Обнаружено блокирование рекламы на сайте

Уважаемые пользователи,

создатели сайта не желают превращать его в свалку рекламы, но для существования нашего сайта необходим показ нескольких баннеров.

просим отнестись с пониманием и добавить zakon.kz в список исключений вашей программы для блокировки рекламы (AdBlock и другие).

Новости за сегодня

Победы поле правовое. В академии «Адiлет» прошел «круглый стол», инициаторами которого выступило республиканское общественное объединение «Юристы — за справедливые выборы»

Победы поле правовое

В академии «Аділет» прошел «круглый стол», инициаторами которого выступило республиканское общественное объединение «Юристы — за справедливые выборы». В продолжение разговора решили обратиться к заместителю председателя Анатолию МАТЮХИНУ и члену правления Виктору МАЛИНОВСКОМУ — докторам юридических наук, специализирующимся в области теории права и государства, а также конституционного права Казахстана и зарубежных стран. Ректор и проректор Академии юриспруденции — Высшей школы права «Аділет» — любезно согласились внести дополнения в тему.

— Объединение «Юристы — за справедливые выборы», несмотря на свое относительно недавнее рождение, резко вклинилось в наше политическое бытие. С чем это связано?

А. Матюхин:

— Главным образом с той ролью, которое начало играть право в жизни общества. Возможно, для кого-то кажутся фантастическими декларированные в Конституции идеалы правового государства, верховенства прав и свобод человека и гражданина и подобные им ценности либерализма. Для нас, юристов, это повседневность, которая начинается от выхода из собственной квартиры и заканчивается спорами в международных судах по вопросам о соблюдении странами принятых на себя обязательств. Право всюду, поэтому и наши коллеги везде. И на нас всех и каждом в отдельности лежит особая ответственность за состояние дел на всех направлениях и уровнях экономической и политической модернизации. Рано или поздно родилась инициатива объединиться? Считаю, что своевременно. Кто-то наверняка не обратил внимания на то, что в мае юристы из различных сфер деятельности создали Алматинский клуб юристов. Как продолжение, теперь уже члены клуба учредили республиканское объединение «Юристы — за справедливые выборы».

В. Малиновский:

— Почувствовали, что особое внимание в данный момент заслуживает именно правовой институт выборов и практика его применения в ходе избирательных кампаний. В августе мы говорили о том, что в отношении прошедших парламентских выборов нас очень беспокоит присутствие в обществе двух полярных мнений. С одной стороны, почти полное спокойствие, отсутствие сколь-нибудь шумных дел в судах, результатов разборов жалоб граждан в прокуратурах…

С другой — скандальные и более сдержанные заявления относительно допущенных якобы массовых нарушениях акиматами, избирательными комиссиями и правоохранительными органами. Такого резкого расхождения не может быть в принципе. А потом, если нет практики применения избирательного законодательства, в частности норм об ответственности, то о развитии права не может быть речи. Не будет же законодатель при внесении изменений и дополнений в конституционный закон о выборах руководствоваться лишь умозрительными представлениями и добрыми пожеланиями зарубежья.

— Юристы поверили в свои силы и решили выйти на более широкие просторы.

А. Матюхин:

— Чувствую в вашем вопросе шутливую нотку. Но основное то, что мы действительно поняли, что можем сделать много полезного. Уверенность в этом нам придало мое и профессора Сергея Ударцева участие в одной встрече — в клубе «Политон», куда нас пригласил известный политолог Нурболат Масанов поговорить о десятилетии действующей Конституции. После обмена мнениями, как нам показалось, возникло новое видение ситуации, опирающееся на профессиональную юридическую позицию. Именно профессионального взгляда юристов очень не достает на публичных дискуссиях.

— Но вернемся к роли «Юристов — за справедливые выборы» на выборах. По-моему, мы гораздо чаще слышим о «PR-кампаниях», «грязных технологиях», «рекламных роликах», «месторасположениях билбордов» и прочих вроде бы далеких от юриспруденции вещах.

