Горячие новости
Читайте также

Региональная сверхдержава или Территория Мира?

Фото : 18 июня 2009, 09:05

Как свидетельствует история, первое взрывчатое вещество появилось в Китае, в районах с залежами селитры. По крайней мере, взрывчатые свойства смеси серы и древесного угля в Поднебесной были известны давно, до нашей эры. Говорят, еще в то время некий китайский ученый Ван Гу построил ракетоплан с двигателем из пороховых ракет, который, правда, взорвался еще на старте. Выражаясь современным языком, получается, что еще до нашей эры на территории Китая были известны ракетные средства.

Так или иначе, порох распространился по всему миру. И одной из первых стран, куда порох попал в качестве зарядного взрывчатого вещества для огнестрельного оружия, стала Индия. В ведических рукописях упоминается одно сражение, в котором воевавшие между собой раджи соседних княжеств использовали друг против друга огнестрельное оружие. Однако чудовищное по тем меркам, оно тогда не прижилось в Индии. Основная причина заключалась, по-видимому, в том, что среди индийских военных каст и сословий слишком сильное развитие получили благородные традиции рыцарства.

Наличие исключительных рыцарских качеств индийских племен отмечал еще Александр Македонский. Недаром именно индийский раджа Пор оказал ему самое яростное сопротивление из всех побежденных правителей. Это было во время знаменитой битвы на Гефасисе, в которой македонская фаланга вступила в ожесточенное сражение с индийскими слонами и железными колесницами.

Как писал известный исследователь древности профессор Ф. Шахермайер, «...это был самый блестящий бой в истории человечества». Рыцарский дух и облик побежденного раджи произвели на Александра такое впечатление, что он сделал Пора своим наместником на побежденных индийских территориях.

Исконное благородство и естественный дух ненасилия не позволяли индийским воинам понять, как можно убить человека, не вступая с ним в честное единоборство. Поэтому в наставлениях и «военных» руководствах воинам запрещалось использовать исключительно неблагородное пороховое оружие, так как с его помощью простой смертный сможет поразить рыцаря, который по традиции должен показать свои воинские качества и стойкость духа в открытом поединке.

Постепенно пороховое оружие было, так сказать, снято с боевого дежурства. Так природное благородство и истинное миролюбие индийского народа позволили ему на протяжении своей истории избежать массового кровопролития и больших человеческих потерь в междоусобных войнах.

Несмотря на некоторые издержки, связанные с иноземными вторжениями, необладание пороховым оружием, как показала история, привело к гораздо более лучшим результатам, чем привело бы его обладание.

Но вернемся в наши дни. Даже спустя столетия и тысячелетия человеческой истории перед нами стоит все та же мучительная дилемма обладания и необладания. Мы, казахстанцы, столкнулись с этим в годы становления нашей независимости и государственности. Столкнулись, что называется, лоб в лоб.

Народ и ядерное оружие, государство и ядерный статус, миролюбие и агрессивность, будущая безопасность и постоянная опасность, миротворчество и подготовка к войне. Что выбрать?

Оглядываясь назад, вспоминаю те дни, когда осознанию необходимости принятия исторического решения об отказе от ядерного оружия предшествовала целая серия мучительных сомнений, затяжных консультаций, общественных дебатов и переговоров в самых различных форматах. Вокруг этого очень непростого и эпохального события развернулись поистине драматические события.

В споре - быть ли Казахстану ядерным? - проявился весь спектр внутриполитических течений, гражданских позиций, стратегического мировоззрения и порой просто меркантильных интересов в нашем казахстанском обществе. Но постепенно, несмотря на огромное количество «за» и не меньшее количество «против», постепенно, шаг за шагом буквально выкристаллизовалось единственно верное решение - Республика Казахстан и Центральная Азия должны быть зоной, свободной от ядерного оружия!

В те годы в нашем обществе были люди, и их было немало, кто считал, что Казахстан должен был сохранить ядерное оружие. В прессе даже появлялись материалы, в которых говорилось, что, мол, в казахстанском обществе произошел раскол по вопросу об обладании ядерным оружием.

Для прояснения ситуации должен сказать, что был спор, но не было раскола. Никто не вправе запретить гражданам страны «свое суждение иметь». Но это была позиция только и только отдельных людей, и мне, думаю, нет необходимости доказывать, что подавляющее большинство населения было решительно против как испытаний, так и против обладания ядерным оружием.

С самого начала мы склонялись к поддержке идеи необладания и в то же время даже в мыслях не было устраивать «охоту на ведьм» против казахстанских «ястребов», выступающих за сохранение ядерного оружия. В первую очередь, из-за достаточной ясности в этом вопросе: народ решительно против атомного оружия.

О необходимости оставить ядерное оружие на казахстанской территории под любым предлогом прямо заявляли некоторые политологи, эксперты, ряд военных, отдельные общественные деятели, в том числе активисты движений «Азат», «Алаш» и ряда некоторых других общественных объединений. Дискуссия разворачивалась и в прессе. Вот, к примеру, мнение одного военнослужащего, подполковника Вооруженных сил, опубликованное в газете «Казахстанская правда»: «...считаю, что, оставшись без оружия сдерживания (в данном случае им является ядерное), мы окажемся открытыми для разного рода авантюристов. Кто сейчас поручится за безопасность наших границ? Или нам действительно нечего защищать? Разве мы сильнее Кувейта без ядерного оружия?..» Или такое, достаточно типичное для того времени, высказывание известного политолога, озвученное на одной из многих проходивших тогда в Казахстане международных конференций по ядерной проблематике: «...Наличие ядерного оружия на территории Казахстана в определенной степени... является стабилизирующим временным фактором, потому что до настоящего времени Республика Казахстан фактически имеет мало гарантий неприкосновенности и территориальной целостности». Правда, тут же добавляется, что «когда эти гарантии появятся... республика в первую очередь постарается избавиться от этого ядерного оружия».

Или вот еще мнение: «...наличие ядерного оружия на территории Казахстана нужно воспринимать, наверное, как данность, которую когда-то Бог сказал Адаму: «Вот, Адам, это - Ева, выбирай себе жену», то есть никакой альтернативы...»

Анализируя высказывания «поклонников Марса» по поводу необходимости обладания ядерным оружием, я заметил, что четко выраженной и безоговорочной приверженности ядерному статусу все-таки не было. Высказывания делались в основном с оговорками. Без всяких обид и с легкой долей иронии скажу: персоналии выглядели так, как будто или ястреб забрался в голубятню, или голубь нечаянно залетел в ястребиное гнездо.

Мне кажется, нет необходимости перечислять и цитировать все без исключения доводы «ястребиного крыла». В целом прозвучавшие «алиби» в пользу сохранения ядерного оружия сводились примерно к следующим аргументам, которые я для ясности суммировал.

Прежде всего, и это был, пожалуй, главный аргумент сторонников сохранения ядерного оружия: недавно ставший независимым Казахстан должен был иметь какие-то гарантии сохранения своего суверенитета. В этой связи обладание ядерным оружием, по их мнению, могло служить средством сдерживания любого недоброжелателя нашей молодой республики.

Ситуация в мире в связи с окончанием биполярного противостояния оставалась совершенно неопределенной и непредсказуемой. Остаются ли бывшие враги и соперники таковыми до сих пор? Не превратятся ли бывшие большие и малые «братья» в смертельных врагов, угрожающих самому существованию молодого, еще не окрепшего государства? Не возникнет ли цепная реакция взаимных территориальных претензий между бывшими советскими республиками в среднесрочной и долгосрочной перспективе? В конце концов, с Казахстаном граничат два могущественных ядерных государства, каждое из которых имеет многовековую историю стратегических интересов в Центральной Азии.

В этих неопределенных условиях большую опасность таила в себе слабость молодой казахстанской армии.

После распада СССР на территории республики в качестве основной военной силы фигурировали воинские формирования бывшего советского Среднеазиатского военного округа.

Общее количество Вооруженных сил Казахстана составляло тогда порядка 40 тысяч военнослужащих, однако их техническая оснащенность оставляла желать лучшего.

На вооружении казахстанской армии находилась преимущественно изношенная, морально устаревшая техника. Общая боеспособность воинских частей была достаточно низкой, что объяснялось как моральными факторами (большинство бывших советских офицеров, оказавшихся по воле судьбы на службе в Среднеазиатском военном округе, были деморализованы распадом Советского Союза, которому они приносили присягу), так и отсутствием у Казахстана собственного опыта военного строительства.

«Не спрашивай «Где враг?», он - за околицей. Не спрашивай «Где волчонок?», он - под шапкой», — говорили наши воинственные предки.

Следуя этой мудрости, а также ввиду полной неопределенности дальнейшего развития событий в нашем регионе, сторонники сохранения ядерного оружия считали, что Казахстан должен был сохранить ядерное статус-кво и дождаться окончательного расклада политических интересов как на глобальном, так и на региональном уровнях.

Они говорили, что в случае каких-либо непредвиденных ситуаций, способных реально или даже гипотетически угрожать суверенитету Казахстана, наша республика, обладая «ядерной дубинкой», даже при относительно слабых Вооруженных силах будет иметь достаточный «аргумент» для сдерживания потенциальных амбиций практически любого вероятного противника.

При этом сторонниками сохранения ядерного оружия пропагандировался принцип так называемого «разумного и достаточного обладания»: «Обладание ради самого обладания. Независимо от количества ядерных боеголовок и средств доставки, главное - ядерный статус».

В качестве аргумента выдвигался тезис о том, что Казахстан при желании вполне может справиться с экономическими затратами, сопряженными с сохранением ядерного оружия. Скажем, к примеру, ядерный потенциал Казахстана, как мы уже упоминали, составлял более тысячи ядерных зарядов. Но с точки зрения регионального доминирования важна не количественная сторона, а в большей степени качественная. Не размер ядерного потенциала, а само его наличие. В условиях рыночной экономики неэффективно было содержать и, тем более, постоянно держать в боеготовности 1 216 ядерных боеголовок.

Однако вполне возможно было реализовать другой, намного более экономичный и разумный вариант. Необходимо не оставлять и не избавляться, а просто значительно сократить ядерный арсенал. Например, до разумных цифр порядка 20-50 ядерных боеголовок. Скажем, 30 наиболее мощных атомных зарядов. Ситуация со средствами доставки аналогична - оставить одно-два боеспособных подразделения из всего ракетно-авиационного комплекса республики.

Помню, как один наш доморощенный казахстанский «ястреб» по этому поводу остроумно заметил, что ядерное оружие является своеобразным гомеопатическим препаратом: даже в малых «дозах» оно способно вызвать эффект адекватного устрашающего сдерживания.

И с экономической, и с организационной точки зрения Казахстан мог позволить себе содержание и контроль над этими оставшимися на территории республики тактическими ядерными силами. Расходы, конечно, огромные. На содержание полноценной ракетной дивизии уходило столько же средств, сколько на содержание всех Вооруженных сил Казахстана в то время. Но расходы на оборону составляют около одного процента ВВП республики. Могло показаться, стоит только добавить один процент и чуть-чуть затянуть пояса - зато какие перспективы!

Впоследствии мы могли бы создать свое собственное оперативное командование тактическими ядерными силами с казахстанской «атомной кнопкой», развернуть системы раннего оповещения, а с ростом экономики - и увеличить свой ядерный арсенал.

Известно, что попутным средством минимизации финансовых расходов на содержание ядерного потенциала является отказ от его модернизации и модификации путем серий экспериментальных ядерных взрывов. По поводу возможности отказа от ядерных испытаний в свое время совершенно определенно высказывался академик А. Д. Сахаров: «Это ложная аргументация в своем последнем пункте. Мы можем все обстоятельства, связанные с хранением ядерного оружия, проверять, не производя истинного ядерного взрыва, заставляя все системы срабатывать, за исключением этого последнего момента - момента ядерного взрыва. Существуют методы контроля, которые дают возможность сделать это. Последний этап ядерного взрыва, если у нас заменено ядерное горючее на пассивное вещество, не требует проверки».

Конечно, требовался достаточно большой комплекс обслуживающих работ по сохранению ядерного потенциала и средств доставки (и ружье время от времени надо смазывать), но не было необходимости содержать в рабочем состоянии ядерные полигоны и испытывать на них атомное оружие.

Так что сохранение малого количества ядерного оружия без его модернизации и наращивания Республика Казахстан, несмотря на неблагоприятную ситуацию в экономике, вполне могла себе позволить.

Такое «status quo», по замыслам апологетов ядерного статуса, можно поддерживать в течение достаточно протяженного периода, по крайней мере, от 10 до 20 лет. За это время можно было бы окончательно определиться с проблемой ядерного оружия на земле Казахстана.

Нашлись в Казахстане и такие деятели, которые запальчиво утверждали, что обладание четвертым по величине арсеналом ядерного оружия сможет вывести нашу республику в разряд мировых супердержав. Строились даже грандиозные планы по выводу Вооруженных сил Казахстана на одну из первых позиций в мире.

...Могучий Казахстан автоматически становится центром притяжения многих неядерных стран, ищущих нашего покровительства. Государственные деятели ядерных стран терпеливо стоят в очереди, чтобы вести с нами переговоры...

Вам, уважаемый читатель, ничего это не напоминает? Да, вы правы. Ни дать, ни взять «ядерные Нью-Васюки».

Другие эксперты играли на возможных внешнеполитических дивидендах и делали ставку на «эффект привыкания» к ядерному статусу со стороны мирового сообщества.

В их представлении необходимость обладания определялась не столько наличием ядерного оружия, сколько статусом ядерной державы. Этот статус давал бы многочисленные козыри при решении тех или иных конфликтных ситуаций и стимулировал расширение экономического сотрудничества на основе «ядерной стабильности», привлекая широкий приток инвестиций под ядерный зонтик. Ближайшие соседи и международное сообщество после определенного периода недоразумений и политического давления будут воспринимать ядерный статус республики как данность, как неотъемлемую часть Вооруженных сил Казахстана, говорили они.

Ряд общественных деятелей из научной среды рассматривал необходимость сохранения ядерного комплекса как фактор сохранения научно-технического потенциала и дальнейшего развития фундаментальной и прикладной науки. Обоснование выстраивалось по принципу «фиалки - из тигля». Так, мол, и так: на земле Казахстана осталась не только военная составляющая ядерного комплекса, но и огромная инфраструктура, лежащая в основе развития и функционирования атомной энергетики. Это и огромные залежи природного урана, и научно-исследовательские реакторы, и большое число высококвалифицированных специалистов в этой достаточно перспективной области получения и трансформации энергоресурсов.

Одновременно с сохранением ядерного арсенала мы получили бы возможность достичь очень высокого уровня собственных научных и технических разработок в области атомной энергетики. В частности, на Семипалатинском ядерном полигоне активно велась разработка двигателей на радиоактивном топливе, которую можно было продолжить, привлекая научное мировое сообщество. И так далее и тому подобное...

Эти аргументы, несмотря на свои очевидные слабые места, все же таили в себе множество дьявольских соблазнов.

Но все же сторонники сохранения ядерного оружия были не правы. Не правы потому, что все кажущиеся выгоды от обладания ядерным оружием становятся эфемерным туманом, если вспомнить те жертвы, которые принес Казахстан на алтарь обладания ядерным оружием. Наша страна, наверное, как ни одна из точек земного шара пострадала от апокалиптических последствий ядерных испытаний. Мы просто не имели морального права продолжать уничтожать свой народ и землю ядерными взрывами.

Сторонники сохранения ядерного оружия были не правы и потому, что обладание ядерным оружием принесло бы молодому независимому государству больше вреда, чем пользы.

И дело не столько в гигантских материальных затратах, которые вынужден был бы нести Казахстан, оставив себе ядерный арсенал, сколько в деструктивных геополитических последствиях как для региона Центральной Азии, так и для всей системы глобальной безопасности.

Сохранение Казахстаном атомного арсенала торпедировало бы складывавшуюся десятилетиями систему нераспространения ядерного оружия и могло иметь крайне негативные для республики политические последствия.

Но самое главное, в чем они ошибались, так это в том, что считали ядерное оружие универсальным гарантом безопасности будущего Казахстана. Индивидуалистский подход, выражающийся в гонке вооружений как основном принципе обеспечения безопасности методом сдерживания «вероятного противника», к началу 1990-х годов уже однозначно доказал свою бесперспективность. История человечества и, прежде всего, история Европы, прошедшей за многие столетия через множество ужасных войн, учит нас тому, что обеспечить безопасность государства по принципу «хочешь мира - готовься к войне» более невозможно.

Практика показывает, что наращивание военного потенциала уже не обеспечивает безопасность государства, а наоборот, является дестабилизирующим фактором.

Поэтому сохранить ядерное оружие было для нас равнозначно тому, чтобы сделать граждан Казахстана его заложниками.

Именно этими соображениями мы руководствовались, когда принимали решение об отказе от ядерного оружия.

В споре - быть ли Казахстану ядерным? - проявился весь спектр внутриполитических течений, гражданских позиций, стратегического мировоззрения и порой просто меркантильных интересов в нашем казахстанском обществе. Но постепенно, несмотря на огромное количество «за» и не меньшее количество «против», постепенно, шаг за шагом буквально выкристаллизовалось единственно верное решение - Республика Казахстан и Центральная Азия должны быть зоной, свободной от ядерного оружия!

Но все же сторонники сохранения ядерного оружия были не правы. Не правы потому, что все кажущиеся выгоды от обладания ядерным оружием становятся эфемерным туманом, если вспомнить те жертвы, которые принес Казахстан на алтарь обладания ядерным оружием. Наша страна, наверное, как ни одна из точек земного шара пострадала от апокалиптических последствий ядерных испытаний. Мы просто не имели морального права продолжать уничтожать свой народ и землю ядерными взрывами.


Больше новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:
Сейчас читают
Интересное
Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс
последние комментарии
Последние комментарии