Бакытжан Жумагулов: «Выдача дипломов, не подкрепленных реальными знаниями, будет прекращена»

 

Бакытжан Жумагулов: «Выдача дипломов, не подкрепленных реальными знаниями, будет прекращена»Сфера образования всегда находится под пристальным вниманием общества. По самым скромным подсчетам, в нее, так или иначе, вовлечены около пяти миллионов наших сограждан. Наверное, нет ни одной семьи, которой было бы безразлично, чему и как учат детей в детсаде, школе, колледже, вузе.

Именно потому любые нововведения в этой сфере очень чувствительны для общества. Порой самые, казалось бы, передовые идеи получают неоднозначную оценку. И главная причина тут заключается в дефиците информации. Что дадут новые инициативы в образовании каждой семье? Не забываем ли мы в погоне за «международными стандартами» об интересах наших учителей и учащихся?

На эти и другие не очень «удобные» вопросы мы попросили ответить министра образования и науки РК Бакытжана Жумагулова, пишет газета CАmonitor.

Не столько сокращение, сколько оптимизация

- Бакытжан Турсынович, первый вопрос касается темы, которая сегодня волнует студентов и преподавателей частных вузов. В настоящее время в Казахстане проходит оптимизация высших учебных заведений. Вы можете озвучить «черный» список вузов, подлежащих закрытию? И вообще, кому нужна оптимизация?

- Вы начали с проблемы, которая очень волнует не только студентов и преподавателей, но и наше министерство, поскольку оптимизация вузов - это прямое поручение главы государства Н.Назарбаева и важная часть процесса перехода на новое качество образования в целом. Никакого «черного» списка, разумеется, нет. Надо, чтобы все понимали: мы говорим именно об оптимизации, а не об арифметическом сокращении. Наша цель - повысить качество подготовки специалистов. А как именно это делать, решается в каждом случае индивидуально. Причем подчеркну, что оптимизация касается только тех вузов, которые не соответствуют установленным законодательством требованиям, непосредственно влияющим на качество образования. Это материально-техническая база, квалификация профессорско-преподавательского состава, обеспеченность учебниками, соотношение очной и заочной подготовки и т.д. Совершенно понятно, что если всего этого нет, то ни о каком качестве обучения речи идти не может, это аксиома. Вузы сами прекрасно знают, соответствуют они таким требованиям или нет. А вот в рекламных материалах такие сведения до населения вузами, прежде всего коммерческими, не доводятся. Но есть и другие источники информации - результаты госконтроля, рейтинги. И для желающих получить не просто диплом, а качественное образование, уже давно не секрет, «кто есть кто» на относительно небольшом рынке образовательных услуг в Казахстане. Поэтому оптимизация - это, по сути, приведение нашей вузовской системы в соответствие с законодательством. И для университетов или институтов, которые недотягивают до установленных требований, есть три пути. Первый - слияние с другими вузами с целью укрупнения материальных и интеллектуальных ресурсов (это основной механизм оптимизации). Второй - переход на уровень колледжа. И только в самом крайнем случае - закрытие. В итоге в Казахстане должны остаться только те вузы, которые способны обеспечить должное качество подготовки студентов и обладают необходимыми ресурсами для этого. Выдача дипломов, не подкрепленных реальными знаниями, будет прекращена. Иначе мы получим «перегрев» рынка труда невостребованными работниками с неполноценным образованием и рост безработицы в данном сегменте. Процесс оптимизации идет уже почти полтора года, и за это время число казахстанских вузов сокращено на 13, некоторые из них объединились, другие закрыты в соответствии с решениями суда. Сейчас в стране осталось 136 вузов, но проведенный анализ показывает, что целесообразно сократить их количество примерно до 100. Остальные 30 с лишним вузов до нужных требований недотягивают, им надо либо объединяться, либо уйти с рынка высшего образования, так как в своем нынешнем виде они не дают качественных дипломов и знаний.

 - Почему претензии предъявляются только к частным вузам, хотя в развитых странах рейтинг таких учебных заведений намного выше, чем государственных? Коснется ли оптимизация и последних?

