Обнаружено блокирование рекламы на сайте

Уважаемые пользователи,

создатели сайта не желают превращать его в свалку рекламы, но для существования нашего сайта необходим показ нескольких баннеров.

просим отнестись с пониманием и добавить zakon.kz в список исключений вашей программы для блокировки рекламы (AdBlock и другие).

Как Европе выжить без российского газа

15 декабря 2014, 13:39

Проблема снабжения ЕС российским газом часто выходит на первый план – но до сих пор она быстро снималась с повестки дня.

 Но сейчас, после того как отношение к России в Берлине и других европейских столицах сменилось, после отказа «Газпрома» от продолжения работ по «Южному потоку», столь быстрой «развязки» может и не случиться. Поэтому вопрос о независимости от российских поставок будет весьма актуален для ЕС в ближайшие годы, пишет РБК

 Решаема ли эта задача и какова цена вопроса?

Начнем с очевидного. 28 стран ЕС потребили в 2013 году 472 млрд куб. м газа (мкм) – на 14% меньше, чем в 2008-м, и на 1,4% меньше, чем в 2012 году. По итогам 2014 года сокращение потребления составит еще 4–6%. Доля газа в общеевропейском энергетическом балансе достигла 23%. При этом ЕС импортировал около 310 мкм (66% потребности в газе), в том числе почти половину (44%, или 27% общей потребности) из России. Норвегия обеспечила 21% потребности, третий и четвертый крупнейшие поставщики, Алжир и Катар – 8% и 5%. Более того, в 2012 году Россия на 55–100% обеспечивала газом 12 из 28 членов ЕС – Грецию, Польшу, Чехию, Австрию, Словению, Словакию, Венгрию, Болгарию, Финляндию и три страны Балтии.

Кажется, что требуется заместить гигантский объем поставок. Однако не все так очевидно. Если говорить о полном отказе от российского газа, он может быть достигнут при трех условиях: 1) снижение потребления на 40–60 мкм; 2) обеспечение альтернативных поставок в 50–70 мкм; 3) модернизация инфраструктуры доставки газа в страны Центральной Европы. Рассмотрим каждую из этих задач в отдельности.

Стоит учесть, что потребляемый в ЕС газ на 22% используется в производстве электроэнергии, на 30% – в крупной промышленности и на 43% – для отопления домов и квартир. Часть энергомощностей может быть переведена на нефть, что может сэкономить до 25–30 мкм. Более двух третей газа, использующегося в промышленности, приходится на металлургию, а ее продукция сегодня в избытке. ЕС способен сократить производство стали и алюминия, частично компенсировав потери производителей, что даст еще 10–15 мкм. Наконец, сокращение потребления для отопления жилья на 7–8% может высвободить до 20 мкм – что обернется относительно небольшим понижением температуры в жилых помещениях на 1,5–2 градуса в зимний период. Это не слишком приятно – но смотря что стоит на кону.

Вторая задача выглядит более сложной. Традиционные поставщики сейчас сталкиваются с проблемами. Добыча на крупнейшем голландском месторождении, Гронингенском, ограничена из-за подводных землетрясений. Добыча в Алжире и Египте снижается, и все больше местного газа перенаправляется на национальные рынки.

Однако у ЕС существует ряд резервных возможностей. Прежде всего – импорт сжиженного природного газа. Сейчас он обеспечивает лишь 9,6% импорта (45,7 мкм) – и это при том, что общие регазификационные мощности составляют более 180 мкм, и еще 35 мкм будут введены в строй до 2017 года. В 2011 году ЕС закупил таким образом 86,5 мкм, так что проблема не техническая, а ценовая: при средней стоимости поставок «Газпрома» $380/ткм средняя цена на рынке Восточной Азии и Японии доходила в прошлом году до $710/ткм. Именно поэтому тот же Катар, экспортировавший 97,6 мкм, две трети этого объема отправлял в Азию.

