«Заявление Кожамжарова пугает возможностью возвращения к реалиям 37-го года», - юристы

 

Сегодня глава Агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции Кайрат Кожамжаров сделал вызвавшее крайне неоднозначную реакцию заявление о необходимости сократить число оправдательных приговоров, при этом сослался на тот факт, что новый уголовно-процессуальный кодекс, который начнет действовать с 1 января 2015 года дает возможность достичь намеченной цели.

«Господа офицеры антикоррупционной службы! Крайне важно помнить, что со следующего года мы начнем работать в новых правовых условиях. В соответствии с новым уголовно-процессуальным кодексом отменяются институты доследственной проверки и дополнительного расследования. Каждый вынесенный судом оправдательный приговор будет свидетельствовать о нашем, о вашем низком профессионализме. Мы обязаны обеспечить безупречность принимаемых процессуальных решений, став гарантами защиты прав граждан. Главным индикатором нашей деятельности станет повышение уровня доверия населения к новому агентству и его сотрудникам. Поэтому вы должны перестроить свое личное отношение к работе, поставив во главу угла защиту интересов наших сограждан. Мы должны исключить сложившуюся негативную практику погони за показателями, ваша деятельность будет оцениваться не по ведомственной статистике, а исходя из реальной коррупциогенной ситуации в регионе или госоргане», - сказал председатель антикоррупционной службы. Еще одним приоритетом, должна стать защита бизнеса от коррупционных посягательств, исключение вмешательства в деятельность предпринимателей», - заметил г-н Кожамжаров.

Заявление главы Агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции вызвало широкий резонанс в социальных сетях и в среде юристов, некоторые даже увидели в этом намек на возвращение к практике репрессий по советскому образцу 37-го года. Kursiv.kz опросил юристов, адвокатов и общественных деятелей и попросил их прокомментировать неоднозначные слова г-на Кожамжарова.

Адвокат по экономическим спорам Жангельды Сулейманов отметил, что в Казахстане в последние годы выносятся примерно 0.5-0.8% оправдательных приговоров, то есть 1 на 160-200 приговоров. Это очень низкий показатель, так как в цивилизованных странах примерно 25-35% приговоров являются оправдательными.

«Я не вижу никакой прямой связи между оправдательным приговором и низким профессионализмом предварительного следствия. Во-первых, прежде чем дело поступит в суд, оно находится на проверке у прокурора, то есть прокурор проверяет качество предварительного следствия, и в случае нарушений, прокурор возвращает дело обратно следователю. Во-вторых, с нового года вводится новый участник в уголовном процессе это следственный судья, который будет рассматривать все жалобы на решения и действия следователя в ходе расследования и давать оценку его качеству. В-третьих, обвинение в суде поддерживает не следователь, а прокурор, и даже при качественном расследовании, но при ненадлежащем поведении прокурора, суд может вынести обвинительный приговор. В-четвертых, некоторые адвокаты не раскрывают своих карт на расследовании и только в суде могут привести доводы, полностью оправдывающие подзащитного. Заявление г-на Кожамжарова я не считаю установкой для судов, потому что, суды независимы и к тому же вряд ли Кожамжаров имел в виду какое-либо давление на суды, он очень опытный чиновник. И я не расцениваю его слова как публичный призыв, это больше мнение о том, что его подчинённые должны качественно работать и не возбуждать дела по необоснованным причинам. Статистика по коррупционным преступлениям в части оправдательных приговоров показывает, что показатель значительно ниже, чем общий, так как более качественно проводится расследование. Подход государства о нелишении свободы в случае возмещения ущерба не имеет отношения к оправдательным приговорам, так как всё равно выносится обвинительный приговор с наказаниями без лишения свободы», - заметил г-н Сулейманов.

Адвокат Восточно-Казахстанской областной коллегии адвокатов Гульнара Жуаспаева заметила, что в законодательстве РК нет запрета на вынесении оправдательных приговоров, и если суд исходит из буквы закона, то требовать их уменьшения недопустимо. Непрофессионализм полиции и прокуратуры прикрывается судом путем вынесения обвинительных приговоров. Суд должен быть независимым и руководствоваться законом, и тем более не прикрывать пробелы следствия такими методами, заметила она.

«На слова Кожамжарова, что оправдательный приговор будет свидетельством низкого профессионализма антикоррупционной службы, хочу ответить, что нужно поднимать профессионализм и учить людей применять закон. Оправдательные приговоры должны быть показателем профессионализма суда и отсутствием его у органов обвинения. Суд не должен быть зависим от следствия, он обязан выносить приговоры самостоятельно. Однако в Казахстане в принципе практически не выносятся оправдательные приговоры, только лишь по делам частно-публичного обвинения. Главный вывод из заявления Кожамжарова, что оно является прямой установкой для прокуроров и судей, а также показывает прямую зависимость суда от органа обвинения», - сказала г-жа Жуаспаева.

Адвокат Алматинской городской коллегии адвокатов Джохар Утебеков заметил, что слова г-на Кожамжарова, конечно, не отражают позицию непосредственно судейского корпуса. Он информирует своих сотрудников о том, что новый УПК повышает требования к качеству расследования.

«В то же время у правоохранительных органов не должно быть столь болезненного восприятия оправдания, что заметно по его словам. В цивилизованном состязательном процессе это совсем не обязательно говорит об их плохой работе. Да и я сомневаюсь, что новый УПК повлечет заметное увеличение оправдательных приговоров. Суть уголовного судопроизводства остается инквизиционной. Без появления соответствующей политической воли и большей независимости судей ожидать реальных оправданий бесполезно», - заметил он.

Юрист Михаил Кленчин считает, что заявление Кайрата Кожамжарова вскрывает одну из главных проблем всей системы юстиции Казахстана - это изначальная нацеленность на вынесение обвинительных приговоров для укрепления в сознании граждан карательного принципа судопроизводства. Он отметил, что в Казахстане не только выносится всего один процент оправдательных приговоров, но и ровно такое же число отмененных заведомо непровосудных приговоров, в то время как в европейских странах их число составляет 15%.

«Оправдательный приговор не означает, что полиция и следственные органы плохо работают, просто суд состязательный орган, где могут всплыть новые важные обстоятельства, а подходить с той точки зрения, которую предлагает Кожамжаров - это абсурд. У нас если и выносятся оправдательные приговоры, то по частным обвинениям, таким как клевета, такие процессы как в случае с убийством, мошенничеством, там вообще почти нет оправданий. Почему так? Любой оправдательный приговор для органов следствия и прокуратуры - это почти ЧП. Я разговариваю с коллегами из других стран, и когда они узнают, что у нас отменяют всего 1% приговоров, то приходят в ужас, а мы это выдаем как великое достижение, что у нас такое совершенное законодательство, что лишь 1% приговоров так скажем с браком. Но такого не бывает, есть мировая практика, есть элементарна статистическая погрешность, в рамках которой около 10% приговоров выносятся с нарушениями и их нужно отменять. У нас сейчас суды просто выполняют функции прокурорского надзора, в большей степени и практикуют палочную систему, когда и полиция, и судьи гонятся за показателями. Еще любопытная деталь, когда все же удается добиться оправдательного приговора, то мы слышим, что это не адвокат хорошо поработал и доказал невиновность человека, а прокуроры недоработали», - сказал г-н Кленчин.

Юрист Сергей Уткин заметил, что главное, чтобы сейчас не началась связка прокуроров, судов и самого агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции, так как это «может быть страшно».

«Для судов наоборот, чем больше оправдательных приговоров, тем лучше, то есть это показывает профессионализм судьи, который смог, руководствуясь своими убеждениями прийти к выводу, что человек невиновен. Это подтверждение того, что работает и презумпция невиновности. Вот смотрите, у полиции США и ЕС профессиональные навыки в разы выше, чем у нашей, несмотря на это там не стыдно признавать, что не все решения правомерные и выносить в десятки раз больше оправдательных приговоров, чем в Казахстане. Я советую работника ведомства г-на Кожамжарова, если они видят, что дело не доказано, что оно разваливается на глазах переступать через собственную гордость и не доводить до суда, чтобы потом от него уже не требовать обвинительных приговоров. Вот и все решение проблемы. Пока у нас все оправдательные приговоры судьи буквально согласовывают с председателями коллегии. Вообще, когда зарождалось римское право, было три вида приговоров: обвинительные, оправдательные и человек остался под подозрением. И, как правило, по большинству дел выносился именно третий вид приговоров, в этом отношении с тех пор ничего не изменилось. Идеальных дел, где можно стопроценто доказать вину или оправдать человека единицы. Но, как быть, в третьем случае, на самом деле ответ на этот вопрос дает наша Конституция, признающая за человеком презумпцию невиновности, во-вторых, согласно казахстанским законам любое сомнение должно трактоваться в пользу обвиняемого. По логике по таким делам должны выноситься оправдательные приговоры, но мы этого не видим. На самом деле у нас, когда дело доходит до суда, максимум на что рассчитывают адвокаты это снижение срока и смягчение наказания, но никак не оправдания, мы часто сразу об этом говорим клиентам. Причиной такого репрессивного подхода является корпоративная солидарность. Сегодня вся система начиная от полиции, прокуратуры и заканчивая судами, превратилась в большую бизнес-корпорацию по выкачиванию денег», - заметил он.

Политолог Айгуль Омарова заметила, что ни один чиновник не имеет права давать прямые указания в отношении того, как и кому выносить приговор. Когда же чиновники говорят что-либо о наказании, пытаясь опосредованно воздействовать на судей, то это является прямым нарушением Конституции, где записано положении о независимости судов, заметила она

«Нужно помнить о том, что мы постоянно говорим о необходимости гуманизации наказания. Существующую на сегодня систему права нельзя назвать слишком мягкой. Более того, ряд статей в действующем законодательстве можно отнести к категории жестких, тогда как реальные сроки отбывания наказания в местах лишения свободы можно было бы заменить административными штрафами. С большим уважением отношусь к г-ну Кожамжарову, однако в корне не согласна с его заявлением. Ведь можно посмотреть и с другой стороны. Не секрет, что борьба с коррупцией у нас носит сейчас точечный, а не системный характер. И при таком подходе чаще всего можно ожидать, что под натиском одних клановых группировок вполне могут пострадать и невиновные люди. Поэтому оправдательный приговор можно считать показателем профессионализма судей. Самое главное, чего остро не хватает в нашей стране, так это духа и буквы закона. Иными словами, все должны быть равны перед законом, все должны знать, что наказание неотвратимо и что в судах есть подлинная состязательность сторон - обвинения и защиты. И к этому необходимо прибавить чёткость дефиниций, метко окрещённое народом: «закон что дышло - куда потянешь, туда и пойдёт». Вот такого как раз не должно быть. Когда это у нас будет, тогда мы и можем говорить о многом другом. И ещё. Нельзя размахивать жупелом борьбы с коррупцией и под эту гребёнку косить всех подряд. Очевидно, что тезис «лес рубят - щепки летят» в середине второго десятилетия 21-го века не применим, ибо тогда страна может оказаться на положении изгоя на международной арене», - сказала Омарова.

Политолог Айдос Сарым считает, что в том виде, в котором заявление г-на Кожамжарова прошло по лентам информационных агентств, можно говорить о том, что оно двусмысленное и отсылает к реалиям 1937 года в СССР и заветам товарища Вышинского.

«У нас силовые структуры в принципе все еще работают по советским стандартам и воспроизводят совковые стереотипы. Они по своей природе остались тоталитарными, все еще измеряют показатели судимости, игнорируется принцип состязательности, который должен быть в суде. Нужно активнее применять смягчения наказания и больше практиковать вместо реальных даже незначительных сроков, общественные работы. Мы пережили уже 4 правовые реформы, и ни в одной из них не было отсылки к детоталитаризации правосудия. Мы в этом году стали прямыми свидетелями избирательного правосудия. Когда за удар мухобойкой три года реально, или дело Арына, где говорилось о фактах коррупции в особо крупном размере условный срок, видели и прямой уход от наказания за смерть одного человека, и нанесение вреда здоровью 6 людям. Эти примеры убивают веру в закон. Показательно, что недавно представители партии «Нур Отан» отнесли себе в достижение, что к ним обратилось почти 503 тыс. человек по решениям суда, и они помогли им отстоять свою правоту. Но, здесь не радость должна быть, а ужас, что люди не верят судебной системе и последней инстанцией, где они ищут защиту, становится правящая партия. И потом, мы все знаем, что все еще есть понятие социально близкие элементы, тоже дело Арына это доказало, не удивлюсь, если также в суде развалится дело Серика Ахметова», - заметил Айдос Сарым

 

Автор: Аскар Муминов

 

 

27 ноября 2014, 10:23
Источник, интернет-ресурс: Деловой еженедельник «КУРСИВъ»

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код