Конституционная ответственность - составная часть механизма конституционной безопасности и защиты общественных интересов

 

Караев Алипаша Агаханович

к.ю.н., профессор Высшей Школы Права «АДИЛЕТ»

Каспийского университета

 

Конституционная безопасность как научная категория представляет собой политико-правовое состояние общества и государства, в котором действует реальная Конституция, правовые законы и режим законности. Отражая динамику конституционных процессов, она обеспечивает эффективность власти, ее сменяемость, ответственность и подконтрольность обществу, минимизирует риски конституционного развития, гарантирует экономическую безопасность и национальный суверенитет, а также правовую защищенность личности от произвола власти.

Содержанием конституционной безопасности всегда выступает правовая защищенность интересов личности, общества и государства.

Главной целью обеспечения конституционной безопасности является превентивное выявление угроз конституционного развития, наличие эффективного правового механизма разрешения политических кризисов и минимизация противоречий между ветвями власти.

Конституционное развитие современных государств показывает, что одной из главных составных частей механизма конституционной безопасности и защиты общественных интересов является реализация конституционной ответственности высших органов государственной власти.

По своему назначению данный институт является специфическим видом социальной ответственности, имеет сложную политико-правовую природу и негативные последствия для субъекта конституционного правонарушения. Данный институт является, по сути, определяющим звеном механизма конституционной безопасности.

Однако, действующее законодательство Республики Казахстан не выделяет его в качестве самостоятельного вида ответственности.

Вместе с тем, следует признать, что данный институт не рассматривается обязательным элементом механизма конституционной безопасности в тех странах, в которых сложилось гражданское общество, продуманы и сбалансированы система сдержек и противовесов. Динамично развивающаяся политическая система, наличие независимых средств массовой информации, открытая политическая конкуренция, ротация власти и другие факторы в совокупности являются гарантом соблюдения Конституции.

Анализ законодательства показывает, что субъектами конституционной ответственности могут быть высшие должностные лица, органы государственной власти, политические партии и другие участники правоотношений.

К индивидуальным субъектам относятся: Президент, председатели палат и депутаты Парламента, судьи Верховного Суда и члены Конституционного Совета, Премьер-министр и члены Правительства, Уполномоченный по правам человека и Генеральный прокурор, руководители местных представительных и исполнительных органов власти и депутаты маслихатов и др.

Коллективными субъектами конституционной ответственности являются: Парламент и его структурные подразделения, Правительство, Конституционный Совет, общественные объединения и политические партии и др.

Учитывая факт невозможности определить исчерпывающе весь перечень оснований наступления конституционной ответственности, можно лишь предположить, что нарушение Конституции может проявляться в форме несоблюдения Президентом, депутатами Парламента, членами Конституционного Совета и Правительства, судьями и другими государственными служащими текста присяги.

Другим основанием может быть нарушение принципа разделения власти, когда органы власти не соблюдают границы своих полномочий, принимают решения, повлекшие за собой экономический или политический кризис, не исполняют свои прямые конституционные обязанности, принимают неконституционные нормативные правовые акты, ратифицируют ущербные для страны международные договоры, т.е. совершают общественно (конституционно) вредные виновные деяния.

Например, признание Конституционным Советом РК законов, а также иных нормативных правовых актов не соответствующими Конституции необходимо рассматривать как специфическую форму конституционно-правовой санкции, способ опосредованного воздействия на участников законотворческого процесса.

При этом конституционное правонарушение, допущенное указанными субъектами, не составляет предусмотренного законодательством правонарушения, вместе с тем, содержит состав, является виновным поведением субъекта и основанием для наступления конституционной ответственности.

Формами ответственности (санкциями) могут быть вынесение публичного предупреждения в адрес высших должностных лиц государства, руководителей общественных объединений и политических партий; признание работы государственных органов неудовлетворительной; общественное порицание; отставка всего состава Правительства или отдельного министра; роспуск Парламента или одной из палат; лишение депутатского мандата; импичмент; лишение права занимать должности по государственной службе; временное отстранение от должности; запрет политической партии или иного общественного объединения; признание выборов (референдума) недействительными и т.д.

Зарубежный опыт показывает, что конституционная ответственность может быть как позитивной (возложение на субъектов правоотношений обязанности строго выполнять предписания Конституции), так и ретроспективной (когда ответственность может наступить за деяния, совершенные в прошлом). К примеру, в Польше и некоторых других странах, конституционная ответственность применима к лицам, пребывающим в должности, а также после отставки в течение 10 лет [1, с.12]. Данный институт имеет широкое применение и в других странах.

Примечательно, что проблемы конституционной ответственности поднимались и в работах казахстанских ученых, которые предлагают принять специальный закон, который бы детализировал вопросы конституционной ответственности высших органов государственной власти [2]. Видимо, законодательное закрепление об индивидуальной конституционной ответственности всех высших должностных лиц государства, а также коллегиальной ответственности органов государственной власти, политических партий и общественных объединений перед народом как единственным источником власти представляется целесообразным и необходимым. «Будет уместно, - отмечал в связи с этим профессор Сапаргалиев Г.С., - записать в Конституции, что государство, в лице своих органов и должностных лиц, несут ответственность перед гражданином и обществом за эффективность выполнения своих функций и полномочий. Фиксация и реализация такого положения имеет большое значение в преодолении отчуждения гражданина от политической власти, в подъеме его политического сознания» [3, с.30].

Особым субъектом конституционной ответственности является глава государства, к которому применима такая мера как импичмент. Появившись еще в XIV веке в Англии, как средство политического воздействия Парламента на исполнительную власть, со временем этот институт получил широкое распространение. Сегодня практически все современные Конституции предусматривают составы правонарушений, за совершение которых могут быть применены меры конституционной ответственности. Конституционная география его применения весьма разнообразна. Он применялся в США, Южной Корее, Литве. Попытки применения имелись в Израиле, России и других странах. Импичмент необходимо рассматривать не только как форму политической борьбы, но и как средство обеспечения принципа разделения власти и системы сдержек и противовесов. В большинстве стран основанием для импичмента является совершение тяжкого или иного правонарушения. Говоря об импичменте, нельзя исключать и фактор партийно-политического соперничества, сопровождающего традиционно современный институт парламентской демократии. Учитывая смешанную политико-юридическую природу данного института в отдельных странах, в целях обеспечения легитимности данной процедуры и обеспечения интересов «подсудимого» учреждаются специальные органы правосудия.

Между тем, следует отметить, что исследование глубинных причин применения данного института является объектом изучения других наук, однако в контексте настоящего исследования представляет научный интерес причины вовлеченности в этот процесс органов конституционного контроля, позиционирующих себя как исключительно правовые институты. Анализ конституционного законодательства показывает, что в большинстве государств мира, импичмент может быть применен только в отношении главы государства (Казахстан, Россия и др.), либо иных высших должностных лиц, круг которых определяется конституциями (Грузия, Польша, Литва и др.). В одних странах в этом процессе задействованы Верховные Суды (Кипр и др.), в других специализированные органы конституционного контроля (Германия, Литва и др.), в-третьих, и те и другие (Россия, Казахстан).

К примеру, в Российской Федерации, «Президент может быть отрешен от должности лишь на основании заключения Верховного Суда о наличии в его действиях признаков преступления, подтвержденного заключением Конституционного Суда о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения». Схожая процедура предусмотрена и законодательством Республики Казахстан. В США, в отличие от большинства современных стран, Верховный Суд (как коллегиальный орган) вообще не участвует в реализации этой процедуры. Дело рассматривается Сенатом под председательством главного судьи страны. В юридической литературе, посвященной анализу института импичмента, в связи с этим отмечается, что «неучастие судебного органа в реализации этой процедуры дает законодателям специфическое соединение свободы и ответственности, которое в совокупности представляется привлекательным. С другой стороны, Палата Лордов в Великобритании является высшей судебной инстанцией и говорить о том, что импичмент аpriori был задуман без участия Суда нельзя» [4, с.46].

