Правовые аспекты преюдиции в гражданском процессе Республики Казахстан (Максатов Нуржан Ришатулы, м.ю.н., Сеньор-лектор ВШП «Адилет», Тлеуов Тлеубек Муратович, м.ю.н., Сеньор-лектор ВШП «Адилет» Каспийского общественного университета) (©Paragraph 2020 / 5.0.6.19)

Правовые аспекты преюдиции в гражданском процессе Республики Казахстан

 

Максатов Нуржан Ришатулы

м.ю.н., частнопрактикующий юрист

Сеньор-лектор высшей школы право «Әділет»

Тлеуов Тлеубек Муратович

м.ю.н., арбитр арбитражного суда «Ex Lege»

Сеньор-лектор высшей школы право «Әділет»

Каспийского общественного университета

 

Аннотация: Статья посвящена рассмотрению понятий «преюдиция», «преюдициальность», «преюдициальный факт» и выяснению, в какой форме каждый из этих терминов может быть использован в судебных актах.

Обязанность по доказыванию напрямую связана с предметом доказывания. Исключениями из вышеперечисленного правила являются факты, входящие в предмет доказывания по делу, но при этом не подлежат доказыванию в силу прямого указания закона. Необходимо отметить, что преюдициальные факты также являются такими исключениями. Термин «преюдиция» в переводе с латинского языка означает относящийся к предыдущему судебному решению. В юридической доктрине под преюдицией следует понимать обстоятельства, не нуждающиеся в доказывании по причине того, что они были установлены вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу. Целью преюдиции является освобождение участвующих в деле лиц от повторного доказывания, а суд — от повторного исследования фактов, которые уже доказаны. Практическое значение преюдиции заключается в процессуальной экономии сил и времени суда и в том числе участников судопроизводства, также необходимо отметить особенность того, что в состязательном процессе, также происходит и экономия процессуальных средств состязательного процесса что соответственно позволяет увеличить время, внимание, направленное на исследование и оценку других доказательств, также в целом оказывает положительное влияние на эффективность гражданского судопроизводства. Однако, в теории и на практике возникают проблемы, требующие детального изучения, анализа и разрешения. В действующем гражданском процессуальном законодательстве отсутствует определение понятия «преюдиция» (или «преюдициальный»). Несмотря на то, что преюдициальность является одним из свойств судебного решения, сам термин «преюдиция» присутствует только в Уголовно-процессуальном кодексе Республики Казахстан, в связи с чем на практике возникает множество вопросов и противоречий. Зачастую в судебных постановлениях упоминается о преюдициальности, но в Гражданском процессуальном кодексе Республики Казахстан такого термина нет, в отличие от Уголовно-процессуального кодекса РК.

В общетеоретическом исследовании преюдиции как сложное и малоисследованное правовое явление, отражено неоднозначным определением и пониманием. Данная проблема нашла свое отражение в многочисленных научных трудах современного права, хотя и используется в отдельных нормах его отраслей, представляется целесообразным в первую очередь рассмотреть этимологическое значение, правовые признаки и сущность данного явления, а затем перейти к анализу имеющихся в юридической литературе подходов к определению понятия «преюдиция».

«Преюдиция» как термин происходит из латинского praejudicium — предрешение вопроса, предварительно принятое решение, обстоятельство, дающее возможность оценивать последствия. В то же время производный от преюдиции термин «преюдициальный» (нем. prajudizial> фр. рrejudiziel> лат. Prejudizialis понимается согласно современным словарям как «относящийся к прежнему судебному решению. Такой, без предварительного решения, которого данное дело не может быть разрешено судом»[1]. Необходимо отметить, что данный подход отражает суть американского и английского процессов, где в отличие от казахстанского доказательственного процесса преюдиция — это эффект предыдущего судебного решения, который установлен законодателем и прецедентом[2]. Казахстанские правоведы преюдицию и ее действие рассматривают в более широком аспекте, связывая последнюю «не только с решениями суда, но и с решениями иных правоприменительных органов: административных, следственных и др.»[3]

Кроме того, в Республике Казахстан понятие преюдиция рассматривают и в качестве приема «юридической техники в правоприменительной деятельности, в виде правила доказывания и по субъектам не замыкается только на решениях суда» [4].