- Перед законом все равны, и частные, и государственные, требования одни и те же, и при оптимизации подходы одинаковые. В Казахстане есть частные вузы, которые по многим параметрам стабильно показывают хорошие результаты и занимают достойные позиции в рейтингах. Но, к сожалению, их не больше 10-15. Между тем сегодня в стране 58% вузов являются частными, и только 42% - государственные. Но почти две трети всех остепененных преподавателей (более 11 тысяч из 18 тысяч докторов и кандидатов наук) работают в государственных вузах, тогда как на частные приходится лишь 36%. Как показали результаты проверок, именно частные вузы обычно не соблюдают даже минимальных требований, предъявляемых к организации учебного процесса. У них велик дефицит квалифицированных преподавателей, не соблюдается норматив учебных площадей (6 кв. м на одного студента), отсутствуют или не соответствуют нормативам учебные лаборатории, нет необходимого количества учебников. Все это сказывается на качестве подготовки специалистов. Так, в 2012-м в рамках государственной аттестации были протестированы 4038 студентов выпускных курсов восьми частных вузов, и 2395 из них (60%) сдали тесты на «двойку» и «тройку». Комментарии, как говорится, излишни. Что же касается государственных вузов, то они у нас под постоянным контролем, и по названным выше параметрам их положение гораздо лучше. Но оптимизация коснется и их, особенно региональных, которые согласно поручению президента страны будут перепрофилированы в соответствии с региональной специализацией и потребностями рынка труда.

- А насколько прозрачно проходит оптимизация? Не превратится ли она в механизм рейдерского захвата чужого бизнеса?

- Сегодняшняя наша беседа сама по себе является свидетельством открытости этого процесса. Для гласного и открытого обсуждения вопросов оптимизации соз­дан республиканский общественный совет. В его состав вошли депутаты парламента, ректоры вузов, представители НДП «Нур Отан», отраслевых ассоциаций и СМИ. Члены этого совета проводят выездные совещания с руководителями и учредителями высших учебных заведений, разъясняют цели оптимизации, изучают ситуацию на местах. Совсем недавно, 28 марта, мы провели совещание со всеми ректорами вузов, чтобы откровенно поговорить о проблемах, связанных с оптимизацией. Вы сами были свидетелем того, насколько честным и открытым получился разговор.

- Как будет решаться судьба студентов вузов, подлежащих закрытию?

- Оптимизация ни в коем случае не ущемляет их права. В случае объединения вузов, а это, как я уже говорил, основной механизм оптимизации, студенты продолжат свое обучение во вновь соз­данном вузе. При закрытии вуза им гарантируется перевод в другие учебные заведения на те же специальности, те же курсы и с той же платой за обучение. Это я могу твердо обещать. А студентам выпускных курсов будет предоставлена возможность завершить свое образование в текущем учебном году.

Контрольная работа

- С оптимизацией вузов все понятно. Теперь объясните, пожалуйста, зачем небольшому по численности населения государству столько проверяющих систему образования: местные отделы образования, СЭС, пожарная служба, прокуратура, инспекторы правоохранительных органов, комиссии по делам несовершеннолетних… А теперь вот создали еще и департаменты по контролю в сфере образования, которые относятся к вашему ведомству. Не зря говорят: «От чрезмерного контроля вымирает доверие». Простые учителя и администрация школ тратят время на подготовку различных форм, отчетов и материалов по запросам проверяющих. Кстати, такого нет нигде в цивилизованном мире. Каков КПД всех этих проверяющих, которые живут на деньги налогоплательщиков? И вообще, нужно ли столько проверок и отчетностей?

- Во-первых, давайте все-таки оставим за скобками прокуратуру, пожарных и т.д., они выполняют свои функции по отношению к любым организациям. Мы же говорим только об образовательной сфере. И здесь контроль необходим, ведь государство обеспечивает конституционные гарантии права граждан на образование. Знать, как эти гарантии реализуются на деле, и принимать меры в случае необходимости - наша прямая обязанность. Другой вопрос, в каком объеме это делается, нет ли чисто бюрократических излишеств, только мешающих работе? Такие проблемы действительно были по отчетности учителей и школ. По поручению главы государства в 2012 году нашим министерством административная отчетность сокращена почти втрое - с 467 до 162 форм. В пять раз снижена нагрузка на школы по заполнению форм, представляемых в областные управления образования, - из 41 осталось 8. То есть теперь и руководитель школы, и учитель заполняют всего по 4 формы в год.

В 2012-м впервые прием административной отчетности был осуществлен дистанционно в электронном формате. В текущем году планируется полная автоматизация этого процесса. Поэтому нашим учителям вал отчетности не грозит - от министерства уж точно. Что касается проверок качества образования, то позволю себе не согласиться с тем, что нигде в мире нет такой практики. Наоборот, даже страны с вековыми демократическими традициями абсолютно не «комплексуют» по поводу необходимости строгого контроля за тем, кто и чему учит детей. И это неспроста. Будущий интеллект нации, а значит и будущее государства находится в руках дающих образование. И государство обязано обеспечить определенные требования к учебному процессу, к организации образования.

Например, в Великобритании школы жестко контролируются на предмет состояния зданий, квалификации преподавателей, оборудования, условий проживания и питания, учебных планов и т.д. Любая школа должна пройти регистрацию с предварительной инспекцией. Затем ее регулярно проверяют специальные комиссии. Почти все страны, особенно европейские, законодательно закрепили обязательный национальный контроль в виде государственной инспекции, школьного надзора или аккредитации школ. Так что мы действуем в русле мировых тенденций. Другой вопрос, насколько контроль должен быть плотным и эффективным? По моему поручению в прошлом году был проведен анализ количества и обоснованности проверок организаций образования, проводимых государственными центральными и местными органами.

Выяснилось, что в каждой организации образования в среднем было проведено 2,5 проверки разными государственными органами за год. Согласитесь, это далеко не запредельная цифра. Нас, то есть министерство, контролирующие инстанции проверяют гораздо чаще. В школах проверки в основном проводятся на предмет готовности к началу нового учебного года, соблюдения законодательства. Проводятся также тематические проверки акиматами, маслихатами, управлениями и отделами образования, правоохранительными органами по обращениям граждан. И все это обоснованно. Нам же небезразлично, в каких условиях учатся наши дети, соблюдаются ли санитарные нормы, пожарная безопасность? А если граждане жалуются в госорганы на школу, то факты, содержащиеся в жалобе, должны быть объективно проверены. Что же касается департаментов по контролю, то они проводят госаттестацию всего лишь один раз в пять лет. И проверки проводятся не чаще, если по системе оценки рисков школа оценивается как хорошая.

- Кстати, о территориальных департаментах по контролю в сфере образования. Чем было вызвано их создание и что изменилось с их появлением?

- До 2012 года существовал системный конфликт интересов: тот, кто на местах организовывал учебный процесс, сам же контролировал его качество. Причем в 9 регионах из 16 вообще отсутствовали подразделения госконтроля в данной сфере. Все это привело к общему снижению качества образования, серьезной его дифференциации по регионам, что недопустимо в унитарном государстве. Отсутствовала обратная связь центра с регионами, искажалась реальная картина на местах. Приведу несколько примеров. 203 школы на тот момент работали без лицензии, чего в принципе быть не должно. Аттестация проводилась, как правило, формально. Положительно аттестовались почти 100% проверенных детсадов, школ и колледжей, что, конечно же, не соответствовало реальному положению дел. Были случаи, когда райотделы за день аттестовали десятки школ. А некоторые школы за время своего существования вообще ни разу не проходили аттестацию, одна из них - аж с 1947 года. Хотя это делать необходимо раз в пять лет. Можно ли было в таких условиях гарантировать качественное образование? По-моему, ответ очевиден. Между тем такое положение длилось много лет, было известно местной общественности, однако ничего не менялось. Поэтому по поручению главы государства, впервые в Казахстане с 2012 года контроль за качеством образовательных услуг во всех организациях образования стал осуществляться на национальном уровне. Теперь его выполняют территориальные департаменты. За неполный год их функционирования выявлены существенные недостатки в деятельности детсадов, школ и колледжей на местах. Около 40% из проверенных организаций не смогли пройти аттестацию, т.к. не отвечали требованиям к качеству образования. Установлены значительные расхождения между отчетами с мест и реальным состоянием материальной базы школ и квалификации учителей.

Например, выявлены более двух тысяч учителей без педагогического образования, почти 1000 школ, не подключенных к Интернету, завышение числа компьютеров в школах и т.д. Внешний контроль со стороны министерства привел к появлению механизма обратной связи между центральным и местным уровнями, налаживается продуктивное взаимопонимание с акиматами. К примеру, по результатам проверок местные власти стали активнее принимать меры по усилению педагогического состава, укреплению материальной базы, оптимизации сети школ. На сегодня только в Северо-Казахстанской области более 300 учителей - неспециалистов прошли курсы переподготовки по десяти предметам. В результате 59 школ стали соответствовать требованиям по квалификации учителей.

В Алматинской области выделено 260 млн. тенге на укрепление материально-технической базы школ. Более того, по результатам аттестаций и проверок департаментами, занимающимися контролем, внесено более 30 предложений по совершенствованию стандартов образования, нормативных правовых актов и содержания учебников. Все это работает на повышение качества образования. В настоящее время существует четкое законодательное разделение функций между центральными и местными исполнительными органами (МИО) в вопросах образования. В частности министерство формирует госстандарт образования и контролирует его исполнение через территориальные департаменты. А МИО непосредственно реализуют госстандарт. И ни одна функция департаментов по контролю в сфере образования и местных управлений образования не дублируется.

Вечная тема ЕНТ

- В прошлом году в СМИ поднималась тема введения комплексного тестирования для поступления в вузы выпускников организаций технического и профессионального образования. Выпускников колледжей нынешнего года и их родителей интересует вопрос: останется ли комплексное тестирование для них, и насколько оно актуально?

- Как известно, до прошлого года выпускники организаций технического и профессионального образования имели так называемую «льготу». То есть 55% всех выпускников ТиПО, а это около 76 тысяч юношей и девушек, ежегодно сразу поступали в вузы без какой-либо проверки знаний. Что приводило к двум негативным последствиям. Во-первых, фактически система ТиПО работала наполовину вхолостую, поставляя профессионалов среднего звена для производства вдвое меньше, чем могла. Во-вторых, сформировалась по своей сути коррупционная посредническая цепочка, дающая возможность обойти требование сдачи ЕНТ для поступления в вуз. Схема очень простая: поступление после 9-го класса в колледж, а после него - напрямую в вуз по спискам без экзаменов. И платой за эту услугу стала фактически оплата обучения в колледже. Потому-то и появилось так много колледжей при вузах. Чтобы переломить ситуацию, для выпускников ТиПО было введено комплексное тестирование. И, как оказалось, не зря. Из почти 56 тысяч выпускников ТиПО, участвовавших в тестировании, 43 тысячи, или 77%, не преодолели минимальный порог требований к знаниям. Как видите, о качестве высшего образования можно было говорить с большой натяжкой. Ведь половину студентов составляли те, кто поступал в вузы после колледжа, и абсолютное большинство их не имело необходимого минимума знаний. Так дальше продолжаться не может. Поэтому комплекс­ное тестирование для выпускников ТиПО, желающих поступить в вузы, останется. Причем это не только фильтр для отсева неподготовленных абитуриентов. У лучших выпускников колледжей появляется возможность получить высшее образование за счет государства, причем по укороченной программе. Этого раньше не было, поскольку невозможно было без тестирования присуждать госгранты. А в прошлом году мы впервые присудили 2 700 таких грантов выпускникам ТиПО. Это для них реальная поддержка. Она тоже не отменяется.

- Содержание тестовых заданий с момента введения ЕНТ вызывает острые дискуссии в обществе. Как сегодня формируется база тестовых заданий?

- В данной ситуации меня больше всего поражает одно. Из года в год невозмутимо муссируются слухи о тестовых вопросах про количество зубов у исторических личностей, количестве нарядов и комнат в квартире эстрадной звезды. Как и другие фантастические вымыслы, к примеру, о каких-то заговорах в системе образования. Для профессиональных тестологов эта тема уже неинтересна. Естественно, что таких тестовых заданий никогда не было и не могло быть. Я считаю, что тот, кто муссирует эти слухи, очень неуважительно относится к педагогам, составляющим тесты, поскольку предполагает, что кто-то из них может допустить такую глупость. Тестовые задания разрабатываются лучшими учителями со специальной подготовкой. Их содержание соответствует государственным стандартам образования. Сами тесты проходят неод­нократную экспертизу и апробацию, прежде чем попасть на ЕНТ. И значительная часть тестов ЕНТ ежегодно обновляется. Дополнительно в этом году Институтом истории государства при МОН РК проведена независимая экспертиза тестовых заданий по истории Казахстана. Результаты экспертизы в очередной (уже который!) раз подтвердили отсутствие так называемых «каверзных» вопросов по истории. Поэтому авторов вымыслов просим делать ссылку на источники: номера вариантов и тестовых заданий книжек-вопросников.

- Сейчас идет прием заявлений на участие в ЕНТ. Имеются ли случаи, когда у выпускников такие заявления не принимаются? Как нужно поступать в подобных ситуациях?

- Здесь все очень просто. Участие в ЕНТ является строго добровольным, и никто не может запретить выпускнику подать заявление. Прием заявлений идет с 10 марта по 26 апреля во всех школах республики. Если выпускнику в этом отказано, он может обратиться с заявлением непосредственно в пункт проведения ЕНТ, к которому прикреплена конкретная школа. Одновременно выпускник может сообщить об этом факте в департамент по контролю в сфере образования по месту проживания или в Министерство образования и науки по телефонам: (8-7172) 74-23-72; 74-23-69. Мы примем самые оперативные меры.

Докторский минимум

- Ряд ученых, особенно старшего поколения, недовольны прекращением защит кандидатских и докторских диссертаций и считают, что тем самым мы своими руками «похоронили» подготовку кадров для науки. Является ли новая модель докторантуры PhD достойной заменой?

- Вообще-то меня тоже можно отнести к старшему поколению ученых, поскольку все этапы моей научной карьеры от простого преподавателя до профессора прошли по старой системе со всеми ее плюсами и минусами. Но обратимся к фактам. За годы независимости кандидатские и докторские диссертации защитили более 25 тысяч человек. Среди них есть настоящие ученые, ставшие нашим национальным достоянием. Но появилась «мода» на научные «корочки» и среди людей, к науке никакого отношения не имеющих. В результате только 4% защитившихся продолжило работать в науке и образовании. То есть система присвоения ученых званий стала абсолютно неэффективной и не справляющейся с задачей кадрового обеспечения науки. Поэтому я твердо убежден, что нельзя возвращаться к тому, что уже изжило себя. Нынешние скандалы в России, связанные с защитой кандидатских и докторских диссертаций, яркое тому доказательство. Что же касается докторантуры PhD, то она действительно является достойной заменой старой системе. За предшествующий период мы постепенно апробировали эту модель, для чего намеренно выделяли небольшой госзаказ - 200 мест в год. Теперь уже есть ясная картина. Соответственно, госзаказ в докторантуру мы будем постепенно увеличивать. Если в последние два года он составлял по 500 мест, то к 2015-му будет тысяча, а к 2020-му - уже две тысячи. И это будет обучение только за счет гранта и только очное - платное и заочное обучение в таком стратегически важном вопросе неприемлемо. Что отличает докторантуру PhD? Во-первых, она не сводится только к подготовке и защите диссертации, теперь это полноценный учебный процесс высшего послевузовского уровня. Во-вторых, подготовка стала на порядок качественнее, чем раньше в аспирантуре. У нас есть специальная программа приглашения зарубежных профессоров для чтения лекций. Наряду с современными знаниями докторанты приобретают и опыт владения английским языком - языком мировой науки. Живое общение с иностранными учеными, обязательная научная стажировка в мировых научных центрах и соруководство зарубежного научного консультанта - вот лишь некоторые из нововведений, позволяющих «держать руку на пульсе» современной мировой научной практики. В-третьих, жесткие требования к темам диссертаций и к публикациям. Они должны соответствовать приоритетным направлениям развития науки, государственным программам. А публикации должны быть обязательно в международных рейтинговых изданиях - это один из главных показателей ценности научного труда и его признания в мире. В-четвертых, мы значительно дебюрократизировали все процедуры. Из десяти формальных процедур остались только три. Для нынешних докторантов при защите диссертации авторефераты, предзащита, ведущая организация - это уже атрибуты прошлого. Но вместе с тем диссертация проходит полную проверку на плагиат, чего раньше не было. За прошедшие два года защитили диссертации 194 докторанта. Из них на данный момент 133 утверждены в ученой степени доктора PhD. И это очень перспективные молодые ученые. Многие из них имеют такие солидные публикации, которыми в свое время не могли похвастать не только кандидаты, но и доктора наук. Мы уже сейчас видим, что создана новая платформа для развития научных кадров, на основе которой возможно готовить «сплав» ученого из лучшего национального научного опыта и лучшей мировой научной практики.

- Раньше все хотели иметь диплом если не доктора, так хотя бы кандидата. Сейчас высшая цель - это профессор. Не будет ли и эта идея дискредитирована той же «модой» среди не относящихся к науке людей?

- Чтобы этого не случилось, предусмотрено несколько «уровней защиты» от подобных посягательств. Да, раньше ученые звания были доступны даже тем, кто, получив когда-то ученую степень, числился в вузе или НИИ на 0,25 ставки. Сейчас ситуация кардинальным образом изменилась. Давайте проведем простейшую аналогию. Ведь никому в голову не придет претендовать на звание полковника или генерала, если человек не служит в армии или в какой-нибудь другой силовой структуре. Наверное, даже звание лейтенанта не дадут людям, не имеющим отношения к воинской службе, без специального образования, физической, тактической и другой подготовки и опыта, потому что это угрожает безопасности страны. А почему в нашем случае должно быть иначе? Как можно получить звание профессора, будучи не профессионалом-ученым? Ученые звания ассоциированного профессора и профессора предусмотрены только как ступени профессиональной научной карьеры. Поэтому и требования к ним возросли. Это выражено, в частности, в требованиях к зарубежным публикациям в рейтинговом издании: для доктора философии - одна публикация, для ассоциированного профессора - две, для профессора - три. Наши ученые через свои статьи должны формировать имидж страны за рубежом, публиковать материалы, написанные на основе глубокого научного анализа. И самое главное - работать в сфере образования и науки. Сегодняшние ученые уже гораздо креативнее в данном плане. Многие из них публикуются в зарубежных журналах с импакт-фактором по самому широкому спектру научных направлений. За год с небольшим мы присвоили ученые звания всего 37 ученым, раньше было по 500 ежегодно. Но зато все они настоящие ученые, непрерывно работают в науке и образовании, имеют публикации в авторитетных зарубежных изданиях. Такими профессорами может гордиться любой вуз или научная организация. Мы должны вернуть профессорскому званию самый высокий статус. И это только начало. Мы будем расширять подготовку профессоров новой формации. Для этого инициируем поправки в закон, предусматривающие соответствующие надбавки к зарплате ассоциированным профессорам и профессорам.

Вопросы задавал Бигельды ГАБДУЛЛИН

12 апреля 2013, 13:56
Источник, интернет-ресурс: Газеты «Central Asia Monitor»

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript