Изменение судом квалификации деяния
подсудимого и ее правовое значение

Мамонтов Николай Иванович,

судья Верховного Суда Казахстана

в почетной отставке, член Высшего

Судебного совета Казахстана

 

 

Изменение судом квалификации деяния подсудимого и ее правовое значение (Мамонтов Н.И., судья Верховного Суда Казахстана в почетной отставке, член Высшего Судебного совета Казахстана)Досудебное расследование каждого уголовного правонарушения осуществляется только после регистрации в Едином реестре досудебных расследований (далее - ЕРДР) любого из поводов, указанных в процессуальном законе [2. ст. ст. 180-184; 7. п. 5].

В ходе такого расследования устанавливается лицо, подозреваемое в совершении конкретного уголовного правонарушения, выносится постановлении и признании этого лица подозреваемым, а также мотивированное постановление о квалификации деяния подозреваемого [2. ст. ст. 64, 203, 204].

В постановлении о квалификации деяния подозреваемого указываются, помимо иных данных, фамилия, имя, отчество, дата рождения подозреваемого, а также описывается объективная сторона уголовного правонарушение, в совершении которого лицо подозревается, указывается уголовный закон (статья, часть, пункт), предусматривающий уголовную ответственность за совершенное деяние. Постановление объявляется подозреваемому в присутствии его защитника, осуществляющего защиту интересов подозреваемого в соответствии с законом об адвокатской деятельности, а копия постановления вручается подозреваемому [2. ст. ст.8, 206; 5. пп. 3) п. 2 ст. 26, ст. ст. 33, 35].

При этом такое постановление может выноситься по конкретному поводу, в котором содержится информация о составе конкретного уголовного правонарушения, о совершении которого проводится досудебное расследование.

Если при производстве досудебного расследования не будет установлен состав уголовного правонарушения, о котором в ЕРДР произведена регистрация, то досудебное расследование подлежит прекращению за отсутствием состава или события уголовного правонарушения [2. пп. пп. 1) или 2) ч. 1 ст. 35, ч. 2 ст. 207 УПК].

Если при досудебном расследовании уголовного правонарушения по поводу, зарегистрированному в ЕРДР, будет установлено иное уголовное правонарушение, совершенное тем же подозреваемым, то после регистрации в ЕРДР нового повода (заявления потерпевшего, добровольной (не вынужденной) явки подозреваемого с повинной, рапорта лица, ведущего досудебное расследования) досудебное расследование по такому уголовному правонарушению производится на общих основаниях. При этом подозреваемому на основании выносимого постановления изменяется квалификация деяния на более тяжкое или менее тяжкое либо в постановлении о квалификации деяния подозреваемого указываются новые квалифицирующие признаки (повторность, крупный ущерб, организованная преступная группа, тяжкий вред здоровью и другие).

Окончательной квалификацией деяния подозреваемого является то постановление, которое вынесено позднее [2. ч. 1 ст. 207].

Важным является перечень тех обстоятельств, которые перечислены в законе. В обязательном порядке доказываются событие и предусмотренные уголовным законом признаки состава уголовного правонарушения, которое указано в постановлении следователя о квалификации деяния подозреваемого.

Принципиально важным является уведомление подозреваемого и его защитника, законного представителя, если подозреваемым является несовершеннолетний, и других участников досудебного расследования, об окончании производства следственных действий и праве на ознакомление с материалами уголовного дела, праве на заявление ходатайств о производстве дополнительных следственных действий [2. ст. ст. 294, 295, 296, 297 УПК].

Если заявленные ходатайства потребовали проведения дополнительных следственных действий, то после их выполнения названным выше участникам процесса повторно объявляется уведомлением об окончании досудебного расследования и праве на ознакомление с материалами уголовного дела.

Законом установлено, что после ознакомления с материалами дела всех участников процесса и разрешения заявленных ходатайств следователь, дознаватель, иное лицо, осуществлявшее досудебное расследование составляет обвинительный акт.

В обвинительном акте, наряду с другими указанными в законе сведениями, излагается событие, время, место совершенного уголовного правонарушения, его способ и мотив, последствия, квалификация деяния в соответствии с соответствующей диспозицией нормы уголовного закона [2. ст.299].

После составления обвинительного акта он вместе с делом направляется прокурору [2. ст. 300].

Прокурор после изучения материалов уголовного дела в числе иных вопросов проверяет:

1) имело ли место деяние, о котором проводилось досудебное расследование, и содержит ли это деяние состав уголовного правонарушения, которое на основании поступившего повода зарегистрировано в ЕРДР;

2) нет в деле предусмотренных законом обстоятельств, влекущих его прекращение;

3) правильно ли квалифицировано деяние подозреваемого [2. пп. пп. 1) - 3) ч. 1 ст. 301].

Прокурор в числе иных процессуальных решений 1) утверждает обвинительный акт; 2) составляет новый обвинительный акт [2. пп. пп. 1) и 2) ч. 1 ст. 302; 4. ст. 44].

Только после этого подозреваемый приобретает статус обвиняемого, которому прокурор обеспечивает вручение копии обвинительного акта.

Этот статус сохраняется непродолжительное время, поскольку после вручения обвиняемому копии обвинительного акта прокурор своим постановлением предает обвиняемого суду и направляет уголовное дело в суд по установленной законом подсудности.

И здесь принципиально важно, что обвинительный акт составляется по той квалификации уголовного правонарушения, которая определена в самом последнем постановлении о квалификации деяния подозреваемого. Обвиняемый предается суду по той квалификации деяния, которая указана в обвинительном акте, а эта квалификация не может противоречить тому уголовному правонарушению, о котором указано в поводе для регистрации правонарушения в ЕРДР.

Данная взаимосвязь квалификации уголовного правонарушения в названных процессуальных документах направлена на обеспечении права подсудимого на знание того обвинения, которое ему предъявлено в досудебном производстве, на реализацию им конституционного права на судебную защиту [1. п. 2 ст. 13, п. 3 ст. 39].

Законодатель установил, что главное судебное разбирательство проводится только в отношении подсудимого и только в пределах того обвинения, по которому он предан суду [2. ч. 1 ст. 340 УПК].

Однако законодатель допустил возможность изменения обвинения, если при этом не нарушается право обвиняемого на защиту [2. ч. 2 ст. 340].

Однако с позиции законодательной техники данная норма изложена не корректно.

Уголовное дело поступает в суд и вносится судом в главное судебное разбирательство, если обвинительный акт утвержден прокурором, а обвиняемый прокурором предан суду по тому уголовному правонарушению, квалификация которого указана в обвинительном акте. Преданный постановлением прокурора обвиняемый приобретает статус подсудимого.

Что такое изменение обвинения? Это изменение квалификация деяния подсудимого по сравнению с той квалификацией, которая указана в последнем постановлении о квалификации деяния подозреваемого и соответствующей этой квалификации квалификация деяния, указанная в обвинительном акте и в постановлении прокурора о предании обвиняемого суду.

Может ли суд по своей инициативе изменить квалификацию уголовного правонарушения подсудимого? Ответ может быть только отрицательным, поскольку суд как орган правосудия не является органом уголовного преследования.

Суд исследует представленные процессуальным прокурором и адвокатом доказательства, соответствующие критериям относимости, допустимости, достоверности, раскрывающие обстоятельства рассматриваемого уголовного правонарушения, и устанавливает, соответствуют ли эти обстоятельства диспозиции нормы уголовного закона (квалификации деяния), делает вывод о том, совершил ли подсудимый вмененное ему деяние и виновен ли в его совершении.

Это принципиальной важности законодательные положения, определяющие предмет главного судебного разбирательства и функции суда как органа отправления правосудия.

Законодатель указал, что, если в ходе главного судебного разбирательства возникла необходимость предъявления более тяжкого обвинения или отличающегося от первоначального, суд откладывает рассмотрение дела и предоставляет прокурору время, необходимое для составления нового обвинительного акта [2. ч. 5 ст. 340].

Исходя из законодательной техники, данная норма противоречит функции отправления правосудия и процессуальным полномочиям суда, основанным на рассмотрении уголовного дела по тому обвинению, по которому подсудимый предан суду.

В главном судебном разбирательстве суд не устанавливает, какое фактически совершил уголовное правонарушение подсудимый, а на основании исследованных доказательств, представленных стороной обвинения и защиты решает вопрос о том, доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый; является ли это деяние уголовным правонарушением и какой нормой уголовного закона предусмотрено (статья, часть, пункт); доказано ли совершение этого деяния подсудимым и виновен ли он в совершении вмененного ему уголовного правонарушения [2. пп. пп. 1) - 4) ч. 1 ст. 390].

