Деликты в гражданском праве Украины:

современные тенденции развития

 

Отраднова Олеся Александровна

Доктор юридических наук, доцент,

Профессор кафедры гражданского права,

Заместитель декана юридического факультета

Киевского национального университета

 имени Тараса Шевченко

 

В конце мая в Алматы состоялась Международная научно-практическая конференция «Внедоговорные обязательства», посвященная 25-летию установления дипломатических отношений между Германией и Казахстаном, а также 25-летию Каспийского университета и 25-летию Юридической фирмы «Зангер» Организаторы конференции Научно-исследовательский институт частного права Каспийского университета. Его организаторами стали Германское общество по международному сотрудничеству (GIZ), Юридическая фирма «Зангер» и Казахстанский Международный Арбитраж.

Предлагаем Вашему вниманию доклады, прозвучавшие в ходе конференции.

 

Украинское деликтное право является довольно стабильным институтом гражданского права по сравнению с иными институтами, в частности такими, как гражданско-правовые договоры, корпоративное право и даже право собственности. Общая концепция гражданско-правового деликта, сформированная на базе достижений французского и немецкого права и имевшая серьезное развитие в советский период, в целом остается неизменной. Данная концепция предполагает существование правила общего (генерального) деликта (ст. 1166 Гражданского кодекса Украины), а также отдельных (специальных) деликтов (специальных правил возмещения внедоговорного вреда). Правило генерального деликта утверждает о необходимости возмещения в полном объеме любого внедоговорного вреда, причиненного неправомерными решениями, действиями или бездеятельностью личным неимущественным правам физического или юридического лица, а также вреда, причиненного имуществу физического или юридического лица. Так же, как и в законодательстве иных государств, в Гражданском кодексе Украины используется конструкция пассива (вред подлежит возмещению), с помощью которой законодатель акцентирует внимание на необходимости возмещения причиненного внедоговорного вреда либо лицом, непосредственно вред причинившим, либо иным лицом, на которого законом возложена обязанность возмещения такого вреда. Специальные деликты в гражданском праве Украины выделяются на основании таких критериев, как: а) специальный субъект причинения вреда (малолетнее, несовершеннолетнее, недееспособное лицо, орган государственной власти или местного самоуправления, орган предварительного, досудебного следствия, прокуратуры, суда и т.п.); б) специальный способ причинения вреда (источник повышенной опасности, недостатки товаров, работ (услуг) и т.п.).

Вместе с тем стоит отметить, что и институт деликтного права в Украине в общем не стоит на месте. Гражданско-правовые деликты развиваются, и развитие данного института отображает общий вектор развития украинского общества.

Одной из основных тенденций развития деликтного права Украины является его постепенная «Европеизация». Этот небыстрый, но необратимый процесс проявляется в нескольких направлениях изменения научной мысли и судебной практики по спорам о возмещении внедоговорного вреда.

Во-первых, в правовой доктрине Украины наблюдается постепенный отход от анализа гражданского правонарушения как основания деликтной ответственности. Общеизвестная всем деликтологам концепция состава гражданского правонарушения, элементами которого являются противоправное поведение, внедоговорной вред, причинная связь и вина, в течение длительного времени лежала в основе судебных решений по делам о возмещении вреда. Одним из первых с критикой данной концепции выступил проф. В.В. Витрянский на страницах известного научного труда «Договорное право. Общие положения»[1], изданного в 1999 г. Суть критики сводится к тому, что если в уголовном праве состав преступления является обязательным основанием привлечения лица к уголовной ответственности, и отсутствие хотя бы одного из элементов этого состава в любом случае влечет невозможность применения в лицу уголовного наказания, в гражданском праве существует множество исключений, когда возможной становится ответственность за правомерные действия, ответственность без вины и т.п. По мнению В.В. Витрянского, единственным и общим основанием гражданско-правовой ответственности является нарушение субъективных гражданских прав, как имущественных, так и личных неимущественных. Относительно отдельных видов нарушенных субъективных прав, а также субъектов, допустивших нарушение, законодатель сформулировал обязательные общие требования, соблюдение которых необходимо для применения гражданско-правовой ответственности. Такие установленные законом требования являются условиями гражданско-правовой ответственности. К их числу относятся противоправность нарушения субъективных гражданских прав, наличие убытков (вреда), причинная связь между нарушением субъективных гражданских прав и убытками (вредом), вина нарушителя[2].

Не все украинские исследователи соглашаются с позицией В.В. Витрянского[3]. Однако в последнее время появились работы, в которых утверждается о нецелесообразности конструкции «состав гражданского правонарушения» для гражданско-правовых деликтов[4]. Понятие «состав» означает неразрывную совокупность элементов, составных частей единого целого, отсутствие какой-либо из которых уничтожает состав. Анализ норм гражданского права, судебной практики и правовой доктрины позволяет утверждать, что в гражданском праве такого единства предложенных элементов состава гражданского правонарушения нет. Не всегда гражданско-правовая ответственность возникает при наличии совокупности противоправного поведения, вреда, причинной связи и вины причинителя. Гражданское законодательство знает случаи возникновения деликтного обязательства при причинении вреда правомерными действиями (ч. 4 ст. 1166 ГК Украины). В деликтном праве встречается множество случаев возникновения деликтного обязательства независимо от вины (статьи 1173-1175, 1187, 1209 ГК Украины). Поэтому говорить о составе гражданского правонарушения как об обязательном совокупном единстве элементов для определения основания возникновения деликтного обязательства является нецелесообразным.

Приблизительный перечень юридических фактов, порождающих гражданские права и обязанности, содержится в ст. 11 ГК Украины. Одним из перечисленных там юридических фактов является причинение имущественного (материального) и морального вреда иному лицу. Таким образом, именно причинение внедоговорного вреда потерпевшему должно признаваться основанием деликтной ответственности. Вместе с тем, причинение вреда повлечет за собой обязанность делинквента возместить вред не всегда, а при наличии ряда условий. Для применения правила генерального деликта таковыми условиями будут противоправность поведения (либо правомерность поведения, причинение вреда которым прямо предписывается законом), причинная связь, вина. Для специальных деликтов допускается отсутствие какого-либо из общих условий (например, вины), а также предписываются дополнительные условия, которые зависят от вида специального деликта (например, наличие источника повышенной опасности, причинение вреда должностным лицом органа государственной власти и т.п.).

Также «Европеизация» деликтного права Украины проявляется в постепенном отходе от понятия вины как субъективного основания деликтной ответственности. Классическая советская правовая доктрина определяла вину как психическое отношение правонарушителя к своим противоправным действиям и их вредным последствиям в форме умысла или неосторожности [5]. В целом, по нашему мнению, подобный подход является применимым к деликтным обязательствам, так как непосредственным причинителем вреда всегда является физическое лицо, имеющее внутреннее (психическое) отношение к своим действиям и их последствиям. Вместе с тем, современное гражданское законодательство Украины, также как и судебная практика, основываются не на психологической, а на поведенческой концепции вины, свойственной деликтному праву Европейских стран. Обобщенно в Европе поведенческая концепция вины отображена в Принципах Европейского деликтного права (PETL) и в DCFR (Draft Common Frame of Reference).

Так, ст. 4:101 PETL определяет, что лицо считается ответственным за причинение вреда на основании вины в случае нарушения общепринятых норм поведения умышленно или по неосторожности. При этом, в соответствии со ст. 4:102 PETL общепринятыми нормами поведения считаются нормы поведения разумного человека в обстоятельствах, зависящих, в частности, от природы и значимости защищаемого законом права, от степени опасности деятельности и должного уровня профессионализма, ожидаемого от лица, осуществляющего эту деятельность, от предсказуемости вреда, степени взаимосвязи или особой доверительности в отношениях между всеми участниками, а также от доступности мер предосторожности и затрат на их проведение либо альтернативных способов предотвращения вреда. В свою очередь DCFR (статьи VI-3:101 и VI-3:102) дает определение не вины в целом, а умысла и неосторожности. При этом вред считается причиненным умышленно, если лицо, причинившее вред, действовало либо с намерением такой вред причинить, либо предполагая, что его поведение обязательно или, скорее всего, будет иметь последствием причинение вреда. Причинение вреда будет неосторожным, если поведение делинквента не соответствует конкретным стандартам поведения, предписываемым законодательством для защиты лица от причинения вреда, либо если поведение делинквента не соответствует стандарту поведения, ожидаемого от разумного лица в конкретных обстоятельствах.

Ст. 614 Гражданского кодекса Украины также содержит правило, указывающее на поведенческую концепцию вины. В соответствии с данной нормой, лицо считается невиновным, если применило все зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязательства. То есть косвенно вина лица - это неприменение всех зависящих от него мер надлежащего поведения. Именно такая концепция постепенно ложится в основу судебной практики по делам о возмещении внедоговорного вреда, так как инструментарий гражданского процесса, в большинстве случаев применяемый для рассмотрения дел о возмещении вреда, не имеет средств для исследования психического отношения делинквента к своим действиям и их последствиям.

«Европеизация» деликтного права Украины также влияет на концепцию причинной связи как важного условия деликтной ответственности. Современное гражданское законодательство Украины не содержит правил определения причинной связи в делах о возмещении внедоговорного вреда. Только лишь в Постановлении Пленума Верховного суда Украины от 27 марта 1992 г. № 6 «О практике рассмотрения судами гражданских дел по искам о возмещении вреда» говорится, что суды должны принимать во внимание, что вред, причиненный имуществу гражданина или имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме причинившим его лицом при условии, что действия последнего были неправомерными, между ними и вредом существует непосредственная причинная связь и имеется вина указанного лица…». Подобной же позиции придерживается Высший хозяйственный суд Украины (Разъяснение от 01.04.1994 № 02-5/215 (в редакции от 29.12.2007 г.) «О некоторых вопросах практики решения споров, связанных с возмещением вреда»).

Вместе с тем, только лишь концепция «непосредственной причинной связи» между противоправным поведением и причиненным вредом недостаточна для решения всех деликтных споров. Особенно в случае причинения вреда несколькими действиями, при множественности делинквентов. В таком случае суды принимают во внимание рекомендации Принципов Европейского деликтного права, где весьма детально прописаны как общие принципы определения причинной связи, так и анализ причинной связи в случае существования нескольких причин конечного вреда.

В странах Европы (так же, как и в некоторых странах общего права) основной доктриной причинной связи является доктрина «conditio sine qua non». Общее понимание данной доктрины закреплено в ст. 3:101 PETL - «Любые действия или поведение (в дальнейшем - действия) являются причиной причинения вреда потерпевшему, если будет доказано, что, не будь этих действий, вред не был бы причинен». При этом речь идет о непосредственных причинах конкретного вреда. Вышеуказанная концепция не распространяется на анализ всех фактических обстоятельств (вплоть до сотворения мира), предшествовавших причинению вреда. Речь идет о конкретных действиях либо актах бездеятельности, при отсутствии которых не было бы причинения вреда. Кроме того, PETL содержит рекомендации относительно анализа равнозначных причин, альтернативных причин, потенциальных причин, неопределенной частичной причинной связи и т.д. Украинские суды не применяют PETL в качестве нормативного акта (поскольку таковым они и не являются), однако учитывают существующие там рекомендации при решении деликтных споров.

Ну и наконец «Европеизация» деликтного права Украины заключается в применении практики Европейского суда по правам человека как источника права в делах о возмещении вреда. Решения ЕСПЧ признаются в Украине источником права в соответствии со ст. 17 закона Украины от 23.02.2006 №3477-IV «Об исполнении решений и применении практики Европейского суда по правам человека». В связи с этим в решениях украинских судов всех инстанций все чаще встречаются ссылки на практику ЕСПЧ по делам о нарушении права на жизнь, права на свободу и личную неприкосновенность, права собственности, при предъявлении требований о справедливой компенсации и т.п.

Так, например, в Украине на сегодня не установлена законодательная презумпция наличия морального вреда у физического лица, личные неимущественные либо имущественные права которого были нарушены. Однако суды все чаще принимают во внимание практику Европейского суда по правам человека, устанавливающую, что «средний», «нормально» реагирующий на противоправное в отношении него поведение человек испытывает страдания (моральный вред). В данном контексте представляет интерес дело «Ромашов против Украины» (решение от 27.07.2004 г.), когда ЕСПЧ присудил заявителю компенсацию морального вреда в размере 3000 Евро, несмотря на то, что заявитель не предоставил ни одного документа на подтверждение своих требований о компенсации морального вреда. При рассмотрении дела Суд учел тот факт, что в результате выявленных нарушений заявитель претерпел моральный вред, который не может быть возмещен только лишь путем констатации судом факта нарушения.

Кроме того, важным для деликтных споров против государства является решение ЕСПЧ от 08.11.2005 г. в деле «Кечко против Украины», в котором Суд не принял аргумент Правительства относительно отсутствия бюджетных ассигнований, поскольку органы государственной власти не могут ссылаться на отсутствие средств как на причину неисполнения своих обязательств (см. mutatis mutandis, решение по делу «Бурдов против России», № 59498/00, пар. 35, ECHR 2002-III) (п. 26).

Кроме общей тенденции «европеизации» украинского деликтного права, в данной сфере наблюдаются также тенденции развития правил некоторых специальных деликтов, связанные с глобальным развитием современного общества, а также с конкретными проблемами государства Украина.

