В сетях хранить молчание должны адвокаты или право имеют? (Назгуль Абжекенова)

В сетях хранить молчание должны или право имеют?

 

Назгуль Абжекенова

 

Казахстанцы продолжают следить за громкими судебными процессами - «делом Алиби», «делом Кузнецова» и другими. На очереди - ожидаемые суды по «делу ЭКСПО». Пристальный интерес общественности к резонансным делам подогревают их участники - адвокаты, представляющие различные стороны и постоянно публикующие в социальных сетях посты о ходе разбирательств. На фоне всеобщей «фейсбукизации» всё тоньше для правозащитников становится грань между допустимым и запретным.

Имеют ли адвокаты право раскрывать на полях Интернета детали дел, которые ведут, и в каком объёме? Вправе ли их коллеги комментировать эти дела? И к чему, в конечном счете, может привести данная тенденция? Informburo.kz узнал мнение экспертов в кулуарах республиканского юридического форума в Астане.

 

Тонкая грань

Заведующий кафедрой уголовно-процессуального права и криминалистики КазГЮУ Сергей Пен не склонен видеть в сегодняшней ситуации негативные тренды.

- Если разбирательство гласное, публичное, то любой может знать о том, что происходит в суде. Исключение составляют только закрытые процессы. Казахстанские адвокаты, ведущие дела, не разглашали в соцсетях факты, не цитировали чьи-то показания, не перечисляли перечень доказательств, как они были получены и так далее. То есть никакие тонкости не озвучивались, только общая характеристика, - отмечает кандидат юридических наук.

До сегодняшнего дня казахстанские адвокаты не выкладывали в «Фейсбук» информацию, которая является закрытой или охраняется следственной тайной.

Сергей Пен отмечает важный аспект: почему адвокаты всё чаще «выходят в Сеть».

- В сложившейся ситуации виновата не адвокатура, а государство, которое не в состоянии создать нормальную состязательную систему, где приоритетной являлась бы защита прав человека. К сожалению, органы уголовного преследования озабочены только тем, чтобы добиться обвинительного результата, зачастую с нарушениями, не взирая на какие-то объективные вещи, отвергая оправдательные доказательства и отдавая приоритет обвинительным. В Казахстане всего 0,3% оправдательных приговоров (при общемировой практике 20-30%. По процессам с участием присяжных этот показатель в РК составляет около 10%). Это ненормальная ситуация, потому что невозможно сказать, что у нас обвинительная система на 99,7% не даёт сбоев и ошибок, - констатирует юрист.

В каждом деле есть такой момент, который я называю точкой необратимости. После данного этапа следователь не сможет повернуть дело вспять и будет всячески пытаться закончить его обвинительным актом, даже если будет получать информацию о возможной непричастности человека к преступлению. Адвокаты приведут вам немало примеров таких ситуаций, при которых отклоняются их ходатайства, просьбы назначить необходимые экспертизы.

Корень проблемы, по мнению Сергей Пена, в том, что правоохранительная система заточена на ведомственные нужды.

- Для дознавателя, следователя, прокурора районного уровня приоритетом являются интересы ведомства, а они заключаются только в одном - показывать эффективность своей работы. Как измеряют эту эффективность? Количеством уголовных дел и привлечённых к ответственности лиц. Соответственно, любой не привлечённый расценивается как прокол, брак в работе. Это порождает обвинительный уклон в работе правоохранителей, - констатирует эксперт.

Однако надежда на изменение статуса кво есть. По мнению Сергея Пена, в рамках реализации Программы «100 шагов» должно пройти очищение правоохранительной системы от ментальных установок.

- В «100 шагах» заложены некоторые здравые вещи, но требуется пересмотр критериев оценки деятельности правоохранительных органов. Заместитель Генпрокурора Андрей Кравченко на сегодняшнем форуме также подчеркнул, что необходимо оценивать не количество, а качество сделанной работы, - говорит Сергей Пен. - На самом деле полиция, прокуратура - партнёры гражданского общества, которые помогают человеку бороться за его права. Сейчас этого нет. Здесь ещё много сопутствующих вещей: полицейский боится обвинений в коррупции, если прекратит дело - могут сказать, что взял взятку.

0,3% оправдательных приговоров говорят о том, что не всё в порядке в нашей системе, которая представляет собой обвинительный конвейер, где сторона защиты не состязается, как Киану Ривз со своим оппонентом Аль Пачино в «Адвокате дьявола», а выживает, пытаясь хоть как-то обеспечить клиенту соблюдение прав. Об оправдании речь не идёт - добиться бы условного наказания, хотя человек может быть вообще не виновен.

А пока, при существующих перекосах системы, адвокаты пытаются соблюсти баланс.

- Поэтому обращение к общественности в соцсетях, проведение пресс-конференций - это естественный результат того, что правозащитники пытаются заручиться поддержкой общественности в случаях, когда видят, что без неё результаты расследования и правосудия могут быть незаконными, - отмечает Сергей Пен и приводит пример с громким «делом Алиби».

- В этом противостоянии, с выдачей постов в соцсетях, проведением пресс-конференций, адвокаты балансируют на очень тонкой грани. Они дозированно выдают информацию таким образом, чтобы их действия не были квалифицированы как разглашение тайны следствия или закрытого судебного разбирательства. И запретить им это делать нельзя, равно как и заставить раскрывать нечто большее. Мы должны понимать, что любое дело всегда затрагивает чьи-то личные интересы, поэтому мы не можем сказать: общественность требует информации, давайте вместо закрытого сделаем открытое заседание. Этого нельзя ни в коем случае делать, - уверен юрист.

Сергей Пен отмечает, что столь пристальное внимание казахстанцев к резонансным делам, широкое их обсуждение на полях соцсетей и «Фейсбука», в первую очередь, демонстрирует болезнь роста. Общественность, получив доступ к информации, испытывает определённую жажду, но наталкивается на юридические ограничения.

- Наша общественность получила возможность с помощью соцсетей высказывать своё мнение, обсуждать, влиять. Причём не на казахстанской площадке, а на американской, - говорит эксперт.

«Фейсбук» для демократии в Казахстане сделал больше, чем вся армия правозащитников и госслужащих.

 

Испытание публичностью

А к комментированию адвокатами дел, в которых они не участвуют, Сергей Пен относится положительно.

- Зачастую из этих обсуждений черпаются сугубо профессиональные вещи, которые полезны для адвокатской среды. Мы не должны их ограничивать. Единственное, с чем я не согласен, - когда начинают выяснять отношения. Критиковать можно юридический случай, но не работу другого адвоката как коллеги. Это должно быть непреложным правилом, - считает юрист.

Однако в порыве эмоций не все, как выразился известный своей активностью в «Фейсбуке» адвокат Джохар Утебеков, проходят испытание публичностью.

- Не все понимают, что твой пост в соцсетях может прочесть огромное количество людей и его могут процитировать во время телепередачи. Так было и с моими постами. Многие относятся к обсуждениям в «Фейсбуке» как к продолжению личного общения в узкой группе. На самом деле это не так, поэтому адвокаты должны блюсти строгие этические правила, которые заключаются в том, чтобы не критиковать работу коллеги, - считает Сергей Пен и добавляет, что недавно адвокаты прияли свой деонтологический кодекс. - Есть официальные процедуры, если кто-то нарушает законодательство, есть контролирующие органы, в конце концов, сам доверитель, который может пожаловаться на действия адвоката. А склонять общественное мнение в свою пользу против другого коллеги по цеху - это, конечно, неправильно.

Но со временем, уверен Сергей Пен, каждый найдёт для себя грань между тем, что можно обсуждать, а что - нет.

 

Осторожнее с оценками

В свою очередь, директор НИИ уголовно-процессуальных исследований и противодействия коррупции КазГЮУ Марат Когамов полагает, что при комментировании дел правозащитники должны проявлять «высочайшую корректность и осторожность».

- СМИ и соцсети, в том числе, охватывают большую часть населения, и любой текст, любая неточность могут привести даже к трагическим последствиям для человека, дело которого, возможно, неверно преподносится через эти каналы. Поэтому если произошло событие, которое мы ассоциируем с уголовным правонарушением - пожалуйста, информация должна быть. Всё остальное - только после того, как будет принято окончательное решение. Есть окончательное решение, которое ассоциируется с приговором суда, - оно должно вступить в законную силу. Это требование Конституции - человек считается винновым, только если в его отношении вынесен и вступил в силу обвинительный приговор. После этого - пожалуйста, публикуйте, - говорит Марат Когамов.

Что касается ситуации, когда правозащитники обсуждают дела коллег, в которых не участвуют, то эксперт подчёркивает:

- Это относится, прежде всего, к компетенции конкретного адвоката, другого представителя юридической профессии. Он может комментировать в пределах своей компетенции, не забегая вперёд, не давая оценок. Любой грамотный юрист должен придерживаться этих правил.

 

Фактор давления

Заместитель Генерального прокурора Андрей Кравченко, отвечая на вопрос, должен ли адвокат хранить молчание в Сети, отметил, что в любом случае каждый человек может выражать свою точку зрения.

- Однако с комментированием дел имеются определённые проблемы. Если это будет организовано в виде какой-то кампании, фактически это может быть определённым давлением на суд. Давайте представим, что это ещё и процесс с участием присяжных заседателей. Безусловно, эти люди будут читать газеты, соцсети, и если будут высказываться мнения за пределами моральных рамок, это, естественно, будет влиять на приятие ими решений, - говорит Андрей Кравченко.

Заместитель Генпрокурора понимает необходимость мер, принимаемых западными странами по ограничению участия в судебных процессах прессы.

- В США вы никогда не увидите прямой трансляции судебного заседания. Это делается, чтобы на участников процесса и судей не давило чьё-то мнение, - говорит представитель надзорного органа.

А активность отечественных адвокатов в соцсетях Андрей Кравченко не связывает с самопиаром:

- Адвокат представляет интересы определённого человека, в интересах которого он использует СМИ и соцсети. Хорошо, если это происходит в определённых законом рамках и не оказывает давления на суд. Это чисто полемические вопросы применения тех или иных норм права. Действующее законодательство не запрещает выкладывание комментариев адвокатов в соцсетях, но я считаю, что, с точки зрения профессиональной этики, это неправильно, - говорит заместитель Генпрокурора.

В Казахстане это нередко происходит вкупе с эмоциями, заранее подготовленными и выдернутыми фактами, при исключительно отрицательной оценке действий другой стороны.

Аналогично Андрей Кравченко относится и к комментированию адвокатами уже принятых судами решений.

- Очень важно, чтобы юристы, понимающие, что такое решение суда и его обязательность, всё-таки соотносили свои слова с такой обязательностью решений или приговора суда. В законах написано: суд - это вершина всей юриспруденции, и только он фактически даёт оценку всему, что происходит. Суд принимает решение, выслушав все стороны, поэтому я не вижу необходимости в том, чтобы потом обсуждать всё это на страницах СМИ. Адвокат должен приносить свои доводы в суд, а разворачивать полемику на страницах СМИ постфактум, по моему мнению, не совсем правильно, - заключил заместитель Генпрокурора.

 

zkadm
Следите за новостями zakon.kz в:
Поделиться
0
КОММЕНТАРИИ
Главная Топ LIVE Все
Будьте в тренде!
Включите уведомления и получайте главные новости первым!

Уведомления можно отключить в браузере в любой момент

Подпишитесь на наши уведомления!
Нажмите на иконку колокольчика, чтобы включить уведомления