Обнаружено блокирование рекламы на сайте

Уважаемые пользователи,

создатели сайта не желают превращать его в свалку рекламы, но для существования нашего сайта необходим показ нескольких баннеров.

просим отнестись с пониманием и добавить zakon.kz в список исключений вашей программы для блокировки рекламы (AdBlock и другие).

Интеграция, соединение усилий евразийских партнеров - не политическая прихоть, а осознанная необходимость - мнение экспертов

АСТАНА. 3 декабря. КАЗИНФОРМ - Как уже сообщалось, недавно в Москве, в РИА «Новости», состоялся круглый стол «Глобальный финансовый кризис: его последствия и антикризисные программы России и Казахстана». В рамках рубрики «Мировые СМИ о Казахстане» предлагаем вниманию читателей материалы, основанные на выступлениях участников круглого стола и опубликованные на сайте eurasianhome.org, 20.11.2008.

Данияр Акишев, заместитель председателя Национального банка Республики Казахстан

В кризис Национальный банк Казахстана работал, как все центробанки в мире. Главная антикризисная мера - это государственное вмешательство. Эта мера работает и в России, и в Казахстане, так как государство решило, что в рыночной экономике оно несет социальную и экономическую ответственность за общество.

Казахстан первый столкнулся с экономическими проблемами. Последние десять лет наши страны были в некой эйфории от больших нефтяных доходов. Но при формировании дальнейших индикаторов правительство старалось придерживаться консервативной политики, хотя общество жило сверхожиданиями.

Мы раньше столкнулись с кризисом и раньше из него выходим. Поэтому чем быстрее Россия будет смотреть на опыт других стран, тем будет лучше для нее. Если государство решило помогать, оно должно реально помогать: в этом отношении власти Казахстана действовали достаточно радикально. И поэтому опыт Казахстана будет полезен для России. Тем более, что в будущем в России будет серьезное снижение цен на актив, и в этой ситуации возникает вопрос, что будет с российской банковской системой. Закладывать на это деньги надо уже сейчас.

Казахстан сейчас стоит перед угрозой дефляции, потому что сокращается потребительский спрос, кредитная активность. И наш Нацбанк выбрал приоритетом обеспечение финансовой стабильности. Мы снизили ставку, сократили минимальные резервные требования, расширили перечень залогового обеспечения.

В принципе, российский Центробанк сделал то же самое. Просто пока общественное сознание в России пытается ухватиться за старые правила, считая, что стабильность цен важна. Но тот скачок цен, который будет в России, через год забудется. Цены прекратят расти, потому что люди перестанут покупать дорогие товары.

Мы видим, что Россия тоже сильно зависела от внешних заимствований - только не через банковский сектор, как у нас, а реальный. Сейчас корпорации вынуждены пересматривать свои планы и стратегии.

Необходимо понять, что пир закончился. Теперь нужно жить по средствам и реально прогнозировать ситуацию. В этом отношении Казахстан - яркий пример. Мы быстро перестроили свои стратегические планы и уже не говорим о достижении высоких темпов роста. Нужно обеспечить стабильные значения, которые позволят обществу избежать кризисных явлений.

Михаил ДМИТРИЕВ, руководитель Центра стратегических разработок.

Если сравнивать российский кризис с казахстанским, то по большому счету у нас две общие проблемы, поскольку наши экономики очень похожи в плане зависимости от внешней ситуации. Но в России ситуация несколько отличается. Во-первых, российская экономика имеет огромный уровень корпоративной задолженности на мировых финансовых рынках, и эту задолженность надо рефинансировать. Российские заемщики оказались отрезаны от доступа к иностранным источникам капитала.

Второй источник проблем - продолжение падения цен на нефть. Не исключается падение до 20-25 долларов за баррель. Это падение еще больше ухудшает кредитные рейтинги России как заемщика, то есть усугубляет проблему доступа на рынки капитала. С другой стороны, ухудшает наш торговый баланс, еще более затрудняя поиск валютных источников для возврата долга за счет внутренних ресурсов.

Эти две проблемы - главный источник, который подпитывает развитие кризиса в российской экономике. С этой точки зрения можно представить два сценария развития кризиса. Они предполагают совершенно разные политики борьбы с этим кризисом.

Первый сценарий не исключен, но его реализация вызывает все больше вопросов. Это сценарий, когда ситуация на мировых финансовых рынках нормализуется уже в первой половине следующего года. Российские заемщики получат доступ к источникам рефинансирования капитала уже к лету. Правительству не потребуется в таких масштабах расходовать золотовалютные резервы и поддерживать корпорации и банки. Это будет означать и нормализацию цен на нефть, как минимум, они подрастут до 60-70 долларов.

Другой сценарий - рецессия на рынках развитых стран затянется до конца 2009 года. Возможности получить доступ к мировым финансовым рынкам не будет до конца 2009 года. Надо искать деньги за счет внутренних источников. В этом сценарии вероятно падение цен на нефть до 20-25 долларов за баррель, что приведет к существенному ухудшению валютного баланса.

Парадокс российской антикризисной политики в том, что эти две ситуации требуют разных действий. При этом сценарий затяжного кризиса становится все более вероятным. Российское правительство пока делает акцент на политике, ориентированной на краткосрочное протекание кризиса. Сейчас мы находимся у рубежа, когда правительству нужно принимать стратегическое решение. Либо мы продолжаем надеяться на быстрое завершение кризиса, либо мы отказываемся от попытки «затушить» краткосрочный кризис и переходим к долгосрочной стратегии сдерживания кризисных явлений.

Сейчас российское правительство «заливает» кризис ликвидности деньгами. Но тратить такими темпами свои резервы еще 4-5 месяцев правительство позволить себе не может. Если кризис продлится дольше первого квартала следующего года, такая политика приведет почти к банкротству страны.

Таким образом, при затяжном кризисе политика должна быть другой. Вряд ли мы можем позволить себе в этой ситуации потратить более 100 млрд долларов из резервов на поддержание курса рубля. Дальнейшее поддержание курса при масштабном оттоке капитала и сокращении сальдо торгового баланса нереально. Тогда речь идет о девальвации рубля, и либо это происходит обвально, либо это придется делать планомерно. К этому готовиться надо уже сейчас, то есть контролируемо понижать курс рубля.

Если правительство более высоко оценивает вероятность затяжного кризиса, антикризисную политику нужно пересматривать кардинально. Нужно отказаться от расточительного расходования бюджетных резервов, их надо сберегать, нужен более жесткий акцент на избирательности тех, кому помогать. Необходимо отказаться от обязательства удержать любой ценой бюджетные расходы. Есть масса неэффективных инвестиционных проектов, которые попали в инвестпрограммы и от которых нужно отказываться.

Надо понимать, что при затяжном кризисе целью политики правительства не будет остановка кризиса. У правительства не будет на это ресурсов. Речь идет только о смягчении наиболее острых последствий.

Валерий ЗУБОВ, депутат Государственной Думы РФ.

Наш кризис не зависит только от того, что будет происходить за рубежом. Финансовая ситуация в мире может стабилизироваться, а кризис у нас продолжится. Есть фундаментальные отличия нашей экономики от того, что происходит за рубежом.

На мой взгляд, первая внутренняя проблема - это производительность труда. У нас доходы в два раза превышают производительность труда. И эта тенденция многих лет. Выход из кризиса будет, когда эти пропорции сойдутся.

Мы пока в такой ситуации, что не можем предложить миру выгодные объекты для инвестирования под видом стратегических. И целиком зависим от нефти.

Сейчас наша позиция в том, что мы наблюдаем за развитием ситуации. Что мы делаем? Правительством выделяются деньги. Но при этом мы не сделали самого главного - не определили, какую цель мы ставим. Соответственно, мы никак не определимся, на какую часть общества опереться, на какую часть бизнеса опереться. Почему только государство должно искать выход из кризиса?

Существует достаточно простая схема, как нам выскочить из капкана внешних задолженностей. Наши компании попали в эту зависимость, потому что государство завысило налоги. Можно сделать обратную замену - расплатиться за предприятия по долгам и забрать в госсобственность активы. Тем не менее, мы только локализуем проблемы, не связанные с тем, что происходит во внешнем мире.

Алексей ВЛАСОВ, генеральный директор Информационно-аналитического центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве при МГУ им. М.В.Ломоносова

В настоящий момент у многих экспертов присутствует уверенность в том, что архитектура мировых финансовых и экономических институтов после завершения фазы «острого кризиса» будет принципиально иной, чем в начале 2000-х. Но при этом, пожалуй, ни у кого нет точного представления о формате этой новой модели. Как отметил О.Матвейчев: «Весь мир видел успехи капитализма, весь мир видел успехи науки и промышленности, весь мир понимал, что прогресс неумолим и весь мир стал понимать, что и этот капитализм так же уйдет, как ушел мир, который был до капитализма. Тот, кто первым покажет, что это будет за мир, кто нарисует призрак будущего, кто заполнит вакантное место могильщика капитализма, тот обречен на великую любовь всех прогрессивных людей».

Уже очевидно, что валютно-сырьевая нирвана для экономик России и Казахстана практически исчерпала себя. Возврата к высоким ценам на энергоносители может уже и не быть. Любой кризис, при этом, можно использовать как фактор обновления экономики, очищения рынка от его неэффективных участников. Дело в том, что многие из этих «игроков» имеют политическую поддержку в высших эшелонах власти, и не следует торопиться с выписыванием похоронных свидетельств.

Также мы не можем с высокой степенью достоверности определить, насколько будут учтены основные уроки кризиса национальными элитами. Но, судя по последним заявлениям российских и казахстанских лидеров, серьезные выводы уже сделаны. Дело только за тем, чтобы они были воплощены в реальной политике.

Антикризисные проекты казахстанского руководства некоторые российские политологи уже назвали «новым курсом», сравнивая Нурсултана Назарбаева с американским президентом Ф.Рузвельтом и его политикой в начале 1930-х годов. Конечно, это сравнение ко многому обязывает, а о реальных итогах антикризисной программы президента РК говорить пока еще преждевременно, но в то же время необходимо признать, что именно меры, предложенные Нурсултаном Назарбаевым, позволили, по крайней мере, на настоящий момент, избежать серьезных социальных потрясений и резкого падения уровня основных экономических показателей в стране. Хотя это вовсе не означает, что наиболее острая фаза кризиса уже пройдена.

Эксперты считают, что основным итогом кризиса для постсоветских стран может стать укрепление контролирующей роли государства в экономике - акцентирую в данном случае внимание на слове «контролирующей», которое подчеркивает границы «проникновения» государства в частный сектор.

Часть аналитиков говорят о необходимости определения более эффективной роли государства в его экономической деятельности, которая пока что сводится к роли финансовой «скорой помощи» для «системообразующих структур», которые далеко не во всем продемонстрировали собственную состоятельность, а теперь пытаются опереться на «государственное плечо». Речь идет и о банках, и о крупных корпорациях, которые обеспечивают собственную выживаемость через получение государственных кредитов и иных финансовых преференций. Но, так или иначе, в центре внимания все равно останется вопрос о новой роли государства в экономике наших стран в посткризисную эпоху.

Экономисты уверены: в будущем существенно усилится надзор властей за банковской системой: «Вероятнее всего, ужесточатся критерии по присуждению кредитных рейтингов, поскольку до сих пор они были довольно поверхностными. Во-вторых, центробанки пропишут более четкую градацию качества заемщиков: на данный момент финучреждения нередко относят плохих заемщиков к категории благонадежных клиентов».

Кремль и Акорда однозначно заявляют о том, что кризис не будет использован для проведения «ползучей национализации». В это хочется верить, поскольку действительно наименее эффективный менеджмент, как правило, государственный.

Однако нерешенным остается вопрос, каким будет отношение между государством и частным бизнесом после завершения операции «спасение национальных экономик». Смогут ли наши государства в дальнейшем выдерживать баланс между интересами монополий и госкорпораций с одной стороны, и массовых потребителей с другой? Будет ли продолжаться массированная поддержка госсектора и госкорпораций, в инвестиционные программы которых государство, если брать российский опыт, приоритетно вкладывает значительные средства?

Мы видим, что в России в большей степени, в Казахстане - в несколько меньшей, делается акцент на поддержание внутреннего спроса с помощью механизма госзакупок, которые ориентированы на приоритетность отечественных товаров. На момент выхода из кризисной фазы развития все эти меры, так или иначе, будут приводить к усилению роли государственного сектора в экономической жизни страны. А мнение экономистов о том, будет ли это во благо или же, напротив, приведет к существенному снижению конкурентоспособности - в этой части вопрос остается открытым.

По мнению Руслана Гринберга, мы являемся свидетелями конца безбрежного либерализма. Социальные последствия кризиса неизбежно должны привести к тому, что государство будет вынуждено проводить более масштабную социальную политику. Это вдвойне актуально для Казахстана и России, население которых традиционно рассматривает государство как защитника собственных интересов. Но при реализации подобного сценария «огосударствление экономики» действительно неизбежно, поскольку это будет единственный путь, на котором можно будет предотвратить дальнейший рост социальных издержек.

Российским и казахстанским властям нужно серьезно подумать над тем, чтобы хоть как-то ограничить зависимость своих экономик от состояния экономики США. Создание альтернативных мировых валют - вполне возможно вынужденный, но необходимый шаг в этой ситуации. Будет ли это рубль или юань, пока предсказать достаточно сложно.

Можно по-разному относиться к Егору Гайдару, но, полагаю, к его словам необходимо прислушаться: «Надо понять, что из кризиса мы выйдем в существенно более жестком мире, где крупные компании, немецкие, американские, французские, вынуждены будут адаптироваться к этому новому миру довольно жесткими мерами. Это значит, что мы выйдем в мир с более жесткой конкуренцией. То есть, для России это вызов, как и для всех других стран».

Напрашивается вывод - интеграция, соединение усилий евразийских партнеров - не политическая прихоть, а осознанная необходимость, к которой кризис, хотим мы этого или нет, но объективно подталкивает не только Россию и Казахстан, но и другие постсоветские страны.

Иначе - достигнув дна, мы услышим - снизу стучат.


Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Добавить комментарий
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код
Новости партнеров
Загрузка...
Loading...