Право на переводчика в проекте новой редакции Уголовно-процессуального кодекса Республики Казахстан (Нурумов Д.И., независимый эксперт)

9 июня 2014, 13:12
Фото:

НУРУМОВ Д.И.

независимый эксперт

Международный пакт о гражданских и политических правах (МПГПП) рассматривает право на переводчика как основной элемент права на справедливое судопроизводство. Это право непосредственно связанно с реализацией принципа равенства сторон и правом на защиту, а также правом на недискриминацию.1

В соответствии с пп. a) п. 3. статьи 14 МПГПП каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обвинения как минимум быть в срочном порядке и подробно уведомленным на языке, который он понимает о характере и основании предъявляемого ему уголовного обвинения. В свою очередь, в соответствии с пп. f) п. 3 этой же статьи Пакта каждый имеет право пользоваться бесплатной помощью переводчика, если он не понимает языка, используемого в суде, или не говорит на этом языке. В своем Общем комментарии № 32 Комитет отметил, что «право на бесплатную помощь переводчика, если обвиняемый не понимает или не говорит на языке судопроизводства как того требует ст.14 МПГПП, представляет еще один аспект принципов справедливости и равенства сторон в уголовном судопроизводстве».2 Кроме того, Комитет прямо указал, что такая помощь переводчика должна быть обеспечена как на судебных, так и на досудебных стадиях уголовного производства.3 Также в Общем комментарии № 32 была отмечена связь между правом на бесплатного переводчика и правом на оказание бесплатной правовой помощи нуждающимся в ней лицам.4 То есть, в этих случаях недостаточно только подробно и на понятном для таких лиц языке уведомить о характере и основаниях выдвинутых уголовных обвинений в отношении лица, но требуется обеспечить, чтобы такое лицо имело возможность прибегнуть к помощи переводчика при общении со своим адвокатом с целью подготовки своей защиты. Ранее, в своем Общем комментарии № 13 Комитет, в отношении права на переводчика отметил: «Это право имеют как граждане, так и иностранцы. Оно является первостепенно важным в случаях, когда незнание языка судопроизводства или сложности с его пониманием могут представлять серьёзную преграду для реализации права на защиту».5

В части 3 статьи 30 проекта новой редакции УПК РК закрепляется, что участвующим в деле лицам, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по делу, разъясняется и обеспечивается право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами дела, выступать в суде на родном языке или другом, которым они владеют; бесплатно пользоваться услугами переводчика в порядке, установленном Кодексом. В части 4 этой же статьи говорится, о том, что участвующим в уголовном судопроизводстве лицам бесплатно обеспечивается перевод на язык уголовного судопроизводства необходимых им материалов дела, изложенных на другом языке. Участвующим в судебном процессе лицам безвозмездно обеспечивается перевод на язык судопроизводства той части судоговорения, которая происходит на другом языке. А в части 5 этой же статьи говорится о том, что органы, ведущие уголовный процесс, вручают участникам процесса документы, которые в соответствии с настоящим Кодексом должны быть им вручены, на языке судопроизводства. При этом для лиц, не владеющих языком уголовного судопроизводства, прилагается заверенная копия документа, изложенная на выбранном этими лицами языке судопроизводства.6 На первый взгляд такой подход полностью отвечает положениям Пакта упомянутым выше. Однако, на наш взгляд, следует более подробно урегулировать вопросы реализации права каждого на уведомление его на понятном ему языке о выдвинутых против него обвинениях и на право иметь бесплатного переводчика в случаях, предусмотренных новым проектом УПК, так как при реализации общего установления, содержащегося в статье 30, могут возникнуть определенные сложности.

Во-первых, в проекте новой редакции УПК РК должна быть прямо предусмотрено обязанность органов, осуществляющих досудебное расследование, разъяснять лицам, в отношении, которых выдвигаются уголовные обвинения, и которые не владеют в полной мере языком судопроизводства, характер и основания предъявляемого им уголовного обвинения. Сейчас такая возможность прямо предусматривается только в отношении вручения обвинительного акта. Часть 4 статьи 304 проекта новой редакции УПК РК предусматривает, что если обвиняемый не владеет избранным языком судопроизводства, на котором осуществлялось досудебное расследование, обвинительный акт вручается на языке, которым они владеют. В соответствии с МПГПП предъявление уголовного обвинения (charge) не является идентичным обвинительному акту, упомянутом в статье 304 проекта новой редакции УПК РК. По существу, МПГПП предусматривает такое право в случае любого формально выдвинутого подозрения, которое сигнализирует о начале формального уголовного производства, причем вне зависимости задержано лицо или нет. Таким образом, данное требование в отношении срочного разъяснения характера и основании предъявляемого уголовного обвинения на понятном им языке по новой редакции УПК РК должно относится к лицу:

1) в отношении, которого вынесено постановление о признании в качестве подозреваемого;

2) задержанному в порядке статьи 131 УПК РК;

3) в отношении, которого вынесено постановление о квалификации деяния подозреваемого; и

4) в отношении допрошенного в связи с наличием подозрения в совершении уголовного проступка.

Во всех этих случаях уведомление должно быть либо в устной форме (если потом подтверждается письменно), либо в письменной форме.7

Следует предусмотреть в проекте новой редакции УПК РК обязанность должностных лиц, уполномоченных принимать вышеназванные процессуальные действия, обеспечивать уведомление на понятном языке о характере и основаниях уголовных обвинений всех лиц, не в полной мере владеющими языком судопроизводства. Например, следует предусмотреть такой срочный порядок уведомления на понятном языке в статье 14 «Неприкосновенность личности», где говорится о том, что каждому задержанному немедленно сообщаются основания задержания, а также в совершении какого деяния, предусмотренного уголовным законом, он подозревается. Также требуется внесение аналогичного уточнения в статью 131 УПК РК, регламентирующую порядок процессуального задержания лица, подозреваемого в совершении уголовного правонарушения. В настоящее время формулировка данной статьи предусматривает, что при задержании лица по подозрению в совершении уголовного правонарушения должностное лицо органа уголовного преследования устно объявляет лицу по подозрению в совершении, какого уголовного правонарушения оно задержано, разъясняет ему право на приглашение защитника, право хранить молчание и то, что сказанное им может быть использовано против него в суде. Однако, в этой статье не говорится, что данное уведомление должно быть в срочном порядке сделано на языке, которое данное лицо понимает.

Кроме того, если лицо в недостаточной мере владеет языком судопроизводства, те ему должно быть разъяснено, что он имеет право также на приглашение переводчика. Было бы предпочтительно, что бы данные права разъяснялись не только устно, но и письменно, например, посредством передачи соответствующей карточки, в которой такие права были бы изложены на понятном лицу языке.

Статья 64 проекта новой редакции УПК РК, в которой перечислены права подозреваемого, в частности говорит о том, что подозреваемый имеет право давать показания на родном языке или языке, которым владеет (п.11) и пользоваться бесплатной помощью переводчика (п.12). Целесообразно дополнить данный перечень правом подозреваемого лица, также на уведомление о характере и основании выдвигаемых подозрений на понятном для него языке, а также на право общения с помощью переводчика с адвокатом по назначению с целью подготовки или осуществления защиты. Аналогичные права должны распространяться и на лицо в статусе обвиняемого и подсудимого. Во-вторых, в проекте новой редакции УПК РК следует уточнить процессуальный статус переводчика и детально изложить процедуру его привлечения. Проект новой редакции УПК РК в статье 81 предусматривает, что в качестве переводчика вызывается незаинтересованное в деле лицо, владеющее языком, знание которого необходимо для перевода, и привлеченное для участия в следственных и судебных действиях в случаях, когда подозреваемый, подсудимый, их защитники либо потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик или их представители, а также свидетели и иные участники процесса не владеют языком, на котором ведется производство по делу, а равно для перевода письменных документов. О назначении лица переводчиком орган, ведущий уголовный процесс, выносит постановление. Однако, процедура того как вызывается переводчик, как устанавливается то, что такое лицо владеет языком в объеме необходимом для перевода и из каких средств оплачиваются его расходы на участие в судопроизводстве и вознаграждение за выполненную работу не совсем ясно. Например, в п. 5) части 3 статьи 81 говорится, что переводчик вправе получать возмещение расходов, понесенных им в связи с участием в производстве следственных и иных процессуальных действий, и вознаграждение за выполненную работу, если участие в производстве по делу не входит в круг его должностных обязанностей. Означает ли, что во всех случаях такие расходы и вознаграждение оплачивается за счет государства? Этот вопрос может возникнуть, если переводчик приглашается для перевода между защитником по назначению и лицом, в отношении которого осуществляется уголовное преследование. Ведь в данном случае, право на переводчика является способом реализации права на защиту, но не является производством следственного или иного процессуального действия. Проект новой редакции УПК РК в статье 81 также упоминает, что в некоторых случаях участие в производстве по делу может входить в круг его должностных обязанностей.

Однако, не понятно, кто и как устанавливает этот круг обязанностей, а также будет ли такой круг обязанностей исключать конфликт интересов, если, например, будут привлекаться переводчики, которые являются работниками правоохранительных органов или судов, в случае если часть или все их должностные обязанности предусматривают переводческие обязанности.

Проект новой редакции УПК РК предусматривает возможность отвода переводчика, а также административную ответственность за уклонение от исполнения своих обязанностей. Однако остается открытым вопрос об ответственности переводчиков за точность перевода, особенно если это не случай заведомо ложного перевода, за который предусматривается уголовная ответственность. Следует отметить, что в большинстве развитых стран не всякое лицо может быть вызвано в качестве переводчика, а только присяжный переводчик, квалификация которого подтверждена в соответствующем органе аккредитации. Как правило, существует процедура вызова переводчика, аналогичная той по которой вызываются для участия в судопроизводстве адвокаты по назначению. В этой связи - хотя это и не напрямую связано с УПК - целесообразно в Республике Казахстан инициировать создание независимой аккредитующей организации присяжных переводчиков, создав условия для того, чтобы лица, нуждающиеся в их услугах, могли рассчитывать на квалифицированный перевод с момента их вовлечения в систему уголовного производства.

Экспертное заключение подготовлено Центром исследования правовой политики при технической поддержке Посольства Королевства Нидерландов в Казахстане. Мнения и

взгляды, содержащиеся в заключении, не отражают точку зрения Посольства Королевства Нидерландов в Казахстане.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1 Часть 2 Статьи 21 проекта новой редакции Уголовно-процессуального кодекса РК (Далее - УПК РК) «Осуществление правосудия на началах равенства перед законом и судом» предусматривает, что в ходе уголовного судопроизводства никто не может подвергаться какой- либо дискриминации по мотивам происхождения, социального, должностного и имущественного положения, пола, расы, национальности, языка, отношения к религии, убеждений, место жительства или по любым иным обстоятельствам.

2 Human Rights Committee, General Comment No. 32, Article 14: Right to equality before courts and tribunals and to a fair trial, U.№. Doc. CCPR/C/GC/32 (2007), параграф 40.

3 Там же. See also: Communication No 451/1991 Harward v. Norway, para. 9.5

4 Там же, параграф 32.

5 Human Rights Committee, General Comment 13, Article 14 (Twenty-first session, 1984), paragraph 13.

6 Здесь не понятно как лица могут сами выбирать язык судопроизводства. По-видимому, речь должна идти о языке, который они понимают.

7 Human Rights Committee, General Comment No. 32, Article 14: Right to equality before courts and tribunals and to a fair trial, U.№. Doc. CCPR/C/GC/32 (2007), параграф 32.


Читайте новости zakon.kz в
Показать комментарии

Популярное

все топ новости

НОВОСТИ

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:

Хотите быть в курсе важных новостей?