С принятием в 1961 г. Основ гражданского судопроизводства СССР и союзных республик[5] впервые в нормах казахстанского законодательства были закреплены имеющие особое значение, связанные с преюдициальными фактами следующие предписания:

1.       обязательность фактов, установленных вступившим в законную силу судебным актом (в следующих формах: решения, определения и постановления) непосредственно для самого суда, являющегося одним из государственных органов;

2.       обусловлено обязательностью для суда, рассматривающего гражданское дело, фактов, установленных при рассмотрении уголовного дела и закрепленных во вступившем в законную силу приговоре;

3.       преюдициальное значение данных фактов применимо исключительно для того лица, в отношении которого вынесен приговор;

4.       преюдициальность при рассмотрении гражданского дела только для следующих фактов:

во- первых они свидетельствуют о совершенных различных действиях;

во- вторых совершение этих действий имеет место быть только при совершении лицом, в отношении которого вынесен приговор;

5.       объективная невозможность лицом, участвовавшим в уголовном процессе оспорить преюдициальность фактов, установленных приговором суда при рассмотрении гражданского дела, вступившим в законную силу.

Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод, что преюдициальные факты - это в первую очередь установленные предыдущим, вступившим в законную силу, судебным решением, факты, признанные обязательными для суда при этом необходимо отметить, что только в отношении того лица, которому вынесен приговор, и не требующие повторного доказывания.

В связи с тем, что множественность формулировка терминов «преюдиция», «преюдициальность» и «преюдициальный», содержащихся в различных, в т.ч. академических словарях, а также в отдельных нормативно-законодательных актах в современном казахстанском праве преюдициальности отдельных фактов, необходимо получить ответ на вопрос о современной трактовке этих понятий с позиций процессуальной науки гражданского права.

В первую очередь необходимо обратить внимание на то, что в различных отраслях права преюдиция имеет различные критерии реализации, более того имеются и различия в механизме функционирования, данные обстоятельства можно объяснить тем, что каждая сфера общественных отношений регулируется конкретной отраслью права в силу отличительных особенностей предмета, принципов, методов правового регулирования.

В современном обществе взгляды и научные подходы к данному явлению ученых юристов характеризуются крайним многообразием. Одна часть юридического сообщества, исследуя преюдицию как самостоятельное правовое понятие, вырабатывает собственные определения путем сравнения данного понятия со смежными, близкими по смыслу. Другая часть юридического сообщества, рассматривают преюдицию как свойство, присущее отдельным правовым явлениям, не затрагивая их сущности. К примеру, Е.Б. Тарбагаева рассматривает преюдициальность, сообразуя ее с юридической силой судебных решений[6]. При анализе фактических данных, которые не требуют повторного доказывания, В.П. Воложанин использует понятие «преюдициальность»[7]. О преюдициальности как свойстве говорит Р. Искандеров, исследуя юридическое значение приговора[8].

Согласно мнению Е.В. Клиновой одним из свойств законного судебного решения является «преюдициальность», суть которой есть запрет на перерешение в другом законном начатом процессе вопросов об уже ранее установленных фактах или правоотношениях[9].

Необходимо отметить, что вышеизложенные определения имеют более теоретический, чем практический смысл.

В современной процессуальной литературе и судебной практике понятия «преюдициальность» и «преюдиция» в большинстве случаев рассматриваются как синонимы (ещё одним синонимом является термин «предрешенность»[10], который, однако, используется реже, чем вышеназванные термины), причем приводятся они в трех значениях: 1) как процессуальное правило (совокупность процессуальных правил) института доказывания; 2) как признак вступившего в законную силу судебного акта в целом; 3) как признак обстоятельств, установленных судебным актом, вступившим в законную силу.

Согласно высказанной позиции А.В. Карданцом, которая вызывает определенные сомнения, преюдиция рассматривается в качестве приема юридической техники, представляющего собой «правило доказывания о том, что вступившее в законную силу правоприменительное решение уполномоченного органа, принятое в установленном законом процессуальном порядке о наличии или отсутствии юридического факта, обязательно для всех правоприменительных органов, разрешающих юридическое дело, связанное с ранее разрешенным по поводу этого факта»[11]. В данном случае необходимо упомянуть о своеобразном смешении понятий «прием» и «правило доказывания». Считаем, что последнее не является и не может являться приемом юридической техники. Нормативно понятие «юридическая техника» не определено, а в теории права «наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой юридическая техника рассматривается как совокупность правил, приемов, способов и средств разработки, оформления, систематизации, толкования и применения наиболее совершенных по форме и содержанию нормативных правовых актов и других юридических документов»[12], «это правила внешнего изложения права, и очень часто речь идет просто об элементарных требованиях правовой культуры»[13].

Понимание преюдиции как непосредственно самого вступившего в законную силу судебного акта предлагается В.К. Бабаевым, который считает, что «преюдициями (предрешениями) по советскому праву признаются вступившие в законную силу судебный приговор или решение либо административный акт, изданный компетентным органом в установленном порядке о наличии или отсутствии юридического факта или правоотношения, обязательные для суда, разрешающего дело, связанное с ранее разрешенным»[14]. Считаем данное определение ошибочным в силу того, что решением является не акт о наличии или отсутствии юридического факта или правоотношения, а акт, которым дело разрешается по существу судом первой инстанции.

Исходя из вышеизложенного, представляется возможным то, что понятие «преюдиция» целесообразнее обозначать как совокупность процессуальных правил института доказывания, а понятием «преюдициальность» — признак (свойство) вступившего в законную силу судебного акта либо признак (свойство), при этом последнее необходимо для использования в научных исследованиях. Об этом говорят и крайне разноречивые взгляды ученых процессуалистов, использующих данную терминологию.

Согласно мнению Н.М. Коршунова и Ю.Л. Мареева преюдициальность следует воспринимать как «… обязательность установленных вступившим в законную силу решением суда выводов о фактах для всех других судебных органов и иных организаций»[15]. К данному определению по смыслу достаточно близко определение преюдиции, сформулированное И.М. Зайцевым, который предлагал рассматривать преюдициальные факты как «обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением или приговором суда»[16] и с которым коррелирует позиция В.В. Молчанова, рассматривающего в качестве преюдициальных факты, «…установленные либо решением суда общей юрисдикции, арбитражного суда, либо приговором суда»[17].

Таким образом, позиция данных авторов выражает отсутствие должного внимания при формулировании дефиниции «преюдициальные факты» к крайне значимому фактору: подобные факты приобретают преюдициальное значение только для лиц, являющихся участниками первоначального процесса. При этом необходимо отметить, что в случае отсутствия данного обстоятельства о преюдиции не может быть и речи.

Кроме того, известная неопределенность с дефиницией «преюдиция» исходит и от самого законодателя. К примеру, ст. 131 УПК РК[18] именуется «Преюдиция», тогда как в ГПК такой термин отсутствует. И хотя нормы, отражающие сущность понятия «преюдиция» и близкие к этому понятию, имеются, используется обозначение в виде «основания освобождения от доказывания» (ст. 71 ГПК РК)[19].

В общем, высказываемые мнения в юридической науке относительно понятий «преюдиция», «преюдициальность» и того, в каком контексте каждый из этих терминов может использоваться в судебных актах, свидетельствуют об отсутствии единого подхода к рассматриваемому вопросу. Законодателем в ГПК РК эти термины не инкорпорированы.

В этой связи в некоторых аспектах можно согласиться с точкой зрения С.Л. Дегтярева, считающего сомнительной саму возможность органов судебной системы ссылаться в вынесенных судебных актах на термины, отсутствующие в действующем законодательстве, такие как «наличие или отсутствие преюдиции», «решение имеет (не имеет) преюдициальную силу», «решение не имеет преюдициального значения для рассматриваемого дела», «установленные ранее факты не являются преюдициальными» и т.п.[20]

Приведенные научные позиции, свидетельствующие наличие в законодательстве и специальной литературе дефиниций термина «преюдиция», а также образованные от него, представляются недостаточно полными, а иногда противоречащими действующему процессуальному законодательству, в связи с чем считаем целесообразным внесение изменений в рассматриваемые понятия, которые состоят в следующем: исключение из легальных понятий термина «преюдициальность» (который, конечно же, имеет право на существование как научный термин), как, практически, полностью синонимичного понятию «преюдиция» (однако носящего признаки отвлеченного существительного), а также, соответственно, изъяв из легального оборота термин «преюдициальный», заменив на «преюдиционный», что в данном случае полностью соответствует нормам современного русского языка и служит правильному и однообразному пониманию правовых актов.