Один из «отцов основателей» американской государственности, рассуждая о причинах неучастия Верховного Суда в этой процедуре, утверждал, что «судебная власть никак не подходит для проведения процедуры импичмента, поскольку весьма сомнительно, чтобы члены суда были наделены такой твердостью, которая требуется при выполнении столь трудной задачи» [5, с.64]. Стоит заметить, что высказанные аргументы государственного деятеля, хотя и не бесспорны, однако получили свое отражение в конституционном законодательстве и более чем за два столетия не подвергались радикальному пересмотру. Учитывая, что большинство парламентариев, которым дано право решать вопрос о виновности высшего должностного лица не имеют специальных юридических знаний, современные Конституции предусматривают участие в этом процессе органов конституционного контроля, призванных обеспечивать правомерность конституционной санкции и гарантировать юридическое сопровождение указанной процедуры. В противном случае процедура импичмента может иметь не правовой, а ярко выраженный политический оттенок. Возможно, что именно по этой причине в Казахстане установлены ограничения в отношении круга преступлений, за совершение которых глава государства может быть привлечен к конституционной ответственности.

В соответствии с Конституцией Республики Казахстан, Конституционный Совет уполномочен давать заключение о соблюдении установленных конституционных процедур, касающихся вопроса о порядке выдвижения обвинения, постановки вопроса о недееспособности главы государства, о сроках, в течение которых может быть осуществлена процедура импичмента, о порядке формирования состава комиссии и некоторых других вопросов исключительно процедурного характера. В этом случае Совет наделен правом проверять конституционность решений одной из ветвей государственной власти, а также обеспечивать юридическое обслуживание самой процедуры с начала ее возбуждения и до вынесения окончательного решения. Данное полномочие, возложенное на Совет, указывает на его конституционный статус и особое положение в механизме государственной власти. Примечательно, что и в других странах органы конституционной юстиции наделены правом оценки процедуры досрочного прекращения полномочий главы государства, а в некоторых из них, уже приняты соответствующие решения.

Вместе с тем, участвуя в данной процедуре, Конституционный Совет может столкнуться с рядом проблем. Так, пункте 1 статьи 47 Конституции РК [6]» вообще не регламентирует вопрос о субъектах, которым дано право ставить вопрос об импичменте, что является весьма важным обстоятельством, имеющим непосредственное отношение к конституционным процедурам. В статье также не регламентируется вопрос о возможной добровольной отставке главы государства. Нуждается по всей вероятности в официальном разъяснении или законодательном оформлении конституционное положение «при устойчивой неспособности осуществлять свои обязанности по болезни».

Отсутствие четких критериев определения данного положения создает предпосылки для различного толкования. Может быть в условиях современной политической системы данная проблема не столь актуальна, однако со временем обстановка может трансформироваться и потребовать дополнительных разъяснений.

Неясно также, насколько будут правомерными действия депутатов Парламента при создании комиссии, если действующее законодательство предусматривает положение, согласно которому «личная жизнь Президента и его здоровье являются государственными секретами». Ведь в этом случае у Генерального прокурора, в связи с разглашением секретных сведений, появляется законное право ставить вопрос о лишении инициаторов неприкосновенности и привлечении к уголовной ответственности.

Еще более сложна процедура отрешения. В соответствии с Конституцией (ст.47 п.2) «Президент несет ответственность за действия, совершенные при исполнении своих обязанностей, только в случае совершения государственной измены и может быть за это отрешен от должности». Уголовный кодекс Республики Казахстан (ст. 175) под государственной изменой понимает «умышленное деяние гражданина РК, выразившееся в переходе на сторону врага во время вооруженного конфликта, а равно в шпионаже, выдаче государственных секретов иностранному государству, международной или иностранной организации либо их представителям, а равно в ином оказании им помощи в проведении деятельности, направленной против национальных интересов РК [7]».

Однако все больше стран основанием для импичмента считают не только государственную измену, но и дополняют его состав взяточничеством и иными правонарушениями, в числе которых не последнее место занимают аморальные поступки глав государств.

