Новости
В других СМИ
Загрузка...
Читайте также
Новости партнеров

«Мы покажем, сколько у нас стоит смерть шахтера» Вдовы погибших горняков считают, что Миттал их обманул

Фото : 2 ноября 2006, 12:06
"Мы покажем, сколько у нас стоит смерть шахтера"


Вдов и матерей горняков, погибших на шахте имени Ленина, не устраивает, как компания выполняет то, что пообещал ее руководитель в первые дни после аварии. АО "Миттал Стил Темиртау" даже не хочет полностью оплатить установку памятников на могилах людей, в чьей смерти виновато на все сто процентов.

В прошлое воскресенье в Шахтинске устраивали поминки. 40 дней со дня трагической гибели 41 горняка. К этой горькой дате люди, потерявшие под землей своих близких и родных, накопили много горьких обид. Родственников погибших горняков потрясло, как администрация угольного департамента и шахты отнеслась к своим обязательствам.

На прошлой неделе в редакцию "Нового Вестника" пришло гневное письмо от Галины Ивановны Густомясовой. Среди погибших 20 сентября рабочих ее сын Дмитрий был самым молодым, ему только исполнился 21 год.

"Зачем приезжали представители с шахты, собеса, акимата, Департамента и записывали (скрупулезно и основательно с видом сочувствия и понимания) наши требования и обещали, обещали? - написала нам Галина Ивановна. - Складывается впечатление, что делалось это только для галочки, вот, мол, поглядите, какие мы добренькие. Отчитались где-то выше и просто-напросто плюнули в души вдов и матерей, сирот и поседевших отцов. За что нам такое? Верните нам наших мужей и сыновей и заберите все свои обещания весте с "гробовыми".

Портрет своего погибшего сына Галина Ивановна перетянула траурной лентой. Рядом по православному обычаю зажгла свечу, положила хлеб и конфеты. Вспоминая о похоронах, женщина плачет:

- Столько народа приезжали к нам и из Караганды, и из угольного департамента. И все обещали, что все будет, что памятник сыну полностью оплатят. Если бы не это, мы и заказали бы подешевле, конечно, потому что я не работаю. Но они говорили при людях. И соседи, и знакомые слышали. Поэтому мы и заказали хороший гранитный памятник. Нам он обходится в 380 тысяч тенге. А теперь выясняется, что нам только 100 тысяч дают. Получается, остальную сумму мы будем вносить сами.

Галина Ивановна показывает февральские фотографии со свадьбы сына. А затем - сентябрьские - с его похорон. Вначале рядом со счастливым женихом стоит девушка в белом платье и фате. А затем над гробом плачет молодая вдова в черной косынке. Юля Густомясова ждет ребенка, который должен родиться весной, и который уже никогда не увидит своего отца. Сразу после похорон Юля попала в больницу с угрозой прерывания беременности. А оправившись, пошла было на шахту с вопросами насчет обещанных выплат. Будущая мама очень переживает за то, как будет воспитывать первенца одна. Однако с Юлей разговаривать не стали, заявив, что все вопросы будут решать с матерью погибшего.

С места работы погибшего супруга Юля ушла в слезах. После этого она в числе многих других вдов обратилась за помощью к Наталье Томилиной, которая взялась представлять интересы родственников погибших горняков. Имея уже 33 доверенности, Наталья Ивановна собирается подавать на "Миттал Стил" в суд. У нее самой 13 лет назад муж погиб на шахте. Тогда не имеющая юридического образования женщина прошла многочисленные судебные процессы и все-таки добилась положенных регрессных выплат. А заодно приобрела богатую правовую практику. Потом она переехала жить в Россию. Но катастрофа на шахте Ленина вновь вернула ее в Шахтинск - на этот раз подземная авария перевернула жизнь ее сестры, у которой с работы также не вернулся муж-шахтер.

Сейчас Наталья Томилина взялась защищать интересы всех родственников погибших горняков. Она ходит на шахту имени Ленина, обивает пороги угольного департамента. И, умудренная опытом, всюду оставляет письменные запросы, требуя и ответы предоставлять на бумаге.

Во-первых, вдов не устраивает, что выплату в десять годовых окладов их погибших мужей, обложили подоходным налогом. В Шахтинске его называют "налогом на смерть". Звучит ужасно. Но в угольном департаменте ничего страшного в этом словосочетании не слышат, ссылаясь на беспристрастный закон.

- По закону республики Казахстан любой доход любого человека облагается подоходным налогом. Эти выплаты носят статус материальной помощи. Я вам дам сейчас тысячу тенге. Вы обязаны заплатить с этой суммы налог. Если вы этого не сделаете, придет финансовая полиция, и вы будете отвечать за неуплату налога. Не я, буду отвечать, а вы. У нас законопослушная компания. Мы удерживаем подоходный налог, - так объяснял еще две недели назад директор УД по экономике Василий Тельной.

Однако теперь, похоже, ситуация с "гробовым" налогом должна измениться. Вдовам пообещали удержанные деньги вернуть. На том основании, что 10 годовых окладов решили рассматривать не как облагаемую налогом материальную помощь, а как не облагаемую спонсорскую. Однако родственники погибших рабочих не спешат поверить компании на слово.

- Нам нужны письменные подтверждения, - говорит Наталья Томилина. - Вчера я была в департаменте. Мне сказали, что налоги нам вернут. Я попросила письменные гарантии. Мне ответили: куда вы нас торопите, зачем напрягаете. Дайте нам две недели срока. Но я не могу за них поручиться. Вернут ли на самом деле высчитанные деньги, еще вопрос. Сколько нам уже было обещано!

Во-вторых, как и обратившаяся в газету Галина Ивановна Густомясова, другие родственники погибших также возмущены тем, как поступила компания "Миттал Стил" с теми же памятниками. Вдовы договорились заказать шахтерам одинаковые, из черного гранита. Но столкнулись с там, что после трагедии на шахте цены на ритуальные услуги в похоронном агентстве взлетели сразу в два раза, а угольный департамент стал отказываться за это платить.

- У нас 41 погибший, - объясняет председатель профсоюза угольщиков "Коргау" Вячеслав Сидоров. - Всем надо поставить памятники. Один заявляет - я условно говорю - нужен памятник за 50 тысяч тенге. Другой хочет воздвигнуть целый мемориал. Третий строит огромный мазар, стоимостью в миллион тенге. На памятники выделили по сто тысяч тенге. Это нормальная сумма. Вот посмотрите по кладбищу и скажите, где там памятники за сто тысяч? Обыкновенный памятник с красной звездочкой стоит 10-15 тысяч. И когда записывали начальные требование родственников, они просили одно. Потом посмотрели друг на друга, решили, что им нужно совершенно другое. Одному дали много, другой бежит: и мне дайте столько же. И вот чисто по-человечески, я не знаю, как себя в этой ситуации вести. Да, произошла страшная трагедия. Я не стараюсь защищать "Миттал Стил". Знаю, что надо добиваться. Но с другой стороны, 10 годовых зарплат выплатили. На квартиры, кому надо было, деньги выделили, все обязательства выполнили. Я не говорю, что это много. Но ходила же по семьям комиссия, с каждым разговаривала, все требования записывала. Теперь все посчитали, Лондон выделил деньги под те цифры, которые ему дали - около 4 миллионов долларов. Где брать дополнительные средства? Если деньги не прислали из Лондона, их снимут с шахты.

Но вдов эти доводы убедить не могут.

- Они должны похоронить, как захотят родственники, - настаивает Наталья Томилина. - У каждого свой вкус. Кто-то, может, золотой памятник захочет. Это их право. Люди потеряли своих любимых, дорогих, родных. А шахта еще торгуется? Они публично заявляли, что поставят памятники, все оплатят. Но на самом деле юрист на шахте имени Ленина сейчас заставляет вдов подписывать договоры совершенно иного содержания. Там шахта Ленина значится как "спонсор". И имеется такой пункт: "Спонсор обязуется выплатить сто тысяч за памятник, а остальное платит заказчик". Некоторые это уже подписали. Люди юридически неграмотные. Поэтому мы будем оспаривать договора. В угольном департаменте я так и сказала, что на памятниках они не сэкономят. Мы ни копейки не уступим.

Как выполняются работодателем другие обещания, родственников также не устраивает.

- Было не этично спрашивать нас у гроба об этих требованиях, - продолжает Наталья Владимировна. - Люди находились в состоянии шока. Но они все делали в спешке. Тела выносили спешно, хоронили спешно. Я из России летела и думала в дороге, к чему так торопиться? Сестру просила: отложите. А она отвечала: нельзя, у нас похороны по графику, сказали, срочно надо. Это была какая-то сумасшедшая гонка. Они не давали людям опомниться. Быстро похоронили, потом быстро собрали требования. А потом заявили: требования опоздали. Ну, уж извините, я могла бы их принести и через сорок дней. И никто бы меня не осудил. Потому что некоторые до сих пор не пришли в себя. Со своими требованиями лично я пришла на шахту уже после девяти дней, когда мы все обдумали и решили, что действительно нужно семье. Самолетов и яхт, вы поверьте, никто не просил. Но над нашими требованиями просто посмеялись. Обсуждают теперь, какие вдовы наглые. Но если они не хотели выполнять просьбы, зачем тогда вообще их собирали? Опять же, на квартиры нам выделяют как родственникам погибших на Шахтинской шахте - по 20 тысяч долларов. Но цены ведь с тех пор поднялись! Мы категорически настаиваем на том, чтобы в полном объеме выполнили все наши требования. Иначе будем подавать в суд на возмещение морального вреда в гораздо большем объеме, чем те суммы, о который идет речь сейчас. Они экономили на технике безопасности, они экономят сейчас и на нас. Сплошные рисовки. Но мы наймем адвокатов. Будет очень громкий процесс. Покажем, сколько смерть шахтеров у нас стоит. Скупой платит дважды, а то и трижды.

Наталья Фомина


Больше важных новостей в Telegram-канале «zakon.kz». Подписывайся!

сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
Текст с ошибкой:
Комментарий:
Сейчас читают
Читайте также
Загрузка...
Интересное
Архив новостей
ПнВтСрЧтПтСбВс
последние комментарии
Последние комментарии