Горячие новости
Читайте также

Переизбыток вузов и студентов - главная беда высшего образования в Казахстане

Фото : 26 апреля 2014, 13:15

 

Реформа высшей школы - одна из вечных тем в нашей стране. Каждый новый глава профильного министерства выдвигает свои инициативы, слова «Болонский процесс», «академическая свобода» и т.д. звучат со всех трибун. Но, наверное, сначала нужно определиться с главным вопросом: сколько вузов должно быть в Казахстане, сколько и какого профиля специалистов они должны ежегодно выпускать? Ведь уже сегодня налицо очевидный кризис перепроизводства людей с дипломами о высшем образовании, и он продолжает усугубляться.

Так было

Как известно, все познается в сравнении. А начать его следует с экскурса в историю. В советское время количество вузов и студентов было лимитированным. Существовавшая тогда плановая система достаточно жестко увязывала ежегодный набор в институты и университеты с потребностями народного хозяйства в кадрах на обозримую перспективу. Например, в 1970-80-х, когда количество вузов стабилизировалось (до этого оно росло), в них поступала примерно лишь треть выпускников общеобразовательных школ - остальные шли в средние специальные учебные заведения, на производство, в армию. Такой подход, помимо того, что регламентировал количество специалистов с высшим образованием (чтобы не создавать их переизбыток, с одной стороны, и дефицит представителей рабочих профессий, с другой), решал и другую очень важную задачу - отбор наиболее достойных абитуриентов. Конкурс в три-пять претендентов на одно место был делом обычным, а на некоторые специальности он достигал 10-15 человек. Хотя, конечно, встречалось немало таких, кто поступал по блату, и вообще эту сферу можно назвать одной из наиболее коррумпированных в то время. Тем не менее, в целом такая система оправдывала себя.

Расклад по видам профессионального образования в 1986-м был следующим: 40 процентов учились в высших учебных заведениях, 37 процентов - в средних специальных (техникумы, педагогические и медицинские училища), 23 процента - в начальных профессиональных (ПТУ). Такое соотношение было продиктовано опять же потребностями народного хозяйства. В Казахской ССР по данным на тот же год в вузах обучались 274,9 тысячи студентов, или 172 на десять тысяч населения (в целом по Союзу - 182, что было больше, чем в ФРГ и Франции, но меньше, чем в США, а в целом вполне сопоставимо с показателями наиболее развитых стран мира).

Что касается количества высших учебных заведений, то к началу 1980-х оно в Казахстане достигло цифры «55″ и до обретения независимости больше не менялось. Среди этих 55 были лишь два университета - в Алма-Ате и Караганде, все остальные представляли собой узкопрофильные институты, причем готовившие преимущественно учителей (19 вузов), инженеров и технологов (более 15), специалистов сельского хозяйства (6) и врачей (4). Плюс два института искусств, включая консерваторию, а также институт физкультуры, «нархоз» и некоторые другие.

В конце 1980-х казахстанские ректора, воспользовавшись тем, что центр «ослабил хватку», стали увеличивать прием студентов (при том же количестве вузов). Рост был относительно небольшой - примерно 15 тысяч за пять лет, но даже это вынудило Совет министров Казахской ССР в июле 1991-го принять специальное постановление. В нем выражалась озабоченность тем, что «проводимая до последнего времени практика наращивания приемов в высшие учебные заведения при отсутствии четко отработанной системы договорных отношений между учебными заведениями, предприятиями и организациями привела к большой напряженности в трудоустройстве молодых специалистов». Постановлением предусматривалось поэтапное сокращение приема в вузы. Однако к его выполнению даже не успели толком приступить - спустя полгода наступила другая эпоха.

 

Так есть

Едва Казахстан обрел независимость, в республике как грибы после дождя стали появляться частные вузы. Скажем, в Кызылорде, где раньше были только педагогический институт и филиал ДГМСИ (Джамбул), количество высших учебных заведений за короткое время увеличилось до семи. Подобное происходило и в других областях, не говоря уже об Алматы. Вузы открывались даже в райцентрах. Преподавателей находили кто как может. Например, однажды в Сарыагаше (населенный пункт в ЮКО, 40 тысяч жителей) я увидел, как со стороны Узбекистана подъехал автобус, из которого вышли около двадцати мужчин и женщин с папками. Оказалось, эти люди, ежедневно пересекавшие границу, составляли костяк преподавателей одного из местных вузов. Слово «одного» - отнюдь не оговорка, в этом маленьком городишке их было аж три (!), и имели они очень громкие названия: Центрально-Азиатский экономико-юридический институт, Университет экономики и права, Международная эколого-гуманитарная академия.

Я знаю немало людей, которые в советское время даже не мечтали о высшем образовании, поскольку не имели никаких шансов поступить, но теперь получили возможность без особого напряга заиметь диплом, часто не ходя даже на сессии. И названные выше учебные заведения, а также университеты вроде кызылординского «Болашака», существующего по сей день и принадлежащего бывшему сенатору (а подобных вузов в нашей стране очень много), окончательно дискредитировали понятие «высшее образование».

Эта вакханалия привела к тому, что на рубеже веков в Казахстане было уже свыше двухсот вузов, в которых обучались до 770-780 тысяч студентов - почти втрое больше, чем в советское время. Зато примерно во столько же раз сократилось количество учащихся колледжей (бывшие техникумы) и профессиональных лицеев (бывшие ПТУ). То есть возник огромный перекос, следствием чего стал дефицит специалистов среднего звена, а особенно квалифицированных представителей рабочих профессий.

Где-то с середины «нулевых» годов численность студентов начала сокращаться. Тому было несколько причин. Первая - демографическая (школы стало заканчивать поколение, появившееся на свет в самые тяжелые годы, когда рождаемость упала). Вторая связана с тем, что часть юношей и девушек увидела: людей с высшим образованием расплодилось слишком много, они не могут найти работу по специальности, поэтому рваться в вузы не стоит. Третья - это то, что государство наконец-то обратило внимание на тот бардак, который творился в данной сфере. В частности, было закрыто несколько десятков наиболее одиозных вузов, ужесточены правила приема в университеты и институты для выпускников колледжей и профессиональных лицеев.

Тем не менее, количество высших учебных заведений и численность их контингента по-прежнему являются избыточными. На начало прошлого года в Казахстане насчитывалось 139 вузов, в которых обучалось 571,2 тысячи студентов, или 342 на десять тысяч населения.

Другой не менее важный момент связан с тем, каких конкретно специалистов готовят вузы. Например, в Казахской ССР будущих юристов выпускали только КазГУ и КарГУ, причем ежегодно они набирали в сумме не больше двухсот человек. Сегодня же субъектов высшей школы, в названиях которых присутствуют слова «юридический» и «право» (то есть как бы специализированных), в нашей республике насчитывается шесть, а кроме того, юристов так или иначе готовит чуть ли не половина университетов страны. Откуда они берут преподавателей на такую армаду? Куда потом трудоустраиваются десятки тысяч обладателей таких дипломов? Одному богу известно. Безусловно, после обретения независимости и перехода на рыночную экономику республике потребовалось больше юристов, чем в советское время, но не во столько же раз. То же самое касается экономистов, финансистов, менеджеров…

Вообще, насколько оправданна такая практика, ставшая в Казахстане массовой, когда вуз готовит одновременно педагогов, инженеров, юристов, дизайнеров и специалистов разных других профессий (очень далеких друг от друга), пытаясь «впрячь в одну телегу коня и трепетную лань»? Что скрывается под такими названиями, как «Костанайский социально-технический университет», «Таразский инновационно-гуманитарный университет», «Гуманитарно-технический институт Акмешит» и т.д.? Неужели нынешняя всеохватность вузов является более прогрессивной, нежели их жесткая специализация, существовавшая четверть века назад? Или же такой «универсализм» связан с элементарным желанием набрать как можно больше студентов и заработать на этом?

 

Так предлагалось

В начале 2013-го тогдашний министр образования и науки Бакытжан Жумагулов объявил о том, что его ведомство намерено оптимизировать количество вузов. «В ближайшие два года общая их численность сократится примерно до сотни. Это позволит нам выйти на принятый в развитых странах показатель числа вузов по отношению к численности населения», - заявил глава МОН, добавив при этом: «По числу студентов на десять тысяч жителей Казахстан существенно превосходит такие страны, как Германия, Япония, Великобритания, находится на одном уровне с Норвегией, Канадой и уступает только нескольким странам, в том числе России, США».

Однако сегодня, спустя полтора года, и сам Жумагулов уже не руководит ведомством, и о его инициативе мало кто вспоминает. Впрочем, этого можно было ожидать. Как признался сам экс-министр, он сразу же столкнулся с мощным сопротивлением: «За каждым высшим учебным заведением стоит кто-то из Астаны. Такие люди есть среди депутатского корпуса, в правительстве, во всех центральных органах. Они лоббируют, чтобы мы не сокращали эти вузы».

Против сокращения, разумеется, выступило и подавляющее большинство самой вузовской общественности (кому охота лишаться насиженных мест?). Много противников оказалось и среди общественных деятелей, особенно из национал-патриотического лагеря. По их мнению, максимальный доступ населения к высшему образованию - это достижение независимости, а любые сокращения и ограничения в данной сфере, мол, будут не в интересах народа. Правда, вопросы, касающиеся качества этого образования и уровня знаний обладателей дипломов, а также их трудоустройства, они стараются замалчивать. Если называть вещи своими именами, то это обычный популизм.

В общем, противодействие оказалось очень сильным, а у власти не хватило политической воли, чтобы реализовать эту инициативу. Так что лоббисты и хозяева вузов, о которых говорил теперь уже бывший министр, выиграли это сражение. Сохранив свои университеты и институты, они могут и дальше набирать столько студентов, сколько им заблагорассудится. Единственное, что их сдерживает, - это проходной балл по итогам ЕНТ. Но даже он, будучи и без того невысоким, в прошлом году был снижен для платных отделений государственных вузов до 60, а для частных - до 50 баллов (их может набрать даже закоренелый троечник). При этом владельцы учебных заведений не несут никакой ответственности за дальнейшую судьбу выпускников, за их трудоустройство: собрали со студентов за время учебы кругленькие суммы, выдали дипломы - а дальше хоть трава не расти…

Кстати, похожая ситуация сложилась и во многих других странах СНГ. Лидером здесь является Киргизия: там количество вузов за двадцать лет возросло с 9 до 54-х, а численность студентов на десять тысяч населения достигла 425. Об уровне их знаний промолчим. На втором месте - Россия (сразу после нее идет Казахстан), где трезвомыслящие люди уже бьют серьезную тревогу по поводу девальвации высшего образования. В частности, бывший вице-министр МОН РФ Исаак Калина отметил такую взаимосвязь: «Того жесткого отбора абитуриентов, какой был 20-30 лет назад при поступлении в вузы, уже нет. Увеличение количества первокурсников снизило их качество. А чем больше студентов, тем больше надо преподавателей, которые в одночасье не появляются. В итоге снизилось и качество преподавательского состава».

 

Так должно бы быть

Очевидно, что проблему надо решать концептуально. Пора наконец-то честно признать, что сплошная коммерциализация системы высшего образования завела нас в тупик, что отдав ее на откуп рыночной стихии, государство допустило серьезнейшую ошибку, ибо эта сфера не может успешно функционировать без его решающего участия, без долгосрочного планирования и выработки жестких «правил игры».

Прежде всего, государство должно четко определиться с оптимальным (и предельно допустимым) количеством вузов и студентов, исходя из прогнозов социально-экономического развития страны и ее регионов на перспективу. Естественно, необходимо регулировать и численность обучающихся на тех или иных факультетах, чтобы не было перепроизводства кадров по одним специальностям и дефицита по другим. Тут требуется объединить усилия представителей трех министерств - образования и науки, экономики и бюджетного планирования, а также регионального развития. Они должны ответить на главный вопрос: сколько специалистов и какого профиля понадобится Казахстану к 2020-му и в дальнейшем? На этой основе можно составить соответствующие планы набора в высшие учебные заведения.

Основными инструментами регулирования количества студентов, помимо существующей системы образовательных грантов, могут стать еще два. Первый - рейтинги вузов: лучшие из них получат возможность набирать больший контингент, худшие не выдержат конкуренции и, возможно, закроются. К слову, усиление этой самой конкуренции должно побудить вузы к повышению качества оказываемых ими образовательных услуг, а некоторые - к слиянию друг с другом и соответственно к укрупнению (что тоже желательно). Второй инструмент - ЕНТ: за счет повышения либо снижения пороговых значений проходных баллов, а также изменения сложности тестовых заданий можно регулировать количество набираемых студентов на те или иные специальности.

Кстати, многие вполне резонно критикуют единое национальное тестирование за то, что оно мотивирует школьников больше к заучиванию и зубрежке, нежели к самостоятельному мышлению и анализу, но следует признать: ЕНТ - пусть и несовершенная, но на сегодня наиболее справедливая система отбора студентов. Ведь если бы абитуриенты сдавали экзамены так же, как в советское, время, то при нынешнем уровне коррупции в стране абсолютно все решали бы только деньги и блат.

Скорее всего, такая оптимизация приведет к увеличению платы за обучение, и это является одним из главных аргументов противников сокращения: мол, талантливые, но бедные абитуриенты не смогут получить высшее образование. Но ведь у них есть возможность выиграть государственные гранты, которых выделяется немало. Кроме того, почему бы не ввести для способной молодежи беспроцентные образовательные кредиты? А вообще, высшее образование априори не может быть дешевым и общедоступным.

…Лучше меньше, да лучше - это лозунг является сегодня наиболее актуальным для вузовской системы в Казахстане.

Женис БАЙХОЖА


Больше новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:
Сейчас читают
Интересное
Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс
последние комментарии
Последние комментарии