Обнаружено блокирование рекламы на сайте

Уважаемые пользователи,

создатели сайта не желают превращать его в свалку рекламы, но для существования нашего сайта необходим показ нескольких баннеров.

просим отнестись с пониманием и добавить zakon.kz в список исключений вашей программы для блокировки рекламы (AdBlock и другие).

Новости за сегодня

Люли не местные

Пожалуй, ни в одном другом казахстанском городе нет столько заезжих цыган, как в Кызылорде. И приезжают сюда цыгане среднеазиатские, или, как они сами себя называют, “люли”.

“Люли” – в переводе с фарси означает “цыган”. Появились они в Приаралье лет десять назад. Во времена Союза в Кызылорде было много стационарных поселений так называемых европейских цыган. Жили они в основном в залинейной части города, в так называемом Шанхае, и занимались привычными для всех делами – разводили живность, работали на производстве, мастерили. Со временем они разъехались в более благодатные места, и сейчас их здесь не встретишь.

А городские базары и тротуары центральных улиц заполонили пестрые толпы “люли” – цыган из Средней Азии, которых еще несколько лет назад все принимали за таджикских беженцев. Вооруженные конфликты в этой стране уже давно прекратились, а побирушек и гадалок, мошенниц и торговок амулетами своеобразной внешности в Кызылорде меньше не становится. Кто они, откуда, как живут?

Большая часть среднеазиатских цыган постоянно проживает в Бухаре и Самарканде, в Сурхандарьинской, Каршинской областях Узбекистана, в таджикском Горном Бадахшане. Замечено, что живут цыганские семьи очень дружно. Родственники предпочитают селиться по соседству, а то и одним “большим домом”, в котором нередко насчитывается до пятидесяти человек. Сами цыгане называют себя еще и другим словом – “гада”.

Место обитания “люли” – рынки. Большинству людей об их жизни практически ничего не известно, и я, чтобы хоть немного узнать, кто такие эти “люли”, в один из выходных пошел на базар в сопровождении Данияра – знакомого, сносно говорящего на фарси.

Проталкиваясь между рядами на базаре “Сыбага”, именуемом в народе Старым, замечаем толпу цыганок. Одеты они в потрепанные велюровые халаты и мужские чапаны. Схватив в охапку детей, укутанных в тряпье, пара цыганок выпрашивала у прохожих деньги. Остальные, взяв в руки ковшики, в которых разгорался адраспан – растение, считающееся у мусульман священным, заторопились к иномаркам. Бормоча отрывки из сур Корана, они окуривали святым дымом авто, за что и получали монетки.

Разговорить цыганок – дело непростое. И не языковой барьер тому причина – за столько лет кочевья в Казахстане большинство из них довольно сносно говорят по-казахски, прекрасно по-узбекски, понимают и могут изъясняться на ломаном русском. Но чужих они к себе не подпускают. Дома, которые они снимают под жилье, лишь отдаленно напоминают человеческое: малюсенькие саманные домишки с покосившимися от времени и изъеденными солью стенами, готовые рухнуть в любое время. Стучим в единственное окошечко такого жилища, заколоченное фанерой. Данияр начинает говорить по-таджикски. Через несколько минут тощая дверь хибары отворяется, и к нам выходит грузный мужчина лет пятидесяти. После короткого разговора мужчина пропускает нас в дом. Запах пота, сырости, испорченных продуктов с ходу бьет в нос. Пол, бывший в давние времена деревянным, устлан тряпками. Мебели нет, только потрепанный стол, заваленный пакетами с едой. В двух маленьких комнатках собралось человек пятнадцать. Одна из женщин принесла два деревянных ящика, постелила тряпки.

– Его зовут Зафар, он старший в этой семье. Ему нечего скрывать, поэтому расскажет обо всем, что нас интересует, – стал переводить Данияр.

По словам Зафара, люли делятся на два племени – “дего” и “мугаты”. В принципе, разницы между ними никакой: один язык, одни обычаи. Только род “дего” имеет корни, уходящие далеко за Памирские горы, а “мугаты” ведут родословную со времен расцвета Бактрии и Согдианы. Считают себя мусульманами, но, похоже, они скорее язычники, поклоняются ветру и огню, дождю и солнцу.

Под Бухарой, в поселке Туткунда, у рода Зафара есть большие усадьбы, хозяйства, всякая живность. Каждый бывает в большом доме только месяц-другой, остальное время в году часть семьи кочует, зарабатывая на жизнь, по городам Казахстана, России. Доходят и до Украины, Белоруссии, республик Закавказья.

Зафару за пятьдесят. У него три жены – старшей двадцать пять лет, средней – двадцать один, а младшей всего семнадцать. Семьи у цыган крепкие, и такое понятие, как развод, у них не существует. Женщины цыганские – верные, и изменить мужу для них – самый тяжкий грех. Если такое произойдет, а Зафар говорит, что за свою жизнь не припомнит такого случая, то неверную сородичи забросают камнями и отлучат от рода. У него от трех жен семеро детей, но, как он сам говорит, будут еще, у цыган детей должно быть очень много. На мой вопрос, а зачем столько, если они не видят детства – зимой полураздетые и голодные бегают по морозу, летом просят подаяние под палящим солнцем, не умеют ни читать, ни писать, не учатся в школе, Зафар удивился и заявил:

– У нас жизнь вольная, и я не променял бы ее на вашу. Вот вы все суетитесь, надо вам спешить на работу, угождать начальникам. А мы утром встали – пошли на рынок, людей добрых много, они нам и накидают деньжат. Поживем в вашем городе месяц-другой, в другой город поедем. Дети наши деньги считать могут, и этого достаточно.

Деньги собираются в основном на свадьбы. Это единственный пышный ритуал в жизни цыган, по обычаю он длится неделю. Гостей не приглашают, весть о предстоящем торжестве передается по цыганской почте. Но народу приходит много – цыгане распахивают ворота для всех желающих, правда, местные жители таких торжеств сторонятся.

Большую часть расходов берет на себя жених, невеста же должна принести в дом приданое – дорогие отрезы, золотые украшения. Калым за невесту азиатские цыгане платят и деньгами, и скотом. Обязательный ритуал цыганской свадьбы – клятва, которую дает невеста. Перед сородичами она клянется быть верной, никогда не перечить мужу, быть преданной своей новой семье и до конца дней полностью обеспечивать мужа, отдавать ему все деньги, которые заработает попрошайничая и гадая. Еще она обязуется кормить детей, которые родятся. После этого в знак покорности невеста режет себе кинжалом руку.

Если в обычной жизни люли живут впроголодь, то на свадьбы столы накрывают щедрые – манты, плов по-бухарски, много сладостей и фруктов. Есть коронное цыганское блюдо – запеченные в глине ежи. Дети несколько недель охотятся за ними, ловят и содержат в закрытой таре, чтобы не убежали. В день свадьбы ежей по одному обваливают в глине и бросают в огонь. Когда они испекутся, вместе с глиной отпадают и иголки. Зафар заверил, что мясо ежей очень нежное. А еще целебное, именно благодаря ему, говорит цыган, их дети даже в лютый мороз не простужаются и не болеют.

В Кызылорде поговаривают, что цыгане приезжают на заработки именно тогда, когда в племени намечается цыганская свадьба.

– Да, правда это, что в кочевку отправляются перед цыганской свадьбой, – подтверждает Зафар. – Надо денег заработать, а свадьбы случаются часто. Люли считают себя мусульманами-суннитами и церемонию бракосочетания проводит мулла. Жениха одевают в парчовый или бархатный халат, невесту – в расшитую паранджу. Праздничные столы накрывают прямо во дворах. После обряда освящения брака будет “куреш” – борьба, в которой победителям родители жениха и невесты дарят золотые украшения, ковры, а иногда и автомашины. Женщины с подносами обходят гостей, которые раскладывают на них подарки. Обычно это золото, и только высокой пробы. Будут на свадьбах и петушиные бои с тотализатором.

Еще одно обязательное блюдо на цыганском свадебном столе – запеченный на костре фаршированный овощами барашек. Чтобы накормить всех гостей, приходится запекать по десять барашков.

Давно интересовал меня вопрос: действительно ли цыганки умеют гадать?

– Кто-то может гадать по-настоящему, но таких очень мало, – признался Зафар. – А вот лечить травами, которые собирают наши старухи, может каждая. В таких условиях, в каких мы живем, ко всему приспособишься и всему научишься.

Прощаясь с нами, старый цыган пожелал нам удачи и искренне пожалел нас, что мы не понимаем всей прелести их вольной жизни. А еще сказал, что в Кызылорде живут добрые люди и они совсем не агрессивны по отношению к ним, потому-то и в город этот цыгане приезжают постоянно.

Елибай Джикибаев


Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Добавить комментарий
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код
Новости партнеров
Загрузка...
Loading...