Иск Министерства юстиции Республики Казахстан к адвокату Аманжолу Мухамедьярову. Требования истца и возражения ответчика (Аманжол Мухамедьяров)

Иск Министерства юстиции Республики Казахстан

к адвокату Аманжолу Мухамедьярову

 

Требования истца и возражения ответчика.

 

 

В производстве Есильского районного суда находится гражданское дело по иску Министерства юстиции Республики Казахстан к адвокату Мухамедьярову Аманжолу Нурлановичу о лишении лицензии на право осуществления адвокатской деятельности.

Исковые требования основаны на следующих доводах:

1. При осуществлении защиты интересов подсудимого Алшинбаева Е. адвокат Мухамедьяров А.Н. после получения копий аудио-, видеозаписей судебных заседаний, будучи письменно предупрежденым и принявшим обязательства об использовании предоставленных ему копий аудио-, видеозаписей судебных заседаний неоднократно разместил в социальной сети записи судебных заседаний. В социальной сети «Facebook» 24 августа 2019 года в 20:18 и 27 августа 2019 года в 07:53 выложил посты с аудио-, видеозаписью судебных заседаний, сопровождая комментариями о поведении судьи и личной субъективной оценкой.

2. При отправлении правосудия судья независим и подчиняется только Конституции и закону. Какое-либо вмешательство в деятельность суда по отправлению правосудия недопустимо и влечет ответственность по закону. По конкретным делам судьи не подотчетны.

3. Адвокатом позднее неоднократно размещались в социальной сети дискредитирующие посты в адрес судебной системы, что выходит за рамки недовольства действий одного судьи.

4. Адвокат при оказании юридической помощи должен корректно вести себя по отношению к органам и должностным лицам. Подобные действия адвоката также свидетельствуют о нарушении Кодекса профессиональной этики адвокатов, в частности статей 9 и 10, где адвокат, участвующий в судопроизводстве, должен соблюдать нормы процессуального законодательства. Адвокат Мухамедьяров А.Н. допустил грубые и неоднократные нарушения при исполнении им профессиональных обязанностей законодательства Республики Казахстан, принципов оказания юридической помощи и Кодекса профессиональной этики адвокатов. адвокат грубо нарушил действующее законодательство и Кодекс профессиональной этики путем публикаций записей в социальной сети.

5. Районным судом № 2 Алматинского района города Астаны 22 июня 2017 года вынесено частное постановление в отношении адвоката Мухамедьярова А.Н. за попытку оказания давления и вмешательство в деятельность суда, нарушение норм законодательства и профессиональной этики адвокатов. 26 октября 2017 года на расширенном заседании Президиума Коллегии адвокатов города Астаны было рассмотрено дисциплинарное производство в отношении адвоката Мухамедьярова А.Н. и в качестве меры дисциплинарной ответственности был объявлен «строгий выговор».

 

Доводы ответчика адвоката Мухамедьярова А.Н.

В соответствие с Кодексом профессиональной этики адвокатов, адвокат не должен оставлять без внимания нарушения закона, бестактное и презрительное отношение суда, других органов, ведущих процесс, других участников процесса к его доверителю, к нему самому или адвокатуре в целом. Адвокатом только 24.08.2019 года была осуществлена публикация в социальной сети Facebook части видео записи с судебного заседания, где судья Убашева Г.Е. ведет себя некорректно, неэтично, допускает грубые высказывания в отношении участников судебного заседания, вступает в полемику с защитниками по делу. В результате публикации в социальной сети, относящейся к СМИ, судья Убашева Г.Е. была привлечена к дисциплинарной ответственности. Протокольным решением Комиссии от 30.09.2019 года в поведении судьи Убашевой Г.Е. признан факт совершения порочащего проступка, противоречащего Кодексу судейской этики. Части 4 и 5 статьи 347-1 Уголовно-процессуального Кодекса Республики Казахстан (далее по тексту - «УПК»), предусматривающие порядок фиксации судебного заседания, не предусматривают ни запрета, ни ответственности участников уголовного/гражданского процесса за размещение аудио-, видеозаписи судебных заседаний в СМИ, социальных сетях и т.д. Единственным исключением является рассмотрение дел, рассмотренных в закрытом судебном заседании. Более того, одним из основным принципов уголовного судопроизводства является принцип гласности, закреплённый в статье 29 УПК. Согласно статье 29 УПК разбирательство уголовных дел во всех судах и судебных инстанциях происходит открыто. Ограничение гласности судебного разбирательства допускается лишь, когда это противоречит интересам охраны государственных секретов и иной охраняемой законом тайны. Закрытое судебное разбирательство допускается по мотивированному постановлению суда… Согласно вышеуказанной норме предусмотренное законом ограничение принципа гласности возможно лишь в закрытом судебном разбирательстве и только по мотивированному постановлению суда. Во всех других случаях ограничение гласности недопустимо, поскольку именно гласность, на наш взгляд, представляет собой одну из гарантий независимости и справедливости судебного разбирательства дела, и его ограничение недопустимо. Считаем, что размещение АВФ в сети и т.д. не может считаться нарушением законодательства о персональных данных, какой-либо охраняемой законом тайны, поскольку все эти сведения уже были преданы гласности в ходе открытого судебного разбирательства по делу.

 

На момент публикации в социальной сети части видеозаписи судебного заседания, правосудие уже не отправлялось, на дату 24.08.2019 года, адвокат уже не оказывал никому правовую помощь, в том числе Алшинбаеву Е.К. Судебное разбирательство уже было завершено, приговор вступил в законную силу, стадия апелляционного пересмотра решения суда первой инстанции была пройдена.

 

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Конституции Республики Казахстан каждый имеет право свободно получать и распространять информацию любым, не запрещенным законом способом. Перечень сведений, составляющих государственные секреты Республики Казахстан, определяется законом. Согласно пункту 1 статьи 39 Конституции Республики Казахстан права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только законами и лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения.

 

Ссылка Истца на частное постановление судьи Убашевой Г.Е. от 22.06.2017 года в отношении Ответчика и привлечение его к дисциплинарной ответственности 26.10.2017 года в виде «строго выговора» не может быть положена в основу исковых требований, так как с момента наложения дисциплинарного взыскания прошел более чем один год и адвокат считается не имеющим дисциплинарного взыскания (пункт 39 Положения о дисциплинарной комиссии адвокатов). Также, в соответствие с пунктом 9.8. Устава Коллегии адвокатов города Нур-Султан, если в течение шести месяцев со дня наложения дисциплинарного взыскания адвокат не будет подвергнут новому дисциплинарному взысканию, то он считается не подвергавшимся дисциплинарному взысканию.

 

Далее,

В ходе подготовки к судебному заседанию, после ознакомления с исковым заявлением, ответчиком было получено Научное заключение по вопросу толкования норм части 4 статьи 347-1 УПК РК «Фиксирование главного судебного разбирательства средствами аудио-, видеофиксации» от 12.01.2020 года, подготовленное специалистом Когамовым М.Ч., являющимся доктором юридических наук, профессором, академиком АЕН РК, Почетным юристом Казахстана, кавалером ордена «Курмет», являющимся автором комментария к УПК РК, автором большого числа научных статей на тему уголовного процесса.

Согласно данного Научного заключения, специалист Когамов М.Ч. пришел к следующим выводам:

Первое. Часть 4 ст. 347-1 УПК регламентирует право, но не обязанность суда первой инстанции на использование научно-технических средств в уголовном процессе в ходе главного судебного разбирательства, в том числе аудио-, видеозаписи.

Второе. Применение судом первой инстанции средств аудио-, видеозаписи судебного заседания, как разновидности научно-технических методов, обеспечивает необходимое качество отправления правосудия по уголовным делам, реализацию принципа гласности, общих условий главного судебного разбирательства, принятие законного и обоснованного судебного решения по делу, проверку его справедливости в порядке апелляции или кассации.

Третье. Ограничения в использовании аудио-, видеозаписи судебного заседания, предусмотренные ч. 4 ст. 347-1 УПК, адресованы к суду, и не имеют прямого отношения к участникам судебного заседания, поскольку они не предупреждаются об уголовной ответственности за недопустимость разглашения данных судебного заседания (данная ответственность УК, УПК и иными законами Республики не предусмотрена).

Четвертое. Кроме того, ограничения по использованию аудио-, видеозаписи судебного заседания в ч. 4 ст. 347-1 УПК, также не содержат буквального запрета на их применение сторонами уголовного процесса вне рамок уголовного процесса, в том числе путем обнародования в определенном объеме в СМИ.

Однако такое использование аудио-, видеозаписи судебного заседания участниками уголовного процесса в силу требований п. 2 ст. 77 Конституции и правил преюдиции (ст. 127 УПК), для предотвращения какого-либо вмешательства в деятельность суда по отправлению правосудия, правомерно только по завершении судебного процесса с принятием судебного акта и его вступлением в порядке, установленном УПК в законную силу.

Данные выводы научного заключения подтверждаю позицию Ответчика в части того, что статья 347-1 УПК РК не предусматривают ни запрета, ни ответственности участников уголовного/гражданского процесса за размещение аудио-, видеозаписи судебных заседаний в СМИ, социальных сетях и т.д.

 

Далее,

В ходе подготовки к судебному заседанию, после ознакомления с исковым заявлением, ответчиком было получено Заключение специалиста № 19п от 16.01.2020 года, подготовленное старшим экспертом Института судебной экспертизы города Нур-Султан Тулеухановой М.И.

Исследование осуществлялось на основании адвокатского запроса о даче заключения специалиста в рамках судебно-габитологической экспертизы и проводилось по двум видеофайлам с записью, ранее опубликованным в социальной сети Фэйсбук на предмет определения вопроса - позволяет ли качество видеозаписей идентифицировать лица, изображенные на представленных видеозаписях.

В результате исследования, специалистом экспертом Тулеухановой М.И. сделан вывод о том, что изображения неизвестных лиц на представленных для исследования видеозаписях с наименованиями «Убашева Давл на адв 22»; «Убашева и прок 22» для идентификации по частным групповым и индивидуализирующим признакам элементов внешности не пригодны.

Выводы данного заключения специалиста прямо указывают на то, что при публикации в социальной сети Фэйсбук части видеозаписи из судебного заседания по уголовному делу в отношении Алшинбаева Е.К., не было допущено публикация видеозаписей с изображениями лиц, либо же с возможностью идентифицировать лица и личности лиц, изображенных на данной видеозаписи.

 

Далее,

В ходе подготовки к судебному заседанию, после ознакомления с исковым заявлением, ответчиком было получено Заключение специалиста № 622-Э от 14.01.2020 года, подготовленное специалистом Общественного центра экспертиз по информационным и документационным спорам при ОФ «Әділ сөз» Карымсаковой Р.Д., являющейся квалифицированным специалистом в области филологического исследования, имеющей стаж работы по специальности 48 лет, опыт экспертной деятельности - 17 лет.

Согласно выводам специалиста, приведенным к указанном выше заключении, специалист Карымсакова Р.Д. в отношении текста постов адвоката Мухамедьярова А.Н. пришла к следующим выводам:

1. В представленных на исследование 2-х скриншотах постов Мухамедьярова А.Н., начинающихся со слов «СУДЬЯ УБАШЕВА Г.: «А ГДЕ ЭТО НАПИСАНО, ЧТО НА АДВОКАТОВ НЕЛЬЗЯ ОКАЗЫВАТЬ ДАВЛЕНИЕ?» и «Судья прокурору: опять вы, пока ещё вы. я просила вас заменить, вы не можете поддерживать гос. обвинение…», содержится негативная информация о речевых действиях (высказываниях) судьи Убашевой Г.Е., выраженных в форме скрытого мнения («СУДЬЯ УБАШЕВА Г.: «А ГДЕ ЭТО НАПИСАНО, ЧТО НА АДВОКАТОВ НЕЛЬЗЯ ОКАЗЫ-ВАТЬ ДАВЛЕНИЕ?»), оценочного суждения («Как видно на видео, это все по желанию/указанию судьи Убашевой, пока не пришел последний прокурор, позиция которого устроила данного судью…»), которые не подлежат верификации, и утверждения о факте участия в процессе 4-х прокуроров, а также утверждения о факте речевых действий судьи (ее высказываний) в процессе коммуникации с прокурором.

2. В двух скриншотах постов Мухамедьярова А.Н. не содержится (отсутствует) какая-либо негативно-оценочная лексика со значением лица, имеющая неприличную форму выражения и адресованная судье Убашевой Г.Е., то есть в текстах скриншотов отсутствуют высказывания, выражающие неуважение к судье Убашевой Г.Е.

 

Выводы данного заключения специалиста прямо указывают на то, что двух скриншотах постов Мухамедьярова А.Н. не содержится информация неприличного выражения и адресованная судье Убашевой Г.Е., т.е. отсутствуют высказывания, выражающие неуважение к судье Убашевой Г.Е., что исключает принятие к сведению довод иска о том, что мной допускались негативные высказывания в отношении судебной системы, что мной оказывалось давление на суд, что мной были нарушены требования Кодекса профессиональной этики адвоката.

 

КРОМЕ ТОГО,

Подпункт 1) пункта 4 статьи 44 Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» предусматривает возможность лишения адвоката лицензии в случаях грубого либо неоднократного нарушения адвокатом при исполнении им профессиональных обязанностей законодательства Республики Казахстан, принципов оказания юридической помощи, Кодекса профессиональной этики адвокатов.

Таким образом из буквального содержания данной нормы следует, что для применения указанного основания истцу необходимо доказать, одновременное наличие следующих условий:

1) что имеет место одновременное нарушение:

- норм законодательства Республики Казахстан;

- принципов оказания юридической помощи;

- Кодекса профессиональной этики адвокатов.

2) что это нарушение является грубым или неоднократным.

3) что это нарушение допущено при исполнении профессиональных обязанностей адвоката.

В качестве грубых нарушений со стороны Ответчика, влекущих лишение лицензии, Истец не ссылается в иске на признаки, указывающие на грубость нарушения со стороны адвоката действующего законодательства и Кодекса профессиональной этики адвокатов. В части неоднократности нарушения Истец ссылается на то, что Ответчиком в социальной сети Фэйсбук были два раза выложены аудио-, видеозаписи судебных заседаний 24.08.2019 года и 27.08.2019 года.

Однако, данное утверждение неверно и ничем не подкреплено. Публикация от 27.08.2019 года Ответчиком не осуществлялась, видеозапись в социальной сети не выкладывалась. Истец обычный репост публикации адвоката Газымжанова Е. выдает за самостоятельное действие Ответчика по первичной публикации второй видеозаписи от 27.08.2019 года.

Кроме того, Истец не приводит доказательств того, что после публикации от 24.08.2019 года Ответчик уже привлекался к дисциплинарной ответственности до 27.08.2019 года, чтобы говорить о неоднократности совершения дисциплинарного проступка.

В соответствии с подпунктом 1) пункта 4 статьи 44 Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» лишение лицензии на занятие адвокатской деятельностью осуществляется в судебном порядке по иску лицензиара в случае грубого либо неоднократного нарушения адвокатом при исполнении им профессиональных обязанностей законодательства Республики Казахстан, принципов оказания юридической помощи, Кодекса профессиональной этики адвокатов.

Таким образом, необходимо учитывать, что лишение лицензии возможно не за любые нарушения со стороны адвоката, а только за те, которые допущены в ходе исполнения адвокатом своих профессиональных обязанностей.

Профессиональные обязанности адвоката закреплены в статьях 33, 61 Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи».

Истцом не представлено доказательств того, что Ответчиком были нарушены требования при исполнении профессиональных обязанностей, то есть при оказании юридической помощи.

Перечисленные Истцом факты, которые он считает нарушениями, не связаны с осуществлением Ответчиком в качестве адвоката профессиональных обязанностей по оказанию юридической помощи физическим и юридическим лицам в соответствии с положениями Закона «Об адвокатской деятельности» и Закона «Об адвокатской деятельности и юридической помощи». В качестве адвоката Ответчиком при исполнении профессиональных обязанностей нарушения не допущены.

Истец в иске указывает, что несоблюдение принципов оказания юридической помощи влечет ответственность, установленную действующим законодательством. При этом истец не учитывает, что принципы оказания юридической помощи могут быть реализованы только при оказании этой помощи. Это еще раз показывает несостоятельность доводов истца о нарушениях в деятельности Ответчика, которая не являлась юридической помощью.

Ссылки Истца на пп 1, 2 п. 7 статьи 33 Закона об обязанности адвокатом соблюдать при исполнении своих профессиональных обязанностей Конституцию РК, законодательство РК, присягу адвоката РК, Кодекс профессиональной этики адвокатов, п.п. 1, 5, 7, 9 ст. 3, п.2 ст. 34 Закона, ст. 77 Конституции РК, ст.ст. 9, 10 Кодекса профессиональной этики адвокатов, носят характер формального перечисления норм без предоставления доказательств их нарушения, в том числе, доказательства некорректной формы высказываний.

 

Таким образом, по мнению ответчика и его представителей, исковое заявление Министерства Юстиции о лишении Мухамедьярова А.Н. адвокатской лицензии подлежит оставлению без удовлетворения, так как в действиях адвоката отсутствуют грубые и неоднократные нарушения Законов РК и Кодекса профессиональной этики адвокатов.

 

 

Аманжол Мухамедьяров

zkadm
Следите за новостями zakon.kz в:
Поделиться
0
КОММЕНТАРИИ
Главная Топ LIVE Все
?
Будьте в тренде!
Включите уведомления и получайте главные новости первым!

Уведомления можно отключить в браузере в любой момент

Подпишитесь на наши уведомления!
Нажмите на иконку колокольчика, чтобы включить уведомления