Новости
В других СМИ
Загрузка...
Читайте также
Новости партнеров

Наталья Коржова: Либерализм не отменяет санкций

Фото : 6 июля 2006, 10:24

Министр финансов Наталья Коржова намерена качественно изменить систему отношений предпринимателей с комитетами министерства. В рамках продолжающейся в нашей стране административной реформы готовится пакет законодательных изменений, досконально регламентирующих работу таможенных, налоговых и других органов. В феврале этого года, выступая с напутствием к новому составу Правительства, Глава государства назвал отдельные структурные подразделения Минфина «самыми коррупционными». О том, как будет исправлено положение дел, рассказывает глава ведомства.

— Наталья Артемовна, на апрельской коллегии Минфина вы выступили с шокирующим заявлением: «Министерства финансов на сегодняшний день как единого государственного органа не существует». Значит ли это, что Минфин будет расформирован, а на его основе создадут новое министерство?

— Нет, «отменять» Минфин никто не собирается. Речь идет о том, чтобы исправить нынешнее положение. По существу Министерство финансов сегодня — итог механического слияния нескольких ведомств, бывших некогда самостоятельными министерствами и агентствами. Каждое работает по «своему» законодательству. Так уж сложилось, что положения Налогового кодекса писались под нужды уполномоченного органа — Министерства госдоходов; Таможенного — под Агентство таможенного контроля; закона о госзакупках — под Агентство по государственным закупкам и так далее. Практика показала неэффективность автономного существования этих ведомств. Их слили в единое Министерство финансов, а вносить соответствующие изменения в законодательство не стали. В результате возник конфликт законодательных норм, которыми регулируется деятельность Минфина и его комитетов.

— До сих пор вопрос о необходимости таких изменений не поднимался. Значит, как-то работали и без «единого Минфина»? Что конкретно побудило вас начать работу по приведению структурных подразделений министерства «к общему знаменателю»?

— Признаюсь, было бы гораздо проще и комфортнее сидеть в кресле министра, не ломая существующих отношений. Глава государства лично поручил создать единый государственный орган финансового управления. Это важная и серьезная задача, конечной целью которой является обеспечение условий для повышения конкурентоспособности страны, что вытекает из Послания Президента народу страны о вхождении Казахстана в число 50 конкурентоспособных государств мира.

Что происходит сейчас? Вы видите, что предприниматели на каждом форуме просят министерство изменить нормы Налогового кодекса, создающие предпосылки для коррупции. Согласно заведенному порядку, Минфин обращается к своему комитету с просьбой рассмотреть вопрос о внесении изменений и дополнений в законодательство. После долгого изучения, диспутов, совещаний, конференций комитет «разрожается» длинным письмом к министру, в котором практически отвергает возможность изменений. Ссылаясь на те же самые нормы кодекса. В итоге кодекс, где бывший комитет прописан в качестве «уполномоченного органа», становится неодолимым препятствием для развития рынка и роста предпринимательской инициативы. И мы решили сломать существующую систему отношений. Теперь министерство должно будет определять регламент работы своих комитетов, а не наоборот. Ведь комитет — всего лишь составная часть министерства, призванная реализовать линейную функцию текущего государственного управления.

Хочу подчеркнуть, что наше стремление создать единый Минфин не выходит за рамки Конституционного закона «О Правительстве Республики Казахстан». Проблема в амбициях некоторых ответственных работников, пытающихся сохранить свое политическое влияние вопреки общегосударственной целесообразности.

— А в чем она, эта целесообразность?

— Желание сотрудников таможенной, налоговой и иных служб самим определять правила своей деятельности, а точнее, нормы правовых актов, регулирующих деятельность субъектов экономической деятельности, таит скрытую опасность коррупционных действий. «Лазейки» в законодательстве заставляют бизнесмена искать компромисс с чиновником, предпринимать попытки заинтересовать его незаконным вознаграждением. Единственный выход из этой ситуации — чиновнику запретить устанавливать такие правила игры на рынке, которые предполагали бы двоякое истолкование.

— Но до сих пор борьба с мздоимством осуществлялась другими методами...

— Вы имеете в виду оперативно-следственную работу правоохранительных органов? Но сами работники финполиции признают, что взятка — одно из самых труднодоказуемых преступных деяний. Взяточника нужно брать с поличным, и это не всегда удается сделать. Отсюда вывод: силовые методы ограничены. Значит, вопросы надо решать системно.

— Однако у таможенников, налоговиков и других представителей комитетов Минфина разная специфика деятельности?

— Да, специфика есть, но общего в их работе гораздо больше. Год назад Министерство экономики и бюджетного планирования провело масштабную ревизию, анализ и систематизацию всех существующих государственно-административных функций. Впервые в истории нашего государства мы проанализировали, чем конкретно занимается исполнительная власть по всей ее вертикали — от министра до специалиста. В ходе этой работы мы установили, что функции всех шести комитетов Минфина, по существу, однотипные. Все они занимаются контролем над процессом поступления средств в доход бюджета. Казначейство и финконтроль проверяют его расходную часть. И в этом плане все шесть комитетов Минфина абсолютно равны. Их специфика только в методах обнаружения неполноты поступлений или нецелевого расходования.

Установив это, мы обратились в Государственную комиссию по административной реформе, созданную Указом Главы государства и возглавляемую вице-премьером Каримом Масимовым, с предложением об унификации всех норм Таможенного, Налогового, Бюджетного кодексов, равно как и других нормативно-правовых актов, регулирующих деятельность Минфина. Нам дали «добро». Проект реформирования административной системы Минфина утвержден как «пилотный». С этого момента начался другой этап — в межведомственной комиссии при Минюсте. Это была очень трудная работа с технической точки зрения. Но не легче было убеждать людей в правильности наших шагов. В их сознании происходила ломка стереотипов: согласитесь, с властными полномочиями добровольно не расстаются.

Наша работа завершилась созданием законопроекта о внесении изменений и дополнений в законодательство, касающееся деятельности Министерства финансов. Сейчас мы дорабатываем этот законопроект. Срок внесения в Парламент — июль.

— Не могли бы вы коротко изложить суть нововведений, которые будут снижать административные барьеры?

— Что мы имеем сейчас? Недостоверность декларирования, занижение товарной стоимости, изменение кодов товаров — все это приводит к искажению таможенной статистики, к недобору платежей и налогов. Честно говоря, мы не имеем реальной картины: сколько к нам импортируется товаров, какая их часть полностью проходит таможенную очистку. Мы ориентируемся только на данные таможенников, а они, увы, далеки от идеала.

Теперь все функции Таможенного, Налогового комитетов, Комитета по банкротству, Казначейства и госфиннадзора мы объединим таким образом, что минимизируем возможность контакта юридических и физических лиц с потребителями, так как все это будет сопровождаться работой по информатизации всех процедур. Каждое действие чиновника будет наложено на электронный формат и прописано в единой автоматизированной системе. Далее продолжаться по-прежнему не может. И не должно быть более дублирующих функций. Будет единый Минфин с функциями, одинаковыми для всех комитетов. Вся информация, поступающая на таможню, тут же отражается на сервере Минфина, и уже налоговики четко понимают, какой груз, какой номенклатуры и по какой цене вошел в страну. Таким образом, будем отсекать контрабанду, бороться за чистоту статистики, будем знать цену ввезенного груза в страну, а значит, получим возможность прогнозировать поступление налогов.

— В чем суть предлагаемых изменений, что получат граждане?

— Во-первых, будут построены простые и прозрачные правила для бизнеса и граждан. Во-вторых, жесткое отстаивание интересов государства в отношении тех игроков рынка, кто эти правила нарушает. В-третьих, суть в эффективном распределении всех ресурсов — материальных, интеллектуальных и прочих, которыми мы располагаем как орган, уполномоченный государством на решение задач управления бюджетными потоками.

Но есть и еще одна проблема, которую мы пытаемся решить. А именно — приблизить власть к нуждам гражданина нашей страны. Дело в том, что, как субъект нашей деятельности, гражданин остался «за скобками всех уравнений». Бизнесмен ежедневно крутится «между трех сосен» — налоговой, таможней, теркомом по госзакупкам. Но имеет ли добросовестный налогоплательщик какие-то преимущества при осуществлении государственных закупок? Нет! В глазах представителей территориальных подразделений Комитета по госзакупкам равны и крупное ТОО — неплательщик налогов, и добросовестный предприниматель-индивидуал. Мы, как представители государства, должны предоставлять положительные стимулы нашим добросовестным отечественным производителям.

— Что же, информационные технологии помогут в борьбе с коррупцией?..

— Это вызывает недоумение у нас, а вот граждане развитых стран давно уже пользуются плодами повсеместной информатизации. Компьютерные технологии позволят активизировать взаимодействие правоохранительных органов и налоговиков. В частности, мы планируем вместе с заинтересованными госорганами создать базу данных налогоплательщиков «повышенного риска». Это даст возможность пресечь регистрацию обнальных фирм и лжепредприятий. Повторюсь, что только так мы минимизируем риск возникновения коррупционных проявлений со стороны чиновников и, что тоже стоит учесть, возможности взятки со стороны налогоплательщиков. Дистанционное общение сторон через электронную систему, без личного посещения налоговых органов и прямых контактов — сильнейший удар по недобросовестным игрокам рынка.

От предпринимателей и чиновников требуется только одно — исполнять законы. Этим мы лишим коррупционеров основы их криминального бизнеса. Им просто не за что станет платить.

— Но вымогательство отдельных чиновников таможни и налоговой не единственная беда предпринимателей. Существующая система госзакупок всеми признается как громоздкая, негибкая и затрудняющая освоение бюджетных средств. Как вы будете ее менять?

