Право на частную жизнь и защиту персональных данных. Проект «Альтернативный Национальный план действий в области прав человека в Республике Казахстан на 2015-2020 гг.» (Лоскутов И.Ю., Генеральный директор ТОО «Компания «ЮрИнфо») 
Проект
Альтернативный Национальный план действий в области прав человека в Республике Казахстан на 2015-2020 гг.

 

РАЗДЕЛ 8: Право на частную жизнь и защиту персональных данных[1]

 

Лоскутов И.Ю.,

Генеральный директор

ТОО «Компания «ЮрИнфо»

 

1. Содержание соответствующего права (изложение существа данного права в соответствии с современным международным правопониманием и международными стандартами)

 

Неприкосновенность частной жизни является основным правом человека, которое было определено в качестве презумпции того, что в жизни частных лиц должна существовать область, связанная с их независимым развитием, взаимодействием и свободой, т.е. сфера «частной жизни», при наличии или отсутствии отношений с другими лицами, которая является свободной от вмешательства государства, а также свободной от чрезмерного нежелательного вмешательства со стороны других лиц, не имеющих на это разрешения[1]. Официальная трактовка права на частную жизнь, была дана Декларацией ПАСЕ о средствах массовой информации и правах человека (1970)[2]. Оно определено как «право вести свою жизнь по собственному усмотрению при минимальном постороннем вмешательстве в неё».

Резолюцией ПАСЕ № 1165 (1998) «О праве на неприкосновенность личной жизни»[3] к данному определению, с учетом новых коммуникационных технологий, позволяющих хранить и воспроизводить сведения персонального характера, к указанному определению было решено добавить «право на контроль за сведениями персонального характера».

ПАСЕ указала, что право на неприкосновенность личной жизни, предоставленное статьей 8 Европейской конвенции по правам человека, должно защищать человека не только от вмешательства органов государственной власти, но и от любых посягательств со стороны частных лиц и организаций, включая средства массовой информации.

Ассамблея призвала правительства государств-участников принять такие законы об обеспечении права на неприкосновенность личной жизни, если таковые еще не приняты, которые соответствовали бы следующим основным положениям, либо привести в соответствие с ними уже действующее законодательство: должно быть гарантировано право потерпевшего требовать, посредством гражданского иска, возмещения потенциального ущерба, нанесенного в результате посягательства на его личную жизнь; если в публикациях содержатся посягательства на личную жизнь, соответствующие редакторы и журналисты должны нести ответственность в той же мере, как и в случае клеветы; в случае, если редактор опубликовал сведения, которые в дальнейшем оказались ошибочными, он обязан на основании требования заинтересованных лиц опубликовать исправления в надлежащем объеме; в отношении тех издательских групп, которые регулярно посягают на частную жизнь людей, следует применять экономические штрафные санкции; необходимо запретить преследование, фотографирование, видеосъемку или аудиозапись людей, если это каким-либо образом препятствует спокойствию частной жизни этих людей или наносит им реальный физический ущерб; пострадавшему должна быть предоставлена возможность подать гражданский иск в суд против фотографа или лица, напрямую вовлеченного в оспариваемые действия, в случае, если «папарацци» вторглись в его личные владения либо использовали специальную увеличительную (усиливающую) видео- и аудиоаппаратуру для записи (съемки), которую иначе невозможно было бы осуществить без вторжения в личные владения; следует предусмотреть положение, по которому лицо, располагающее информацией о том, что кто-то намеревается распространить сведения или изображения в отношении его частной жизни, могло возбудить чрезвычайный судебный процесс, такой как упрощенное производство о временном распоряжении или судебном приказе об отсрочке распространения таких сведений, на основании оценки судом существа иска о вторжении в личную жизнь; следует содействовать тому, чтобы средства массовой информации разработали свои правила касательно публикации материалов и учредили орган, куда частные лица могли бы обращаться с жалобами на вторжение в их частную жизнь и с требованиями о публикации опровержений и исправлений.

Европейский суд по правам человека в своих решениях отмечает, что понятие личной жизни является достаточно широким и не поддается исчерпывающему определению. Оно охватывает как физическую, так и моральную стороны жизни индивида. Понятие частной жизни раскрывается не столько применительно к внутреннему миру человека, который по понятным причинам сложно контролировать, и тем более каким-либо образом ограничивать, сколько к взаимоотношениям человека с внешним миром.

Американская трактовка права на частную жизнь говорит о четырех формах privacy[4]. В целом, подход США к вопросу неприкосновенности частной жизни, в отличие от европейского, носит узконаправленный характер и затрагивает конкретные сферы, обслуживая потребности бизнеса и рынка в наличии свободы передачи данных. Такой подход исходит из того, что защита прайвеси и персональных данных это тема, которая должна в первую очередь заботить бизнес с точки зрения сохранения доверия потребителя к электронным услугам. Поэтому источником соответствующих мер реагирования должно стать саморегулирование отрасли.

Информация о частной жизни - понятие более широкое, чем категория «персональные данные». По мнению оксфордского правоведа Р. Уэкса, персональная информация включает те факты, сообщения или мнения, которые связаны с данным индивидом и относительно которых можно было бы ожидать, что он считает их интимными или конфиденциальными и, следовательно, желает остановить или, по крайней мере, ограничить их обращение[5].

Международные документы в целом дают схожее определение персональным данным: «любая информация, относящаяся к индивидууму («субъекту данных»), чья личность либо известна, либо может быть установлена[6], «информация, касающаяся конкретного или могущего быть идентифицированным лица[7], «любая информация об идентифицированном или идентифицируемом лице[8].

Все они обязывают страны принимать надлежащие меры для охраны персональных данных, накопленных в автоматизированных базах данных, от случайного или несанкционированного разрушения или случайной утраты, а равно от несанкционированного доступа, изменения или распространения.

Персональные данные, проходящие автоматическую обработку:

· должны быть получены и обработаны добросовестным и законным образом;

· должны накапливаться для точно определенных и законных целей и не использоваться в противоречии с этими целями;

· должны быть адекватными, относящимися к делу и не быть избыточными применительно к целям, для которых они накапливаются;

· должны быть точными и в случае необходимости обновляться;

· должны храниться в такой форме, которая позволяет идентифицировать субъектов данных не дольше, чем этого требует цель, для которой эти данные накапливаются.

Персональные данные о национальной принадлежности, политических взглядах либо религиозных или иных убеждениях, а равно персональные данные, касающиеся здоровья или сексуальной жизни, могут подвергаться автоматической обработке только в тех случаях, когда национальное право предусматривает надлежащие гарантии. Это же правило применяется к персональным данным, касающимся судимости.

 

 

2. Обзор основных международных инструментов, закрепляющих гарантии обеспечения и защиты данного права

 

Международные соглашения о правах человека, неизменно подтверждая его право на частную жизнь, подразумевают определённые гарантии от невмешательства в эту жизнь, в том числе от наблюдения за ней и распространения о ней информации.

В статье 12 Всеобщей декларации прав человека (принята и провозглашена резолюцией 217 А (III) Генеральной Ассамблеи от 10 декабря 1948 года) указывается: «Никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств». В Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 18 декабря 2013 года № A/RES/68/167 «Право на неприкосновенность личной жизни в цифровой век»[9] выражена глубокая обеспокоенность в связи с негативным воздействием массовой слежки онлайн. Генеральная Ассамблея подтвердила, что права, человека должны быть соблюдаться онлайн и офлайн и призвала все государства уважать и защищать право на неприкосновенность частной жизни в цифровой среде. Генеральная Ассамблея призвала все государства пересмотреть процедуры, практику и законодательство, касающееся онлайновой слежки, перехвата и сбора персональных данных. В резолюции 68/167 также содержалось решение о подготовке Верховным комиссаром ООН по правам человека специального доклада. Итоговый доклад «Право на приватность в цифровую эпоху» (The right to privacy in the digital age) был представлен Верховный комиссаром ООН по правам человека Нави Пиллэй (Navi Pillay) на пресс-конференции 16 июля 2014 года[10].

В статье 17 Международного Пакта о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.) эта формулировка была расширена в части незаконных вмешательств и посягательств и звучит так: «Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств». МПГПП был ратифицирован Законом РК от 28 ноября 2005 года № 91-III, вступил в силу для РК 24 апреля 2006 года и имеет приоритет перед ее законами (пункт 3 статьи 4 Конституции РК).

Эволюция права на неприкосновенность частной жизни проходила по двум различным направлениям. В универсальных документах по правам человека основное внимание сосредоточено на негативном аспекте права на неприкосновенность частной жизни путем установления запретов на любое произвольное вмешательство в личную и семейную жизнь, посягательство на неприкосновенность жилища или тайну корреспонденции[11], в то время как в некоторые региональные и национальные документы также включен позитивный аспект: каждый имеет право на уважение его/ее личной и семейной жизни, его/ее жилища и корреспонденции[12] или право на его/ее достоинство, личную неприкосновенность или признание и уважение доброй репутации[13]. Хотя право на неприкосновенность частной жизни не всегда прямо упоминается в конституциях в качестве отдельного права, практически все государства признают его значение в качестве принципа, имеющего конституционную важность. В некоторых странах право на неприкосновенность частной жизни возникает путем расширительного толкования принципов обычного права, относящихся к нарушению доверия, праву на свободу, свободе на выражение мнений или праву на должную процедуру. В других странах право на неприкосновенность частной жизни возникает как религиозная ценность. Таким образом, право на неприкосновенность частной жизни является не только основным правом человека, но и таким правом человека, из которого возникают другие права человека и формируются базовые принципы любого демократического общества.