А. Матюхин:

— Любые технические либо технологические нюансы избирательного процесса так или иначе выходят на право. Шагнул сюда, ущемил права другого кандидата. Шагнул туда — ограничил свободу собственника фонарного столба. Пришел поглазеть на несанкционированный митинг — готовься объясняться с полицией и судьей. И это не тоталитаризм. Каждая норма права обоснована. За соблюдением правил стоит конкретный государственный представитель, который действует от имени государства. И уполномочен им на обеспечение исполнения правил соответствующими средствами.

Прокурор предупреждает, что митинг не санкционирован. Стоящий за ним полицейский готов по команде применить силу и специальные средства для пресечения сбора. Нарушителю остается пенять на себя. Это правомерно и справедливо! Еще один очень важный момент. Результаты голосования должны быть легальными и легитимными. Иными словами, победа должна обеспечиваться только законными средствами. А победитель должен обладать признанием электората. В своем недавнем обращении мы призвали всех участников избирательного процесса к безусловному соблюдению действующего законодательства.

— Это же элементарно! Не кажется вам, что подобные призывы уже порядком поднадоели?

В. Малиновский:

— Ну как сказать. Кто-то намеренно нарушает закон, будучи уверенным, что с него взятки гладки. Имидж великомученика за справедливость — вот его главная мечта. Таких можно останавливать только юридическими санкциями. Кто-то думает: авось, пронесет. Кто-то решил подзаработать, расклеивая агитационные материалы в неположенных местах. Печатник по дружбе «бесплатно» крутанул дополнительный тираж сверх указанного на плакате. Хулиган швырнул камень в портрет кандидата в Президенты. Журналист тиснул в газете скандальный, не проверенный материал, ущемляющий честь и достоинство гражданина. Перечень нарушений большой, за каждое из них предусмотрена юридическая ответственность. И встречая в прессе сообщения о наложении санкций на конкретного нарушителя, я испытываю удовлетворение, наконец-то механизм заработал!

— Опять роль правоприменителей...

В. Малиновский:

— В упомянутом Анатолием Алексеевичем обращении мы взываем к нашим коллегам. Отличительная черта нынешних выборов — мощные штабы кандидатов в Президенты, включающие и юристов. Нас приглашают с лекциями. Мы выступаем на различных семинарах среди неюристов, публикуем статьи. Госслужащие при приеме на работу подтверждали наличие знаний по праву. Я уж не говорю о судьях, прокурорах, полицейских чинах. Представим на мгновение, что каждый начнет применять закон исходя из собственных предпочтений. Этого кандидата люблю, буду рассматривать его жалобу. Этот не нравится, так пусть обивает пороги кабинета вплоть до дня голосования...

В последнее время приходится присутствовать на различных обучающих и научных встречах. Слушаю некоторых уважаемых коллег и диву даюсь. Может ли доктор юридических наук по конституционному праву (он же кандидат по уголовному праву) не знать, что все составы преступлений закреплены только в Уголовном кодексе? Уверен, что может. Но при этом спокойно заявляет, что использование «Сайлау» в том виде, в котором она применялась в прошлом году, это преступление. Спрашиваю: в какой статье УК предусмотрено это преступление? Молчит.

Или другой юрист, представитель заслуженно уважаемой иностранной юридической компании, выступая на семинаре ОБСЕ на примере нормы конституционного закона о выборах, запрещающей в день голосования присутствовать посторонним в помещении для голосования, оценивает проголосовавшего избирателя как постороннего. И, как следствие, убеждает слушателей, что народ в целом — это посторонние, и гражданское общество от контроля за выборами отстранено. А как же тогда право на объединение на основе общности интересов и контроль за выборами через общественные объединения, СМИ, которых в Казахстане предостаточно?

Запрет для СМИ на публикацию материалов, заведомо ложных, порочащих честь и достоинство кандидатов в Президенты этот же лектор развернул как ограничение права казахстанцев знать о кандидатах все. В том числе и ложь, вводящую в заблуждение и искажающую волеизъявление?! Которую в цивилизованных странах называют не иначе, как преступление против свободы слова! Абсурд!

— Что это? Непрофессионализм? Заблуждение? Намеренное искажение?

А. Матюхин:

— Эти и многие другие вопросы мы как раз и хотели выяснить на «круглом столе». Разослав предварительно наше обращение, пригласили представителей избиркомов, Конституционного совета, суда, прокуратуры, органов внутренних дел, общественных объединений, СМИ, ОБСЕ, ученых, а также предвыборных штабов кандидатов в Президенты. Определили круг обсуждаемых вопросов…

— И кто же посетил собрание?..

А. Матюхин:

— Достаточно солидная публика. Председатель Алматинского горизбиркома Д. Байдельдинов, член Конституционного совета А. Нурмагамбетов, зампред Алматинского горсуда М. Нурбеков, начальник штаба ДВД Алматы Б. Джексембаев, руководитель Хартии за права человека Ж. Утегенова, руководитель проекта Казахстанского международного бюро по правам человека В. Тюленева и его же представитель А. Шормандбаев. Сначала порадовала своей численностью делегация ОБСЕ — четыре человека. Из предвыборных штабов был представитель лишь от одного — штаба Нурсултана Назарбаева.

— Получается, что государственных людей оказалось больше, чем представителей негосударственного сектора и самих участников выборов.

А. Матюхин:

— Это действительно так. А жаль! Одна из главных целей «круглого стола» была так и обозначена в его концепции: установление прямого диалога «гражданского общества» с правоохранительными органами. Ведь сколько жалоб идет о неравенстве шансов кандидатов на практике. Мол, одним зеленая волна, другим — рогатки в колеса. Ну вот, юристы и поспособствовали встрече. Загодя разослали приглашения по сети связанных с выборами НПО, за что получили благодарность и заверение в непременном участии. Но… Развезли информации по предвыборным штабам, в первую очередь тех кандидатов, от которых идет поток жалоб о нарушениях. Да еще вручили под роспись! Думали, жаркие будут споры… Реакция же оказалась несколько иной.

— Интересно, чем это обусловлено. С одной стороны, публичные обиды на власть. С другой — молчок!

В. Малиновский:

— Думаю, мало кому из тех, кто занимается политикой (или им кажется, что они занимаются политикой), интересен разговор на профессиональном языке. Гораздо выгоднее шуметь в формате «хорошо — плохо», «любят — не любят», «притесняют — не притесняют», чем обоснованно доказывать «законно или незаконно», соответствует праву или нет. Да еще перед телекамерами. Ведь мы старались проанализировать какие-то факты и явления с точки зрения их соответствия законодательству, поискать легальный выход из напряжений. Каждый из представителей госструктур сделал небольшое сообщение относительно компетенции своего органа, за какие правонарушения и какие санкции он вправе налагать. Затем сообща обговаривали возникающие в практике сложности.

— Нельзя ли привести конкретные примеры?

А. Матюхин:

— Пожалуйста. Виктория Тюленева рассказала о том, что у них в бюро собирается информация, связанная с предвыборной агитацией. Это не всегда объективное освещение в отдельных местных СМИ мероприятий штабов некоторых кандидатов в Президенты, неравные условия доступа к местам возможного расположения билбордов (например, стенам домов, находящимся в собственности), отказ от предоставления акиматом конкретного места проведения пикетирования в конкретное время с предложением иного места, времени и иного дня. Был обговорен общий принципиальный вопрос, каковы могут быть критерии значимости того или иного нарушения. Что нужно натворить, чтобы поставить под сомнение легальность и легитимность выборов в целом.

Пришли к выводу о том, что это должны быть массовые нарушения, которые бы оказали существенное влияние на волеизъявление избирателей, исказили его. Хотя, конечно же, при общем убеждении, что каждому нарушению, даже малейшему, с чьей стороны оно бы ни исходило, должна даваться молниеносная оценка с оглаской. Причем, что особенно понравилось участникам, обсуждение шло предельно корректно, в русле сопоставления с действующим законодательством.

— Бытует мнение, что все нарушения допускаются только со стороны кандидата, как его принято называть, оппозиционного власти.

В. Малиновский:

— Вынужден еще раз повторить: для юриста не должно быть понятия «оппозиционный» или «провластный» претендент. Это инструментарий политологов, философов и прочих «неправовых» гуманитариев. Все пять кандидатов в Президенты — это граждане Республики Казахстан, действующие в рамках Конституции, и поэтому продолжающие участвовать в предвыборном марафоне. Это изначальный посыл для действий любого чиновника!

Касательно вашего вопроса. На «круглом столе» как раз-то и подчеркивалась в качестве особенностей именно этих выборов резко возросшая активность ЦИК и других госорганов по контролю за соблюдением законодательства о выборах. Причем в адрес всех и вся. Вспомните, что именно ЦИК заставила МИД снять одну из информаций, расцененную как агитация в пользу действующего Президента РК. Или жесткое письмо в адрес предвыборного штаба Нурсултана Назарбаева о проведении несанкционированных митингов. На сайте ЦИК размещен и ответ его руководителя Б. Жумагулова с обещанием впредь не допускать подобных вещей.

— Анатолий Алексеевич сказал об участии в «круглом столе» представителей ОБСЕ. Какова была их позиция?

А. Матюхин:

— В зале присутствовали четверо представителей ОБСЕ, но деятельного участия в работе они не принимали.

— Как это понять?

А. Матюхин:

— В обращении, которое мы разослали также и во все посольства иностранных государств и миссии ООН и ОБСЕ, особо акцентировали внимание на, как мы считали, полезности совместной работы иностранных юристов и казахстанских коллег. Именно в этом русле должна была состояться дискуссия на третьей сессии, где планировалось предоставить слово г-ну Карапетяну — правовому аналитику Миссии по выборам ОБСЕ. Однако он преждевременно покинул «круглый стол», сославшись на ранее запланированную встречу. Так же сделали и еще двое представителей ОБСЕ.

— Это был демарш?

В. Малиновский:

— Не думаю. Хотя, честно говоря, в целом от «международного компонента» осталось довольно горькое впечатление. Поясню почему. Посланцы ОБСЕ были особо желанными и долгожданными Vip-персонами. Уж очень хотелось нам наладить взаимный диалог. Ведь когда приглашают на аналогичные встречи ОБСЕ нас, казахстанцев, такие приглашения мы воспринимаем с особым волнением и ответственностью...

Бывает, обсуждаем самое сокровенное. За несколько дней до «круглого стола», прозвонив по цепочке следования нашего приглашения, я наконец добрался до Тиграна Карапетяна. Представляете радость от предчувствия общения с коллегой. Но, оказалось, она была преждевременной. В ходе длительных переговоров я понял, что, сославшись за запрет процедурного свойства, он ни при каких обстоятельствах не будет выступать. Хотя в других условиях сотрудники ОБСЕ дают многочисленные комментарии, в том числе и в письменной форме. Что было дальше, вы знаете.

Еще раз подчеркну, меня, да и не только меня, это сильно задело. Ни разу за время без малого пятнадцати лет постоянного общения с многочисленными иностранными партнерами и миссионерами международных организаций, занимающих должности и посолиднее, я не попадал в такой конфуз. Не исключаю, что г-н Карапетян с формальной точки зрения был и прав. Но тогда необходимо менять эти, мягко говоря, странные правила и процедуры, которые с первых шагов противопоставляют представителей ОБСЕ стране, где проводятся наблюдения. И, уверен, влияют на содержание промежуточных и финальных отчетов. А это уже более чем серьезно.

— Не обсуждались ли сами отчеты в ходе «круглого стола»?

А. Матюхин:

— Нет, мы такой задачи не ставили. Впрочем, в прениях на третьей сессии по нему кратко высказал свою точку зрения заведующий кафедрой конституционного и международного права «Ќдiлет» профессор Андрей Черняков. В частности, он перечислил конкретные положения отчета, которые требуют от Казахстана выполнения обязательств, не вытекающих из Копенгагенского документа 1990 года, привел отдельные рекомендации, невыполнимые по другим причинам (в силу того, что они и так ранее уже реализованы в законодательстве), предложил проводить хоть какую-то маломальскую подготовку наблюдателей по законодательству страны пребывания. Его дополнил Виктор Александрович, подчеркнув недопустимость выхода судьи или какого-то другого юриста за предмет искового заявления или иного требования, а наблюдателя — международных обязательств.

Сразу автоматически возникает вопрос о субъективизме наблюдателя. Иного объяснения подобных инициатив просто не существует.

Хотя профессор Черняков, как вы поняли, опять же, переводил ситуацию в плоскость профессионализма. Профессор Малиновский напомнил о необходимости справедливых, то есть объективных и сбалансированных выводов, представляющих не только оцененные кем-то в качестве таковых негативные моменты, но и положительные итоги проделанной большой работы. Он также высказал мнение о недопустимости оперирования в отчетах допускающими многоликое толкование терминами вроде «возможно», «вероятно», «может привести», «не исключено» и подобными, что также таит в себе опасность различного восприятия и выводов.

— Присутствовал ли в это время кто-либо из ОБСЕ и была ли какая-нибудь реакция?

А. Матюхин:

— Да, присутствовал г-н Питер Фельх. По его волнению было видно, что последние два выступления не оставили его равнодушным. Он сказал, что Центр ОБСЕ и Миссия по выборам ОБСЕ — это разные структуры, действующие по своим правилам и процедурам. Видимо, прав профессор Черняков, предлагая проводить правовую подготовку наблюдателей, поскольку среди них гораздо чаще встретишь не юристов, а журналистов, политологов, историков… И ему бы очень не хотелось, чтобы по выступлению профессора А. Чернякова у многочисленных присутствовавших в актовом зале молодых людей сложилось неверное представление о роли ОБСЕ в Казахстане.

Был поднят и вопрос о приоритетности международных договоров над действующим внутренним законодательством. На этот счет даже мне пришлось зачитать четвертую статью Конституции РК. Да, приоритет есть, но только в отношении ратифицированных страной договоров. К тому же важен не только общий принцип, но и набор конкретных действий по исполнению конкретных обязательств. В нынешнем примере с отчетом ОБСЕ, как показал профессор Черняков, это непреложное условие оказалось нарушенным.

Мы понимаем, что из наблюдений за выборами в Казахстане кому-то хочется сделать блестящий пример, как в сталинские времена говорили, по канонам «допроса с пристрастием». Но перебарщивать-то не нужно. Когда страдает здравая логика, возникают необъяснимые неясности, граничащие с вполне ясными подозрениями. Хотя это уже ближе к политологии.

— Спасибо за интересный разговор. Желаем «Юристам — за справедливые выборы» стойкости в защите идеалов права.

А. Матюхин:

— Спасибо и «Казахстанской правде» за внимание. Мы рады тому интересу, который проявляют СМИ к нашей деятельности. И уверены в том, что вместе юристы и журналисты преодолеют многие сложности в обеспечении реального действия положений и норм Конституции страны.

Асель КУСАИНОВА


Лучший выбор – инвес-тиции в свое образо-вание! MINI-MBA -43%

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Добавить комментарий
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код
Новости партнеров
Загрузка...
Loading...