— Принципы здесь такие же, как в международных институтах развития. Во-первых, двухэтапные конкурсы. То есть сначала выбирается проект на предмет соответствия техническим параметрам, и цена здесь не самый главный критерий. Значит, отпадет нужда прятать цены проекта. Наоборот, они будут гласно объявлены. Выбор будет за теми подрядчиками, кто в рамках этой цены предложит более качественную услугу либо товар. Так работают международные институты развития, такой будет и наша новая концепция закона о госзакупках.

— Не так давно на расширенном заседании Правительства прозвучало, что в прошедшем году было недоосвоено почти 14 миллиардов бюджетных средств. Причина — слабое администрирование, иначе говоря, неумение правильно использовать выделенные деньги. Не кажется ли вам, что пора ввести персональную ответственность бюджетных администраторов за непрофессиональное управление финансовыми ресурсами?

— Либерализм экономики не подразумевает «либерализма» санкций по отношению к чиновникам, которые вольно или бездарно распоряжаются доходами, расходами и имуществом страны. Хочу отметить, что в 2005 году за нецелевое использование бюджетных средств приказом Премьер-Министра был освобожден от занимаемой должности вице-министр транспорта и коммуникаций РК, курирующий строительство автомобильных дорог.

За ненадлежащее исполнение и значительное недоосвоение средств республиканского бюджета распоряжением премьера объявлены строгие выговоры руководителям Комитета по миграции Министерства труда и социальной защиты населения, Комитета по водным ресурсам Министерства сельского хозяйства, Комитета по государственным материальным резервам Министерства по чрезвычайным ситуациям.

Кроме того, на 46 должностных лиц наложены административные взыскания на сумму 399 тысяч тенге. Шесть руководителей оштрафованы за нецелевое использование бюджетных средств. К дисциплинарной ответственности привлечены 206 работников, 13 освобождены от занимаемых должностей.

Да, надо повышать дисциплину, и мы это делаем. Но одновременно необходимо заниматься подготовкой такой нормативно-правовой базы, которая не оставит лазеек. Если концептуально поменять закон о госзакупках, деньги начнут осваиваться быстрее. Кроме того, срок проектов развития не может ограничиваться финансовым годом, он должен предусматривать возможность продления. Такие поправки в Бюджетный кодекс уже приняты Парламентом.

— Но тогда уточнение бюджета будет происходить не раз в год, а чуть ли не каждый месяц?!

— А почему надо этого бояться? Это нормальная практика, когда бюджет уточняется и комплексно, и в текущем режиме. Вопрос в другом. Сегодня мы понимаем, что коррупция при исполнении бюджета может быть искоренена, лишь когда общественность и НПО будут привлечены на этапе формирования бюджета, при планировании. Тогда исполнение каждой программы может оценить не только чиновник, который его планировал, а именно общественные организации. Это и есть наш системный подход — искоренять коррупцию на стадии исполнения, формирования и контроля над бюджетными средствами.

— В одном из телевизионных интервью вы говорили о том, что в этом году будет проведена инвентаризация всех активов государства, в том числе непрофильных активов госкомпаний. И что в дальнейшем какая-то их часть будет передана в конкурентную среду. Как именно будет проходить этот процесс? Как сделать так, чтобы все это — через подставные фирмы — снова не оказалось под контролем крупных компаний?

— Как вы знаете, в соответствии с Указом Главы государства созданы холдинговые компании «Самрук»» и «Казына» — два института, которые будут управлять: один — госкомпаниями, другой — институтами развития. Замечу, что этот подход был одобрен международными экспертами на прошедшем Совете иностранных инвесторов.

Все, что остается сейчас в поле зрения Правительства, — это инвентаризация республиканской и коммунальной собственности. Проинвентаризировав госимущество, мы поймем, что необходимо оставить для реализации непосредственно государственных функций, а что все остальное отойдет к социально-производственным корпорациям, которые мы будем создавать на базе госпредприятий и РГП, часть которых потеряла свое значение для экономики. Поэтому здесь работать будем системно.

— А вы не боитесь противодействия, начиная такие масштабные реформы?

— Тот кредит доверия от Главы государства, который я имею, будет реализован, чего бы мне это не стоило! Нужно искоренить коррупцию в святая святых — в том органе, который пронизал всю экономику страны своими функциями. И при этом надо наделить его, образно говоря, принципиально новой нервной системой. У меня есть для этого все: новая команда единомышленников-специалистов и политическая поддержка Президента страны. Было бы бесчестно не воспользоваться этим и растянуть процесс административного реформирования государственного органа управления экономикой на долгие годы. И не надо думать, что если сегодня не принимаются сплошь репрессивные меры, то руководство Минфина не в курсе того, что на самом деле поборы продолжаются. Мы полностью в курсе ситуации, но мы предпочитаем бороться с коррупцией не только точечными ударами по персоналиям, но и путем изменения законодательства. Именно об этом говорил Глава государства на недавнем заседании Совета безопасности.

Президент определил цель, мы знаем, как ее достичь!

Беседовала Алма Султанова


Больше важных новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:
Сейчас читают
Читайте также
Загрузка...
Интересное
Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс
последние комментарии
Последние комментарии