Расширение возможностей компьютерной техники позволило создать принципиально новые формы сбора и хранения персональных данных, а также обмена ими. Были разработаны международные базовые принципы защиты данных, включая обязательства по: справедливому и законному получению персональной информации; ограничению сферы ее использования первоначально определенной целью; обеспечению того, чтобы ее обработка имела надлежащий, соответствующий и нечрезмерный характер; обеспечению ее точности; обеспечению безопасности; ее уничтожению в случае отсутствия потребностей в ней; представлению частным лицам права доступа к информации о них и права ходатайствовать о внесении в нее исправлений[14]. Комитет по правам человека в своем замечании общего порядка № 16 четко указал, что эти принципы относятся к праву на неприкосновенность частной жизни[15], но защита данных также начинает выделяться в качестве отдельного права человека или основного права. В некоторых странах защита данных была даже признана в качестве конституционного права, в связи с чем было подчеркнуто ее значение в качестве одного из элементов демократических обществ. В этом отношении детально изложенная статья 35 Конституции Португалии 1976 года[16] может рассматриваться здесь в качестве примера передовой практики.

Директива Европейского Парламента и Совета Европы 95/46/EC «О защите личности в отношениях обработки персональных данных и свободном обращении этих данных» и Директива Европейского Парламента и Совета Европы 2002/58/EC от 12 июля 2002 г. касаются защиты персональных данных и защиты личных данных в электронном коммуникационном секторе, регламентируют использование персональных данных и предусматривают гарантии неприкосновенности частной жизни в сфере телекоммуникаций. В названных документах были определены основные правила-принципы организации обработки персональных данных и обеспечения права граждан на защиту таких данных. Соответствие национального законодательства требованиям этих Директив является обязательным условием полноценного участия государств в международном информационном обмене, в частности экспорта информации в третьи страны и в страны Европейского союза. Директива 95/46/EC определяет рамочные условия относительного уровня доступа и возможности передачи информации. В случае если в странах не обеспечен надлежащий уровень защиты, экспорт информации в указанные страны запрещается.

Первоначально к вопросу правовой регламентации трансграничного перемещения информации персонального характера на международном уровне обратилась Организация по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР), приняв Основные положения о защите неприкосновенности частной жизни и международных обменах персональными данными от 23 сентября 1980 г. Нормы указанного акта носили рекомендательный характер и были призваны стать инструментом унификации соответствующего национального законодательства стран - участниц ОЭСР в части недопущения блокирования международных обменов данными.

Очередным этапом правового регулирования трансграничной передачи персональных данных стало принятие 28 января 1981 г. Конвенции Совета Европы о защите физических лиц при автоматизированной обработке персональных данных (вступила в силу 1 октября 1985 г.), глава III которой посвящена этому вопросу. Кроме того, в преамбуле Конвенции содержится прямое указание на увеличение трансграничного потока персональных данных, подвергающихся автоматизированной обработке, как основание ее принятия и усиления защиты прав и основных свобод каждого человека, в частности права на уважение частной жизни.

Позднее принцип эквивалентной (адекватной) защиты персональных данных при их перемещении через государственные границы был закреплен в Директиве Европейского парламента и Совета Союза от 24 октября 1995 г. № 95/46/ЕС, установившей правило, согласно которому страны - участницы Европейского союза не будут ни ограничивать, ни запрещать свободный поток данных между ними. В то же время, как подчеркивается в Директиве, сближение национального законодательства не должно вызывать какого-либо уменьшения предоставляемой каждой страной степени защиты фундаментальных прав и свобод, в особенности права на частную жизнь, признаваемого общими принципами законодательства Сообщества, стремящегося к обеспечению высокого уровня его защиты.

Евродиректива, по сути, представляет собой правовой стандарт, обязательный к применению только государствами - членами Европейского союза, однако на практике она стала и мировым стандартом, реализуемым неевропейскими странами. Последнее обусловлено не только универсальностью ее норм, но и тем, что идеи, заложенные в ней, стали результатом анализа накопленного практического опыта применения европейскими странами принципов, установленных ранее подписанными международными документами[17].

Директива Европейского Парламента и Совета Европейского Союза от 12 июля 2002 года № 2002/58/ЕС «В отношении обработки персональных данных и защиты конфиденциальности в секторе электронных средств связи» (Директива о конфиденциальности и электронных средствах связи) установила конкретные требования, касающиеся сети Интернет (сохранение данных, использование фрагментов данных типа cookies, а также включение личных данных в каталоги для общего пользования).

Следует также отметить, что в январе 2012 года, Европейская Комиссия предложила реформу правил защиты персональных данных ЕС, «чтобы сделать их пригодными для 21-го века». Но данный проект да сих пор обсуждается законодательными органами ЕС.

Хотя в Европейском Союзе уровень защиты персональных данных намного выше, чем в Казахстане, результаты исследований и отчетов о защите персональных данных в европейском пространстве показывают, что и в Европе существуют проблемы, которые предстоит решить и которые следует учитывать. Так, по данным реализованного в 2011 году Евробарометра № 359 об отношении граждан к защите данных и электронной идентификации, трое из четырех европейцев разглашают персональные данные в своей ежедневной деятельности, но в то же время обеспокоены тем, как компании, включая поисковые системы и социальные сети, используют информацию, содержащую их персональные данные[18].

В Докладе Управления Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по правам человека от 30 июня 2014 года № A/HRC/27/37 «Право на неприкосновенность личной жизни в цифровой век» содержатся важные выводы о том, что «... тайные правила и тайные толкования, и даже тайные судебные толкования законов не обладают необходимыми качествами «закона». Не обладают ими ни законы и правила, которые предоставляют органам исполнительной власти, например службам безопасности и разведки, чрезмерную свободу действий; объем и порядок осуществления таких дискреционных полномочий должны оговариваться с достаточной четкостью (в самом законе или в обязательных опубликованных правилах).

Не может быть адекватным открытый для всеобщего ознакомления закон, если невозможно заранее предугадать, как именно он будет действовать. Тайный характер особых полномочий на проведение наблюдения влечет за собой еще больший риск произвольного осуществления дискреционных полномочий, что, в свою очередь, требует дополнительного надзора и большей четкости норм, регулирующих осуществление дискреционных полномочий».

Важным для Казахстана в данном докладе, также является указание на то, что: «Некоторые страны требуют наличия нормативной регламентации на уровне первичного законодательства, которое обсуждается в парламенте, а не на уровне обычных подзаконных актов, вводимых органами исполнительной власти, - это требование позволяет гарантировать доступность нормативно-правовой основы для заинтересованных лиц не только после принятия, но и в ходе ее разработки в соответствии со статьей 25 Международного пакта о гражданских и политических правах.. Правительства часто объясняют необходимость программ по слежению и сбору цифровых данных со ссылкой на интересы национальной безопасности, включая противодействие угрозе терроризма... Слежение в интересах национальной безопасности или в целях предотвращения проявлений терроризма или иных преступлений согласно статье 17 Пакта может рассматриваться как «законная цель». Степень вмешательства, однако, должна соизмеряться со степенью необходимости и практической пользой конкретной меры для достижения цели.

Говоря о степени необходимости той или иной меры, Комитет по правам человека в своем замечании общего порядка № 27 по статье 12 Международного пакта о гражданских и политических правах подчеркнул, что «ограничения не должны ущемлять существа рассматриваемого права […]; соотношение между правом и ограничением, между нормой и исключением, не должно видоизменяться». Далее Комитет разъяснил, что «недостаточно лишь того, чтобы ограничения служили достижению разрешенных целей; они также должны являться необходимыми для их защиты». Более того, такие меры должны быть соразмерными: «наименее ограничительное средство из числа тех, с помощью которых может быть достигнут желаемый результат». При наличии законной цели и надлежащих процессуальных гарантий государству позволяется осуществлять достаточно интрузивное слежение; однако государство по-прежнему обязано доказать, что такое вмешательство одновременно является необходимым и соразмерным конкретному риску. Массовые или «сплошные» программы слежения, таким образом, могут быть сочтены «произвольными», даже если они служат законной цели и были утверждены на основании общедоступного правового режима. Другими словами, одного того, что меры нацелены на поиск конкретных иголок в стоге сена, недостаточно; должная мера определяется через анализ совокупного воздействия конкретных мер на «стог сена» с учетом потенциальной угрозы; т.е. тем, является ли мера необходимой и соразмерной».

Актуальным представляется и следующее замечание: «Наряду с опасениями относительно того, что доступ к данным и их использование могут не всегда быть ориентированы исключительно на достижение узконаправленных законных целей, также возникает вопрос, связанный с набирающей силу тенденцией правительств опираться на субъектов частного сектора для сохранения данных «на всякий пожарный случай», если они вдруг понадобятся для правительственных целей. Не может считаться необходимой или соразмерной практика обязательного сохранения данных третьей стороны − стандартная практика слежения во многих странах, где правительства обязывают телефонные компании и компании, поставляющие интернет-услуги, хранить метаданные о контактах и местоположении клиентов для последующего использования в рамках правоохранительной деятельности, равно как и для предоставления разведывательным агентствам».

