О реализации принципа независимости арбитражного разбирательства
(на примере одного спора)

 

Е.В. НЕСТЕРОВА

кандидат юридических наук,

ассоциированный профессор кафедры «Юриспруденция» Высшей школы права «Әділет» Каспийского университета,

ведущий научный сотрудник ГУ «Институт законодательства Республики Казахстан»

 

 

Приветствуя публичное выражение мнений ученых о состоянии арбитражной практики в Казахстане[1] и издание специализированных сборников решений арбитражных судов[2], как действенные механизмы роста правовой культуры общества, усиления роли арбитража в деле защиты гражданских прав и повышения доверия к его казахстанскому сегменту, настоящим материалом преследуется цель вынесения на публичное обсуждение сверх актуального вопроса, оказывающего непосредственное влияние на состояние арбитражной деятельности в Республике Казахстан и дальнейшее ее развитие.

 

Основополагающим принципом арбитражного разбирательства, как известно, провозглашена независимость арбитров и арбитражей, означающая, что при разрешении споров решения принимаются в условиях, исключающих какое-либо воздействие на состав арбитража. Данный принцип, закрепленный в подп. 3) ст. 5 и ст. 7 Закона РК «Об арбитраже», состоит из двух компонентов, обеспечивающих, во-первых, независимость состава арбитража, сформированного для рассмотрения конкретного дела, и, во-вторых, независимость арбитража, вмешательство в деятельность которого запрещено.

В научной литературе и прикладных исследованиях уделяется немало внимания содержанию и обеспечению соблюдения второй из названных выше составляющих принципа независимости арбитража, особенно, в свете пресечения необоснованного вмешательства в деятельность постоянно действующих арбитражей со стороны государственных органов.

Однако на примере одного дела, к рассмотрению которого я была привлечена в качестве арбитра в постоянно действующем Международном арбитраже «IUS» (г. Алматы), хочу продемонстрировать, насколько уязвимой может оказаться на практике реализация самого важного элемента принципа независимости арбитражного разбирательства, который состоит в обеспечении независимости самих арбитров от вмешательства в их деятельность по рассмотрению дела и вынесению решения со стороны администрации институционального арбитража.

 

Описание ситуации[3].

В августе 2016 года для рассмотрения дела, возбужденного в Международном арбитраже «IUS» был сформировал коллегиальный состав арбитража в количестве трех человек, который провел шесть заседаний по делу, и 17 апреля 2017 г. после сообщения сторон арбитражного разбирательства об отсутствии каких-либо дополнительных доказательств, заявлений или ходатайств по делу состав Арбитража объявил о завершении слушания дела. Оглашение решения по делу было назначено на 28 апреля 2017 года.

К назначенной дате большинством голосов Арбитров был подготовлен проект решения по делу об отказе в удовлетворении исковых требований. В свою очередь, председатель состава Арбитража, не согласившись с решением большинства Арбитров, изложил свое особое мнение. Проект решения заблаговременно был направлен электронной почтой в адрес канцелярии Международного арбитража «IUS» для его технического изготовления и оформления.

28 апреля 2017 года состав Арбитража явился в офис Международного арбитража «IUS» для подписания и оглашения решения по делу, однако, и.о. председателя Международного арбитража «IUS» заявил о необходимости рассмотрения проекта решения и особого мнения Советом Международного арбитража «IUS».

Стоит отметить, что Совет Международного арбитража «IUS» под председательством российского ученого д.ю.н., проф. Сергеева А.П. является высшим органом этого арбитража, обладающим, по Регламенту «IUS», беспрецедентными, вступающими в противоречие с нормами Закона РК «Об арбитраже» полномочиями в отношении отмены решений арбитражных составов (п. 3.2.5 Регламента), выдачи рекомендаций арбитрам, роспуска сформированных составов арбитража и т.п. (п. 7.2 Регламента).

Таким образом, состоялся первый акт вмешательства в деятельность состава Арбитража, в результате которого администрацией «IUS» была заблокирована возможность подписания и оглашения решения по делу. В связи с этим состав Арбитража вынужден был вынести определение о переносе даты оглашения решения, определив этой датой 16 мая 2017 г.

15 мая 2017 г. и.о. председателя Международного арбитража «IUS» направил посредством электронной почты в адрес Арбитров заключение Председателя Совета Международного арбитража «IUS», которое, по информации, изложенной в нем, подготовлено по запросу и.о. Председателя Международного арбитража «IUS» с целью принятия Арбитрами согласованного решения. Кроме того, и.о. председателя Международного арбитража «IUS» этим же электронным письмом от 15 мая 2017 г. проинформировал состав Арбитража о том, что, по решению Совета Арбитража, 12 мая 2017 года, были внесены изменения в пункты 5.2.1 и 7.2 Регламента Международного арбитража «IUS», согласно которым:

- решение является вынесенным в окончательной форме, вступившим в законную силу с момента подписания его арбитрами и утверждения Арбитражем. Свидетельством утверждения решения Арбитражем является регистрация решения Арбитражем;

- Совет Арбитража может дать рекомендации Составу арбитража;

- При необходимости Совет Арбитража вправе своим определением прекратить производство по делу либо для дальнейшего рассмотрения спора назначить новый Состав арбитража, либо поручить сторонам сформировать новый Состав арбитража.

Рассмотрев заключение Председателя Совета Международного арбитража «IUS», двое Арбитров не согласились с ним, во-первых, по существу, полагая, что состав Арбитража при разрешении переданного на его рассмотрение спора независим и принимает решение в условиях, исключающих какое-либо воздействие на Арбитров. Вопреки этому в Заключении было изложено мнение Председателя Совета по существу спора, выражено несогласие с рядом положений проекта решения, изложены субъективные выводы Председателя Совета о порядке применения норм материального права РК.

Во-вторых, возражения Арбитров вызвало и содержание заключения Председателя Совета, многие положения которого не соответствуют нормам казахстанского законодательства.

Таким образом, состоялся второй акт вмешательства в деятельность состава Арбитража, в результате которого администрацией «IUS» были даны рекомендации составу Арбитража, направленные на изменение проекта решения в целях принятия Арбитрами согласованного решения.

Вместе с тем, единственная рекомендация из представленного заключения, с которой Арбитры, подготовившие проект решения по делу, сочли возможным согласиться, касалась того, что арбитраж мог счесть представленные по делу доказательства недостаточными (недостоверными) и на этом основании отказать в иске. В этой связи 16 мая 2017 г. Арбитры большинством голосов внесли дополнения уточняющего характера в мотивировочную часть проекта решения, не меняя его по сути, и вновь заблаговременно направили электронной почтой в адрес председательствующего Арбитра, а также канцелярии Международного арбитража «IUS» решение большинства членов Арбитража для его обсуждения Арбитрами, а затем технического изготовления и оформления.

Состоявшееся 16 мая 2017 г. в офисе «IUS» обсуждение составом Арбитража обновленного проекта не привело к единогласному принятию решения, так как председательствующий Арбитр заявил о своем несогласии с резолютивной частью решения и неизменности своего особого мнения. В связи с чем состав Арбитража в соответствии с нормами ст. 45 Закона РК «Об арбитраже» обратился к и.о. председателя Международного арбитража «IUS» с просьбой распечатать необходимое количество экземпляров решения с приложением к нему особого мнения несогласного Арбитра для оглашения решения в назначенное время.

Однако составу Арбитража вновь не была предоставлена возможность для подписания и оглашения решения. И.о. председателя сообщил, что ему необходимо время для проведения консультаций с членами Совета Международного арбитража «IUS» и принятия ими решения, которое позднее будет сообщено Арбитрам.

Таким образом, состоялся третий акт вмешательства в деятельность состава Арбитража, в результате которого администрацией «IUS» была вновь заблокирована возможность подписания и оглашения решения по делу. В связи с этим состав Арбитража повторно был вынужден перенести дату оглашения решения по делу на 24 мая 2017 г., отразив в определении о переносе даты оглашения, что решение составом Арбитража подготовлено, однако согласно изменениям, внесенным в Регламент Советом Международного арбитража «IUS» 12 мая 2017 года, решение будет считаться вынесенным в окончательной форме с момента его подписания и утверждения Арбитражем. Поскольку подготовленное решение в настоящее время еще не подписано Арбитрами и не утверждено Арбитражем, поэтому оглашаться не может.

18 мая 2017 г. от председателя состава Арбитража в адрес остальных Арбитров посредством электронной почты поступила просьба изыскать возможность подписать решение, вынесенное большинством Арбитров. В связи с получением данной информации, в адрес и.о. Председателя Международного арбитража «IUS», канцелярии Международного арбитража «IUS» и председательствующего Арбитра был направлен окончательный проект решения, принятого большинством голосов Арбитров, в который были внесены необходимые технические уточнения, касающиеся фактической даты подписания решения (18 мая 2017 г.) и дополнения в части арбитражных процедур (отражены два состоявшихся отложения даты оглашения решения и изменение процедуры вступления решения в силу). Адресатам было предложено распечатать для подписания Арбитрами именно этот актуальный прилагаемый к электронному письму проект решения от 18 мая 2017 г., а также оформить к нему особое мнение несогласного Арбитра.

В итоге, 18 мая 2017 г. двое арбитров подписали решение по делу. Таким образом, 18 мая 2017 г. состоялось принятие и вступление в силу этого решения, так как в соответствии с п. 3 ст. 45 Закона РК «Об арбитраже», арбитражное решение считается принятым в месте арбитражного разбирательства и вступает в силу в день, когда оно подписано арбитром (арбитрами). При этом согласно п. 1 ст. 45 Закона РК «Об арбитраже», решение принимается большинством голосов арбитров, входящих в состав арбитража. Следовательно, подписание решения двумя арбитрами, в силу императивных положений ст. 45 Закона РК «Об арбитраже», повлекло за собой вступление в силу такого решения, и, в соответствии с п. 3 ст. 18 Закона РК «Об арбитраже», полномочия состава Арбитража прекратились в связи со вступлением решения в силу.

 

Незаконный роспуск состава Арбитража и порча вынесенного решения.

24 мая 2017 г. в назначенное время состав Арбитража явился в офис Международного арбитража «IUS» для оглашения принятого по делу Решения от 18 мая 2017 г., однако, вместо этого председатель состава Арбитража вручил Арбитрам Определение Совета Международного арбитража «IUS» от 23 мая 2017 г., подписанное Председателем Совета, в мотивировочной части которого, в частности, указано, что:

«По результатам рассмотрения дела […] арбитры подготовили два проекта решения: первый проект решения от 16 мая 2017 года с приложением особого мнения арбитра […], подписан председательствующим Состава арбитража […], два арбитра: […] и […] данный текст не подписали; второй проект решения по делу от 18 мая 2017 года без особого мнения подписан арбитрами […] и […]. Проекты решения отличаются друг от друга мотивировочной частью. Более того, в первом проекте решения от 16 мая 2017 года, есть особое мнение, которое председательствующий Состава арбитража […] представила на первоначальный текст решения; второй проект решения от 18 мая 2017 г. особого мнения не содержит.

Совет Международного арбитража «IUS» констатирует невозможность принятия двух решений по одному делу, отличающихся между собой мотивировочной частью и наличием в первом проекте решения от 16 мая 2017 года и отсутствием во втором проекте решения от 18 мая 2017 года особого мнения».

Далее в резолютивной части Определения Совета Международного арбитража «IUS» от 23 мая 2017 г. указано следующее:

«Учитывая обстоятельства дела, ход арбитражного разбирательства, в том числе факт неустранимых разногласий между арбитрами, руководствуясь статьей 21 Закона РК «Об арбитраже», пунктом 7.2. Регламента Международного арбитража «IUS»,

Совет определил:

1. Полномочия Состава арбитража прекратить.

2. Для дальнейшего рассмотрения дела сформировать новый Состав арбитража в количестве одного арбитра.

3. Арбитром по делу […] назначить […]».

Помимо этого определения состав Арбитража обнаружил в материалах рассмотренного дела оригиналы решения от 18 мая 2017 года, принятого большинством голосов Арбитров, которые оказались намеренно испорченными добавлением на них рукописных надписей «Проект решения от 18.05.17».

Таким образом, состоялся уже четвертый акт вмешательства в деятельность состава Арбитража, в результате которого администрацией «IUS» допущено грубейшее нарушение норм ст.ст. 5, 7, 8, 17-19, 34, 45 Закона РК «Об арбитраже», в результате чего принятое по делу решение проигнорировано, испорчено и не представлено сторонам спора в установленные законом сроки, то есть, по сути, отменено; сформирован новый нелегитимный состав арбитража по делу, производство по которому прекратилось в связи со вступлением в силу арбитражного решения. Данные действия нанесли урон правам и законным интересам арбитров, вынесших решение по делу, несправедливо поставили под сомнение их профессиональную репутацию и компетентность.

 

Невозможность принятия двух решений по делу.

Теперь поясним абсурдную ситуацию со вторым «решением» от 16 мая 2017 г., подписанным председательствующим по делу Арбитром, которое якобы и послужило основанием для принятия определения о роспуске состава. Данный документ был попросту «задним числом» сфабрикован администрацией «IUS» совместно с председательствующим Арбитром, дабы создать нелепую предпосылку для роспуска «несговорчивого» состава и блокирования «неудобного» решения, что и было, в итоге, сделано.

Так, 16 мая 2017 г. никакого проекта решения председательствующим Арбитром не подписывалось. Более того, в этот день решение даже не было распечатано и оформлено секретариатом Международного арбитража «IUS». Напротив, 16 мая 2017 года состав Арбитража вынес Определение о переносе даты оглашения решения в связи с тем, что по состоянию на 16 мая 2017 года решение не подписано Арбитрами и не утверждено Арбитражем.

Фактически, указанный проект решения был подписан председательствующим только 18 мая 2016 г., что подтверждается перепиской по электронной почте между Арбитрами. Стоит задуматься над тем, для чего 18 мая 2017 г. секретариатом Международного арбитража «IUS» был изготовлен, а председательствующим Арбитром подписан проект неполного решения от 16 мая 2017 г. без включения в него важных уточняющих и технических деталей, которые были заблаговременно обсуждены составом Арбитров и направлены в адрес председательствующего Арбитра и секретариата в виде обновленного актуального решения от 18 мая 2017 г.

Более того, обращает на себя внимание и тот факт, что секретариатом арбитража в один и тот же день 18 мая 2017 г. было изготовлено два разных проекта решения, на одном из которых проставлена недостоверная дата «16 мая 2017 г.» и, к которому подшито особое мнение несогласного Арбитра, а другое датировано достоверно «18 мая 2017 г.», но не снабжено особым мнением.

В любом случае важно подчеркнуть, что сложившаяся практика технического сопровождения арбитражных разбирательств в Международном арбитраже «IUS» исключает возможность технического изготовления решений арбитрами. Эта функция возложена на секретариат арбитража, в связи с чем оформление двух проектов решений по одному делу, отличающихся между собой мотивировочной частью и наличием в первом проекте решения от 16 мая 2017 года и отсутствием во втором проекте решения от 18 мая 2017 года особого мнения является техническим промахом или намеренным деянием самого арбитражного института.

Наконец, «решение» от 16 мая 2017 г., подписанное единолично председательствующим Арбитром, в силу императивных положений п. 1 ст. 45 Закона РК «Об арбитраже», не имеет никакой юридической силы и не может быть квалифицировано в качестве второго решения по делу, принятого составом Арбитража. В лучшем случае, этот документ позволяет установить причины, по которым несогласный Арбитр не подписал решение от 18 мая 2017 года, которые должны были быть отражены в тексте решения от 18 мая 2017 г. Так, согласно п. 1 ст. 47 Закона РК «Об арбитраже», если арбитражное разбирательство осуществлялось коллегиально, то в случае отсутствия подписи какого-либо арбитра указывается причина ее отсутствия. Арбитражное решение может быть не подписано арбитром, имеющим особое мнение, которое в письменной форме должно прилагаться к арбитражному решению. Таким образом, указанные императивные предписания были проигнорированы председательствующим Арбитром и администрацией «IUS», которые вместо неукоснительного соблюдения норм права предпочли смоделировать неуклюжую ситуацию с «двумя решениями», чтобы впоследствии Совет Арбитража положил ее в основу незаконного роспуска состава и блокирования принятого по делу решения.

 

Допущенные нарушения законодательства.

Суммируя изложенные выше факты, обозначу основные группы нарушений императивных норм действующего законодательства, допущенных администрацией «IUS» в процессе производства по делу, поскольку названные формы вмешательства в деятельность состава Арбитража, помимо беззастенчивого давления на Арбитров, противоречат принципам и нормам действующего законодательства.

(1) Необеспечение принципа независимости состава арбитража в нарушение подп. 3) ст. 5 и ст. 7 Закона РК «Об арбитраже». Изложенные выше акты несанкционированного вмешательства в деятельность состава Арбитража вступают в противоречие с данными нормами Закона и недопустимы.

(2) Нарушение ст. 45 Закона РК «Об арбитраже», выразившееся в игнорировании, технической порче и непредоставлении сторонам вступившего в силу решения по делу.

(3) Присвоение Советом Международного арбитража «IUS» функций судебной власти по отмене решения. В соответствии со ст.ст. 52, 53 Закона «Об арбитраже», принятое составом арбитража решение может быть отменено только государственным судом по ходатайству одной из сторон разбирательства. Согласно п.п. 1,2 ст. 7 ГПК РК, правосудие по гражданским делам осуществляется только судом по правилам, установленным Кодексом. Присвоение властных полномочий суда кем бы то ни было влечет ответственность, предусмотренную законом. Данные нормы ГПК РК реализуют в гражданском процессе конституционную норму об осуществлении правосудия в Республике Казахстан только судом (п. 1 ст. 75 Конституции).

В нарушение указанных норм в Регламенте «IUS» были предусмотрены и продолжают сохраняться положения о праве Совета отменить решение состава арбитража[4].

При этом действия Совета Международного арбитража «IUS», предпринятые после вступления в силу решения состава Арбитража от 18 мая 2017 г., выраженные в Определении Совета от 23 мая 2017 года по формированию нового состава арбитража для дальнейшего рассмотрения дела со ссылкой на п. 7.2. Регламента означают ни что иное, как незаконную отмену Советом вынесенного по делу арбитражного решения.

(4) Игнорирование норм ст.ст. 17-19 Закона РК «Об арбитраже» о порядке прекращения полномочий арбитров и формировании нового состава. Самоуправный роспуск состава Арбитража и формирование нового нелегитимного состава, состоявшиеся на основании Определения Совета Международного арбитража «IUS» от 23 мая 2017 года противоречат императивным положениям названных статей Закона РК «Об арбитраже», согласно которым полномочия арбитров прекращаются при наличии установленных Законом оснований в случае отвода по соглашению сторон, ходатайству стороны или самоотвода. Кроме того, полномочия арбитров прекращаются после вступления в силу решения арбитража по конкретному делу. В случае прекращения полномочий арбитра другой арбитр избирается (назначается) в соответствии с правилами, которые применялись при избрании (назначении) заменяемого арбитра.

(5) Нарушение правил применения собственного Регламента. Не подвергая сомнению право институционального арбитража вносить поправки в свой регламент, важно обратить внимание, что в соответствии с п. 6 ст. 8 Закона РК «Об арбитраже», если стороны не договорились об ином, то при передаче спора в постоянно действующий арбитраж регламент постоянно действующего арбитража рассматривается в качестве неотъемлемой части арбитражного соглашения. Следовательно, если стороны процесса не договорились об ином, при осуществлении арбитражного производства по делу арбитражный регламент должен применяться в редакции, действовавшей на момент совершения арбитражного соглашения.

При этом блокирование администрацией оформления решения в связи с необходимостью его утверждения арбитражем, выдача Председателем Совета Арбитража рекомендаций арбитрам по существу дела, роспуск состава арбитража и формирование нового состава для дальнейшего рассмотрения дела осуществлялись, руководствуясь редакцией Регламента, принятой после совершения арбитражного соглашения.

 

Обращение в Арбитражную палату РК.

Как известно, 30 ноября 2016 года в соответствии со ст. 11 Закона РК «Об арбитраже», в Республике Казахстан создана Арбитражная палата, в состав которой вошли 18 постоянно действующих арбитражей, среди которых и Международный арбитраж «IUS».

Учитывая, что Арбитражная палата РК уполномочена на проведение мониторинга состояния арбитражной деятельности в Республике Казахстан, Арбитры, вынесшие решение по делу, 30 мая 2017 года обратились в Арбитражную палату РК с просьбой рассмотреть ситуацию, связанную с деятельностью Международного арбитража «IUS» и представить мнение Арбитражной палаты по ряду вопросов, связанных с толкованием и применением Закона РК «Об арбитраже».

Осознавая, что Арбитражная палата РК не должна вмешиваться в профессиональную деятельность своих членов по разрешению переданных им споров и не уполномочена пресекать нарушения законности, допущенные в арбитражном процессе, целью данного обращения было обратить внимание профессионального сообщества на недопустимые факты несоблюдения постоянно действующим арбитражем казахстанского законодательства и получение от компетентных специалистов заключения о порядке применения норм Закона РК «Об арбитраже».

Наше обращение было вынесено на рассмотрение Общего собрания членов Палаты, состоявшееся 20 июня 2017 года, в результате которого были даны исчерпывающие и объективные ответы на поставленные вопросы, подтверждающие грубейшее нарушение Международным арбитражем «IUS» императивных норм действующего законодательства РК.

 

Заявление об исключении из реестра арбитров и устранении нарушения законности.

26 июня 2017 года до сведения Международного арбитража «IUS» был доведен Ответ Арбитражной палаты Республики Казахстан, заявлено требование об исключении арбитров, вынесших решение, из реестра арбитров Международного арбитража «IUS» по причине отсутствия перспектив дальнейшего сотрудничества с указанным постоянно действующим арбитражем, методы работы администрации которого не соответствуют основополагающим правилам деятельности арбитража на территории Республики Казахстан. Кроме того, было предложено устранить нарушения законности, допущенные администрацией арбитража, отменив все нелегитимные процессуальные действия, предпринятые после вынесения большинством голосов Арбитров решения по делу от 18 мая 2017 года.

Данное заявление было удовлетворено лишь частично: по информации, размещенной на сайте «IUS», имена заявителей больше не упоминаются в реестре арбитров, а из регламента исключены некоторые незаконные положения, на которые мы обратили внимание в своем обращении в Арбитражную палату РК[5].

Однако вплоть до настоящего времени никакого официального ответа на наше заявление об устранении нарушений законности не поступило, равно как и предложений по восстановлению испорченного решения от 18 мая 2017 г. в целях его вручения сторонам арбитражного разбирательства. Из чего следует вывод о неустранении Международным арбитражем «IUS» нарушений законности, допущенных после вынесения составом Арбитража решения по делу, и в настоящее время дело продолжает рассматриваться нелегитимным составом арбитража, а может быть и завершилось уже вынесением неправового решения, о чем я уже не информирована.

 

Заключение.

Ввиду безрезультатности мер, предпринятых арбитрами незаконно расформированного состава арбитража, считаю принципиальным вынести этот вопиющий прецедент беззакония на публичное обсуждение, дабы обратить на него внимание ученых коллег, органов юстиции и прокуратуры, представителей арбитражного сообщества и других юристов. Ведь если, прикрываясь закрытостью и конфиденциальностью арбитражных разбирательств, не реагировать, хотя бы путем публикаций, на нарушения законности в арбитражной практике, будущее казахстанского арбитража окажется под угрозой.

После обращения в Арбитражную Палату РК в наш адрес уже поступали упреки в нарушении арбитражной этики и конфиденциальности. Думается, выход этого материала спровоцирует их новую волну со стороны заинтересованных субъектов. Однако размещение данной публикации, помимо очередного открытого призыва к руководству Международного арбитража «IUS» прекратить несоблюдение норм казахстанского права и восстановить нарушенную законность, направлено и на защиту собственной репутации автора, которая пострадала от принятия на себя Советом Международного арбитража «IUS», возглавляемого российским профессором Сергеевым А.П., весьма сомнительных функций некоего надзорного звена, сводящего казахстанских арбитров к роли нерадивых учеников, не способных разобраться ни с фактами, ни с собственным законодательством.

Стоит ли говорить о том, что колоссальные усилия, предпринимаемые многими казахстанскими учеными и практиками по совершенствованию действующего арбитражного законодательства, популяризации арбитража как альтернативного способа урегулирования споров, повышению доверия предпринимателей к казахстанскому арбитражу сводятся на нет подобными случаями, в то время как другие участники арбитражного дела успешно попирают основополагающие принципы казахстанского права.

И наконец, хотелось бы обратить внимание законодателя на необходимость более жесткого нормативного обеспечения реализации принципа независимости арбитров при разрешении переданных им споров. Ведь, если судьи государственных судов защищены от вмешательства в их деятельность целым блоком эффективно работающих норм, вплоть до уголовной ответственности за вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность суда в целях воспрепятствования осуществлению правосудия (ст. 407 УК РК), то судьи арбитражных судов, находясь, в общем-то, в аналогичном положении, лишены правовой возможности пресекать необоснованные попытки вмешательства в их деятельность по рассмотрению споров и вынесению решений со стороны администрации институционального арбитража.


[1] См., например: Сулейменов М.К. Как судья по своему разумению законы трактовала // URL: https://www.zakon.kz/4804098-kak-sudja-po-svoemu-razumeniju-zakony.html (дата обращения: 14.07.2017); Актуальные проблемы практики применения нового законодательства об арбитраже и пути его совершенствования // URL: http://zangerlf.com/ru/publications/259 (дата обращения: 14.07.2017); Климкин С.И. Отдельные случаи в практике казахстанских арбитражей // URL: https://www.zakon.kz/4867868-otdelnye-sluchai-v-praktike.html (дата обращения: 14.07.2017); Нетипичные споры в практике казахстанских арбитражных и третейских судов // URL: http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=34984815 (дата обращения: 14.07.2017); Сулейменов М.К., Дуйсенова А.Е. Достоинства и недостатки нового Закона об арбитраже // URL: https://www.zakon.kz/4796696-dostoinstva-і-nedostatki-novogo-zakona.html (дата обращения: 14.07.2017); Калдыбаев А., Линник А. Применение понятия «публичный порядок» в арбитраже // URL: https://www.zakon.kz/4866591-primenenie-ponjatija-publichnyjj.html (дата обращения: 14.07.2017); и мн. др.

[2] См., например: Сборник решений Казахстанского Международного Арбитража (2008-2013 гг.) / Сост.: М.К. Сулейменов, А.Е. Дуйсенова. - Алматы: Казахстанский Международный арбитраж, 2014. - 728 с.; Ежемесячные Информационные бюллетени Арбитражного центра «Атамекен».

[3] Я не раскрываю в настоящей статье конфиденциальные детали спора, к разрешению которого была привлечена в качестве арбитра, однако гарантирую достоверность всех изложенных в настоящем материале фактов, которые при необходимости могут быть подтверждены материалами дела и электронной перепиской.

[4] Так, в п. 3.2.5 действующей редакции Регламента (утверждена Решением Совета арбитража 1 июня 2017 года) предусмотрено, что: «3.2.5. В случае, если решение по делу было отменено полностью либо в части компетентным судом или Советом, то при новом рассмотрении дела количественный и персональный Состав арбитража формируется председателем Арбитража либо его заместителем. При новом рассмотрении дела председатель либо его заместитель могут принять дело к своему производству и рассмотреть спор в качестве единоличного арбитра или сформировать Состав арбитража, состоящий из трех арбитров под собственным председательством» (выделение - добавлено) // URL: http://www.iusea.com/index.php?option=com_content&view=article&id=2&Itemid=47 (дата обращения: 14.07.2017).

П. 7.2. Регламента в редакции, утвержденной Решением Совета арбитража 12 мая 2017 года, предусматривал, что: «7.2. Совет Арбитража может дать рекомендации Составу арбитража.

В исключительных случаях Совет Арбитража по собственной инициативе может принять постановление о признании решения Арбитража не имеющим юридической силы и не подлежащим исполнению.

При необходимости Совет Арбитража вправе своим определением прекратить производство по делу либо для дальнейшего рассмотрения спора назначить новый Состав арбитража, либо поручить сторонам сформировать новый Состав арбитража» (выделение - добавлено) // URL: http://www.iusea.com/index.php?option=com_content&view=article&id=2&Itemid=47 (дата обращения: 30.05.2017).

Этот же п. 7.2. Регламента (в редакции по состоянию на 01 февраля 2016 года) предусматривал, что:

«7.2. В исключительных случаях Совет Арбитража по собственной инициативе может принять постановление о признании решения Арбитража не имеющим юридической силы и не подлежащим исполнению. В случае принятия данного постановления Совет вправе своим определением прекратить производство по делу либо для дальнейшего рассмотрения спора назначить новый Состав арбитража, либо поручить сторонам сформировать новый Состав арбитража» (выделение - добавлено) // Регламент Международного арбитража «IUS» с изменениями и дополнениями по состоянию на 1 февраля 2016 г.

[5] URL: http://www.iusea.com (дата обращения: 14.07.2017)

17 июля 2017, 11:29
Источник, интернет-ресурс: Нестерова Е.В.

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код