Среди глобальных трендов можно выделить развитие правил «дорожно-транспортных деликтов». А именно соотношение норм гражданского кодекса о возмещении внедоговорного вреда, причиненного источником повышенной опасности и правил о страховании гражданско-правовой ответственности собственников транспортных средств (являющемся в Украине обязательным). Общее правило ст. 1194 ГК Украины гласит, что лицо, застраховавшее свою гражданскую ответственность, в случае недостаточности страховой выплаты (страхового возмещения) для полного возмещения причиненного ею вреда, обязано выплатить потерпевшему разницу между фактическим размером вреда и страховой выплатой (страховым возмещением). Вместе с тем практика высших судебных инстанций Украины пошла по пути предоставления потерпевшему в ДТП права выбирать способ возмещения: компенсировать вред по правилам гражданско-правовых деликтов либо обращаться за страховым возмещением. Верховный суд Украины в деле № 6-2587цс15 от 23.12.2015 г. акцентирует внимание на том, что право потерпевшего на возмещение вреда за счет стороны, причинившей вред, является абсолютным и не может быть прекращено либо ограничено договором, стороной которого потерпевший не является, хотя этот договор заключен в пользу третьих лиц. Закон предоставляет потерпевшему право получить страховое возмещение, однако не обязывает его получать. При этом отказ потерпевшего от права на получение страхового возмещения не прекращает его права на возмещение вреда в деликтном обязательстве. По нашему мнению, такой подход судебной практики полностью нивелирует институт обязательного страхования гражданско-правовой ответственности (в частности, гражданско-правовой ответственности собственников транспортных средств). Лицо, застраховавшее свою гражданско-правовую ответственность, платит страховые взносы для гарантирования прежде всего себе компенсации причиненного им вреда за счет средств страховой компании. Если таковая гарантия отсутствует, поскольку потерпевший вправе не обращаться в страховую компанию, у собственников транспортных средств пропадает любой стимул страховать свою гражданско-правовую ответственность.

Кроме того, в Украине наблюдается развитие и иных конкретных направлений деликтного права, таких как «медицинские деликты» или возмещение вреда, причиненного врачебными ошибками, «экологические деликты», деликты, связанные с недостатками товаров, работ (услуг).

Отдельное внимание хотелось бы уделить новым трендам в деликтном праве Украины, связанных с проведением в некоторых восточных областях государства антитеррористической операции.

14 апреля 2014 г. Президент Украины издал Указ № 405/2014 «О Решении Совета национальной безопасности и обороны Украины от 13.04.2014 г. «О неотлагательных мерах по преодолению террористической угрозы и сохранению территориальной целостности Украины». 2 сентября 2014 г. Верховная Рада Украины приняла закон «О временных мерах на период проведения антитеррористической операции». Статья 1 указанного закона определяет время и территорию проведения антитеррористической операции.

Антитеррористические действия привели к многочисленным случаям повреждения либо уничтожения движимого и недвижимого имущества граждан, находящегося на территории проведения антитеррористических операций. Соответственно в суды стали поступать иски с требованиями возмещения указанного ущерба.

Отсутствие в украинском праве конкретных норм, посвященных возмещению вреда, причиненного проведением антитеррористических операций по началу привело к разнообразным мнениях профессионалов в такого рода делах. Исковые заявления основывались как на положениях ст. 1177 Гражданского кодекса Украины, в соответствии с которой предусматривается возмещение вреда, причиненного физическому лицу совершением преступления, так и на норме ст. 19 закона Украины «О борьбе с терроризмом», которая предусматривает возмещение вреда, причиненного лицу террористическим актом, за счет средств государственного бюджета, с последующим регрессным требованием к лицу, непосредственно причинившему вред.

Однако оба вышеуказанных нормативных акта предусматривают наличие специального закона, регулирующего порядок возмещения вреда, причиненного проведением антитеррористической операции. А поскольку такого рода нормативного акта в Украине не существовало, суды отказывали заявителям в возмещении вреда. Это давало правозащитникам возможность предполагать, что вскоре появится достаточно большое количество заявлений в Европейский суд по правам человека, связанных с возмещением вреда, причиненного проведением Украиной антитеррористической операции в некоторых восточных регионах страны[6].

 В дальнейшем появились законопроекты, предусматривающие порядок возмещения вреда, причиненного объектам недвижимости (жилью), принадлежащим физическим лицам на праве частной собственности. Такие законопроекты вызвали определенный резонанс в украинском обществе, который привел к негативным законодательным последствиям. В декабре 2016 г. Верховная Рада Украины отклонила законопроекты № 4301 «О возмещении убытков за разрушенное (уничтоженное) либо поврежденное частное жилье лицам, частное жилье или частные домохозяйства которых были повреждены (уничтожены) во время проведения антитеррористических операций и № 4301-1 «О возмещении убытков, причиненных жилью населения вследствие проведения антитеррористической операции»[7]. То специальный порядок возмещения вреда так и не был утвержден.