 

3. Обзор существующих международных институтов, содействующих обеспечению или защите данного права

 

В условиях отсутствия глобального универсального юридически обязательного документа, следует констатировать, что на сегодня для Республики Казахстан лишь статья 17 Международного пакта о гражданских и политических правах является значимым, юридически обязывающим договорным положением глобального характера в отношении права человека на неприкосновенность частной жизни и защиту персональных данных. Наиболее развитое в этом плане законодательство Европейского Союза, практически неприменимо в нашей стране.

В 1988 году Комитет ООН по правам человека принял Замечание общего порядка № 16 к статье 17 МПГПП[19]. Согласно этому документу, обязательства, вытекающие из данной статьи, требуют от государства принятия законодательных и других мер для действенного запрещения произвольного или незаконного вмешательства в личную и семейную жизнь человека, а также защиты этого права.

Комитет определил термины: «незаконного вмешательства», означающего, что вмешательство вообще не может иметь место за исключением случаев, предусмотренных законом, соответствующим положениям, целям и задачам Пакта; «произвольного вмешательства», допускаемого законом, соответствующего положениям, целям и задачам Пакта и не являющегося обоснованным в конкретных обстоятельствах; «семьи», охватывающей всех тех, кто входит в состав семьи, как она понимается в обществе соответствующего государства-участника; «жилища», указывающего на то место, в котором человек проживает или занимается своими обычными делами. То, что в статье 17 МПГПП речь идёт о защите как от незаконного, так и от произвольного вмешательства, означает, что именно в законодательстве государства должна быть прежде всего предусмотрена защита права, закреплённого в этой статье.

Даже в отношении вмешательства, которое соответствует Пакту, в соответствующем законодательстве должны подробно определяться конкретные обстоятельства, в которых такое вмешательство может допускаться. Решение о санкционировании такого вмешательства должно приниматься только конкретным органом, предусмотренным законом, и строго индивидуально. Статья 17 требует, чтобы неприкосновенность и конфиденциальность корреспонденции были гарантированы де-юре и де-факто. Корреспонденция должна доставляться адресату без перехвата, не вскрываться и не прочитываться так или иначе. Должно быть запрещено электронное или иное наблюдение, перехватывание телефонных, телеграфных и других сообщений, прослушивание и запись телефонных разговоров. Обыск жилища должен ограничиваться поиском необходимых доказательств и не должен причинять излишнее беспокойство проживающим в данном жилище лицам. Что касается личного обыска, то необходимо принимать эффективные меры к тому, чтобы этот обыск производился так, чтобы это не оскорбляло достоинства обыскиваемого лица. Лица, подвергаемые личному досмотру государственными должностными лицами или медицинским персоналом, действующим по поручению государства, должны досматриваться только лицами того же пола.

Государства-участники обязаны не участвовать сами в осуществлении вмешательств, несовместимых со статьей 17 Пакта, и обеспечивать правовую основу, запрещающую такие действия со стороны физических или юридических лиц.

По мнению Специального докладчика ООН[20], Комитету по правам человека следует подготовить и принять новый текст замечания общего порядка по статье 17 взамен нынешнего Замечания общего порядка № 16 (1988 год). Существующее замечание общего порядка является весьма кратким и не отражает весь объем практики Комитета, которая сложилась более чем за 20 лет после его принятия.

В Заключительных замечаниях Комитета по правам человека ООН от 26 июля 2011 года № CCPR/C/KAZ/CO/ «Рассмотрение доклада Казахстана в соответствии со статьей 40 Пакта» (Сто вторая сессия. Женева, 11-29 июля 2011 года) отсутствуют замечания для РК по рассматриваемым правам.

Специальный докладчик ООН еще в 2009 году настоятельно призвал Совет по правам человека учредить процесс, который был опирался бы на существующие принципы защиты данных, с целью подготовки рекомендаций в отношении мер по разработке глобальной декларации о защите данных и неприкосновенности данных. На данный момент нет существенных подвижек на этот счет.

 

 

4. Обзор международных стандартов (процедур) и передовой практики («best practice») по обеспечению и защите данного права или свободы.

 

Практика Европейского суда в настоящее время к кругу вопросов частной жизни относит:

•профессиональные отношения;

•сексуальные отношения;

•сбор, хранение и порядок доступа и раскрытия личных данных;

•свободу выбора имени;

•вопросы моральной и физической неприкосновенности;

•правовые аспекты изменения пола.

Судебная практика показала, что в рассматриваемом понятии можно выделить ряд разнородных интересов, а определить их можно скорее не через правомочия, которыми располагает субъект этого права, а через те нарушения, от которых данное право его защищает.

В решениях по делам Klaas & others v Germany от 6 сентября 1978 г., Schenk v Switzerland от 12 июля 1988 г., Kruslin v France от 24 апреля 1990 г. указывалось, что при решении вопроса о допустимом вмешательстве в частную жизнь необходимо соотносить находящиеся в конфликте интересы - публичный интерес в установлении истины по делу и частный интерес в сохранении конфиденциальности личной жизни. Такая позиция подтверждена Европейским судом по правам человека в ряде последних решений.

В обобщенном виде императивное право на нарушение неприкосновенности частной жизни было сформулировано следующим образом: «Право ведения тайного наблюдения за гражданами, которое характерно для полицейского государства, терпимо в соответствии с Конвенцией только тогда, когда оно строго необходимо для сохранения демократических институтов». Кроме того, «какая бы система наблюдения ни была принята, существуют адекватные и эффективные гарантии против злоупотреблений. Эта оценка имеет только относительный характер: она зависит от всех обстоятельств дела, таких, как существо, объем и продолжительность возможных мер, оснований, необходимых для санкционирования таких мер, органов, компетентных разрешать, выполнять и контролировать такие действия, и от вида средств правовой защиты, предусмотренных национальным законодательством».

Интерес также представляет решение от 12 июня 2014 г. по делу Кудерк и компания «Ашетт Филипакки ассосье» против Франции [Couderc and Hachette Filipacchi Associes v. France] (№ 40454/07) в котором рассматривался вопрос о соблюдении права на свободу распространения информации. По делу обжаловалось решение о привлечении к ответственности издателей, опубликовавших статью и фотографии, раскрывающие информацию о наличии у монарха тайного ребенка. Признано, что по делу допущено нарушение требований статьи 10 Конвенции. Решение, вынесенное против заявителей, не делало различий между информацией, которая являлась частью дискуссии, представляющей всеобщий интерес, и информацией, которая лишь затрагивала подробности личной жизни князя. Следовательно, несмотря на свободу усмотрения, которой располагают государства в данном вопросе, отсутствовала разумная связь соразмерности между ограничениями, установленными судами в отношении права заявителей на свободу выражения мнения, и преследуемой законной целью.

Обобщив решения Европейского суда по правам человека, можно сформулировать следующие условия вмешательства в право на неприкосновенность частной жизни, проводимое без согласия лица:

· Юридическим основанием для такого ограничения должен быть реальный конфликт частного интереса сохранения тайны неприкосновенности частной жизни и более значимых публичных интересов государственной безопасности, общественной безопасности (общественного спокойствия), экономической безопасности государства (экономического благосостояния страны), предотвращения беспорядков, предотвращения преступлений, охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц.

· Вмешательство должно быть необходимым, т.е. в каждом случае должно быть доказано, что без ограничения права на неприкосновенность частной жизни вред защищаемым публичным интересам будет причинен неминуемо.

· Ограничение права на неприкосновенность частной жизни должно быть предусмотрено национальным законом, при этом в национальном законе должны быть четким и исчерпывающим образом указаны основания такого ограничения. Введение ограничения личного права может быть осуществлено только по решению компетентного судебного органа.

· Ограничение права на неприкосновенность частной жизни не может быть абсолютным - оно может осуществляться в течение строго определенного времени, законодательно должны быть установлены меры судебного контроля за данным ограничением.

· Кроме того, Европейский суд по правам человека указал, что вмешательство в частную жизнь допустимо только при наличии процедур, гарантирующих соответствие мер наблюдения установленным законом условиям.

 

 

5. Обзор основных положений действующего законодательства Республики Казахстан, касающихся данного права

 

Казахстанское законодательство содержит ряд норм, касающихся защиты частной жизни (см. например: Экспертный обзор по исполнению государственными органами Республики Казахстан Национального плана РК в области прав человека на 2009-2012 г.г. РАЗДЕЛ: Право на частную жизнь и защиту персональных данных за период 2009-2012 годы (Лоскутов И.Ю.). Это положения ст. 18 Конституции РК: «1. Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и достоинства. 2. Каждый имеет право на тайну личных вкладов и сбережений, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничения этого права допускаются только в случаях и в порядке, прямо установленных законом». В ст. 25 Конституции РК имеются нормы по неприкосновенности жилища, проникновению в жилище, производству его осмотра и обыска лишь в случаях и в порядке, установленных законом. Конституция не исключает допустимость ограничения этих прав в соответствии с п. 1 ст. 39. На сегодня эти ограничения не в полной мере соответствует принципам ясности, точности, конкретности, предопределенности, соразмерности, законности ограничений права частной жизни, определенным Сиракузскими принципами толкования ограничений и отступлений от положений Международного пакта о гражданских и политических правах[21].

В ст. 19 Конституции РК отмечается, что «каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни». Однако далее по тексту следует разграничение права на «личную» и «семейную» тайну. Поэтому специфика каждого из этих понятий существует.

Статья 144 Гражданского кодекса Республики Казахстан (ГК РК) (Общая часть)[22] включает в тайну личной жизни: тайну переписки, телефонных переговоров, дневников, заметок, записок, интимной жизни, усыновления, рождения, врачебную, адвокатскую тайну, тайну банковских вкладов. Право на личную и семейную тайну является естественным правом человека, принадлежит каждому в силу рождения и относится к нематериальным благам, направленным на неприкосновенность внутреннего мира человека и его интересов. Внутренний мир человека характеризует его частную жизнь[23]. Таким образом, под личной тайной понимается право индивида определять свое поведение в обществе, самостоятельно регулировать режим информации и требовать от иных лиц соблюдения этих прав.

В статьях 145, 146 ГК РК закреплены права на собственное изображение и на неприкосновенность жилища.

Право на охрану частной жизни возникает не только в тех случаях, когда информация о частной жизни гражданина получена неправомерно, но и когда доступ к такой информации получен при возникновении и (или) исполнении обязательств (прежде всего договорных, но не только). В частности, такой доступ получают врачи, адвокаты и подобные им лица, а личная тайна, доверенная представителям вышеуказанных профессий, становится профессиональной для них. В связи с этим, если соглашением сторон обязательства не предусмотрено иное, стороны не вправе разглашать ставшую известной им при возникновении и (или) исполнении обязательства информацию о частной жизни гражданина, являющегося стороной или третьим лицом в таком обязательстве. Об этом же говорится и в ряде других нормативных правовых актов.

Таким образом, в личной тайне можно выделить такие разновидности профессиональной личной тайны, как врачебная тайна, адвокатская тайна, нотариальная тайна (в т.ч. завещания), тайна исповеди, налоговая тайна, банковская тайна, тайна страхования, пенсионных накоплений.

В Нормативном постановлении Конституционного совета Республики Казахстан от 20 августа 2009 года № 5[24] указывается, что «...под тайной личных вкладов и сбережений следует понимать охраняемые законом любые, не являющиеся общедоступными на равных условиях для неограниченного круга лиц, сведения о вкладчике, принадлежащих ему деньгах или ином имуществе, в том числе о банковских вкладах, иных счетах и сбережениях, о долях в уставных капиталах хозяйствующих субъектов и ином имуществе, а также об операциях с ними.

В п. 4 статьи 13 Закона Республики Казахстан от 22 декабря 2003 года № 510-II «О государственной правовой статистике и специальных учетах»[25] указывается: «Фамилия, имя, отчество, дата рождения, место рождения лица, а также факт изменения этих данных лицом, равно как и сами прежние данные, не являются личной или семейной тайной. Лицо не вправе запрещать или разрешать включение этих, а также иных сведений, полученных законным путем, в специальные учеты». Ранее в рамках утвержденного Стандарта государственной услуги «Выдача справки о наличии либо отсутствии судимости» по заявлениям физических лиц выдавались сведения только о наличии либо отсутствии судимости с учетом погашения и снятия судимости, согласно статьи 77 УК РК. 17 мая 2014 года Постановлением Правительства РК № 505 утвержден Стандарт государственной услуги «Выдача информации о наличии либо отсутствии сведений по учетам Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры Республики Казахстан о совершении лицом преступления». Теперь в справках предоставляются сведения о совершении лицом преступлений, независимо от погашения и снятия судимости, включая информацию о привлечении лица в качестве обвиняемого, об освобождении от уголовной ответственности и наказания, а также об отказе в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.

В законодательстве РК установлены правовые способы защиты частной жизни и персональных данных, формы и порядок привлечения к ответственности за нарушение указанных прав. Ими являются механизмы административно-правовой, гражданско-правовой, уголовно-правовой, международно-правовой ответственности.[26].

Пункт 3 статьи 115 ГК РК относит неприкосновенность частной жизни к личным неимущественным благам и правам. Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РК и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных. Судебная защита этого права не ограничивается сроком исковой давности (ст. 187 ГК РК).

Согласно ст. 16 УПК РК (2014)[27]: «1. Частная жизнь граждан, личная и семейная тайна находятся под охраной закона. Каждый имеет право на тайну личных вкладов и сбережений, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. 2. При осуществлении производства по уголовному делу каждому обеспечивается право на неприкосновенность частной (личной и семейной) жизни. Ограничение этого права допускается только в случаях и порядке, прямо установленных законом. 3. Никто не вправе собирать, хранить, использовать и распространять информацию о частной жизни лица без его согласия, кроме случаев, предусмотренных законом. 4. Информация о частной жизни лица, полученная в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, не может быть использована иначе как для выполнения задач уголовного процесса.». Основания и порядок проведения негласных следственных действий, связанных с нарушением неприкосновенности частной жизни изложены в главе 30 УПК РК. Кроме того в части 3 статьи 241 УПК РК указано: «Орган досудебного расследования использует все предусмотренные законом средства для ограничения распространения полученных в результате негласного следственного действия сведений, если они затрагивают тайну частной жизни лица или касаются иной охраняемой законом тайны». Согласно статье 17 УПК РК «Жилище неприкосновенно. Проникновение в жилище против воли занимающих его лиц, производство его осмотра и обыска допускается лишь в случаях и в порядке, установленных законом». Основания и порядок проникновения в жилище для производства осмотра и обыска изложены в главе 31 УПК РК. Лицо, осуществляющее досудебное расследование, обязано принимать меры к тому, чтобы не были оглашены выявленные при обыске и выемке обстоятельства частной жизни лица, занимающего данное помещение, или других лиц.

Согласно статье 10 ГПК РК «Частная жизнь граждан, личная и семейная тайна находятся под охраной закона. Каждый имеет право на тайну личных вкладов и сбережений, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничения этих прав в ходе гражданского процесса допускаются только в случаях и в порядке, прямо установленных законом».

В соответствии со статьей 53 Кодекса Республики Казахстан от 26 декабря 2011 года № 518-IV «О браке (супружестве) и семье» [28]: «1. Частная жизнь, личная и семейная тайна находятся под охраной закона. 2. Должностные лица, осуществляющие государственную регистрацию актов гражданского состояния, а также другие лица, иным образом осведомленные о частной жизни, обязаны сохранять личную и семейную тайну. 3. Разглашение сведений о личной и семейной жизни граждан влечет ответственность, установленную законами Республики Казахстан».

Согласно статье 16 Кодекса об административных правонарушениях Республики Казахстан (КоАП РК, 2014[29]) «Частная жизнь, личная, семейная, коммерческая и иная охраняемая законом тайна находятся под охраной закона. Каждый имеет право на тайну личных вкладов и сбережений, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничения этих прав в ходе производства по делу об административном правонарушении допускаются только в случаях и порядке, прямо установленных законом.». В статье 79 говорится о нарушении законодательства Республики Казахстан о персональных данных и их защите. Статьей 508 КоАП РК предусмотрена ответственность за разглашение участниками национального превентивного механизма сведений о частной жизни лица, ставших известными им в ходе превентивных посещений. В новом Уголовном кодексе РК (2014) устанавливается уголовная ответственность, соответственно, за нарушение неприкосновенности частной жизни и законодательства Республики Казахстан о персональных данных и их защите (ст. 147), незаконное нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 148), нарушение неприкосновенности жилища (ст. 149), разглашение врачебной тайны (321), тайны усыновления (удочерения) (ст. 138). Также, в главе 7 содержатся нормы по неправомерному доступу и распространения информации ограниченного доступа.

Закон Республики Казахстан от 21 мая 2013 года № 94-V «О персональных данных и их защите»[30] регулирует общественные отношения в сфере персональных данных, а также определяет цель, принципы и правовые основы деятельности, связанные со сбором, обработкой и защитой персональных данных.

Права такого субъекта персональных данных, как наемный работник закреплены в главе 5 Трудового Кодекса РК[31].

Статус электронных информационных ресурсов, содержащих персональные данные, определен в Законе Республики Казахстан от 11 января 2007 года № 217-III «Об информатизации»[32].

 

 

6. Обзор существующих институтов и правоприменительной практики в Республике Казахстан в отношении обеспечения и защиты данного права

 

В Концепции информационной безопасности Республики Казахстан до 2016 года[33], констатируется, что проверки состояния защищенности государственных баз данных, включенных в состав «электронного правительства», указывают на отсутствие адекватного правового, организационного и технического режима защиты персональных данных граждан. Отсутствие соответствующих механизмов создает предпосылки для злоупотребления персональными данными в криминальных целях, в т.ч. подделке документов, мошенничеству, незаконному копированию и распространению различных баз данных.

В Отчете о деятельности Уполномоченного по правам человека в Республике Казахстан за 2013 год[34] говорится, что в данном году в его адрес поступило 7 обращений о нарушении прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести и достоинства. Заявители обращали внимание на незаконное прослушивание телефонной линии, ведение наблюдения, неправомерное вторжение в квартиру, передачу видеосъемок частного характера в СМИ. Изучение аналогичных отчетов за предыдущие годы показало, что обращения по вопросам защиты права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну составляли всего 1-3 случая за год.

Официальная статистика показывает следующее.

 

Количество зарегистрированных преступлений против частной жизни
(Комитет по правовой статистике и специальным учетам
Генеральной прокуратуры РК
[35])

 

Перечень статьей УК РК

2009

2010

2011

2012

2013

Ст. 142 Нарушение неприкосновенности частной жизни

2

0

1

4

1

Ст. 143 Незаконное нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений

73

38

30

67

 

17

Ст. 144 Разглашение врачебной тайны

0

0

0

1

0

Ст. 145 Нарушение неприкосновенности жилища

633

566

805

1265

1316

 

За последние годы имеются единичные прецеденты и по статье 135 УК РК «Разглашение тайны усыновления (удочерения)». На сегодня полностью отсутствуют случаи привлечения к ответственности по статье 84-1 КОАП РК «Нарушение законодательства Республики Казахстан о персональных данных и их защите».

Что касается обобщений судебной практики, то следует отметить Обобщение Надзорной судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РК 2010 года[36]. В данном документе разъясняется содержание принципа неприкосновенности личности применительно к уголовному судопроизводству. Также отмечается, что изучение судебной практики свидетельствует о том, что конституционный принцип неприкосновенности личности в ходе досудебного разбирательства зачастую нарушается. Для решения имеющихся проблем было принято Нормативное постановление Верховного Суда Республики Казахстан от 25 июня 2010 года № 4 «О судебной защите прав, свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве»[37]. В нем, в частности указывается: «Судам надлежит проверять, приняты ли на досудебной стадии уголовного процесса меры к обеспечению сохранности в тайне и неразглашению обстоятельств частной жизни лиц при осуществлении осмотра, обыска, выемки, проведении оперативно-розыскных и иных мероприятий, связанных с производством по делу. При выявлении нарушений, связанных с невыполнением требований Конституции по охране вышеуказанных прав, судам, наряду с принятием предусмотренных законом мер по их защите, необходимо выносить частные постановления для принятия соответствующих мер».

В то же время, изучение материалов судебной практики в Единой автоматизированной информационно-аналитической системе судебных органов РК[38] позволило выявить ряд прецедентов по рассматриваемой теме в отчетный период. В основном это были дела, в которых вопросы неприкосновенности частной жизни были сопутствующими к основному вопросу, например, по клевете, защите чести и достоинства, праве на собственное изображение и т.д. Их анализ свидетельствует о неоднозначности сложившейся судебной практики, что очевидно обусловлено неоднозначностью формулировок действующего законодательства, что приводит к его различному пониманию и толкованию в деятельности судов. Хотя в нем и имеется уже много норм, регламентирующих рассматриваемые вопросы, многие практические аспекты охраны неприкосновенности частной жизни слабо разработаны.

Изучение имеющихся прецедентов показывает, что в целом казахстанские суды занимают такую позицию, что право на неприкосновенность частной жизни должно подвергаться определенным ограничениям, объективно необходимым, чтобы сбалансировать интересы отдельной личности и общества, государства, которое выражает «публичный интерес». Наиболее последовательно суды усматривают нарушение приватности в случаях коммерческого использования имени и изображения лица в СМИ, рекламе и т.п. Более осторожную позицию они занимали, когда нарушитель мог сослаться на «законную защиту права собственности», например, когда владелец гостиницы, магазина или предприятия устраивал слежку за поведением постояльцев, покупателей или работников. Еще проблематичнее добиться защиты права на приватность по искам, предъявляемым к государству или к государственному органу.

Государственному регулированию в сфере персональных данных и их защиты посвящена глава 5 Закона РК «О персональных данных и их защите»[39]. В соответствии с ней, основным разработчиком нормативных правовых актов является Правительство РК, остальные государственные органы принимают их в пределах своей компетенции. Нужно отметить, что за последний год практически все государственные органы, включая Генеральную Прокуратуру РК, утвердили (с регистрацией в МЮ РК) перечень персональных данных, необходимый и достаточный для выполнения осуществляемых ими задач. Не посчитал нужным это сделать только Верховный суд РК. Данный орган вообще занимает не вполне понятную позицию в данном вопросе. В Справочнике по судебным делам, который является частью уже упоминавшейся выше Единой автоматизированной информационно-аналитической системы судебных органов республики Казахстан, размещено для всеобщего доступа множество материалов, содержащих персональные данные. Этой порой вызывает нарекания населения[40]. Тем не менее, данная практика продолжалась долгие года, свыше десятилетия. Думается, что для этого есть основания, согласно ст. 9 Закона РК «О персональных данных и их защите» сбор, обработка персональных данных производятся без согласия субъекта или его законного представителя в случаях осуществления деятельности судов. Впрочем, в этом году ВС РК неожиданно решил заняться обезличивание персональных данных и существенным ограничением доступа к базе данных[41]. Однако, наверняка, полным решением данного вопроса могло бы стать только принятие закона о доступе к судебной информации.

Органы прокуратуры от имени государства осуществляют высший надзор за точным и единообразным применением Закона РК «О персональных данных и их защите»[42]. Из официальных документов на этот счет пока можно отметить лишь Письмо ГП РК от 8 января 2014 года № 2-011500-14-00633[43]. В тоже время, по информации ИА КазТАГ, начальник 2-го департамента генеральной прокуратуры РК Тлеу Жангарашев сообщил в июне этого года о том, что столичная прокуратура выявила многочисленные факты нарушения неприкосновенности частной жизни и семейной тайны казахстанцев[44]. «Генеральной прокуратурой направлено письмо всем госорганам об ужесточении ответственности за незаконное получение и распространение персональных данных о физических и юридических лицах», — отметил он. К сожалению, содержание данного письма не обнародовалось. Позже сообщалось, что проведенная прокуратурой города Астана доследственная проверка показала, что система информационного обмена правоохранительных и специальных органов (СИО ПСО) не содержит сведений, нарушающих неприкосновенность частной жизни и семейной тайны, а также получение которых возможно только с санкции прокурора[45]. Другие примеры активной деятельности прокуратуры в этой сфере на сегодня трудно привести.

 

 

7. Перечень рекомендаций и предложений по совершенствованию законодательства, институциональному развитию и улучшению правоприменительной практики в отношении данного права

 

1. Необходимо принятие законодательного акта, который бы дал определение понятию «информация», как объекта правовых отношений, регулировал отношения, возникающие при осуществлении права на поиск, получение, передачу, производство и распространение информации, ее отдельных видов, их защиту и т.д. Сейчас в РК мы имеем ситуацию, когда принимаются нормативные правовые акты, которые регулируют порядок оборота отдельных ее видов, но нет даже документа, который бы давал легальное определение этому понятию.

Решение этого вопроса возможно путем принятия отдельного закона об информации, либо дополнения закона «Об информатизации», находящегося сейчас на обсуждении в Парламенте, либо путем принятия Информационного кодекса, как основного кодифицированного акта информационного права.

2. Международная практика в области защиты частной жизни и персональных данных идет по пути принятия специальных законов, призванных защитить частную жизнь человека. Для приведения казахстанского законодательства в соответствие с международными стандартами в области защиты права на частную жизнь необходимо принятие законодательного акта, как это отражено в Замечании общего порядка Комитета ООН по правам человека № 16 к статье 17 МПГПП[46]. Он должен содержать определение всех понятий, используемых в статье 17 МПГПП, в соответствии с рекомендациями Комитета ООН по правам человека и международной практикой. В специальном акте следует законодательно раскрыть понятие «неприкосновенность частной жизни», содержащееся в пункте 1 статьи 18 Конституции, что будет способствовать единообразному подходу к его использованию в деятельности судов и правоохранительных органов, а также защищенности конституционных прав и свобод граждан[47]. Законодательная защита частной жизни должна касаться: использования персональных данных; биометрии, то есть процесса сбора, обработки и хранения данных о физических характеристиках человека с целью его идентификации[48]; контроля за коммуникациями; перехвата сообщений Интернет и почты; видеонаблюдения, в т.ч. наблюдения за рабочим местом и т.д. Понятие «жилище» должно для этих целей истолковываться не только как место, где человек проживает, но и где он занимается обычными делами, включая место работы.

3. Во многих странах с целью лучшей реализации законодательных норм о защите и порядке работы с персональной информацией граждан, а также четкого понимания этих норм гражданами были созданы специальные контрольно-надзорные государственные структуры.

Представляется, что задача построения общества, где полностью соблюдаются права человека на неприкосновенность частной жизни, может быть осуществлена, в том числе, посредством создания специализированного органа - Национального Центра по защите персональных данных, в качестве органа контроля в области обработки персональных данных, самостоятельного, независимого от других органов власти, физических и юридических лиц, согласно международной практики. В его функции должно входить рассмотрение обращений субъектов персональных данных о соответствии содержания персональных данных и способов их обработки и принятие соответствующих решений; предоставление субъектам персональных данных информации об их правах касательно обработки их персональных данных; осуществление проверки сведений об обработке персональных данных или привлечение для осуществления такой проверки иных государственных органов в пределах своих полномочий; предоставление инструкций, необходимых для приведения обработки персональных данных в соответствие с принципами соответствующего законодательства; принятие в установленном законом порядке мер по приостановлению или прекращению обработки персональных данных, осуществляемой с нарушением требований законодательства о защите персональных данных; требование от держателя уточнения, блокирования или уничтожения недостоверных или полученных незаконным путем персональных данных; обращение в суд с исковыми заявлениями в защиту прав субъектов персональных данных; составление в установленном административным законодательством порядке протоколов о нарушении законодательства; ведение реестра держателей персональных данных и т.п. При этом за основу может быть взят опыт постсоветских государств[49].

4. Одним из компонентов сведений, составляющих частную жизнь, являются сведения об участии в судопроизводстве. Сведения о противоправном поведении лица (совершении преступления или административного проступка) не образуют личную тайну, и их разглашение (например, сообщение правоохранительным органам) должно признаваться общественно полезным, а не общественно опасным деянием. Необходимо учитывать, что в настоящее время во многих случаях практически невозможно сохранить в тайне информацию об участии лица в судопроизводстве. Выход видится в принятии специального закона о доступе к судебной информации.

5. Несмотря на всю широту спектра возможностей передачи за рубеж и использования персональных данных физических лиц, одной из главных проблем казахстанского законодательства в этом отношении остается отсутствие нормативной базы, которая бы позволила осуществлять указанные действия с полной гарантией их безопасности. Сложившаяся ситуация обусловлена как минимум двумя факторами: во-первых, отечественное законодательство не дает четких ответов на вопрос о правовых гарантиях соблюдения прав субъектов персональных данных при перемещении соответствующей информации через границу; во-вторых, законодательство отдельных государств содержит различный подход к содержанию категорий «конфиденциальность информации» в целом и «персональные данные» в частности. Следует учитывать все больший рост количества услуг, предоставляемых через Интернет, в результате чего владельцы интернет-ресурсов приобретают огромное количество персональных данных без независимого контроля со стороны. В настоящее время распространенной практикой является передача данных посредством сети Интернет, использование персональных данных в социальных сетях, интернет-магазинах, интернет-аукционах, ресурсах оплаты и других различных интернет-сервисах. Следует также максимально учитывать новые методы наблюдения за посетителями сайтов, применяемые на практике, включая «поведенческий таргетинг». Поэтому, законодательство о СМИ, электронной торговле должно быть синхронизировано с законодательством о персональных данных и их трансграничной передаче. Следует провести исследования и обсуждения целесообразности ратификации Конвенции о защите личности в связи с автоматической обработкой персональных данных (Страсбург, 28 января 1981 г.).

6. Необходимо провести исследования специфики приватности в Интернете. Еще Алан Вэстин указывал на то, что невозможно запретить другим людям наблюдать за собой, если ты сам находишься среди людей[50]. Из этого следует, что с точки зрения коммуникаций неограниченное общение и контакты не могут рассматриваться как частная жизнь - неприкосновенно то, к чему нельзя прикоснуться. То, что открыто, выставлено напоказ, является прикосновенным. Дискуссионным является вопрос о тайне документов личного характера, как разновидности личной тайны. Раньше, их примерный перечень был установлен статьей 491 ГК Казахской ССР, в соответствии с которой к ним относились письма, дневники, записки, заметки[51]. В настоящее время, большое распространение получила практика, когда документы явно личного характера размещаются во Всемирной сети в виде блогов, персональных страниц и т.д. Иногда, к ним имеют доступ ограниченный круг лиц, определяемых блогером, а чаще - неограниченный круг лиц. Тем не менее, нередки случаи, когда при возникновении разного рода конфликтных ситуаций блогер начинает претендовать на защиты размещенных им документов личного характера. Поэтому, возможно следует установить какое-то правило о том, что не являются нарушением сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни (персональные данные) физического лица в случаях, когда информация о частной жизни физического лица ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Следует рассмотреть случаи, когда информация уже общедоступна и оператор персональной данных не собирает информацию непосредственно у их субъекта. Необходима законодательная проработка этих вопросов, требуется четкая правовая регламентация всех случаев, в которых гражданин при размещении своих персональных данных автоматически дает согласие на их использование третьими лицами, а также необходимо нормативно установить перечень ситуаций, когда на использование тех или иных сведений требуется обязательное согласие лица, их разместившего, а также зафиксировать формы такого согласия (подтверждения). Казахстанское законодательство, к сожалению, не содержит четких правил доказывания фактов размещения информации частного характера, включая персональные данные, в сети Интернет (особенно в тех случаях, если эта информация впоследствии удаляется), поэтому при решении возникающих в связи с этим споров, возникают проблемы.

7. Следует рассмотреть вопрос, связанный с размещением в открытом доступе персональных данных государственных служащих и иных публичных персон в соответствии с требованиями законодательства. Согласно международным правовым актам частная жизнь общественных деятелей должна защищаться так же, как и частная жизнь других граждан, за исключением случаев, когда она может оказать воздействие на общественно значимые события. Необходимо определить законом конкретный перечень таких случаев, который мог бы исключить споры о предоставлении информации о частной жизни государственного деятеля.

Следует установить правило о том, что не являются нарушением сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни (персональные данные) физического лица в государственных, общественных или иных публичных интересах. Требуют проработки вопросы, связанные с осуществлением права граждан на обращение в органы власти, а также возможным преследованием в связи с их обращением, отграничении таких случаев от клеветы и вторжения в личную жизнь публичных персон, а также о незаконном использовании либо распространении сведений о частной жизни, ставших известными в связи с обращением.

8. Необходим учет передовой международной практики при принятии законов «О дактилоскопической и геномной регистрации в Республике Казахстан», «О частной детективной деятельности», «О коллекторской деятельности». При этом, необходимо придерживаться принципа транспарентности, с тем, чтобы частные лица могли получать информацию о том, каким образом был создан файл с их личными данными, а также о ясных механизмах обжалования таких действий.

9. Международная практика предусматривает, что вмешательство в частную жизнь допустимо только при наличии процедур, гарантирующих соответствие мер наблюдения установленным законом условиям. Однако казахстанское законодательство об оперативно-розыскной деятельности не вполне четко определяет допустимые процедуры и условия наблюдения, в нем нет гарантий того, что сбор информации будет прекращен, как только обнаружатся объективные данные, опровергающие предположение о преступной деятельности. В настоящее время мы наблюдаем усиление электронного контроля за личностью. Это, в частности, запрет анонимной продажи телефонных номеров сотовой связи и доступа в Интернет, обязательное присвоение сотовым телефонам IMEI, транслируемым в сеть сотовой связи, использование сотовыми операторами технологий, позволяющих устанавливать физическое место нахождения абонента, и т.п. Однако, борьба с преступностью, даже при всех ее благих целях, не должна иметь следствием отказ от защиты прав и свобод человека. Любая проводимая в настоящее время и предлагаемая политика по борьбе с преступностью должна предусматривать проведение оценок ее последствий для неприкосновенности частной жизни, с тем, чтобы была возможность для рассмотрения и представления информации о том, каким образом политика и технологии обеспечивают смягчение рисков для неприкосновенности частной жизни. Следует разработать внутреннюю правовую базу хранения и использования сведений правоохранительными органами, предсказуемую по своим последствиям и подлежащую тщательной проверке на предмет соответствия общественным интересам. Также, до сих пор принципиально не решен вопрос с тем, что характеристики современной бытовой аудио-видео-фототехники все больше начинают совпадать с характеристиками специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

10. Банковская тайна в последнее время подвергается новым испытаниям. Возникает много вопросов по режиму персональных данных клиентов банков, избыточному их сбору и навязыванию банками кабальных условий клиентам[52]. Вопросы возникают, в том числе, и в связи с применением в РК закона США «О налоговом контроле иностранных счетов» (FATCA) с 1 июля 2014 года. Тем не менее, представляется, что Национальный Банк РК, занимает достаточно пассивную позицию в данных вопросах, предоставляя банкам второго уровня излишнюю свободу в их регулировании. Следует разработать более жесткие меры нормативного регулирования, ограничивающие доступ государственных органов к информации, держателями которой являются третьи стороны, в том числе схемы представления отчетности, а также минимизировать бремя, возлагаемое на третьи стороны по сбору дополнительной информации и применять конституционные и правовые гарантии в случаях, когда третьи стороны действуют от имени государства. Следует разработать законодательство, в котором будут уточнены права, обязанности и ответственность частных организаций в отношении сведений, передаваемых государственным органам.

11. На сегодня складывается повальная практика установки видео- и веб-камер в разных местах, в том числе без всякого правового обоснования. Использование данных видеонаблюдения должно подлежать правовому регулированию с целью защиты прайвеси, должен быть определен режим правомерного использования видеокамер, включая слежку за соседями по жилью, постояльцами гостиниц, покупателями, клиентами. Постоянно возникающие вопросы о правомерности применения работодателями средств видеонаблюдения за работниками или чтения их электронной почты говорят о том, что население мало осведомлено даже о уже имеющихся нормах. Наблюдению работодателя за работниками необходимы законодательные ограничения, включая закрепление обязанности работодателя согласовывать подобные вопросы с работником и т.д. Другая угроза в трудовых правоотношениях связана со средствами психологического проникновения во внутренний мир человека (тестирование, использование детекторов лжи). Методы научной проверки деловых качеств, добросовестности, политической и личностной ориентации все больше берутся на вооружение частными и государственными организациями при подборе кадров[53]. Между тем, научная достоверность этих методов, как и достоверность на уровне конкретного случая, далеко не абсолютны.

 

 

8. «Дорожная карта» по реализации изложенных рекомендаций и предложений с указанием сроков и ответственных государственных органов

 

 

№ п/п

Рекомендации/предложения

Сроки

Ответственные исполнители

1.

Изучение лучших законодательных практик, разработка, обсуждение и принятие отдельного закона об информации, либо дополнение закона «Об информатизации», находящегося сейчас на обсуждении в Парламенте.

Либо принятие Информационного кодекса, как основного кодифицированного акта информационного права

2015 - 2016 г.г.

МЮ, ГП, МВД, КНБ, КСИ МИР, ОПЧ

2.

Открытые обсуждения зарубежного опыта и концепций законодательства о защите права на частную жизнь.

Разработка, обсуждение и принятие законодательного акта о защите права на частную жизнь

2015 - 2016 г.г.

МЮ, ГП, МВД, КНБ, КСИ МИР, ОПЧ

3.

Изучение лучших законодательных практик, разработка, обсуждение и принятие закона о доступе к судебной информации

2015 - 2016 г.г.

МЮ, ВС, ОПЧ

4.

Создание Национального центра по защите персональных данных, который будет действовать в условиях независимости от прочих государственных органов, выполняя контроль в области гарантирования и защиты прав и свобод личности при обработке и использовании персональных данных

2015 - 2016 г.г.

МЮ, ГП, ОПЧ

5.

Проведение исследования и обсуждения целесообразности ратификации Конвенции о защите личности в связи с автоматической обработкой персональных данных (Страсбург, 28 января 1981 г.)

2015 г.г.

МЮ, ГП, КНБ, КСИ МИР, ОПЧ

6.

Учет передовой международной практики при подготовке и принятии законов «О дактилоскопической и геномной регистрации в Республике Казахстан», «О частной детективной деятельности», «О коллекторской деятельности»

2015 - 2020 г.г.

МЮ, ГП, МВД, КНБ, КСИ МИР, МЗСР, НБ, ОПЧ

7.

Создание нормативной базы, устанавливающей режим правомерного использования видеонаблюдения, биометрических данных

2015 - 2016 г.г.

МЮ, МВД, МЗСР, ОПЧ

8.

Проведение исследования качества внедрения и пересмотр законодательной базы, регулирующей защиту персональных данных, через призму международных стандартов

2015 - 2016 г.г.

МЮ, ГП, МВД, ОПЧ

9.

Разработка и внедрение инструкций по обработке персональных данных в различных секторах деятельности: полиции, медицине, образовании, связи, финансово-банковской деятельности и т.д.

2015 - 2020 г.г.

МЮ, ГП, МВД, КНБ, КСИ МИР, МЗСР, НБ, ОПЧ

10.

Анализ практики применения законодательства об оперативно-розыскной деятельности, проведении специальных оперативно-розыскных мероприятий на сетях связи

2015 - 2020 г.г.

ГП, МВД, КНБ, КСИ МИР, ОПЧ

11.

Утверждение перечня персональных данных государственных и гражданских служащих, подлежащих обязательному размещению на интернет-ресурсах государственных органов.

Создание устойчивой системы непрерывного обучения государственных служащих и работников других учреждений принципам защиты персональных данных

2015 - 2020 г.г.

МЮ, ГП, МВД, АДГСПК, КСИ МИР, МЗСР, ОПЧ

12.

Разработка нормативной базы, устанавливающей практические гарантии доступа граждан к сведениям о них самих, находящихся у государственных органов, а также того, каким образом упомянутые органы должны информировать граждан о том, что подобная информация находится в их распоряжении, возможности проверки категорий и объема персональных данных, собранных и обрабатываемых государственными органами, а также их использования для целей, отличных от первоначально заявленных.

Применение принципов защиты персональных данных с момента разработки информационных систем и систем учета, предназначенных для автоматизированной обработки персональных данных (privacy by design, «проектируемая конфиденциальность»)

 

МЮ, ГП, МВД, АДГСПК, КСИ МИР, ОПЧ

13.

Проведение исследования судебной практики по защите частной жизни и персональных данных и ее совершенствование в соответствии с международными стандартами путем принятия Нормативного постановления Верховного Суда РК.

Разработка учебного плана, организация курсов по подготовке судей и прокуроров в отношении механизма применения законодательства по защите частной жизни и персональных данных

2015 - 2020 г.г.

ВС, ГП, ОПЧ

14.

Привлечение профессиональных организаций судей, судебных исполнителей, адвокатов, нотариусов, банков, средств массовой информации, профсоюзов, интернет-ресурсов и др., в целях обеспечения разработки кодексов профессионального поведения, которые будут содержать положения о защите персональных данных.

Дополнение существующих кодексов такими нормами

2015 - 2020 г.г.

МЮ, МВД, КСИ МИР, НБ, МЗСР, ОПЧ

15.

Организация учебных курсов для журналистов о путях достижения баланса между правом на свободное выражение мнения и правом на личную жизнь

2015 - 2020 г.г.

МЮ, КСИ МИР, ОПЧ

16.

Введение в учебные программы курса/темы о защите персональных данных, организация мероприятий по осведомлению учащихся о важности защиты персональных данных, сотрудничество со средними и высшими учебными заведениями в целях подготовки преподавателей/педагогов и учащихся/студентов в области защиты персональных данных

2015 - 2020 г.г.

МОН, МЮ, КСИ МИР, ОПЧ

17.

Активное привлечение государственных органов, представителей гражданского общества и средств массовой информации к разъяснению общественности понятий «частная жизнь» и «защита персональных данных», преимуществ защиты персональных данных, негативных последствий в случае несоблюдения режима конфиденциальности и безопасности при обработке таких данных, а также важности защиты персональных данных в экономическом, социальном и культурном развитии страны. Освещение случаев широкого резонанса и допущенных субъектами публичного и частного права нарушений в процессе обработки персональных данных и защите частной жизни

2015 - 2020 г.г.

АДГСПК, ГП, КСИИ, МЗСР, МИР, МОН, МЮ, ОПЧ

 

Список аббревиатур:

АДГСПК - Агентство РК по делам государственной службы и противодействию коррупции

ВС - Верховный суд РК

ГП - Генеральная прокуратура РК

КНБ - Комитет национальной безопасности РК

КСИИ МИР - Комитет связи, информатизации и информации Министерства по инвестиция и развитию РК

МЗСР - Министерство здравоохранения и социального развития РК

МВД - Министерство внутренних дел РК

МОН - Министерство образования и науки РК

МЮ - Министерство юстиции РК

НБ - Национальный Банк РК

ОПЧ - Уполномоченный, Комиссия по правам человека, негосударственные правозащитные организации

 


[1] Настоящее экспертное заключение подготовлено Центром исследования правовой политики при финансовой поддержке Центра ОБСЕ в Астане. Мнения и взгляды, содержащиеся в анализе, не отражают точку зрения Центра ОБСЕ в Астане.

Представлено на Круглом столе «Совершенствование национальной системы защиты прав человека в Республике Казахстан» (Алматы, 28 ноября 2014 года)

Круглый стол прошел в рамках проекта «Повышение вклада гражданского общества в разработку и реализацию следующего Второго Национального Плана действий по правам человека». Проект был поддержан  Европейским Союзом, и реализуется Казахстанским Международным бюро по правам человека и соблюдению законности (КМБПЧиСЗ), Центром исследования правовой политики (LPRC) и Международным центром журналистики MediaNet.

 

Право на частную жизнь и защиту персональных данных. Проект «Альтернативный Национальный план действий в области прав человека в Республике Казахстан на 2015-2020 гг.» (Лоскутов И.Ю., Генеральный директор ТОО «Компания «ЮрИнфо»)   Право на частную жизнь и защиту персональных данных. Проект «Альтернативный Национальный план действий в области прав человека в Республике Казахстан на 2015-2020 гг.» (Лоскутов И.Ю., Генеральный директор ТОО «Компания «ЮрИнфо»)   Право на частную жизнь и защиту персональных данных. Проект «Альтернативный Национальный план действий в области прав человека в Республике Казахстан на 2015-2020 гг.» (Лоскутов И.Ю., Генеральный директор ТОО «Компания «ЮрИнфо»)   Право на частную жизнь и защиту персональных данных. Проект «Альтернативный Национальный план действий в области прав человека в Республике Казахстан на 2015-2020 гг.» (Лоскутов И.Ю., Генеральный директор ТОО «Компания «ЮрИнфо»)

 

 


[1] Lord Lester and D. Pannick (eds.), Human Rights Law and Practice (London, Butterworth, 2004), para. 4.82

[2] Декларация о средствах массовой информации и правах человека, принята Резолюцией Парламентской Ассамблеи Совета Европы № 428 (1970) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31620421

[3] Резолюция Парламентской Ассамблеи Совета Европы № 1165 (1998) «О праве на неприкосновенность личной жизни» http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30515547

[4] Alan F. Westin, Privacy and Freedom (New York: Athenaeum, 1968): personal autonomy - это уединение, автономность, состояние, в котором человек избавлен от наблюдения со стороны других и остается наедине со своими мыслями; emotional release - сдержанность, дистанция, то есть наличие психологического барьера между индивидом и окружающими его людьми, возможность приостановить коммуникацию с окружающими; self-evaluation - анонимность, состояние, когда человек, находясь в общественном месте, стремится остаться неузнанным, сам оценивает, до какой степени раскрыть факты о себе; limited and protected communication - интимность, замкнутое общение, предполагающее добровольное поддержание контакта с узким кругом лиц. Также прайвеси подразделяют на: информационное прайвеси, которое включает регулирование сбора и обработки персональных данных, таких как банковская и медицинская информация; физическое прайвеси, касающееся защиты физической целостности человека от постороннего вмешательства, такого, например, как исследование внутренних органов; прайвеси коммуникаций, которое означает сохранность и неприкосновенность почтовых сообщений, телефонных переговоров, электронной почты и других видов связи; территориальное прайвеси, означающее ограничения на вторжение в жилище, а также на рабочее место и в общественных местах.

См.также: http://www.lawtrend.org/information-access/zashhita-personalnyh-dannyh/mezhdunarodnye-i-natsionalnye-pravovye-akty

[5] Wakes R. Protection of Privacy. London. Sweet&Maxwell. 1980. P. 31.