Положения о том, что при необходимости предъявления более тяжкого обвинения или отличающегося от первоначального, суд откладывает рассмотрение дела и предоставляет прокурору время, необходимое для составления нового обвинительного акта, принципиально не соответствуют нормам уголовного материального и процессуального закона.

Под более тяжким обвинением подразумевается необходимость квалификации деяния, состав которого предусматривает изменение умысла с неосторожного на умышленный, наличие квалифицирующих признаков деяния, наступление более тяжких последствий по сравнению с вмененными, изменение категории деяния и возможность назначения более строгого вида и размера наказания.

Однако оставление нового обвинительного акта о более тяжком уголовном правонарушении сопряжено с несколькими правовыми ситуациями: 1) составление нового обвинительного акта потребует вынесения нового постановления о предании обвиняемого суду по новому деянию, квалификация которого должна быть указана в новом обвинительном акте; 2) составление нового обвинительного акта потребует вынесение нового постановления о квалификации деяния подозреваемого по более тяжкому уголовному правонарушению. Без такого постановления невозможно составить новый обвинительный акт по более тяжкому уголовному правонарушению, поскольку квалификация деяния может определяться по той квалификации, которая указана в последнем по дате вынесении постановления о квалификации деяния подозреваемого; 3) изменение квалификации деяния подозреваемого на более тяжкое потребует нового ознакомления подозреваемого с материалами уголовного дела, вручения ему нового постановления о квалификации деяния подозреваемого, а также вручения подозреваемому нового обвинительного акта и вынесения прокурором нового постановления о предании обвиняемого суду по новому обвинению, а также после поступления уголовного дела в суд проведения предварительного слушания.

Фактически через процессуальное упрощенчество сохраняется дефектный институт возвращения уголовного дела судом на дополнительное расследование, что нормами УПК не предусмотрено.

Дефектность данного института выражается не в установлении судом фактически совершенного подсудимым уголовного правонарушения и его надлежащей квалификации, что присуще должностным лицам органам уголовного преследования и надзирающему за законностью досудебного расследования прокурору. Перед судом как органом правосудия поставлены совершенно иные задачи, основанные на исследовании представленных обвинением и защитой доказательств, позволяющих сделать вывод о том, доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, является ли это деяние уголовным правонарушением и какой нормой уголовного закона предусмотрено, доказано ли совершение этого деяния подсудимым и виновен ли он в его совершении.

При этом по ранее указанной в постановлении о квалификации деяния подозреваемого прокурор либо следователь обязаны вынести постановление о прекращении уголовного дела за отсутствием состава уголовного правонарушения или за отсутствием события уголовного правонарушения. В одном уголовном деле не может быть два постановления прокурора о предании обвиняемого суду в совершении уголовных правонарушений разной степени тяжести (общественной опасности) и два постановления судьи о назначении главного судебного разбирательства.

Безусловное соблюдение указанных выше норм УПК является гарантией обеспечения права подсудимого на судебную защиту.

По окончании судебного следствия суд переходит к судебным прениям, которые состоят из выступлений (речей) участников процесса, названных в законе [2. ч. 3 ст. 383], за исключением дел, рассмотренных в сокращенном судебном следствии.

Какими процессуальными правами в судебных прениях обладает прокурор как государственный обвинитель, защитник подсудимого, подсудимый как гражданский ответчик?

Процессуальный прокурор как государственный обвинитель вправе на основании исследованных в судебном заседании доказательств утверждать о том, что имело место деяние, в совершении которого подсудимым предан суду, что вина подсудимого в совершении этого деяния доказана, а также указать квалификацию этого деяния (статья, часть, пункт). Принципиально важно, что процессуальный прокурор может утверждать о совершении уголовного правонарушения и виновности подсудимого в совершении только того уголовного правонарушения, квалификация о котором указана в постановлении прокурора о предании обвиняемого суду.

Если в судебном заседании усматривается совершение подсудимым иного уголовного правонарушения, в совершении которого в досудебном расследовании следователем или прокурором не вынесено постановление о квалификации деяния подозреваемого, в том числе и более тяжкой по сравнению с квалификацией уголовного правонарушения, указанной в последнем по дате вынесении постановлении и квалификации деяния подозреваемого, в обвинительном акте и в постановлении прокурора о предании обвиняемого суда, прокурор не вправе ходатайствовать об изменении квалификации деяния подсудимого в обвинительном приговоре или о возвращении уголовного дела прокурору для составления нового обвинительного приговора.

Если в судебном заседании не доказано совершение подсудимым того уголовного правонарушения, о котором он предан суду, но усматривается совершение им иного, менее тяжкого уголовного правонарушения, то процессуальный прокурор не вправе ходатайствовать перед судом об изменении квалификации деяния подсудимого и признании его виновным в совершении того уголовного правонарушение, о котором не вынесено последнее по дате постановление о квалификации деяния подозреваемого, соответствующей этой квалификации той квалификации, которая указана в обвинительном акте и постановлении прокурора о предании обвиняемого суду.

И в том, и в другом случае суд не вправе изменить квалификацию деяния подсудимого и признать его виновным в совершении уголовного правонарушения по новой квалификации деяния, которая ему не вменялась, и которая будет свидетельствовать о нарушении право подсудимого на судебную защиту. Суть такого существенного процессуального нарушения будет выражаться в том, что подсудимому новая квалификация его деяния ему не вменялась, такая квалификация не исследовалась в досудебном расследовании, она соответствующего процессуального закрепления.

Если процессуальный прокурор отказывается от обвинения полностью или в части, то суд выносит оправдательный приговор в той части обвинения, от поддержания которого процессуальный прокурор отказался.

Правая позиция защитника в судебных прениях формируется по нескольким аспектам: 1) если подзащитный в судебном следствии отказался от признания своей вины в совершении вмененного ему уголовного правонарушения, то защитник просто обязан обосновать непризнание подзащитным вины в совершении преступления посредством установления недопустимых доказательств, подлежащих устранению из процесса, и тех нарушений закона, которые были допущены при проведении конкретных процессуальных действий и принятии конкретных процессуальных решений. Защитник обязан обосновать все алиби, которые подзащитный выдвигает в обоснование своей невиновности.

В защитительной речи защитник не вправе ссылаться на какие-либо предусмотренные законом смягчающие ответственность обстоятельства, поскольку такие обстоятельства имеют правовое значение в вопросах назначения вида и размера уголовного наказания.

Защитник ни при каких условиях не вправе ссылаться на переквалификацию деяния подзащитного на норму уголовного закона, предусматривающей уголовную ответственность за совершение менее тяжкого уголовного правонарушения по сравнению с квалификацией деяния, указанной при предании обвиняемого суда.

Указанное содержание правовой позиции защитника при произнесении защитительной речи в судебных прениях будет означать, что подзащитный был оставлен без судебной защиты, а ему не была оказана квалифицированная юридическая помощь.

Особенность содержания института оказания адвокатом квалифицированной юридической помощи в уголовном процессе выражается в том, что: 1) такая помощь оказывается лицу с момента его задержания в качестве подозреваемого в совершении того уголовного правонарушения, о котором произведена регистрация в ЕРДР; 2) после принятия поручения на оказание квалифицированной юридической помощи на основании соглашения или оплаты расходов из республиканского бюджета, защитник по своей инициативе не может отказаться от принятого поручения; 3) защитник обязан оказывать квалифицированную юридическую помощь подзащитному на всех этапах процесса до вступления приговора (обвинительного или оправдательного) в законную силу, а по ходатайству осужденного и при пересмотре приговора в кассационном порядке; 4) при осуществлении адвокатской деятельности по оказанию подзащитному квалифицированной юридической помощи или при представлении интересов потерпевшего в уголовном процессе (досудебном расследовании и в судебном производстве) адвокат обладает не подлежащими ограничению процессуальными правами и пользуется защитой государства [5. ст. ст. 33, 35].

Представляется, что следует проанализировать позицию законодателя относительно квалификация деяния подсудимого, которую надлежит проводить суду при вынесении в совещательной комнате приговора.

Принципиально важными для вынесения обвинительного либо оправдательного приговора являются положения, указанные в пп. п. п 1) - 4) ч. 1 ст. 390 УПК.

Это означает, что судья в совещательной комнате с полным основанием вынесет обвинительный приговор, если даст положительные ответы на следующие вопросы в совокупности:

1) доказано, что имело место деяние, объективная сторона которого зафиксирована последовательно в последнем по дате вынесении постановлении о квалификации деяния подозреваемого, а обвинительном акте и в постановлении прокурора о предании обвиняемого суду;

2) данное деяние является уголовным правонарушением, предусмотренным диспозицией конкретной нормы уголовного закона (статья, часть, пункт);

3) указанное деяние, которому присущи признаки состава уголовного правонарушения, совершено подсудимым;

4) указанное деяние подсудимый совершил умышленно или по неосторожности с наступлением предусмотренных законом отрицательных правовых последствий.

Иные вопросы, которые надлежит судье разрешить при вынесении в совещательной комнате обвинительного приговора, являются производными от указанных в подпунктах 1) - 4) части 1 статьи 390 УПК вопросов.

Если на любой из этих вопросов отсутствует положительный ответ, то суд обязан вынести оправдательный приговор по основаниям, предусмотренным законом [2. пп. пп. 1) или 2) ч. 1 ст. 35]. При этом следует учитывать, что иные указанные в законе обстоятельства, исключающие производство по делу, к квалификации деяния не относятся.

Однако законодатель предусмотрел, что в случае 1) признания части обвинения необоснованной или 2) установления неправильной квалификации уголовного правонарушения суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора указывает основания и мотивы изменения обвинения.

Редакция данной нормы фактически свидетельствует о том, что в судебном заседании та квалификация деяния, которая указана в последним по дате вынесения постановлении о квалификации деяния подозреваемого - обвинительном акте - постановлении прокурора о предании обвиняемого суду не нашла своего подтверждения. В этом случае суд в совещательной комнате по своей инициативе не вправе изменить квалификацию деяния подсудимого, поскольку суд не относится к органу уголовного преследования, не вправе самостоятельно устанавливать новую квалификацию деяния подсудимого. Подсудимый и его защитник вырабатывали правовую позицию защиты против той квалификации деяния, которая вменена подсудимому, но не вырабатывали позицию защиты против неизвестной им квалификации деяния, которая «родилась» в совещательной комнате в сознании судьи.

Изменение квалификации деяния подсудимого в совещательной комнате означает, что судья нарушает право подсудимого на защиту от известного ему, надлежащим образом доведенного до него обвинения в совершении конкретного уголовного правонарушения. И в этой ситуации суд просто обязан вынести оправдательный приговор по той квалификации деяния, которая установлена органом досудебного расследования и прокурором. Если в фактически совершенных действиях подсудимого имеется иной состав уголовного правонарушения, то с соблюдением всех предусмотренных нормами УПК процедур в новом досудебном расследовании будет зафиксирована та квалификация деяния подозреваемого, которая соответствует фактически им совершенному деянию. И при квалификации деяния подозреваемого - в обвинительном акте - в постановлении о придании обвиняемого суду будет исключаться пресловутая методика квалификации деяния «с запасом».

На законодательном уровне суд обязывают изменять квалификацию деяния подсудимого. Указано, что при установлении того, что некоторые статьи (часть статьи, пункт части статьи) предъявлены излишне, суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора указывает статью (часть статьи, пункт части статьи) уголовного закона, по которой следует квалифицировать деяние, и указывает об исключении излишне предъявленной статьи (части статьи, пункта части статьи) [2. ч. 1 ст. 397].

Но суд не осуществляет квалификацию деяния подсудимого, а на основании представленных стороной обвинения и защиты доказательств в их совокупности решает вопрос о доказанности или не доказанности того деяния, которое квалифицировано по конкретной статье (части статьи, пункту части статьи) органом уголовного преследования и прокурором.

Например, подсудимый предан суду по обвинению в совершении хищения чужого имущества в крупном размере [3. ч. 3 ст. 188, пп. 38) ст. 3].

В судебном заседании установлено, что размер похищенного не превышает размер пятисот месячных расчетных показателей. Означает ли это, что суд изменит квалификацию деяния по своей инициативе с части 3 на часть 1 статьи 188 УК?

Вовсе нет. Поскольку в судебном заседании не доказано совершение хищения в крупном размере, то подсудимый по этому обвинению подлежит оправданию за отсутствием состава уголовного правонарушения, в совершении которого ему предъявлено обвинение.

Именно в таком правовом подходе и понимании выражается функция правосудия, в состав которой не включается элемент обвинения, обвинительного уклона. Реализация такого содержания функции правосудия позволит исключить все негативные аспекты в практике расследования уголовных дел с применением недозволенных методов ведения следственных действий, обмана и психологического и иного незаконного воздействия на подозреваемых, а также неукоснительное соблюдение процессуальных прав адвокатов как профессиональных защитников, оказывающих подозреваемому, обвиняемому, подсудимому квалифицированную юридическую помощь.

Немаловажный интерес представляет позиции законодателя в процессуальных полномочиях суда апелляционной инстанции в решении вопросов, связанных с применением уголовного закона и квалификацией деяния подсудимого, в отношении которого судом первой инстанции вынесен обвинительный приговор (подсудимый не считается осужденным, поскольку обвинительный приговор в отношении него не вступил в законную силу).

В качестве основания изменения приговора судом апелляционной инстанции названо неправильное применение уголовного закона [2. пп.4) ст. 433 УПК].

Неправильное применение судом первой инстанции уголовного закона по мнению суда апелляционной инстанции может выражаться в неправильном применении правил назначения уголовного наказания и в неправильной квалификации деяния подсудимого [2. ст. 437].

Вывод о нарушении правил назначения наказания существует при неизменности квалификации деяния подсудимого и не влияет на нарушение конституционного принципа недопустимости нарушения права на судебную защиту, независимо от того, будет ли уменьшен либо увеличен окончательный вид и размер наказания в пределах санкции статьи закона, устанавливающей уголовную ответственность за совершенное деяние согласно его квалификации.

Одним из оснований изменения обвинительного приговора, вынесенного судом первой инстанции, является применение закона о менее тяжком уголовном правонарушении, то есть об изменении квалификации деяния [2. пп. 2 ч. 1 ст. 442].

Но изменении квалификации деяния в суде апелляционной инстанции свидетельствует о наличии данных о том, что в досудебном производстве и в судебном заседании суда первой инстанции не доказано совершения того уголовного правонарушения, квалификация которого дана в постановлении о квалификации деяния подозреваемого - в обвинительном акте - в постановлении прокурора о предании обвиняемого суду - в обвинительном приговоре суда первой инстанции. При таком выводе следует единственное правовое решение - отмена обвинительного приговора суда первой инстанции и прекращение производства по уголовному делу за отсутствием состава уголовного правонарушения или события деяния, предусмотренного уголовным законом.

При изменении процессуального закона и исключении из него всех правомочий суда, свидетельствующих об обвинительном уклоне и нарушении конституционного права подсудимого на судебную защиту последует принятие необходимых мер по повышению профессионализма следователей и прокуроров в вопросах применения закона о квалификации деяния подозреваемого, установится имидж суда как органа правосудия а не как органа уголовного преследования, укрепится соблюдение прав подозреваемых и состояние законности в уголовном судопроизводстве. Верховному суду не придется в массовом порядке осуществлять реабилитацию незаконно осужденных граждан.

 

Перечень использованных источников

1. Конституция Республики Казахстан, принята на республиканском референдуме 30 августа 1995 года, по состоянию на 19 марта 2017 года

2. Уголовно-процессуальный кодекс Казахстана от 4 июля 2014 года, по состоянию на 12 июля 2018 года

3. Уголовный кодекс Казахстана от 3 июля 2014 года, по состоянию на 12 июля 2018 года

4. Закон Казахстана «О прокуратуре» от 30 июня 2017 года, по состоянию на 21 декабря 2017 года

5. Закон Казахстана «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» от 5 июля 2018 года

6. Закон Казахстана «О правовых актах» от 6 апреля 2016 года, по состоянию на 22 июля 2018 года

7. Правила приема и регистрации заявления, сообщения или рапорта об уголовных правонарушениях, а также ведения Единого реестра досудебных расследований Едином реестре досудебных расследований (далее - ЕРДР), утвержденных приказом Генерального Прокурора Казахстана от 19 сентября 2014 года № 89, по состоянию на1 февраля 2018 года

 

 

6 августа 2018, 12:53
Источник, интернет-ресурс: Мамонтов Н.И.

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript