Некоторые аспекты совершенствования главного судебного разбирательства

 

Как известно, при проведении главного судебного разбирательства председательствующий судья процессуальным законом наделен рядом полномочий, обеспечивающих надлежащую организацию процесса, установление истины по делу и принятие правильного процессуального решения.

Вместе с тем, имеется ряд пробелов уголовно-процессуального закона, устранение которых способствовало бы должной реализации вышеуказанных задач.

Так, например, правила главы 43 УПК РК, определяющие порядок проведения подготовительной части судебного заседания, предусматривают установление личности подсудимого, однако не оговаривают необходимость установления председательствующим личности других участников процесса.

На практике судьи в подготовительной части устанавливают личность и полномочия всех участников процесса, в том числе потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и т.д., поскольку невозможно разъяснять права, разрешать отводы, ходатайства, совершать другие подготовительные действия, не выяснив, с кем конкретно председательствующий имеет дело.

Представляется правильным сложившуюся практику закрепить законодательно, установив необходимость в подготовительной части установления личности и полномочий всех участников процесса.

В силу ст.65 УПК РК подсудимый - это тот же обвиняемый, но в отношении которого назначено судебное разбирательство, а осужденный это тот же подсудимый, но в отношении которого вынесен обвинительный приговор. Процессуальный закон возлагает на председательствующего необходимость разъяснения в подготовительной части прав подсудимого, которыми последний вправе воспользоваться в главном судебном разбирательстве.

Буквальное толкование ст.358 УПК РК бесспорно указывает на то, что в подготовительной части председательствующий разъясняет подсудимому только те права, которые могут быть реализованы лишь в главном судебном разбирательстве.

По смыслу закона председательствующий разъясняет подсудимому определенный перечень прав обвиняемого, подсудимого, осужденного, оправданного, предусмотренный ч.5-7 ст.65 УПК РК. Объем и перечень разъясняемых прав зависит от того, по какому виду уголовного правонарушения обвиняется подсудимый. Не логично, скажем, разъяснять подсудимому, обвиняемому в совершении уголовного проступка, право на заключение процессуального соглашения или право ходатайствовать о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей. Разъяснение прав, прямо оговоренных в ч.5-7 ст.65 УПК РК, в целом, у судов затруднений не вызывает.

Вместе с тем, ч.5 ст.65 УПК РК помимо того, что прямо излагает определенные права обвиняемого, является к тому же и отсылочной нормой. Согласно этой статье, обвиняемый вправе воспользоваться правами, предусмотренными ч.9 ст.64 УПК РК (права подозреваемого). Такая конструкция ч.5 ст.65 УПК РК является крайне неудобной, поскольку в каждом случае вынуждает судью при оглашении в подготовительной части прав, вычленять из ч.9 ст.64 УПК РК (права подозреваемого) права, которыми подсудимый может воспользоваться лишь в главном судебном разбирательстве. Возможны и перекосы, когда судьи во избежание ошибки, связанной с недостаточностью разъясняемых прав, будут излишне оглашать подсудимому права, касающиеся только подозреваемого.

Представляется целесообразным пересмотреть конструкцию ст.65 УПК РК, исключив из нее привязку к ч.9 ст.64 УПК. Вероятно, есть смысл отдельно в ст.65 УПК РК отразить исчерпывающий перечень прав обвиняемого, реализуемых на стадии предварительного слушания, и отдельно перечень прав подсудимого, которыми он вправе пользоваться после назначения главного судебного разбирательства.

Уголовно-процессуальный закон наделяет председательствующего полномочием снимать наводящие вопроса и вопросы, не имеющие отношение к делу. Однако снятие таких вопросов законодатель предусмотрел лишь применительно к допросу подсудимого. Возможность снятия председательствующим таких вопросов при допросе потерпевшего и свидетеля в процессуальном законе не оговорено.

Вполне логичным и целесообразным видится необходимость наделения председательствующего в главном судебном разбирательстве правом снимать наводящие вопросы и вопросы, не имеющие отношение к делу применительно к потерпевшему и свидетелю.

Возможно, что при допросе в судебном следствии подсудимых, потерпевших и свидетелей, в силу низкой культуры поведения могут быть заданы вопросы в оскорбительной форме. Разумеется, что такая постановка вопросов сторонами ни при каких обстоятельствах недопустима, и свидетельствует о проявлении неуважения к суду.

Есть вероятность того, что стороны могут поставить перед допрашиваемыми лицами вопросы, хоть и не носящие характер оскорбления, но изложенные в унизительной форме. Естественно, такая постановка вопросов также не приемлема.

Представляется правильным прямо обозначить в процессуальном законе полномочия председательствующего по снятию не только наводящих вопросов и вопросов, не имеющих отношение к делу, но и вопросов поставленных в оскорбительной либо в унизительной форме.

Согласно ч.3 ст.367 УПК, суд задает вопросы подсудимому после допроса его сторонами, однако уточняющие вопросы может задать в любой момент допроса.

Статья 370 УПК РК определяющая порядок допроса свидетелей и потерпевших также обозначает общее правило о постановке председательствующим вопросов лишь после допроса сторонами. Однако при этом законодатель не наделяет суд правомочием постановки свидетелю и потерпевшему, в отличие от подсудимого, уточняющих вопросов в любой момент допроса.

Не всегда защита и обвинение занимают в судебном следствии активную позицию, порой в силу объективных причин допрос свидетелей может быть длительным. Стороны при допросе свидетелей и потерпевших могут и не задать необходимые уточняющие вопросы, своевременная постановка которых обеспечила бы полноту и всесторонность исследования обстоятельств дела. При большом объеме допроса не вовремя поставленные председательствующим вопросы могут либо потерять свою актуальность, либо забыться, а, соответственно, исключить исчерпывающее установление истины по делу.

В связи с изложенным, представляется существенно важным дополнить содержание ч.3 ст.370 УПК РК правом суда ставить перед свидетелями и потерпевшими уточняющие вопросы в любой момент их допроса.

Статья 352 ч.1 УПК РК, введенного в действие 1 января 1998 года, оставляла на усмотрение суда необходимость присутствия законных представителей при допросе несовершеннолетних свидетелей и потерпевших в ходе судебного следствия. Присутствие педагога при допросе несовершеннолетних в возрасте до 14 лет было обязательным, целесообразность же присутствия законных представителей при допросе несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет определялась судом.

С введением в действие нового уголовно-процессуального закона процедура допроса несовершеннолетних потерпевшего и свидетеля в некоторой степени претерпела свои изменения.

Так, по смыслу ч.1 ст.371 УПК РК, при допросе в судебном следствии несовершеннолетнего свидетеля или потерпевшего любого возраста, присутствие как законного представителя, так и педагога является обязательным. Надо полагать, что изменение позиции законодателя было обусловлено желанием максимально гарантировать учет особенностей психики несовершеннолетнего при допросе.

Судебная практика показывает, что несовершеннолетний может оказаться чуть ли не единственным очевидцем преступления. В подобной ситуации показания несовершеннолетнего свидетеля или потерпевшего приобретают по делу особую значимость. Не всегда влияние законных представителей на несовершеннолетних мотивировано желанием оказать содействие правосудию.

В ряде случаев поведение законных представителей обусловлено намерением минимизировать дачу показаний их несовершеннолетними детьми, обезопасив их от каких-либо последствий в будущем. Иногда законные представители могут и сами быть вовлечены в орбиту уголовного процесса в том или ином процессуальном статусе. Безусловно, что в таких случаях присутствие законного представителя при допросе несовершеннолетнего может отрицательно сказаться на правдивости показаний последнего. Естественно, что установление истины по делу может оказаться затруднительным либо невозможным, что в конечном итоге может привести к судебной ошибке, как в виде незаконного осуждения, так и несправедливого оправдания подсудимого.

Законодатель предусмотрел несколько иной порядок допроса несовершенно-летних свидетеля или потерпевшего на стадии досудебного расследования. Так, в силу ч.1 ст.215 УПК РК, участие законных представителей при допросе несовершеннолетнего свидетеля или потерпевшего является правом, а не обязанностью.

Уровень профессионализма судей Республики Казахстан, присутствие педагога в судебном заседании, звуко-, видеофиксация процесса, позволяют максимально обеспечить деликатность допроса несовершеннолетних свидетелей и потерпевших и в отсутствие их законных представителей, минимизировать вероятность каких-либо психических последствий допроса несовершеннолетних в главном судебном разбирательстве.

В свете изложенного представляется правильным вернуться к прежнему порядку, оставив за судом право определять целесообразность присутствия законных представителей при допросе несовершеннолетних свидетелей и потерпевших в возрасте от 14-ти до 18-ти лет.

 

 

Расул Карагаев, председатель

Павлодарского райсуда Павлодарской области  

 

 

3 декабря 2015, 12:54
Источник, интернет-ресурс: Сайт Павлодарского областного суда

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript