Националисты хотят осуществить ползучий переворот

Идея фикс министра культуры Казахстана Мухтара Кул-Мухаммеда о создании необходимых условий для доминирования казахского языка в республике привела к небольшому скандалу. В самом начале августа, когда традиционный для информационного поля страны «мертвый сезон» только набирал обороты, в Сети появился документ, привлекший внимание журналистов. В законопроекте «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам государственной языковой политики», не только заново переосмысливалась существующая языковая политика, некоторые нормы вышедшей из стен министерства культуры законодательной «разработки» прямо противоречили Конституции Казахстана. Разгоревшийся скандал пошел на пользу документу. Чиновники, явно не ожидавшие информационного натиска, отыграли назад и на минувшей неделе объявили об исключении из законопроекта самых скандальных пунктов, которые полностью исключали русский язык из взаимоотношений государства с гражданами страны. Страсти поутихли, но проблема никуда не делась.

Поэтапное сужение сферы применения русского языка в Казахстане - это тема, вокруг которой в стране было сломано немало копий. За годы независимости власти Казахстана, декларирующие в официальном поле тему межэтнической и языковой толерантности, на деле не раз попадали в неловкое положение, сталкиваясь с седьмой статьей Основного закона страны, где во втором пункте обговаривается особый статус русского языка - что тот должно использовать, особенно в ведомствах, наравне с государственным языком. Эта норма, отражающая формальное с точки зрения юриспруденции положение русского языка в стране, тем не менее, с каждым годом все чаще становится точкой соприкосновения двух крупнейших языковых групп казахстанского общества. И даже больше - в последние годы развитие казахского языка и культуры, необходимые (это неоспоримо) для самоопределения казахской нации, рассматривается почему-то только через призму противопоставления казахского языка русскому. И тенденция эта - все сильнее политизируется. Усугубляет ситуацию и очевидный провал программы развития казахского языка. Глядя на безутешные ее результаты, самые радикальные силы националистского толка все громче призывают принять меры, которые бы привели к торжеству казахского языка. А поскольку министр культуры Мухтар Кулмухаммед является фронтменом группы, которую казахстанский эксперт Марат Шибутов в своем блоге назвал «национал-патриотами..., то есть агашками (влиятельными аксакалами разных родов - прим. ИА REGNUM) второго-третьего эшелона», последняя попытка Минкульта сделать тихую языковую реформу вполне укладывается в контекст этой борьбы.

«Русским языком вынуждены пользоваться, скрипя зубами, даже ярые русофобы во власти»

Традиционно, резче всего на инициативу ведомства, призванного отвечать за культурные преобразования в стране, отреагировали русские организации Казахстана. С одной разницей - в этот раз даже жестко настроенные русские националисты с иронией отнеслись к законопроекту министерства культуры. Сайт православных граждан Казахстана разместил на своих страницах материал Федора Мироглова, представителя Информационно-исследовательского центра «Русский обозреватель».

«...С треском проиграв развязанную суверенными властями битву цивилизаций, не только в языковой, но и в большинстве других сфер жизни, не могут идеологи построения модели «казахский во всём Казахстан», публично признать свой провал. А потому, им надо время от времени озвучивать воинственные планы, в виде утопичных программ, законопроектов и т.д. Соответственно, им необходимо публично мусолить и обсуждать очередную писанину, провоцировать напряжение или возмущение в обществе, напоминая этим, что они вроде, как при важном государственном деле. И главное, не зря зарплату получают. Кто сказал, что бесполезно биться головой об стену? Вроде ничего не меняется. Но звук то, имитирующий работу, есть! Да ещё какой!

Эта картина один в один повторяет времена СССР, когда все понимали, что главная идеологическая установка большевизма в виде заявки на «построение светлого коммунистического будущего», это полная утопия. Но, не желая признавать проигрыш декларируемой идеи, штатные идеологи регулярно иступленно проводили сходки-маёвки, собрания трудящихся, где обсуждалось «скорое торжество коммунизма», его составляющие и главное, его великое будущее. Без уточнения сроков конечно. Ныне, в течение уже двадцати лет, идёт точно такая же карусель в отношении идеи «великого будущего казахского языка». В коммунизм реально никто в советское время не верил, как и сейчас, авторы законопроекта о языках тоже не верят, что казахский язык когда-нибудь станет реально государственным. В современных условиях это невозможно. Но тогда, как и сейчас определённой прослойке госслужащих, надо было создавать видимость усердной работы, как якобы реализации очень нужного для страны дела.

Так и очередной проект недавно представленной программы и закона о языках, нужен министру Кул-Мухаммеду и его окружению для очередного периода изображения работы и заботы о казахском языке. Ну и соответственно для продолжения заунывной утопичной песни в СМИ о его государственном будущем. Например, разве не утопичны планы, изложенные в очередной новой Государственной программе развития и функционирования языков на 2011-2020 годы. Напомню, в ней сказано, что к 2014 году казахским языком овладеют 20 процентов взрослого населения, к 2017 году - 80 процентов, а через десять лет уже 95 процентов граждан будут знать государственный язык. Соответственно авторы и сами не верят в возможность воплощения в жизнь изложенных планов. Но главное, такие проекты будут обсуждаться, переписываться, пережевываться, забываться. Словом тянуться будет эта тягомотина два-три года и ничего не изменит в жизни.

Так что русским гражданам надо относиться к таким инициативам спокойно. Пусть себе пишут... Читайте именно с юмором любые языковые указы и законопроекты, так как эта писанина (разрабатываемая, кстати, первично на русском языке, с последующим переводом на казахский) из области фантастики. Говорите и пишите, как и раньше, на великом могучем и главное естественно(!) господствующем русском языке. Его не под силу никому реально запретить, и главное, нечем полноценно заменить в управлении государственной машиной. Поэтому русским языком вынуждены пользоваться, скрипя зубами, даже ярые русофобы во власти. А потому, всё останется как есть».

Любопытную версию происходящего изложил в своем блоге казахстанский представитель Ассоциации приграничного сотрудничества Марат Шибутов. По его мнению, министерство культуры, выступившее в качестве разработчика законопроекта, преследовало далеко идущие цели.

«...После того как в АП обнаружили, что в казахскоязычных газетах, контролируемых Кул-Мухаммедом, идут призывы о свержении Папы (президента - ИА REGNUM) и народ собрался в январе на площадь, министерство существенно потеснили - отобрали контроль над СМИ и отдали их в Минсвязи. Но Кул-Мухаммед уцелел и сохранил статус министра. Затем, после известных событий в Актобе, выяснилось, что и контролем религий он не справился? и из Министерства культуры убрали комитет по делам религий и превратили его в Агентство по делам религий... Получается, в последние год-два у Кул-Мухаммеда забрали все реально интересные властные полномочия - СМИ и религию. Остались только сама культура, работа с НПО (государственный социальный заказ) и язык. Обидно же? Ну и тут Кул-Мухаммед и его группа решили отыграться в области языка. Если почитать законопроект, то теперь выясняется, что комиссии Минкультуры будут полностью решать кадровый состав как власти, так и нацкомпаний. А известно, что «Кадры решают все» - как говорил один знаменитый горец.

На мой взгляд, все это сделано, чтобы оттеснить от кадровых решений два ведомства - Администрацию Президента и Комитет национальной безопасности, которые осуществляют проверку и дают заключения о всех более-менее значимых кадрах... Так что будем ждать, как прореагируют на инициативы Мухтара Кул-Мухаммеда тяжеловесы в лице (главы администрации президента) Аслана Мусина и (председателя Комитета национальной безопасности) Нуртая Абыкаева. Ну и до кучи (главы фонда «Самрук Казына») Тимура Кулибаева, (председателя Национального банка) Григория Марченко, (министра по ЧС) Владимира Божко и еще некоторых других людей, которые тоже кое-что значат на нашем Олимпе».

Не менее жестко реагирует «ЦентрАзии», задавшийся вопросом - могут ли националисты планировать захват власти в стране? По мнению авторов ресурса, если анализировать их действия на среднесрочную перспективу, то речь может идти как раз о далеко идущих планах. «В общем и целом, складывается полное впечатление, что это умышленная провокация с целью пощупать общественное мнение на предмет возможности введения дискриминационных законов. Не секрет, что многие казахские национал-патриоты давно мечтали и продолжают мечтать превратить казахский язык из средства межнационального общения (в этом состоит суть проводимой в Казахстане языковой политики) в забор, который создаст им тепличные условия.

Во-первых, если казахский язык станет обязателен на госслужбе в 2013 году, то придется уволить большое количество чиновников и сотрудников, которые либо не владеют, либо плохо владеют казахским языком. Как заметил Герольд Бергер, таких достаточно даже среди высшего руководства. Следовательно, освободившиеся места надо будет заместить. Нацпаты именно на это рассчитывают, и думают, что им получится занять мягкие кресла только благодаря своему знанию казахского языка, а не благодаря профессиональным знаниям или опыту.

Не раз уже говорилось, что специалистов в Казахстане не так много, и разбрасываться ценными специалистами, даже если они и трех слов не могут сказать по-казахски, не стоит. Хорошие врачи, инженеры, ученые очень нужны, и постоянно стоит вопрос о наборе кадров за границей, прежде всего в России. Но нацпаты демонстративно на это не обращают внимание. Для них пусть будет хуже, лишь бы они получили свои вожделенные кресла и оклады госслужащих.

У него такое же отношение и к латинизации казахского языка. Сарым, как известно, пропагандирует переход на латиницу. Почему? Он об этом говорит яснее не придумаешь: «Переход на латинский алфавит вдохновит статус казахского языка. Потому что нужно будет заново издать все книги. Встанет вопрос издания достаточного количества книг, учебников, не так как сейчас, в две тысячи или тысячу экземпляров, а для всех школ, всех районных библиотек, в десятки, сотни тысяч экземпляров, чтобы хватило всем. То есть это поспособствует развитию нескольких сфер экономики». То есть, речь идет просто о бизнесе, о заказах для издательств, которые сегодня сами не могут взять даже свой казахстанский книжный рынок и не могут предложить книги, нужные и интересные для читателя. А так, всех дубинками загнать в латиницу, и тут-то у издательств появятся огромные заказы.

Во-вторых, национал-патриоты стараются превратить казахский язык в мерило политической благонадежности, о чем весьма откровенно сказал Айдос Сарым: «Сегодня, на мой взгляд, самое время спрашивать у всех граждан: что для тебя родина? Что ты готов для нее сделать? Если из благодарности, что ты здесь живешь, ради уважения к этой стране, ради будущего не можешь себя сломать и выучить пятьсот слов, понятно, что встанет вопрос о лояльности». 500 слов - это слишком мало. Это самый начальный уровень владения языком, с которым можно разве что в магазин сходить можно. Уже для написания заявления нужно владеть самый минимум 3-5 тысячами слов. Относительно свободное владение становится возможным с 7-8 тысячами слов. Но идея Сарыма проста и понятна. Кто не овладел «мемлекеттiк тiл», того надо прогнать взашей, а если изгоняемый будет еще «качать права» и ссылаться на какую-то там конституцию, то нацпаты тут же поставят вопрос о его политической неблагонадежности.

Короче, национал-патриоты просто хотят осуществить ползучий переворот и захватить власть, используя государственный язык в качестве инструмента. Ведь решение вопроса о кадрах, о наделении полномочиями - это и есть суть и существо власти. На самом деле, это путь в тупик и в национальную катастрофу. Казахстан уже проходил период, когда явочным порядком установилось непонимание между властью и народом. В 1920-е годы народ говорил преимущественно по-казахски, власть говорила по-русски. Директивы и указания, отдаваемые на русском языке, переводились исключительно плохо, и по-казахски были просто непонятны. Политика ускоренной казахизации провалилась. Все эти лингвистические эксперименты кончились потерей управления и стали одной из причин голода, унесшего более миллиона жизней.

Теперь нацпаты предлагают то же самое, только в обратную сторону: директивы и указания отдавать по-казахски преимущественно русскоговорящему населению Казахстана. Негативный эффект не замедлит проявиться, ибо население просто не будет понимать, что власть хочет, что она делает, и что вообще происходит. Бегство населения, резкое ослабление и крушение государства при такой политике практически неизбежно».

Прокомментировал скандальный законопроект на страницах «Диалога» и руководитель АЦ «Наше Дело» Нуртай Мустафаев, специализирующийся, в том числе, и на вопросах межэтнических отношений в Казахстане. По его мнению, документ не только противоречит сам себе, но и может существенно повлиять на форму межнационального диалога. «Казалось бы, ничего страшного не произошло. Просто граждане узнали, что день грядущий нам готовит. Какие новые правила игры в сфере языковой политики, а значит жизни каждого казахстанца, буквально со следующего 2012 года будут действовать в стране. Ответственный секретарь министерства культуры РК Жанна Курмангалиева пояснила: «Тот текст, который якобы является законопроектом, разработанным министерством культуры, является на самом деле рабочим текстом, промежуточным вариантом, сводом предложений рабочей группы, который не был предназначен, во-первых, к публикации, во-вторых, он на сегодня не является законопроектом. Это всего-навсего рабочий текст, который был направлен во все государственные органы, на общественную экспертизу. Это обычная практика. Данный текст еще не прошел через межведомственную комиссию министерства юстиции».

Представители министерства поясняли, что рабочий текст до утверждения может быть перекроен десять раз. Однако, это пояснение не совсем согласуется с озвученными планами подготовить окончательный текст законопроекта к сентябрю. И самое главное, часто, даже, как правило, первоначальный рабочий текст, в конечном счете, концептуально определяет окончательный вариант законопроекта. Как ни переделывай, из «Жигулей» не соберешь «Мерседес». А это, именно данный случай.

Рабочий текст - 15 страниц двенадцатого шрифта, стандартного формата включает пояснительные записки к проекту закона и постановлению правительства о проекте закона, прогнозные последствия принятия закона, справочный лист к проекту закона, непосредственно сам текст проекта закона. Подробный анализ рабочего документа требует развернутого обоснования. В формате статьи возможны лишь ряд замечаний концептуального характера. Из анализа рабочего текста проекта закона следует.

Разработчики исходят из двух противоречащих друг другу тезисов: (1) население в недостаточной степени владеет государственным казахским языком; (2) с принятием закона целесообразен и реален тотальный переход к казахскому языку в работе с населением, юридическими лицами, в делопроизводстве, включая устные и письменные обращения граждан, ответы госорганов во всех государственных органах...

Половина поправок предполагается ввести в законы, определяющие основы конституционного строя, в частности в законы «О языках в Республике Казахстан», «Об административно-территориальном устройстве Республики Казахстан», «О государственной службе», «О местном государственном управлении и самоуправлении в Республике Казахстан», «О статусе столицы Республики Казахстан». Поэтому, в любом случае никак не обойтись без анализа и заключения Конституционного суда РК.

Прекрасно владеющий казахским языком писатель Герольд Бельгер резонно отмечает: «разговоры о том, что с такого-то времени мы перейдём на государственный язык, что вся документация будет на казахском языке, что казахский язык возьмёт верх везде и всюду, я слышу уже 25 лет. Однако при всём своём патриотизме по отношению к казахскому языку я считаю, что это нереально... нечего озвучивать такие громкие заявления, нечего пугать народ и нечего заранее бить в колокола тревоги. Всё это предложения, всё это желания, а фактически в реальной жизни это не осуществимо».

Безусловно, расширение сферы применения государственного языка необходимо и будет продолжаться. Но проблема не должна и не может решаться кавалерийским наскоком. Президент не раз предупреждал нельзя форсировать, перегибать палку в реализации языковой политики. Как известно, «попытки бежать впереди паровоза» ни к чему хорошему не приводят. В столь деликатной сфере как межэтнические отношения нельзя рубить сплеча. Чтобы не вышло «хотели как лучше, получилось как всегда». Поспешные, необдуманные решения могут не улучшить, а ухудшить ситуацию. Надо исходить из реалий».

Михаил Пак, Алма-Ата