Как известно, практика, когда глава государства несет ответственность только за совершение государственной измены, имеет место и в конституционной системе современной Франции, основные контуры которой были рецептированы Казахстаном при принятии Конституции 1995 года. Однако реальная политическая практика в этой стране никак несравнима с Казахстаном, где сохраняются неформальные каналы взаимоотношений ветвей власти и принятия решений. Нельзя отрицать и того обстоятельства, что в условиях однопартийного политического режима сам институт импичмента превращается в фикцию.

Анализ содержания данного института позволяет сделать вывод о том, что теоретически основанием для привлечения Президента РК к ответственности может быть не только совершение государственной измены, но и нарушение им текста присяги.

В соответствии с Конституцией, Глава государства «торжественно клянется в том, что будет верно служить народу Казахстана, строго следовать Конституции и законам республики, гарантировать права и свободы граждан, добросовестно выполнять возложенные на него высокие обязанности Президента Республики Казахстан». Ее принесение предполагает, что круг вопросов, за нарушение которых Президент может быть привлечен к ответственности может быть расширен.

Содержание присяги позволяет к таковым, отнести нарушение Конституции и законов, принятие решений, ущемляющих конституционные права и свободы граждан, бездействие, повлекшее за собой экономический или политический кризис, нарушение морально-этических норм и правил и т.д. Но и этот список, в зависимости от ситуации, личности Президента и политического состава Парламента может быть расширен. Поскольку присяга высшего должностного лица имеет не только церемониальное, но и конституционно-правовое значение, следовательно, она должна иметь и конституционно-правовые последствия. Иное понимание алогично и бессмысленно.

Любые нарушения Конституции главами государств могут подрывать международный авторитет государства и сопровождаться негативными тенденциями в политической жизни страны. Поэтому с учетом этого необходимо четко уяснить, является ли нарушение присяги грубым нарушением Конституции и основанием для конституционной ответственности.

Существуют также вопросы и с определением инициаторов импичмента. В соответствии с Конституцией она может исходить только от депутатов Мажилиса. Однако как следует поступить, если факты совершения государственной измены окажутся, например, у сенаторов или правоохранительных органов, которые, как известно, такой инициативой не обладают. Вправе ли они самостоятельно говорить об этом или обязаны всю необходимую информацию передать Мажилису, каков механизм реализации этого права, его юридические и политические последствия. Законодательство также умалчивает о правовом статусе отстраненного от высшей власти лица и его возможности в будущем занимать государственные должности, принимать участие в выборах и иных общественно-политических акциях.

Думается, что эти обстоятельства и наличие пробелов могут озадачить Конституционный Совет при даче заключения. Таким образом, компетенция, как Парламента, так и Конституционного Совета, в этой процедуре значительно сужена. Поэтому с учетом сказанного, необходимо четко детализировать полномочия участников данной процедуры, отвечающие традициям современного демократического конституционализма.

Импичмент как форма конституционной ответственности является одной из немногих возможностей отстранения глав государств от власти демократическим, цивилизованным путем, служит средством защиты интересов общества от возможных злоупотреблений. Поэтому, с учетом огромной значимости поста Президента в государственном механизме и его влиянием на происходящие в обществе процессы, Конституция должна содержать определенные механизмы и гарантии, позволяющие Парламенту в рамках правовых процедур иметь более широкие возможности для досрочного прекращения его полномочий.

Многие из обозначенных проблем могут быть успешно решены и в рамках официального толкования, однако отсутствие практики в этой сфере вынуждает нас обращаться к зарубежному опыту, имеющему для Казахстана определенное познавательное значение.

Отметим, что среди европейских стран, успешно применивших институт импичмента, пока единственной оказалась Литовская Республика. Так, еще в 2004 году Конституционный Суд этой страны признал, что Президент грубо нарушил Основной закон страны по трем пунктам: 1) предоставление литовского гражданства гражданину России, оказавшему финансовую поддержку его избирательной кампании; 2) необеспечение охраны государственной тайны и 3) оказание незаконного влияния на частный бизнес.

В своем постановлении, решая вопрос о возможности отстраненного лица повторно участвовать в выборах, Суд подчеркнул, что «в Конституции Литвы, нет и не может быть пробелов. В ней установлено такое правовое регулирование, что лицо, которое Сейм процессом импичмента отстранило от должности Президента за нарушения норм Конституции и текста присяги. В современном демократическом государстве лицо, грубо нарушившее Конституцию и присягу, не должно миновать конституционной ответственности. Другое толкование сделало бы сам институт импичмента юридически бессмысленным, и было бы несовместимо с сутью и целями присяги, указанной в Конституции» [8].

Таким образом, правовая позиция Конституционного Суда внесла определенную ясность в ситуацию, наложив пожизненный запрет на участие в избирательной кампании отстраненного в порядке импичмента лица. Впоследствии, опираясь на данное решение, ЦИК отказалась рассматривать заявление о его регистрации в качестве кандидата. Причем из содержания решения следовало, что «ограничение политических прав необходимо рассматривать как составную часть конституционной санкции. Важно также отметить, что импичмент, по мнению Конституционного Суда, это «средство (инструмент) самозащиты интересов гражданского общества и публичный демократический общественный контроль над властью» [8, с.77-78].

Тезис о том, что импичмент это скорее инструмент политической борьбы наиболее ярко подтверждается в решении Конституционного Суда Южной Кореи, отклонившего предъявленное Национальным собранием (парламентом) в марте 2004 года обвинение Президенту страны Но Му Хену только по причине того, что большинство мест в Парламенте принадлежало оппозиционной консервативной партии. Именно наличие парламентского большинства и его оппозиционность к действующему Президенту, а не состав правонарушения, по мнению Суда, стали причиной импичмента. В своем решении Конституционный Суд постановил, «что импичмент должен иметь исключительно правовые предпосылки и выступать формой конституционно-правовой ответственности [9]».

Актуальными в контексте нашего исследования представляются и высказывания российского ученого Мишина А.А. о том, что «результативность данной процедуры следует оценивать ни с точки зрения частоты его применения, а возможности его использования в критических для страны ситуациях». «Импичмент, - отмечал ученый, - подобно праву президентского вето, есть, скорее, оружие стратегическое, нежели тактическое. Поэтому он, пребывая в туне, тем не менее, оказывает влияние на поведение главы исполнительной ветви власти и всех тех высших должностных лиц, которые потенциально могут стать его жертвами» [10, с.314]. Таким образом, институт импичмента имеет двойственную природу. Выступая формой конституционно-правовой ответственности, представляет собой часть политического процесса и в этом качестве является институтом политической ответственности высшего должностного лица государства.

Следует заметить, что Конституционный Совет также отстранен и от участия в процедуре досрочного прекращения полномочий Парламента и Мажилиса Парламента Республики, что значительно снижает эффективность проведения конституционного контроля. «Над Парламентом, - подчеркивает Зиманов С.З., - по сути, учрежден постоянный железный колпак в виде права Президента распустить его по своей инициативе в любое время. Это нецивилизованная норма. Она превращает законодательную власть в административный орган при Президенте» [11, с.230].

В целях защиты Конституции и принципов народного представительства в некоторых зарубежных странах органы конституционного контроля принимают участие в процедуре досрочного прекращения полномочий законодательных органов власти. Так, Конституция Узбекистана предусматривает согласительную процедуру, в которой участвуют Президент Республики и Конституционный Суд. Аналогичная норма закреплена и в Конституции Молдовы, согласно которой Конституционный Суд констатирует обстоятельства, оправдывающие роспуск Парламента, а также временное отстранение от должности Президента Республики.

Таким образом, чтобы исключить субъективизм главы государства при решении данного вопроса, необходимо чтобы Конституционный Совет, наряду с председателями палат Парламента и Премьер-министром был участником этой процедуры. Выступая в роли консультативного органа, конституционно-контрольный орган никого не будет обязывать. Главная польза таких решений состоит в том, чтобы помочь Президенту в получении авторитетного юридического заключения перед принятием политического решения. Схожими полномочиями необходимо также наделить Конституционный Совет и при введении Президентом чрезвычайного положения. Необходимость закрепления подобной практики вытекает из той высокой задачи, которая возложена на Конституционный Совет по обеспечению верховенства Конституции на всей территории Республики.

На наш взгляд, в этой части потенциал Конституции до конца не реализован. Создание более эффективных механизмов преодоления конституционно-правовых конфликтов будет способствовать достижению общественного компромисса, конструктивному взаимодействию всех ветвей власти, созданию надежных гарантий конституционной законности. И одна из основных ролей в этом процессе должна принадлежать Конституционному Совету Республики Казахстан.

В контексте настоящего исследования самостоятельное место занимает проблема конституционной ответственности судов республики за неисполнение нормативных постановлений Конституционного Совета. Анализ юридической литературы показывает, что данный вопрос представляется актуальным и для других стран. Есть примеры того, как суды общей юрисдикции не обращают особого внимания на правовые позиции органов конституционного контроля, создавая напряженность в обществе и в отношениях между властями. Так, в Польше Верховный Суд, по мнению ученых, неоднократно отказывался применять в своей деятельности интерпретирующие положения Конституционного Трибунала, заявив, что «согласно Конституции судьи независимы и подчиняются только Конституции». Верховный Суд Чехии также провозгласил, «что он не обязан подчиняться решениям Конституционного Суда, поскольку континентальная правовая система не основана на прецедентном праве». Конфликтные ситуации имели место в конституционной практике Испании, Австрии, Венгрии и др. стран.

Отметим, что конституционное законодательство Казахстана также не содержит четких формулировок в отношении обязательности учета нормативных постановлений и правовых позиций Конституционного Совета при вынесении судебных решений. Лишь в единичных постановлениях имеются ссылки на них, что подтверждает наличие законодательных упущений в данном вопросе.

Между тем, наличие только самой возможности для судов оценивать конституционность актов толкования создает потенциальные условия для перманентного развития конфликта между органом конституционного контроля и судами республики. В качестве причин «неподчинения» может быть отсутствие четкого разграничения полномочий по вопросам толкования (разъяснения) между ними, что вызывает желание у судов расширять компетенцию и свое влияние на правоприменительную практику. Естественное соперничество, испокон веков характерное для человеческого общества, проявляет себя и в сфере межвластных отношений. Другой причиной могут выступать некачественные акты толкования, порождающие доктринальные дискуссии об эффективности существующей модели. В Казахстане, в силу особого статуса Конституционного Совета, такие конфликты скорее исключены, однако это не означает, что опыт указанных стран необходимо игнорировать. Он может быть полезен при совершенствовании механизмов взаимодействия между ветвями власти.

Целесообразно также подумать и о мерах ответственности членов Конституционного Совета в случае принятия ими некорректных решений, нарушающих Конституцию, способные спровоцировать политический кризис и повлечь за собой негативные для государства и общества последствия. Так, Верховный Суд Испании в особом постановлении, принятом в январе 2004 года, осудил членов Конституционного Суда Испании за проявленную им «гражданскую безответственность», которая выразилась в том, что Суд закрыл одно из судебных дел и передал его в архив, оставив без должного внимания обращение граждан. По решению Верховного Суда все члены Конституционного Суда были оштрафованы на сумму 500 евро в пользу пострадавшего гражданина, а в Российской Федерации, еще в октябре 1993 года, в виде санкции, была приостановлена деятельность Конституционного Суда, принявшего, в условиях противостояния Президента и Верховного Совета, к своему рассмотрению политические вопросы. Примеры некорректного толкования имеются и в практике Конституционного Совета Республики Казахстан и требуют своей правовой оценки.

Вместе с тем, необходимо признать, что полномочия Конституционного Совета в вопросах конституционной ответственности весьма ограничены и в основном касаются разъяснения норм, регулирующих правовой статус высших органов власти, вопросы их взаимодействия и некоторые другие возникающие проблемы. Многие аспекты такого участия недостаточно конкретизированы и слабо разработаны в юридической литературе. В частности, это касается роли Совета в толковании норм Конституции, затрагивающие политические интересы, участия в совершенствовании механизмов взаимодействия ветвей власти, пределов воздействия на законотворческий процесс и др.

Кроме вышеуказанных проблем существуют и иные. Например, Конституция и действующее законодательство не распространяет конституционный контроль в отношении действий должностных лиц государства. Отсутствие конституционного контроля в этой сфере, с одной стороны, гарантирует беспристрастность Конституционного Совета, с другой, принижает его роль как основного субъекта, призванного гарантировать верховенство Конституции на всей территории. Вне конституционного контроля остаются также решения судов республики, акты прокурорского реагирования, нормативные постановления Верховного Суда, деятельность политических партий и общественных объединений, акты местных органов власти и многое другое.

Таким образом, конституционная ответственность как социо-юридическая часть механизма правовой конституционной безопасности, является эффективным средством минимизации конституционных деликтов и защиты общественных (публичных) интересов от возможных должностных правонарушений, оказывает позитивное влияние на становление идей конституционализма и формирование конституционного правосознания, повышает значимость правовых методов государственного управления.

Эффективность реализации конституционной ответственности определяется действием ряда факторов организационно-правового и политического характера, развитой институционально-правовой системой, регулирующей вопросы применения конституционных санкций. Имея смешанную природу, конституционная санкция, как мера нетрадиционного воздействия, органично сочетает в себе элементы правовой, политической и моральной ответственности.

В современных условиях реализация конституционной ответственности, создает предпосылки для формирования системы так называемого «ответственного правления», исключает грубые нарушения Основного закона, гарантирует сменяемость верховной власти, обеспечивает эволюционную цикличность конституционных процессов.

В Казахстане зачатки взаимной ответственности Парламента и Правительства, акимов и маслихатов в основном заложены, фрагментарно изложены и нормы об ответственности главы государства. Однако говорить об их эффективности преждевременно, ввиду отсутствия устоявшейся практики и прецедентов. Эти вопросы представляют актуальность не только в контексте обеспечения конституционной безопасности, но и в осмыслении динамики конституционного процесса, поиске оптимальной конституционной модели, способной гарантировать мирно-эволюционное развитие Республики Казахстан на многие годы вперед.

 

 

Список использованных источников

 

1 Ежи Дж. Виатр. Конституционная ответственность в Польше. Конституционное право: Восточно-европейское обозрение. -1996. - № 2 (15) - С. 12-15.

2 Сапаргалиев Г.С., Салимбаева Ж.Ч. Проблемы конституционной ответственности. - Алматы: Жетi жаргы, 2001. -152 с.; Айтхожин К.К. Теоретические вопросы Конституции Республики Казахстан // Автореф... на соиск. уч. степени доктора юрид. наук. - Алматы, 2008. - С. 32-33.

3 Статкявичус М. Перспективы развития института импичмента в современном государстве // Правоведение. -2004. -№5. - С.46 - 49.

4 Ильин А.В. Импичмент главы государства: историко-теоретические акценты // Правоведение. - 2004. - №5. - С.64-67.

5 Конституционное правосудие в странах СНГ и Балтии // Дайджест официальных материалов и публикаций периодической печати. - М., 2015.

6 Конституция РК 1995 года

7 Уголовный кодекс РК от 3 июля 2014 года

8 Конституционное правосудие в странах СНГ и Балтии // Дайджест официальных материалов и публикаций периодической печати. - М., 2004.

9 Юрковский А.В. Республика Корея: некоторые особенности конституционного строительства. Интернет журнал ассоциации юристов Приморья // http://law.vl.ru/analit/show_atr.php.

10 Мишин А.А. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: Учебник. - М.: «Белые Альвы», 1996. - 400 с.

11 Зиманов С.З. Конституция и Парламент Республики Казахстан.-Алматы: Жетi жаргы, 1996.- 346 с.

12 Лех Гарлицкий. Конституционные суды против Верховных судов // Сравнительное конституционное право. - М., 2007. -№ 2 (59). - С.146-155.

 

 

27 сентября 2016, 13:42
Источник, интернет-ресурс: Караев А.А.

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код