Если повысить цену, половина азиатского экспорта Катара может довести «замещенные» поставки до 90 мкм. Вероятно, это случится не сразу, а к 2016 году, когда будут введены мощности австралийских заводов СПГ на 30 мкм, а также расширено производство в Малайзии и Индонезии, которые будут рады заполнить образовавшуюся в Азии нишу. Но и это может не потребоваться: при повышении цен до $500–550/ткм за европейский рынок начнут драться поставщики из тех же Норвегии и Алжира, не говоря о Нигерии и Тринидаде.

Кроме того, серьезные возможности открываются с разработкой месторождений на израильском шельфе Средиземного моря, дополнительными инвестициями в энергетический сектор стран Северной Африки и потенциальными планами Южного транспортного коридора, по которому может поступать газ из Закавказья и Центральной Азии.

Если говорить об инфраструктуре, основная ее часть существует – и даже, в случае с СПГ, с избытком. Главная проблема в том, что эта газопроводная система выстроена (ввиду ориентации на Россию), по оси «запад-восток», и серьезные линии трубопроводных поставок «север-юг» начинаются только к западу от условной линии Гамбург – Мюнхен – Венеция. Поэтому Россия имеет сегодня серьезное влияние на те страны, где она обеспечивает уже упомянутые 55–100% поставок газа. Здесь потребляется порядка 62 мкм в год, из которых 38 мкм поставляется из России. По сути, это сегодня и есть главная проблема ЕС, которая требует решения.

В долгосрочном варианте этим решением может стать строительство и на балтийском, и на адриатическом побережье нескольких крупных СПГ-терминалов и прокладка газопровода от Сербии через Румынию, Венгрию и Чехию в Польшу. Угроза сокращения зависимости немедленно подействует на «Газпром», как повлияло на него строительство СПГ-терминала в Клайпеде – Литва получила значительную скидку на газ. В качестве краткосрочного выхода возможен также реверс из Италии и Германии, если поставки с востока на запад будут прекращены.

Таким образом, стратегическая задача избавиться от зависимости может быть решена на горизонте двух-трех лет: сначала проводятся мероприятия по экономии топлива, параллельно начинаются дополнительные поставки новых объемов СПГ, а по мере насыщения рынка западной части континента разрываются контракты с «Газпромом» и газопроводы начинают использоваться в реверсном режиме. Цена вопроса окажется довольно высокой: наценка в $350–400/ ткм в пересчете на 40 мкм СПГ составит $14–16 млрд, компенсации промышленности и затраты по переходу на иные виды топлива – до $7–8 млрд, строительство газопровода по Центральной Европе – до $10 млрд. Чем быстрее будет происходить рост закупок СПГ, тем более значительным может быть рост цен на него.

Но в любом случае не более чем за $40 млрд дополнительных ежегодных трат (0,2–0,25% суммарного ВВП стран ЕС) в первые годы – с последующим снижением – проблема может быть решена. Здесь, конечно, не учтены возможные иски и претензии «Газпрома» по долгосрочным take-or-pay контрактам, но они не являются непреодолимым препятствием.

Кроме того, задача полностью отказаться от газа из России выглядит чрезмерной. Более реалистичная цель, вероятно, будет состоять в отказе от хотя бы 40% поставок «Газпрома» в ЕС, или 55 мкм. На горизонте двух-трех лет, пока не создана инфраструктура поставок в Китай, при средней цене в 2013–2014 годах в $380/ткм это лишит «Газпром» $18–20 млрд выручки и породит катастрофические проблемы с консервированием скважин и обслуживанием простаивающих компрессорных станций. А сбыт некуда будет переориентировать.

Вывод прост: сегодня Россия сохраняет свое влияние на самом важном для нее энергетическом рынке благодаря разобщенности европейских стран, сильному лоббистскому влиянию местных энергетических компаний и устойчивому иммунитету европейцев к стратегическому мышлению. Но если хотя бы один из этих факторов исчезнет или будет преодолен, последствия могут быть драматическими.

Владислав Иноземцев. Доктор экономических наук, директор Центра исследований постиндустриального общества

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Добавить комментарий
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код
Новости партнеров
Загрузка...
Loading...