C учетом вышеизложенного полагаем, что преюдиция представляет собой самостоятельное правовое понятие, правовой эффект, который производит вступивший в законную силу судебный акт, установивший юридические факты и правоотношения, закрепляющиеся в мотивировочной части судебного акта и не подлежащие повторному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами.

Равным образом преюдициальность следует рассматривать как элемент института доказывания, при этом данное свойство, присуще только судебным решениям, в которых юридические факты и выводы суда не могут быть оспорены и не нуждаются в повторном доказывании, а также как обязательность для всех судов, рассматривающих дело, принимать без проверки и доказательств, установленные вступившим в законную силу судебным решением или приговором по какому-либо другому делу, юридические факты.

Что касается преюдиционных фактов, то их можно представить в виде общих для взаимосвязанных гражданских и уголовных дел обстоятельств (фактов) материально-правового характера, которые установлены вступившими в законную силу актами суда общей юрисдикции, приговором суда и которые не подлежат доказыванию повторно, исходя из субъективных пределов преюдиции.



[1] Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. М., 2009. С. 86.

[2] См.: Решетникова И.В. Доказывание в судебной практике по гражданским делам: учебно-практическое пособие. М., 2000. С. 121.

[3] Плетнева О.Е. Взаимная обязательность судебных решений и актов органов государственного управления: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1989. С. 4.

[4] Силагадзе М.Д Доказывание в советском юридическом процессе, его предмет и пределы: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Казань, 1986. С.21.

[5] См.: Закон СССР «Об утверждении Основ гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик» (утратил силу) // Ведомости Верховного Суда СССР. 1961. № 50, ст. 526.

[6] См.: Тарбагаева Е.Б. Истинность, преюдициальность и законная сила судебного решения // Проблемы доказывания по уголовным делам: межвузовский сборник научных трудов. Красноярск, 1988. С. 52.

[7] См.: Воложанин В.П. Некоторые теоретические проблемы защиты гражданских прав в административном порядке: сборник ученых трудов / под ред. 3. Герасимова. Свердловск, 1967. Вып. 7. С. 208-209.

[8] См.: Искандеров Р. О преюдициальном значении приговора // Советская юстиция. 1990. № 22. С. 22-23.

[9] Клинова Е.В. О преюдициальности судебного решения // Вестник Московского ун-та. 2003. № 6. С. 91.

[10] См., например,: Курылев С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск, С. 76.

[11] Карданец А.В. Преюдиции в российском праве (проблемы теории и практики): автореф. дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2002. С.18-22.

[12] Денисов Г.И. Юридическая 1969техника: теория и практика // Журнал российского права. 2005.

[13] Лазарев В.В., Липень С.В. Теория государства и права. М., 1998. С. 253.

[14] Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. Горький, 1974. С. 33-34.

[15] См.: Коршунов Н.М., Мареев Ю.Л. Гражданский процесс: учебник для вузов. М., 2004. С. 175.

[16] См.: Викут М.А., Зайцев И.М. Гражданский процесс: курс лекций. Саратов, 1998. С. 135, 143, 163; Такой подход к определению преюдициальных фактов имеет место быть и в настоящее время. См., например, Решетникова И.В. Указ. раб. С. 135.

[17] См.: Викут М.А., Зайцев И.М. Гражданский процесс: курс лекций. Саратов, 1998. С. 135, 143, 163; Такой подход к определению преюдициальных фактов имеет место быть и в настоящее время. См., например, Решетникова И.В. Указ. раб. С. 135.

[18] Кодекс Республики Казахстан от 13.12.1997 № 206-I "Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан"

[19] Кодекс Республики Казахстан от 13.07.1999 № 411-I ЗРК "Гражданский процессуальный кодекс Республики Казахстан"

[20] .: Дегтярев С.Л. Влияние преюдиции на доказывание в арбитражном процессе // Законы России: опыт, анализ, практика. 2007. № 1.

12 марта 2020, 16:34
Источник, интернет-ресурс: Прочие

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript