Буква закона - это все

 

Гульмира КЕНЖЕГАЛИЕВА,

Западно-Казахстанская область

 

Одному из старейших судей Казахстана Бижану Тлешевичу Имангалиеву в эти дни исполняется 85 лет. Начав свою трудовую деятельность в далекие 40-е годы прошлого века, он до сих пор находится в строю.

Своими советами он продолжает помогать своим ученикам - судьям уже независимого Казахстана. Несмотря на свой преклонный возраст, ветеран судебной системы полон энергии и жизненного оптимизма.

Бижан Имангалиев в самый разгар Великой Отечественной войны, в 1944 году, 17-летним юношей поехал покорять тогдашнюю столицу нашей республики - Алма-Ату. В семье Имангалиевых юристов вообще не было: отец - банковский работник, мать - домохозяйка. Судьбу внука решила бабушка.

«Вообще-то у меня даже мыслей не было учиться на юриста, но моя бабушка по отцовской линии была очень энергичной, волевой женщиной. И она, видя, что другие сельские пацаны едут учиться, решила, что ее внук ничем не хуже их, и тоже должен получить высшее образование»,- рассказывает Бижан Тлешевич.

Но время было тяжелое, в Чингирлауском районе, откуда родом Имангалиев, так же как и по всей стране, старики и дети работали в поле, обеспечивая фронт продовольствием. Первым в семье в 1941 году на войну ушел старший брат, затем в 1942-м на фронт призвали и отца. Он погиб во время Сталинградской битвы, и сегодня на Мамаевом кургане высечена фамилия Тлеша Имангалиева. А брат вернулся домой инвалидом. В семье было пятеро детей, Бижан оставался за старшего. Семья была небогатой и даже денег на поездку в Алма-Ату не было.

Но бабушка была непоколебима в решении дать внуку образование: продав на железнодорожной станции сельхозпродукты, на вырученные деньги собрала внука, положив ему в мешок сухарей и сливочное масло. На запряженных волах привезла внука с товарищем на железнодорожную станцию. И парни, запрыгнув в товарный вагон проходящего поезда, отправились в столицу.

 Алматинский государственный юридический институт, куда поступил Имангалиев, находился в подчинении Министерства юстиции Союза ССР. Преподавателями работали эвакуированные в Казахстан ученые Московского и Ленинградского юридических институтов. Среди них были доктора наук, которые в 1926 году участвовали в создании уголовного, уголовно-процессуального, гражданского кодексов СССР.

На первых порах юноше, окончившему казахскую школу, было очень тяжело учиться в институте. Но потом старание сделало свое дело, и уже на втором-третьем курсах появились и первые успехи. Стипендию платили невысокую, всего 265 рублей. На эти деньги, по словам Бижан-ага, можно было купить всего одну буханку хлеба. Из дома тоже никакой помощи не поступало, поэтому приходилось рассчитывать только на самого себя.

 В 1948 году после окончания института Бижан Имангалиев получил направление на судебную работу в родную Западно-Казахстанскую область. Время было сложное, послевоенное, специалистов с высшим образованием в любой сфере, и уж тем более в юридической, можно было по пальцам пересчитать. И его сразу же направляют в Каменский район народным судьей. А уже через год, в 1949 году, он становится народным судьей областного суда. Здесь он проработал около трех десятков лет, из них 14 лет - председателем областного суда.

 Штат работников областного суда состоял тогда всего из девяти судей. В городском суде работали три судьи. Но при рассмотрении дел они должны были укладываться в сжатые сроки. В основном рассматривались дела о хулиганстве, алиментные дела, трудовые споры. Бижан-ага до сих пор помнит дело доярки совхоза Плодоовощной, которую директор за крутой нрав уволил с работы. Суд восстановил ее на работе. Но директор совхоза был вхож в кабинеты членов обкома и не преминул пожаловаться на председателя облсуда. Правда, ничего из этого не вышло, ведь суд вынес правильное решение.

Работа судьи во все времена была не из легких. Проверки из Министерства юстиции, которому подчинялись суды, устраивались постоянно, вспоминает Бижан Тлешевич. Кандидатура председателя областного суда все время обсуждалась в бюро обкома партии, которое тщательно следило за работой судебного органа. «Три раза моя кандидатура в бюро обкома партии на пост председателя облсуда проходила без проблем. А на четвертый раз, когда я избирался на этот пост, мне звонит министр юстиции и говорит, что нужно приехать в Алма-Ату для назначения начальником отдела в министерстве. Такая перспектива мне совсем не понравилась. Я и сказал, что если ко мне нет никаких замечаний, то хотел бы продолжить работать у себя в области. Но министр был настойчив и сказал, что уже есть решение ЦК - снять меня с работы председателя облсуда»,- вспоминает бывший председатель Западно-Казахстанского областного суда Бижан Имангалиев.

Это был неожиданно крутой поворот судьбы. Причиной этому стала принципиальность Имангалиева на процессе в отношении директора совхоза Ащисайский Чингирлауского района, некоего Томбовцева. Последний совершил крупное хищение государственной собственности, был связан с поставками кирпича из Киргизии. Но самое главное, у этого директора были большие связи в верхах.

 - Как-то меня вызывают в обком и говорят: есть мнение обкома партии не судить его. Я сказал: ладно, что я мог еще ответить, раз партия решила. Но в то же время не мог пойти против совести и закона. И мы вынесли обвинительный приговор. Если бы я его не осудил, то люди сказали бы, что я тоже замешан в этом - из похищенных миллионов и мне, значит, что-то перепало, раз я его не осудил. Я не мог запятнать свою репутацию.

 Но партийная машина тогда действовала неукоснительно и не терпела вокруг себя непослушных. И раз он не послушался мнения обкома партии, его решили освободить от должности. Правда, в тот момент, когда закрутилась вся эта система, первый секретарь обкома партии Мустахим Ихсанов был на больничном и не был в курсе случившегося.

- Когда Ихсанов вышел на работу, я пошел к нему на прием и сказал: «Здесь вся моя родня, все будут спрашивать, что же ты такое натворил, что тебя сняли с работы - или ты злоупотребляешь служебным положением, или поведение у тебя аморальное. Что я скажу?» Ихсанов молчал. Потом позвал своего помощника и дал задание найти мне равнозначную работу.

Но не так-то просто оставаться принципиальным и верным букве закона и при этом еще угодить партийным номенклатурщикам, одним из которых являешься сам.

 Шел 1964 год. Выявились крупные нарушения в управлении капитального строительства. В отношении начальника этого ведомства некоего Констатнина Жигалковича возбудили уголовное дело за приписку, присвоение госсредств, взятку. Дело в шести томах поступило в суд. Но он оказался крепким орешком. Заинтересованность в том, чтобы его судили, показали почти все члены обкома партии. До последнего он оставался членом партии и не был даже отстранен от должности. Это был нонсенс.

- По закону мы должны вручить обвинительное заключение с указанием времени, даты лично обвиняемому. Судебный секретарь вызывает Жигалковича, а он не приходит. И я сказал, если он не придет, пошлю за ним милиционера. Тогда подсудимый быстро прибежал, забрал обвинительное заключение. В суд наутро приезжает на «Волге», в обед на «Волге» его забирают, вечером то же самое. Люди стали поговаривать, что суду он «не по зубам», дескать, это же Константин Фомич, если бы он был Иваном Ивановичем его бы давно посадили.

Потом звонит мне секретарь обкома по строительству и начинает выговаривать, что работа отдела капитального строительства остановилась, вместо того, чтобы работать, люди ходят по судам. Я говорю, у нас же суд открытый, пусть ходят, тем более что есть постановление правительства о правовом воспитании населения. Он обиделся на меня.

 Суд вынес обвинительный приговор, Жигалковича посадили. Но это опять не прошло бесследно и для председателя областного суда. Ранее планировалось, что Имангалиев получит четырехкомнатную квартиру в новом строящемся доме. Но после такого приговора суда обком вычеркнул его фамилию из списка очередников. И он с женой и четырьмя детьми, а также престарелой матерью остался жить в коммунальной квартире. При этом члены обкома каждый раз укоряли его за то, что он не выполняет партийного поручения касательно того, кого судить, а кого миловать.

Бижан-ага по прошествии почти 60 лет перебирает в памяти интересные, резонансные дела, которые были им рассмотрены. Вспоминает случай в Бурлинском районе, когда сын из ружья застрелил свою мать. Дело это вызвало широкий общественный резонанс, потому что подобные преступления тогда совершались очень редко, и на его рассмотрении присутствовали председатель областного суда и прокурор области. Преступления, за которые приговаривали к смертной казни, все же были. При этом судья, который выносил подобный приговор, сам лично должен был присутствовать при его исполнении. Это было зрелище не для слабонервных.

Не менее резонансным было преступление, случившееся 50 лет

назад.

- На автовокзале шофером работал мужчина. Напившись, он выбежал на улицу и начал стрелять в прохожих. Убил одного, второго, а когда целился в третьего, путь ему преградил мальчишка и тем самым предотвратил еще одно убийство. На суде, когда ему дали последнее слово, единственное, что он сказал: прошу расстрелять. Его приговорили к смертной казни. Дело дошло до Верховного Суда, а оттуда судьи звонят, говорят: ваш воинственный парень сидит в камере и ест свои фекалии. В амнистии ему было отказано и его расстреляли.

 Самое главное в судебной деятельности - строго придерживаться буквы закона. Страшно, когда невинный человек осуждается, не менее страшно, когда преступник уходит от ответственности. Прожив долгую жизнь, судья Имангалиев говорит, что в своей судебной практике старался придерживаться буквы закона и ни в каких советчиках в лице членов обкома партии не нуждался. «Моя совесть чиста, я старался быть принципиальным и справедливым. И мне не стыдно смотреть людям в глаза».

Бижан Тлешевич вместе со своей супругой Камеш-апай, с которой прожил 65 лет, воспитал четверых детей. Все получили высшее образование, стали достойными людьми. А дочь Алия пошла по стопам отца. Окончив с красным дипломом институт, она стала судьей, работала судьей городского, областного судов. Два внука также работают юристами в различных структурах.

 Напоследок мы спросили у нашего аксакала: «Если бы у вас была возможность воспользоваться машиной времени и вернуться в то время, что бы вы изменили в своей жизни?»

«Я бы ничего не изменил, меня устраивает моя жизнь. Я старался отправлять правосудие по совести, и мне не стыдно за себя. На меня не было ни одной жалобы за время работы. Меня уважают, почитают, а больше мне ничего не надо».

За свой труд Имангалиев награжден орденом «Құрмет», судейским знаком «Үш би», а также удостоен множества почетных грамот.

 

7 ноября 2012, 12:13
Источник, интернет-ресурс: Медиа-корпорации «ЗАҢ» , Прочие

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript