимание. Есть другие вопросы - средства массовой информации, политические свободы, где, с моей точки зрения, существуют еще проблемы. Или вот недавно в Астане состоялся «круглый стол», на котором рассматривались вопросы ратификации Казахстаном международных документов по правам человека и присоединение республики к двум наиболее важным международный пактам. Это - международный пакт о гражданских и политических правах и международный пакт о социальных, экономических и культурных правах. Они еще не ратифицированы. Но в этом плане почти все центральноазиатские страны ратифицировали их. Слово и дело - за Казахстаном. К одному из этих пактов существует два протокола - они как бы отдельно идут. Вот первый протокол касается права любого гражданина республики на рассмотрение своей жалобы в Женеве. И второй, факультативный протокол, касается отмены смертной казни. В Казахстане пока существует мораторий, но смертная казнь еще не отменена. Вот эти вопросы мы обсуждали в Астане. Они наиболее острые. То есть в области прав человека в Казахстане есть значительный прогресс. Вот в этих самых трудных, самых болезненных вопросах Казахстан уже достиг положительных результатов, и остается только обратить внимание на дальнейшее развитии демократических процессов в стране.

- Как Вы смотрите на то, что Казахстан может стать председателем ОБСЕ?

- Лично я бы этого очень хотел. У меня ведь есть свой интерес - я работаю в Казахстане, и мне было бы очень приятно увидеть председателем ОБСЕ эту республику. Могу смело сказать, что потенциал есть! В 2006 году ОБСЕ должен принять решение по этому вопросу. Но для этого еще нужно решить оставшиеся вопросы. Это средства массовой информации и предстоящие президентские выборы - от того, как они пройдут, я думаю, будет зависеть решение этого вопроса.

- Спасибо.


Больше важных новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:
Сейчас читают
Читайте также
Загрузка...
Интересное
Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс
последние комментарии
Последние комментарии