[6] Основные положения Организации по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР) о защите неприкосновенности частной жизни и международных обменов персональными данными (23 сентября 1980 года) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31049166

[7] Конвенция о защите личности в связи с автоматической обработкой персональных данных (Страсбург, 28 января 1981 г.) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1034061

[8] Структура обеспечения приватности Азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества (2004) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31070472

[9] Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН от 18 декабря 2013 года № A/RES/68/167 «Право на неприкосновенность личной жизни в цифровой век» http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31499342

[10] http://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/RegularSessions/Session27/Documents/A.HRC.27.37_en.pdf  Основные выводы доклада: международное право предусматривает универсальную основы и механизмы для соблюдения права на неприкосновенность частной жизни; однако, как выяснилось, во многих странах не разработаны адекватное национальное законодательства, надлежащие процессуальные гарантии и механизмы эффективного надзора, что приводит к произвольному или незаконному вмешательству в право на частную жизнь; при рассмотрении проблем, связанных с обеспечением права на неприкосновенность частной жизни, необходимо обратить особое внимание на два фактора: (1) постоянное совершенствование технологий и появление новых возможностей слежки; (2) отсутствие прозрачности в деятельности правительств, связанной с связанной с политикой наблюдения, что затрудняет усилия по оценке этой деятельности и ее согласованию с международными принципами обеспечения прав человека; эффективное решение проблем, связанных с правом на неприкосновенность частной жизни в контексте современных коммуникационных технологий, требует постоянного диалога и согласованного участия всех заинтересованных сторон: правительств, гражданского общества, научно-технического сообщества, бизнеса, ученых; существует настоятельная необходимость в обеспечении соответствия любой политики или практики наблюдения требованиям соблюдения прав человека, включая право на неприкосновенность частной жизни, посредством разработки эффективным механизмов, гарантирующих защиту от злоупотреблений; в качестве немедленной меры, государства должны пересмотреть национальные законы, политику и практику для обеспечения полного соответствия с международным правом в области прав человека; там, где есть недостатки, государствам следует принять меры по их устранению, в том числе путем принятия ясной, точной, доступной, всеобъемлющей и недискриминационной законодательной базы; в области защиты права на неприкосновенность частной жизни есть ряд важных практических проблем, которые требуют углубленного изучения и разработки на этой основе практических рекомендаций.

Источник: http://www.lawtrend.org/information-access/neprikosnovennost-chastnoj-zhizni-onlajn-doklad-upravleniya-verhovnogo-komissara-oon-po-pravam-cheloveka

[11] См. Всеобщую декларацию прав человека (статья 12); Международный пакт о гражданских и политических правах (МПГПП, статья 17); Международную конвенцию о защите всех трудящихся-мигрантов и членов их семей (статья 14); и Конвенцию о правах ребенка (статья 16)

[12] См. Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод (статья 8) и Каирскую декларацию о правах человека в исламе (A/45/421-S/21797, статья 18) от 5 августа 1990 года

[13] Африканская хартия прав человека и народов (статья 11), Декларация Африканского союза о принципах свободы выражения в Африке (статья 4.3) и Американская декларация прав и обязанностей человека (статья 5)

[14] См. Конвенцию Совета Европы о защите физических лиц при автоматизированной обработке персональных данных (№ 108), 1981 год; Руководящие принципы защиты частной жизни и трансграничной передачи данных личного характера, разработанные Организацией экономического сотрудничества и развития (1980-е годы) и Руководящие принципы регламентации компьютеризированных картотек, содержащих данные личного характера (резолюция 45/95 Генеральной Ассамблеи и E/CN.4/1990/72).

[15] Замечания общего порядка № 16 (1988 год) Комитета по правам человека о праве на неприкосновенность личной и семейной жизни, жилища и тайны корреспонденции и защите чести и репутации (статья 17)

[17] Кучеренко А.В «О гарантиях прав субъектов при осуществлении трансграничной передачи персональных данных» http://www.juristlib.ru/book_5666.html

[18] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31536112

[19] United Nations Human Rights Committee (HRC), General Comment No. 16, Article 17: The right to respect of privacy, family, home and correspondence, and protection of honour and reputation [Замечание общего порядка № 16 (статья 17) «Право на неприкосновенность частной и семейной жизни, жилища и тайны корреспонденции, а также на защиту чести и репутации»], 8 April 1988, para. 8. http://www.unhchr.en/tbs/doc.nsf/o/23378a8724595410c12563edoo4aeecd.

[20] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31071715

[21] Сиракузские принципы толкования ограничений и отступлений от положений Международного пакта о гражданских и политических правах. Документ ООН E/CN.4/1985/4, Приложение (1985) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30449593

[22] Гражданский кодекс Республики Казахстан (Общая часть), принят Верховным Советом Республики Казахстан 27 декабря 1994 года (с изменениями и дополнениями по состоянию на 10.06.2014 г.) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1006061

[23] Научно-практический комментарий к Конституции Республики Казахстан (Конституционный Совет Республики Казахстан, 2010 г.) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31064937

[24] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30475919

[25] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1045609

[26] Научно-практический комментарий к Конституции Республики Казахстан (Конституционный Совет Республики Казахстан, 2010 г.) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id= 31064937

[27] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31575852

[28] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id= 31102748

[29] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31577399

[30] Закон Республики Казахстан от 21 мая 2013 года № 94-V «О персональных данных и их защите» http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31396226

[31] Трудовой кодекс Республики Казахстан от 15 мая 2007 года № 251-III (с изменениями и дополнениями по состоянию на 29.09.2014 г.) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id= 30103567

[32] Закон Республики Казахстан от 11 января 2007 года № 217-III «Об информатизации» (с изменениями и дополнениями по состоянию на 29.09.2014 г.) Статья 13 http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30085759

[33] Указ Президента Республики Казахстан от 14 ноября 2011 года № 174 http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31086318

[34] Отчет о деятельности Уполномоченного по правам человека в Республике Казахстан за 2013 год (Астана, 2014 г.) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31620438

[35] http://service.pravstat.kz/portal/page/portal/POPageGroup/Services/Pravstat

[36] Обобщение судебной практики по вопросу «Применение некоторых норм уголовно-процессуального кодекса РК об обеспечении прав и свобод граждан в уголовном процессе» (неприкосновенность личности, частной жизни, жилища; тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений) (Надзорная коллегия по уголовным делам ВС РК, 2010) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30783586

[37] Нормативное постановление Верховного Суда Республики Казахстан от 25 июня 2010 года № 4 «О судебной защите прав, свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве» (с изменениями и дополнениями по состоянию на 30.12.2011 г.) http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30798839

[38] ЕАИАС СО РК http://eaias.supcourt.kz

[39] Закон Республики Казахстан от 21 мая 2013 года № 94-V «О персональных данных и их защите» http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31396226

[40] Ответ Председателя Верховного Суда РК от 18 ноября 2013 года (supcourt.kz) «О защите персональных данных в «Справочнике по судебным делам» http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31474573

[41] Проект Регламента «О порядке размещения судебных актов, информации о деятельности суда, сведений о делах, находящихся в производстве судов Республики Казахстан, в Интернет-ресурсах судебных органов» http://sud.gov.kz/rus/content/o-poryadke-razmeshcheniya-sudebnyh-aktov-informacii-o-deyatelnosti-suda-svedeniy-o-delah

[42] Закон Республики Казахстан от 21 мая 2013 года № 94-V «О персональных данных и их защите» ст. 28 http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31396226

[43] Письмо Генеральной прокуратуры Республики Казахстан от 8 января 2014 года № 2-011500-14-00633 «О разъяснении порядка истребования информации, составляющей банковскую тайну» http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31499305

[44] Неприкосновенность частной жизни нарушается в РК http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31567061

[45] В базе данных полиции и спецслужб нет сведений, нарушающих права казахстанцев http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31623574

[46] United Nations Human Rights Committee (HRC), General Comment No. 16, Article 17: The right to respect of privacy, family, home and correspondence, and protection of honour and reputation [Замечание общего порядка № 16 (статья 17) «Право на неприкосновенность частной и семейной жизни, жилища и тайны корреспонденции, а также на защиту чести и репутации»], 8 April 1988, para. 8. http://www.unhchr.en/tbs/doc.nsf/o/23378a8724595410c12563edoo4aeecd.

[47] Послание Конституционного совета Республики Казахстан от 12 июня 2012 года № 09-3/1 «О состоянии конституционной законности в Республике Казахстан» http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31286148

[48] Наиболее популярными биометрическими системами являются сканирование сетчатой оболочки глаза, исследование геометрии руки, дактилоскопия, распознавание голоса и цифровая (хранящаяся в электронном виде) фотография. Биометрия привлекает внимание правительств и частных фирм, так как, в отличие от других видов идентификации личности (карточки или документы), она обеспечивает полную и точную идентификацию. При этом больше всего споров вызывает технология идентификации ДНК. Она использует новейшие технологические достижения, позволяющие за считанные минуты сравнивать анализы ДНК с огромной базой данных. Это также требует эффективных средств правовой защиты частной жизни.

[49] Например, www.datepersonale.md

[50] Alan F. Westin, Privacy and Freedom (New York: Athenaeum, 1968)

[51] http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1004275

[52] http://forum.zakon.kz/index.php?/topic/162749-narodnyj-bank-kazakhstana-nachal-provodit-sbor/

[53] Постановление Правительства Республики Казахстан от 19 июня 2014 года № 683 «Об утверждении Правил прохождения полиграфологического исследования в правоохранительных органах Республики Казахстан»

http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=31573397

30 января 2015, 14:05
Источник, интернет-ресурс: Лоскутов И.Ю.

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript