Горячие новости
Читайте также

Экономическая гармонизация

Фото : 23 августа 2011, 10:27

Минэкономики усилит правительство в сфере стратегического планирования, прогнозирования и экономической экспертизы.

- Кайрат Нематович, недавно президентом подписан указ «О мерах по дальнейшему совершенствованию системы государственного управления Республики Казахстан». В результате ваше министерство получило ряд новых и дополнительных функций и полномочий, в частности в области определения экономической политики правительства. Не могли бы вы рассказать логику появления этого указа и какая идеология положена в его основу?

- Тогда надо начинать с начала. Идеология указа была заложена в апреле текущего года, когда были приняты решения о функционировании нового цикла правительства, о том, что нужно делать в дальнейшем, в предстоящей перспективе, и все эти задачи были поставлены, и тот указ, который вышел, отражает все эти вопросы, поручения главы государства.

Если вы помните, 17 апреля на совещании с кабинетом министров глава государства высказал несколько замечаний касательно МЭРТ, был поставлен ряд задач. Касательно МЭРТ было сказано очень четко, что Министерство экономического развития должно стать стратегическим штабом экономического блока правительства.

- А разве до этого было не так?

- В предыдущие периоды этого, наверное, не произошло, и министерство, может быть, выполняло другие функции. В целом министерство огромную работу проделало. Казахстаном проделана огромная работа по продвижению задачи интеграции, формирования Таможенного союза, ЕЭП. Тем более, когда бюджетная политика перешла в Минфин, министерство своим стратегическим компасом сделало именно интеграционные задачи.

- Почему глава государства жестко высказался на тот счет, чтобы МЭРТ стало стратегическим штабом?

- Времена наступают другие. Сегодня наступило то время, когда среди госорганов в целом и у правительства в частности должен быть впередсмотрящий орган. Потому что много чего происходит в мире, в регионе, в интеграционных пространствах, в соседних странах. Ведь мы видим те геоэкономические изменения, которые происходят в мире, которые меняются еженедельно, и не то что ситуация, а парадигмы меняются. Например, экономики Соединенных Штатов и ЕС испытывают огромные трудности, выдвигаются совершенно разные инициативы, идут дискуссии о потолке суверенного долга. Уоррен Баффет заявляет: давайте увеличим налоги на богатых. Сорос говорит: пусть Греция и Португалия лучше выйдут из еврозоны. Идут разговоры о выпуске единых долговых бумаг еврозоны, некоторые предлагают единую фискальную политику… Третьи считают, что настало время нового Бреттон-Вуда или возвращения к золотому стандарту, как в 60-х. Изменения идут настолько быстро, и все это своего рода отражение всех тех дискуссий, которые происходят в мире. Потому должен быть орган, который систематически дает ту или иную оценку ситуации, базируясь на этих оценках, предполагает те или иные сценария развития в РК.

Месяц назад, когда мы начали планировать бюджет на 2012-2014 годы, цена на нефть на 2012 год, исходя из оценок аналитиков, предполагалась 80 долларов, в среднем 90 долларов по итогам этого года, и на 2012-2014 годы по 70 и 70 соответственно. Но сегодня уже не очевидно, что в следующем году будет 80 долларов (цена на нефть) или в этом году она сохранится на нынешнем уровне.

- Ну по поводу цены на нефть, которая закладывается при планировании МЭРТом и правительством, не говорит только ленивый…

- По поводу того, как угадать цены на нефть, хочу сказать, что мы здесь не для того, чтобы угадывать цены на нефть, и мы не агентства США или доминирующие трейдеры на мировых рынках, которые ее формируют. Мы ведомство, роль которого не угадать цифру, а построить систему рисков максимально. Задача, которую перед нами президент поставил, коротко можно сформулировать, наверное, так: «Мне нужен впередсмотрящий орган, который должен обеспечить правительству усиление в сфере стратегического планирования, прогнозирования и экономической экспертизы». Самое главное в системе управления экономической политики и управления любыми корпорациями - это управление рисками. Это целая наука. Почему в 2008 году произошел коллапс в Leman Brothers и его аналогах? Потому что не просчитали риски.

Сегодня много критики в адрес рейтинговых агентств. Присоединяясь к этой критике, хотелось бы тоже сказать: вы же считали риски, когда были заимствования наших банков? Все рейтинги составляли известные рейтинговые агентства. Кроме того, были аудиторы из «четверки», эксперты системы рисков глобальных инвестбанков, системы рисков наших банков и надзорно-контрольная часть…

Когда все это касалось кого-то в Казахстане, мало кто обращал на это внимание, а когда это коснулось критики суверенных рейтингов развитых стран, теперь все задались вопросами: «А кто там работает? А кто им дал право оценивать, кто сертифицировал эту методологию? И не дай бог кто-то использует эту информацию инсайдерским образом». Понятно, что вопросы, наверное, правильные, но задавать их надо было чуть пораньше - в хорошие времена.

Что такое система в любой системе рисков или, например, по той же атомной станции Фукусима? Да, она может быть и была рассчитана на то, что будут землетрясение и цунами, но точно не была рассчитана на то, что цунами, землетрясение и пожар будут одновременно… Атомные станции должны быть рассчитаны по 5-6 системам, грубо говоря, на случай, когда земля бы разверзлась… То же самое должно быть в каждой системе управления рисками экономической политики.

При этом собственно рейтинговые агентства - это как термометр, который показывает температуру, если с экономикой плохо. Другой вопрос, что должны об этом говорить вовремя. И в этом смысле необходимо построить глобальную систему управления рисками.

Глава государства в своих известных работах говорил, что вся финансовая матрица мировая сегодня находится в сложной ситуации. И очевидных направлений выхода из кризиса (снижение торгового дефицита США, взаимоотношение валют США и Китая, выход из кризиса еврозоны) сейчас нет. И поэтому с учетом этой проблемы неопределенности и должна строиться наша политика.

- На каких принципах конкретно?

- Во-первых, не должно быть эйфории по поводу того, что кризис закончился, и давайте теперь делить деньги. И точно не должно быть шапкозакидательства. Типа «денег хватит на все». Понятно, что деньги нам необходимы и для социальной модернизации, и для индустриально-инновационного развития, и для системы национальной безопасности, и т.д. Кстати, о системе безопасности. В хорошие времена очень сложно, например, объяснить финансовым структурам необходимость увеличения расходов на силовые структуры. Так как мы знаем, что все хорошо, с соседями дружим, а когда появляются «звоночки», то все понимают, что должны уделить пристальное внимание и идеологии, и обеспечению безопасности граждан нашей страны и т.д. Соответственно, задача выработки бюджетной политики, та роль, которая нам передана, - это координировать и гармонизировать все эти расходы в том числе.

- Каким образом?

- Есть Минфин, который всегда должен говорить, что денег нет, и есть ведомства и организации, которым они необходимы для выполнения их функций. Наша роль быть не то чтобы арбитром, а скорее координатором, который готовит для президента, правительства варианты «золотой середины». Например, возьмем налоговое регулирование. Есть, с одной стороны, продвинутые налоговики, а с другой стороны, есть недовольные предприниматели, которым не нравятся налоговые ставки и администрирование. Должен быть кто-то, который выслушивает и тех, и других. Или, например, по таможенным проблемам тоже разного рода вопросы возникают, и должен быть орган, который всех выслушает и сделает независимую оценку, сформирует мнение правительства по тому или иному вопросу, обеспечит взаимодействие различных точек зрения. Но при этом необходимо понимать, что существует тонкая грань между бюджетной политикой и бюджетным планированием…

- То есть должна быть граница…

- Понимаете, можно провести и границу… У нас в дискуссиях все почти большевики: или все, или ничего, кто не с нами - тот против нас. А мир ведь не такой черно-белый, и если вы посмотрите на все эти диалектические теории, деление на инь и янь, там не такая прямая линия... Мы сегодня с Минфином находим диалог и смотрим, какая функция кому больше присуща и куда лучше подходит. Где делать, где оставить и т.д. Где есть люди и кадры… Не передавать же людей каждые полгода то туда, то обратно. Здесь нет каких-то сверхамбиций, думаю, что просто нужно найти золотую середину.

Сегодня задача МЭРТа быть не разъединяющим, а соединяющим органом, который все виды политики гармонизирует. Кроме того, у нас есть такая проблема, что экономическая политика у нас как-то больше дефрагментирована между разными госорганами. Вот как раз задача экономической политики - не выровнять всех, а правильные приоритеты расставить. Кому необходимо подсобить, кого вперед выдвинуть, кого подтянуть - вот это наша основная задача.

- А кроме гармонизации…

- Задача сегодня понимать, что происходит в мире. Помимо общей картины это цены на нефть и газ, зерно, цены на металлы. У нас есть нефть и газ, металлы, уран и зерно - это основа нашего экспорта, основа наших налоговых поступлений. Соответственно, с точки зрения макроэкономического регулирования президент очень четко сказал: давайте жить, как будто у нас нет нефти. У нас есть Национальный фонд, в бюджет налоги от нефти не поступают, и даже без этого большие изменения в бюджете год от года… Потому что все равно косвенно нефтяной фактор влияет. Но исходя из этого прежде всего нужно выполнить домашнюю работу по диверсификации. Есть нефть и газ - должна быть нефтехимия, нефтегазовая сервисная индустрия. Есть металлы - значит, металлургия и химическая промышленность плюс инфраструктура, которую государство должно финансировать через КТЖ, «Казтелеком» и др. Соответственно, нужны энергетические мощности. Вот это все когда будет происходить, вокруг всего этого будет выстраиваться малый и средний бизнес, в том числе инновационный.

- Если возвратиться к бюджету, то где между бюджетной политикой и бюджетным планированием проходит «тонкая красная линия»?

- Мы в 2002-2006 годах выстроили очень четкую систему и гармонизацию стратегического, экономического и бюджетного планирования. Позднее показалось, что бюджетное планирование превалировало над стратегическим и экономическим и эти две функции разделили. И функция бюджетного планирования ушла к Министерству финансов.

Сегодня главная задача Министерства финансов - это планирование и реализация бюджета, где вроде бы возникает конфликт интересов - сам планирует и сам реализует. Но, как говорят, на то и щука в реке, чтобы карась не дремал. Для этого нам функцию бюджетной политики и передали. Роль и значение стратегического планирования всегда должна очень мощно поддерживаться со стороны именно координирующих и руководящих структур.

Мы очень четко следим, соответствует ли понимание программ у тех или иных исполнительных органов, понимают ли они, какие стратегические задачи должны выполнять, направлены ли ресурсы на выполнение тех или иных стратегических задач, вписывается ли это в целом в макроэкономическую рамку страны. Думаю, что в этом году мы уже даже до выхода указа достаточно четко разделились с Министерством финансов (будут, конечно, определенные нюансы в планировании бюджета уже на 2013-2015 гг.), но бюджет на 2012-2014 годы в целом мы сформировали и есть единое понимание. Минэкономики и Минфин это своего рода защитники государственной казны и государственных интересов в плане оптимального использования ресурсов государства.

- У вас также создан комитет по региональной политике. Тема развития регионов время от времени всплывает. Вы же еще в МЭБП разрабатывали программу территориального развития?

- Да, эти вопросы мы поднимали еще в 2002-2005 годах, когда сформулировали программу территориального развития. Если помните, ранее по территориальному развитию был такой подход: всем сестрам по серьгам. Это когда мы должны все регионы выравнивать, и в этом, конечно, своя правда жизни есть, потому что базовая социальная инфраструктура должна быть везде одинаковой, как и доступ к ней. Имеется в виду единый стандарт образования, здравоохранения и др. Но даже в США ни один регион не развивается одинаково при всех их возможностях. Если штат Калифорния был пятой экономикой в мире, то есть некоторые штаты, которые развиты ниже среднего. Вот в таких случаях, соответственно, должно быть некое агентство, которое помогает развиваться, и должна быть какая-то система оценки.

Сегодня мы выпустили документ, который называется «Прогнозно- пространственная схема развития Казахстана». Есть разные степени развития регионов, например Алматы и Астана - это очевидные лидеры по количеству инвестиций, по новым рабочим местам, по потенциалу развития. Вокруг Астаны и Алматы само собой возникают некие индустриально-сервисные зоны развития. Это туризм, сельское хозяйство, промышленность, сфера услуг, инновации и т.д. Вот в эти два центра перетекает население, которое хочет жить там, где будут новые рабочие места, где хорошее качество обучения, где услуги по здравоохранению лучше. Происходит определенная урбанизация и миграционный переток из одних регионов в другие. Государство, соответственно, должно учитывать эти тенденции в рамках координатора бюджетных программ и программ развития территорий. Должен быть один государственный орган, который профессионально этим занимается. Сегодня это комитет по региональной политике. Опять же это объективно и гармонично вписывается в функции Министерства экономического развития и торговли.

- Не слишком ли много функций появляется у МЭРТа?

- Я сейчас в данной исторической перспективе больше за сильные госорганы и мегаструктуры. Например, как Министерство финансов или Министерство индустрии, которые больше холдингового типа и включают в себя достаточно много функций. С одной стороны, вроде большая концентрация, но, с другой стороны, и эффект масштаба, чтобы быстрее достичь тех или иных целей. Мне кажется, на этом этапе больше в эту сторону необходимо двигаться.

Кстати, хотел добавить, что все, что предусмотрено в рамках этого указа, например увеличение функций, появление новых ведомств, - все это будет происходить в рамках бюджета. Те новые люди и структуры, которые появятся, будут в пределах штатной численности агентства по РФЦА и в целом утвержденного бюджета, которые согласно указу нам переданы.

- Еще один вопрос. Чем будет заниматься комитет по предпринимательству?

- О проблемах предпринимательства давно и много говорится. Сегодня возникают новые вопросы о создании инновационного предпринимательства, среднего бизнеса и др. Для того чтобы об этом говорить предметно, нужна структура. Кстати, как ни странно это выглядит, но, как правило, все съезды предпринимателей заканчиваются бюрократическим предложением. Видимо, это где-то ригидность нашего мышления: «Давайте создадим агентство по среднему бизнесу». Да, может быть, нам нужны омбудсмены в регионах, в ассоциациях, как институт это нужно, но не в одном месте.

У нас есть ряд программ: ГПФИИР, производительность, программа социальной модернизации, занятости, есть «Дорожная карта бизнеса». И у всех возникает вопрос: куда бежать, куда стучаться предпринимателям? Создали электронное правительство, «одно окно» для предпринимателей. Например, в перспективе есть задача перевести функцию лицензирования на единое окно. Можно наблюдать такую картинку: практически каждая структура цепляется за те или иные функции, все хотят встречаться с предпринимателями и, скажем так, поговорить. Мы с Минфином и Минсвязи и информации пытаемся все эти планы правительства с бизнесом расписать и максимально увести в сторону электронного общения.

Мы сегодня говорим о том, что государство должно создать поле для предпринимательства. Но поле для предпринимательства это не что-то эфемерное, это государственная экономическая политика. Например, если государства много - тогда его должно стать меньше (это я о приватизации, о народном IPO). Если, какие-то сферы зарегулированы - то надо уменьшить, если, наоборот, недостаточно - усилить, чтобы мелкие компании не страдали от крупных, если конкуренцию надо защищать, то надо защищать, если компании определяют на миллиарды долларов госзакупки, как, например, группа компаний «Самрук-Казына» или «КазАгро», то это нужно координировать. С другой стороны, есть уже сформировавшиеся организации предпринимателей, как «Атамекен», ТПП и др., с которыми налажен хороший диалог. Как раз орган координации усилий с одной стороны, бизнес-ассоциаций, с другой стороны, госорганов - это МЭРТ. В сегодняшней структуре правительства мы координируем все госпрограммы, в том числе в сфере предпринимательства, и в комитете предпринимательства эту координирующую функцию взаимодействия госорганов с предпринимательской средой будем расширять.

- Согласно указу вам переданы как в доверительное управление, так и на баланс некоторые активы «Самрук-Казыны»…

- Было поручение главы государства, что «Самрук-Казына» сосредоточивается больше на функции корпуправления и диверсификации. Вы помните, у ФНБ было 3 функции: антикризисная, диверсификация и корпуправление. В кризис в приоритет вышла антикризисная, хотя мы также старались заниматься и диверсификацией. По корпоративному управлению большая работа была проделана, и сегодня уже новый горизонт у этой работы, который определен президентом как вывод компаний на IPO. Для любой компании IPO это подготовка и налаживание всех бизнес-процессов, это прозрачная финансовая модель, это разъяснение населению. Кстати, на днях я буду докладывать программу правительству по выводу государственных активов на IPO, прежде всего группы компаний фонда «Самрук-Казыны». Соответственно, здесь есть определенные задачи, функции развития. Что касается институтов развития, хотя они и продолжают оставаться на балансе у «Самрук-Казыны» (Банк развития, фонд «Казына Кэпитал Менеджмент» и Инвестиционный фонд), но будут переданы Министерству индустрии и новых технологий. Фонд развития предпринимательства - нам.

А что касается Фонда стрессовых активов - эта структура была создана как возможная модель оказания поддержки банкам. Как вы знаете, есть несколько способов оказать поддержку банкам, в том числе выкуп стрессовых активов с дисконтом большим или меньшим. Такой опыт в Чили или Южной Корее был. В кризисные времена государство оказывает поддержку, выкупает на время или навсегда те или иные активы и расчищает балансы банков. Мы расчищали балансы банков, поддержку оказали прямым образом - докапитализировали (рекапитализировали) системообразующие банки, часть из них подверглась реструктуризации долга. Соответственно, нагрузка на капитал была снижена, но в целом проблема до конца не была решена. Фонд стрессовых активов был таким резервным карманом государства, через который оказали поддержку определенным стрессовым активам, например в строительной индустрии. Соответственно, фонд как бы свою задачу выполнил. Но эта задача долгосрочна, он эти активы будет возвращать в течение определенного периода времени. На новом этапе далее стрессовыми активами занимается Национальный банк.

Фонд стрессовых активов - это своего рода координирующая аналитическая база, которая будет помогать в рамках работы уже МЭРТа заканчивать те программы, по которым возврат средств должен быть осуществлен в Национальный фонд. Поэтому постепенно этот фонд будет закрываться и задача его поэтапного закрытия возложена на Министерство экономики.

- То есть речь идет о первом Фонде стрессовых активов - условно номер один?

- Да, Фонд стрессовых активов - версия 1.0. Версия 2.0 - это уже Национальный банк.

- То есть это разные фонды?

- Да, это разные вещи, они друг с другом не пересекаются, и нет конфликта интересов.

- Из указа было не очень понятно.

- Помните, когда антикризисная функция была возложена на «Самрук-Казыну» и тогда Фонд стрессовых активов 1.0 был в ФНБ. Сегодня антикризисная функция из «Самрук-Казыны» извлекается, будет расчистка завалов антикризисных. Все, что формирует убытки и аналогичное, должно уйти в сторону правительства, потому как у правительства баланса нет. А фонд «Самрук-Казына» должен быть идеальной структурой с чистыми активами, где каждый генерирует только прибыль.

- А какова все-таки стратегическая цель «Самрук-Казыны»? Все о ней слышали, но никто ее не видел, есть ли такое чудесное создание?

- Все было прописано в проекте стратегии, в целом одобренной на совете директоров ФНБ.

- Сейчас уже какой вариант обсуждается, третий или восьмой?

- Было два варианта, один вариант был отправлен на доработку просто по техническим причинам, и финально мы его доложили на совете директоров, и предполагалось сделать это на совете по управлению ФНБ.

- Подождите, это какой совет? По управлению фондом?

- Есть совет по управлению Нацфондом, а есть новый совет по управлению фондом «Самрук-Казына» под руководством президента. Сейчас объясню.

У нас есть два суверенных фонда. Поскольку в странах с сырьевыми экономиками возникают фонды суверенного благосостояния, которые направлены на то, чтобы использовать эти средства, сверхдоходы от них. Национальный фонд - это фонд, в который поступают налоги от нефтяного сектора и который управляется Национальным банком. У него функции стабилизационные, резерва будущих поколений.

Вторая функция, которая родилась еще до кризиса в виде институтов развития и впоследствии перетекла в фонд «Самрук-Казына», где функция развития получила новое направление (ОХК, «С-К Фармация», «С-К Закупки» и др). Это некие такие структуры, которые осуществляют связь с бизнесом. Все это функции развития. Если у Национального фонда типовая функция резервная, то функция фонда «Самрук-Казына» - это развитие или участие в диверсификации экономики, в том числе путем создания национальных чемпионов. Национальные чемпионы, это те компании, которые могли бы конкурировать пока на уровне региональных, а в перспективе и с ТНК. И я считаю, что «Казмунайгаз», «Казатомпром» могут быть в одном ряду с глобальными компаниями мира. Остальные могут конкурировать в масштабах региона, а может, выстрелят какие-то новые чемпионы.

Сегодня произошло разделение полномочий, функция антикризисная закончилась, институты развития передаются под координацию правительства, и, соответственно, эта стратегия развития должна быть немного откорректирована. Но в сухом остатке главные задачи - улучшение корпоративного управления, в перспективе приватизация, выход компаний на IPO, создание национальных чемпионов - это одна ветка стратегии. И вторая задача - это совместно с правительством формирование новых конкурентных секторов экономики.

Беседу вел Талгат ИЩАНОВ, Астана


Больше новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:
Сейчас читают
Интересное
Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс
последние комментарии
Последние комментарии