ко дню рождения М.К. Ганди

ИДЕАЛ ОБЩЕСТВА НЕНАСИЛИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОМ УЧЕНИИ МАХАТМЫ ГАНДИ

Ненасилие - это идеальное состояние. Это цель, к которой все человечество естественно, хотя и неосознанно движется.

М.К. Ганди[1]

Абдыгаппарова Б.М. аспирант кафедры теории  и истории государства и права  КазГЮУ

Тенденции политико-правового развития, эволюция правопонимания определяют обращение к концепции ненасилия как необходимому вектору общечеловеческого развития. Не случайно 2001-2010 гг. объявлены Генеральной Ассамблеей ООН Международным десятилетием культуры мира и ненасилия. Обеспечить устойчивое развитие общества, охрану окружающей среды и всестороннюю реализацию возможностей каждого человека позволит осознание важности идеалов мира и ненасилия.

2 октября 1869 в индийском штате Гуджарат родился Мохандас Карамчанд Ганди, уже современниками прозванный Махатма (великая душа). Современные индусы называют его отцом своего народа. Однако Ганди популярен сегодня не только на своей родине, которой он принес независимость. Это фигура мирового значения, его имя занимает одно из главных мест в истории становления современной политической и правовой теории ненасилия. Не исключено, что проблема ненасилия может стать новым направлением и в науке о праве и государстве. К сожалению, отечественными учеными пока недостаточно изучены идеи Ганди о ненасилии. Одной из интересных концепций учения о ненасилии Ганди является концепция идеального общества.

О государстве. Ганди рассматривает государство как одно из неизбежных следствий цивилизации, основанной на насилии и ориентированной на увеличение материальных благ. Государство в его видении - это безликий аппарат насилия, отчужденный от общества, поработивший и эксплуатирующий создавшее его общество: «Государство представляет насилие в концентрированной и организованной форме. У человека есть душа, но поскольку государство - бездушная машина, оно никогда не может быть отделено от насилия, которому оно обязано самим своим существованием»[2]. Ганди признает, что проявление насилия неизбежно там, где наличествует любая форма общественной организации: «…Человек не может полностью освободиться от химсы. Пока он член общества, он не может не участвовать в химсе, которую порождает само существование общества»[3]. Особенность государственного насилия состоит в том, что оно перестало быть хаотичным, неорганизованным, оно приобрело системность, структурность, стало организованным и было закреплено законодательной процедурой, то есть стало легитимным. Насилие стало присуще самой системе государства независимо от того, какова его форма правления или политический режим. В ходе саморазвития система государства изменила характер связи с народной волей от подчиненности ей в соответствии с общественным договором к подчинению ее себе, стала независимой от народа и приобрела способы самозащиты, ставшие ее сущностными чертами.

Идеи Ганди о государстве являются анархическими. Ненасилие же проявляется в том, что Ганди не признает допустимым насильственное, революционное уничтожение государства. Следуя принципу ненасилия, он уверен, что государство само на какой-то стадии развития перестанет существовать, уступив место ненасильственному самоорганизованному обществу.

Идеал ненасильственной общественной организации.

Идеальное ненасильственное общество, по учению Ганди, состоит в том, что оно полноценно функционирует без какого-либо государственного регулирования. Это безгосударственное саморегулирующееся общество, просвещенная анархия, где каждый будет своим собственным правителем, и своим правлением не будет нарушать правление другого. «Общество, организованное и управляемое на основе полного ненасилия было бы чистой анархией… Ближайшим наступлением чистой анархии будет демократия, основанная на ненасилии»[4], - таким образом, Ганди выстраивает трехступенчатый путь к своему идеалу:

1)      от государства, основанного на насилии, к преимущественно ненасильственному государству;

2)      от преимущественно ненасильственного государства к ненасильственной демократии;

3)      от ненасильственной демократии к анархическому обществу ненасилия.

Ганди не описывает ненасильственное общество в деталях. Он признавал, что не может сказать заранее, каким будет устройство общества, полностью основанного на ненасилии, так как это будет нечто совершенно отличное от всех известных структур, существующих сегодня[5]. Ганди считал, что нет необходимости задумываться о том, какие формы примет общество будущего, так как самое главное - это принцип его построения, центральная идея - ненасилие. Он даже допускал, что государство как форма организации общества останется, но сильно трансформируется, претерпит кардинальные изменения своего основания. «Продолжает стоять вопрос: должно или не должно существовать государство в идеальном обществе. Я не думаю, что мы должны беспокоиться по поводу этого в данный момент. Если мы продолжим работать для установления такого общества, оно (государство - Б. А.) постепенно придет в такое состояние, что народ сможет иметь пользу от него»[6]. В любом случае существующее ныне государство является, по мнению Ганди, точкой начала и необходимым этапом движения к обществу ненасилия[7], Оно непосредственно участвует в становлении самоуправляемого общества.