Вместе с тем в последнее время стали появляться судебные решения (пока еще судов первой инстанции), удовлетворяющие иски граждан о возмещении материального и морального вреда, причиненного проведением антитеррористической операции. Так 27 января 2017 г. Печерский районный суд г. Киева удовлетворил иск физических лиц к государству Украина в лице Кабинета Министров Украины, Государственной казначейской службы Украины, Антитеррористического центра при Службе безопасности Украины, Министерства обороны Украины, Министерства внутренних дел Украины, Главного управления Национальной гвардии Украины о взыскании материального и морального вреда, причиненного в результате проведения антитеррористической операции. В качестве законодательного основания суд сослался на общие положения ст. 41 Конституции Украины, в соответствии с которой каждый имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться своей собственностью. Никто не может быть противоправно лишен права собственности. Право собственности является нерушимым. Также судом были использованы нормы Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод, ратифицированной Законом Украины от 17.07.1997 № 475/97-ВР «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод 1950 года, Первого протокола и протоколов № 2,4, 7 и 11 к Конвенции», согласно которой каждое физическое или юридическое лицо имеет право свободно владеть своим имуществом. Никто не может быть лишен своей собственности иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Суд применил механизм возмещения вреда, предусмотренный ст. 19 закона Украины «О борьбе с терроризмом», согласно которой возмещение вреда, причиненного гражданам террористическим актом, проводится за счет средств Государственного бюджета Украины в соответствии с законом и с последующим взысканием суммы такого возмещения с лиц, причинивших вред, в порядке, установленном законом. В качестве закона, устанавливающего порядок возмещения суд по аналогии закона применил ч. 10 ст. 86 Кодекса гражданской защиты Украины, в соответствии с которым размер денежной компенсации за разрушенную или поврежденную квартиру (жилой дом) определяется по показателям опосредованной стоимости сооружения жилья в регионах Украины в соответствии с месторасположением такого имущества.

Суд также сослался на позицию Европейского суда по правам человека, озвученную в решениях по делу «Айдер и другие против Турции» от 08.01.2004 г., «Катан и другие против Молдовы и России» от 19.10.2012 г., об абсолютной ответственности государства, обязанного обеспечить в обществе мир и порядок и выплывающую из нее личную и имущественную безопасность людей, находящихся в его юрисдикции. Поэтому нарушение гражданского мира и порядка, создание угрозы безопасности людей является для государства самостоятельными основаниями ответственности за причиненный вред.

Таким образом, несмотря на отсутствие специального регулирования порядка возмещения вреда, причиненного вследствие проведения антитеррористической операции, украинские суды начали принимать решения в пользу потерпевших физических лиц. Это свидетельствует о постепенном отходе украинских судов от позитивизма в делах о возмещении внедоговорного вреда и переходе к принципу верховенства права и защите человека, его прав, свобод, чести и достоинства как наивысшей социальной ценности.

 


[1] Брагинский М.И., Витрянский В.В. «Договорное право. Общие положения». - М. «Статут», 1997 г. - с. 569-570

[2] Брагинский М.И., Витрянский В.В. «Договорное право. Общие положения». - М. «Статут», 1997 г. - с. 569-570

[3] Кузнғцова Н. Цивільно-правова відповідальність і захист цивільних прав // Про украүнське право. Часопис кафедри теоріү та історіү держави і права Киүв. ац... ун-ту імені Тараса Шевченка / за ред.. проф.. І. Безклубого. - К., 2010. - Чис. V. - с. 199

[4] Отраднова О.О. Проблеми вдосконалення механізму цивільно-правового регулювання деліктних зобов’язань. - К.: Юрінком Інтер, 2014. - с. 104-106

[5] Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев, 1955. - с. 178, 181

[6] http://yur-gazeta.com/publications/practice/inshe/vidshkoduvannya-shkodi-zavdanoyi-v-rezultati-ato-spodivannya-ta-realiyi.html

[7] Детали на УНІАН: https://www.unian.ua/politics/1692212-rada-vidhilila-zakonoproekt-pro-vidshkoduvannya-zbitkiv-za-zruynovani-pid-chas-ato-budinki-na-donbasi.html

17 июня 2017, 16:12
Источник, интернет-ресурс: Прочие

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код