Преимущественно ненасильственное государство[8]

и ненасильственная демократия.

Ганди понимал, что ненасильственная общественная организация - перспектива долгосрочная, немедленное осуществление которой невозможно. Подвергая критике систему государственного насилия, Ганди в то же время говорит о возможности преимущественно ненасильственного государства: «Я не настаиваю на том, что государство должно быть всегда основано на насилии. В теории вполне возможно допустить государство, которое на практике будет большей частью основано на ненасилии»[9]. Для этого, как считает Ганди, ненасильственным должно быть и само общество: «Я верю, что государство может управлять на ненасильственном основании, если подавляющее большинство людей ненасильственны»[10]. Преимущественно ненасильственное государство характеризуется Ганди как децентрализованная, демократическая, самоуправляемая, контролирующая свои институты власти, независимая политически, экономически и духовно деревенская община.

Ганди уверен, что для того, чтобы по праву называться демократическим государством, государство должно быть основано на ненасилии. «Демократия и насилие с трудом могут быть вместе. Государства, которые сегодня номинально демократические, должны либо стать откровенно тоталитарными, либо, если они желают стать по-настоящему демократическими, они должны смело стать ненасильственными»[11].

В преимущественно ненасильственном государстве государственное регулирование ограничено до минимума. «Самое эффективное властвование - то, которое менее всего заметно. Правильно практикуемая власть должна быть легкой, как цветок; никто не должен ощущать ее веса»[12]. Государство вынуждено применять принуждение для поддержания порядка и охраны справедливости в обществе, не достигшем совершенства, что Ганди не считает насильственным, так как принуждение используются с санкции и во благо самого общества. Для всех институтов преимущественно ненасильственного государства Ганди выдвигает центральное требование - быть слугами человека и общества, ставить своей целью благо каждого человека и общества в целом.

Преимущественно ненасильственное государство должно быть независимым, «независимость должна быть политической, экономической и духовной» [13], - писал Ганди. Под политической независимостью Ганди понимал отсутствие над данным государством власти иностранного государства: «Там, где управление в иностранных руках, что бы ни приходило к народу, идет сверху, и поэтому он становится все более и более зависимым»[14]. Независимость от иностранного государства также включает в себя отказ от заимствования иностранного опыта государственного управления. В сфере экономики независимость принимает форму поощрения отечественного производства и ограничения импорта товаров - свадеши. «Свадеши - это тот дух в нас, который заставляет нас ограничить себя использованием своего ближайшего окружения и отказаться от более отдаленного»[15]. Ганди считал недопустимой зависимость от импорта товаров, удовлетворяющих насущные потребности людей; товары же, удовлетворяющие ненасущные потребности, могут быть импортированы[16]. Ганди уверен, что нарушение принципа свадеши является причиной политической зависимости и экономической отсталости государств: «Глубокая нищета народа есть в значительной мере следствие губительного отступления от принципов свадеши в экономике и промышленности. Если бы никакие товары не ввозились из-за границы, Индия была бы сегодня страной изобилия»[17]. Духовная независимость, по Ганди, означает свободу от вооруженных сил, армия и полиция должны быть невооруженными. Государство должно поддерживать порядок внутри общества и защищать себя от внешних агрессоров, но исключительно ненасильственными методами[18].

В учении Ганди независимость - это также способность народа контролировать власть, переданную государству, быть ответственным за нее, и в случае необходимости оказать гражданское неповиновение несправедливому государству. «Независимость означает независимость народа,… а не тех, кто… правит этим народом. Правители должны зависеть от воли тех, кто теперь находится у них под пятой. Это значит, - пишет Ганди, - что они должны быть слугами народа, готовыми исполнить его волю»[19]. Ганди уверен, что настоящая демократия не может быть установлена государством, народ должен сам достичь ее: «Никакие постановления на бумаге никогда не дадут нам самоуправления. Никакие речи не сделают нас способными к самоуправлению. Только наши собственные действия сделают нас способными к самоуправлению»[20]. Ганди - сторонник полного самоуправления. Состояние, когда государство делает все, а люди бездеятельны, не соответствует сущности демократии. Демократия начинается там, где люди самостоятельно решают возникающие на локальном уровне вопросы, что обеспечивает адекватность, скорость, эффективность и экономичность управления. Ганди считал необходимым сокращение функций государства, которое должно принимать помощь общественных организаций, выполняющих часть государственных функций. Таким образом народ становится независимым.

В демократическом обществе при принятии решений не должно применяться правило большинства, решение должно считаться принятым только тогда, когда с ним согласны все[21]. «Правление большинства, когда оно становится принудительным, - писал Ганди, - не менее невыносимо правления бюрократического меньшинства» [22]. Безусловное следование мнению большинства нарушает принцип демократии об уважении позиции меньшинства: «Позвольте нам не… становиться рабами решений большинства… Если права меньшинств должны быть уважаемы, большинство должно толерантно и уважительно относиться к их мнению и действиям… Обязанностью большинства будет следить, чтобы меньшинства получали подобающее внимание и в других отношениях не подверглись оскорблениям»[23].

Ганди предлагал децентрализованную систему деревенских республик. Ненасилие и централизацию он считал несовместимыми, т.к. она ограничивает инициативу субъектов, возможность их самоуправления, принятия быстрых и самостоятельных решений. Будущую Индию Ганди представлял как совокупность самообеспечивающихся, самоуправляющихся независимых сельских общин, являющихся, фактически, самостоятельными государствами, причем без федеральной администрации[24]. На уровне общины Ганди предлагал отказаться от разделения власти на ветви, объединив все функции в одном органе, так как считал, что демократия в небольших сообществах должна реализовываться непосредственно[25]. Система контроля должна носить не вертикальный, а горизонтальный характер: «При такой структуре общества, которое будет состоять из бесчисленного множества деревень, будут все расширяющиеся, но не идущие кверху круги. Жизнь не будет, как пирамида с вершиной, поддерживаемой основанием, - она будет океаном, а в центре его будет индивид… внешний круг не будет иметь силу, чтобы раздавить внутренний круг, но придаст силы всему находящемуся в его пределах и будет черпать в нем свою собственную силу»[26].

Идеал всемирной

общественной организации

Учение Ганди об идеальной всемирной организации общества основывается на идее равенства и единства всех людей. «Я верю в абсолютное единство бога, а, следовательно, и человечества. Что из того, что у нас много тел? Мы имеем единую душу»[27]. Ганди представляет все человечество как единую семью: «Золотой путь - быть друзьями с миром и относиться ко всей человеческой семье, как к единой»[28].

Существенное условие всемирной организации - прочный мир и полное ненасилие. «Структура всемирной федерации может быть воздвигнута только на фундаменте ненасилия, а от насилия нужно будет полностью отказаться во всемирных делах»[29]. В первую очередь Ганди говорит о всеобщем разоружении и создании ненасильственной, неэксплуатирующей системы экономики, которая будет гарантировать всем равенство и социальную справедливость.

Важным условием здоровой всемирной организации является самостоятельность и независимость всех ее субъектов. «Международная Лига будет только тогда, когда все страны, большие и малые, составляющие ее, будут полностью независимыми… В обществе, основанном на ненасилии, самая маленькая страна будет ощущать себя такой высокой, как самая высокая. Идея превосходства и низкого положения будет полностью уничтожена»[30]. Свое благосостояние народ должен достигать своими силами, не используя другой народ как средство. Такое отношение к своему и к любому другому народу и есть здоровый национализм, без которого, как считает Ганди, интернационализм немыслим: «Интернационализм предполагает национализм - не узкий, эгоистичный, жадный дух, который часто проходит под именем национализма, но национализм, который в то время, как он настаивает на своей свободе и росте, будет презирать достижение их за счет других наций»[31], - писал Ганди. И он отвергал патриотизм, который превозносит один народ над другими: «…Я надеюсь постичь и осуществить миссию братства людей. Мой патриотизм... всеобъемлющий, и я должен отклонять тот патриотизм, который стремится торжествовать ценой бедствий и эксплуатации других наций. Концепция моего патриотизма - ничто, если она не всегда, не во всех случаях без исключения согласуется с наибольшим благом человечества…»[32]

Нормальным состоянием свободных и равных субъектов является их взаимозависимость, она воплощает их сущностное единство. Ганди писал: «Взаимозависимость есть и должна быть таким же идеалом человека, как и самодостаточность. Человек - социальное существо. Без взаимных общественных отношений, он не может осознать свое единство со вселенной»[33]. Так, хотя Ганди и проповедовал экономическую самостоятельность деревенских общин, но он был против их полной изолированности, считая, что она ведет к сепаратизму. Показателем самостоятельности государства является не его замкнутость, но, напротив, способность поддерживать сотрудничество с другими, пусть даже более сильными, государствами, как с равными.

Ганди уже в свое время видел тенденцию постепенного отказа от абсолютного суверенитета государств и развития тесного их сотрудничества, взаимного влияния, создания политической организации общества мирового уровня[34]. «Лучшее устройство мира стремится сегодня не к абсолютно независимым государствам, воюющим друг против друга, но к федерации дружески взаимозависимых государств. Осуществление этого может быть далеко впереди»[35]. Ганди был уверен, что всемирная организация общества, основанная на ненасилии - это неизбежное будущее нашего общества. «Однажды мы должны расширить наше национальное право до всемирного, равно как мы уже расширили право семьи, чтобы сформировать нации - большие семьи»[36].

Идеалом Ганди было всемирное ненасильственное правительство. В качестве переходного органа он предполагал всемирную федерацию, базирующуюся в основном на ненасилии[37]. Функциями этого союза должны быть обеспечение свободы наций, предотвращение агрессии одной нации против другой, содействие развитию отсталых народов, объединение мировых ресурсов во имя общего блага. До того, как станет возможным создание всемирного ненасильственного правительства, у всемирной федерации должно быть право применения санкций к нарушителям норм международного права. Говоря о Лиге Наций в Женеве (1931 г.), Ганди замечал: «Мне всегда казалось, что у Лиги недостаточно необходимых санкций»[38]. Возможность применения санкций к странам-нарушительницам имеет большое значение, по мнению Ганди, но это должны быть исключительно ненасильственные меры воздействия.

Таким образом, согласно политическому учению Ганди, организация ненасильственного общества формируется как на национальном, так и на планетарном уровне. Интересно, что ненасилие выдвигается Ганди как принцип и основание политической системы, и такой подход оказывается эффективным в решении ряда современных социальных проблем. Оригинальной представляется концепция Ганди демократии, а также независимости в свете идей ненасилия. Заслуживают внимания идеи о всемирной федерации и едином всемирном правительстве. В целом, несмотря на некоторые утопические черты во политических воззрениях Ганди, его прогнозы о верховенстве народной воли над государственными образованиями национального уровня и об объединении человечества во всемирную организацию оправдываются.

Список источников:

1. All men are brothers. Life and thoughts of Mahatma Gandhi as told in his own words. P., 1958.

2. Selections from Gandhi. Editor N.K. Bose. http://mkgandhi.org/sfgbook/index.htm.

3. The Collected Works of Mahatma Gandhi in 100 vol. New Delhi, 1994 (reprint).

4. The Mind of Mahatma Gandhi. Compiled & Edited by : R. K. Prabhu & U. R. Rao. http://mkgandhi.org/momgandhi/momindex.htm.

5. Bharathi K.S. Gandhian Approach to Rural Development. New Delhi, 1994.

6. Gandhi M.K. An autobiography: The story of my experiments with truth / Transl. from Gujarati by M. Desai. With a forw. by S. Bok. Boston, 1993.

7. Pyarelal. The Last Phase // Mahatma Gandhi (a multi-volume biography). Vol. IX, X (Part I (in two books), II). Ahmedabad, 1997 (2nd reprint).

8. Моя жизнь / Пер. с англ. Отв. ред. и авт. предисл. Р.А. Ульяновский. М., 1969.

9. Ненасилие: философия, этика, политика / Отв. ред. А.А.Гусейнов. М., 1993.

10. Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. М., 1998.

11. Лао-цзы. Дао дэ цзин / Пер. с кит. Ян Хин-шуна; Вступ. ст. и примеч. С.Ф. Ударцева. Алматы, 2000.

12. Мартышин О.В. Политические взгляды Мохандаса Карамчанда Ганди. М., 1970.

13. Ударцев С.Ф. О некоторых тенденциях глобальной эволюции государства и права. Караганда, 2004.