Адаптировать к жизни в обществе

 

Д. Кисикова,

судья СМУС

по уголовным делам г. Астаны

 

Целями уголовно-исполнительного законодательства РК обозначены восстановление социальной справедливости, исправление осужденных, предупреждение совершения новых уголовных правонарушений как осужденными, так и иными лицами; задачами же среди прочих - оказание помощи осужденным в социальной адаптации.

УИК РК предусматривает, что исправление осужденного - это формирование у него правопослушного поведения, позитивного отношения к личности, обществу, труду, нормам, правилам и этике поведения в обществе, укрепление стремления к соблюдению требований закона. Администрация учреждения в целях исправления осужденного должна содействовать восстановлению в социальном статусе полноправного члена общества, возвращению его к самостоятельной жизни в обществе на основе норм права и общепринятых норм поведения. Не позднее чем за шесть месяцев до истечения срока лишения свободы администрация учреждения уведомляет местные исполнительные органы и органы внутренних дел по избранному осужденным месту жительства о его предстоящем освобождении, наличии у него жилья, его трудоспособности и имеющихся специальностях. Лица, нуждающиеся в социальной помощи, по их письменному заявлению и представлению учреждения направляются в центры социальной адаптации. При этом они обеспечиваются бесплатным проездом к избранному ими месту жительства или работы, а также продуктами питания либо деньгами на время проезда в пределах территории РК, в случае отсутствия необходимой по сезону одежды, обуви и средств на их приобретение обеспечиваются ими за счет бюджетных средств. Обеспечение питанием, одеждой, обувью, а также оплата проезда лиц, освобождаемых от наказания, производится учреждением, исполняющим наказание. Но как показывает судебная практика, данные требования не всегда выполняются.

В Специализированном межрайонном суде по уголовным делам г. Астаны рассмотрено дело в отношении гр. К. по факту совершенного им убийства. Оно выбивается из ряда других по своим обстоятельствам, поскольку сопутствующими убийству стали еще и грабеж, кража, покушение на изнасилование. И все это виновник совершил всего за сутки с момента, когда он вышел за ворота исправительного учреждения, отбыв срок за предыдущее преступление. Предполагалось, что он исправился, оставив преступное прошлое. Так должно и могло бы быть, если бы не особенности его личности, а также полное отсутствие исправительного эффекта от отбытого им наказания.

Главный фигурант этого дела К., 1988 года рождения, ранее трижды судим за кражи, грабежи. Состоит на учете у нарколога с 2004 года, у психиатра - с 2003 года в группе консультативного наблюдения с диагнозом: органическое расстройство личности и поведения в связи со смешанным заболеванием. Но при этом, признан вменяемым.

Полностью отбыв в местах лишения свободы назначенное ему наказание по последней судимости за грабежи, он освободился 26 февраля 2016 года из исправительного учреждения строгого режима. 27-летний мужчина провел в местах лишения свободы около семи лет.

Прибыв на территорию г. Астаны 27 февраля 2016 года, вечером того же дня, увидев одиноко идущую женщину по улице, попытался вырвать у нее из рук сумочку. Женщина стала сопротивляться, и тогда он порезал ей лицо, чего ранее по прежним делам не допускал. То есть, его преступные методы стали жестче, страшнее. В результате он все же завладел сумочкой потерпевшей. При этом, в ней было всего 200 тенге и из ценных вещей телефон сотовой связи, проданный им немедленно на железнодорожном вокзале.

Объяснение совершенного - полное отсутствие денег и намерение таким образом поправить свое материальное положение, поскольку при освобождении из исправительной колонии накануне он получил от администрации на руки только проездной билет до г. Астаны, где его никто не ждал. Ни денег, ни продуктов, как это положено по закону, ему на первое время не выдали. До отсидки он также не имел ни постоянного жилья в Астане, ни работы, ни семьи. Кстати, почему он решил ехать именно сюда, администрацию учреждения не озаботило.

После случившегося на вокзале К. отправился к знакомой, проживавшей в районе лесозавода, попросившись к ней на временное проживание, в чем ему женщина, пожалевшая бывшего «сидельца», не отказала. Выручив от продажи ранее похищенного телефона две тысячи тенге, К. купил спиртного, которое они распили с хозяйкой его временного пристанища.

Будучи уже в изрядном подпитии, разгневавшись на какие-то слова хозяйки дома Н., показавшиеся ему оскорбительными, К. задушил ее руками. Поняв, что Н. мертва, но достоверно зная, что в доме в соседней комнате спит ее едва достигшая совершеннолетия дочь А., отправился к ней. Проснувшаяся А. оказала насильнику активное сопротивление. Еще не зная, что мать мертва, она кинулась к ней за помощью. Увидев мать мертвой и с ужасом осознав произошедшее, она, вооружившись кухонным ножом, стала отбиваться от преследовавшего ее по дому К., который не оставлял своих планов на ее счет. Когда девушка стала отмахиваться от него ножом, К., пытаясь его вырвать, порезался. Воспользовавшись возникшей заминкой, А. сумела выбежать из дома в майке и шортах, босиком, несмотря на суровый мороз, и побежала в дом своей бабушки и сестры матери, у которых и скрылась от пытавшегося ее преследовать с лопатой в руках К.

Вернувшись в дом убитой им Н., убийца решил его покинуть. Захватив с собой сотовый телефон покойной, отправился на вокзал, откуда намеревался скрыться.

Спустя несколько часов он был задержан сотрудниками полиции. Вот так он провел всего сутки на свободе.

Нужно признать, что с момента задержания при расследовании дела и в суде К. давал признательные показания с подробностями, от которых становилось не по себе. Хроника его жизни в течение одних суток пугает откровенностью его желаний и простотой их воплощения: «Хочу есть, пить, женщину. И все могу запросто получить, знаю как». О том, что придется за все это отвечать, что ему грозит суровое наказание, конечно, К. не задумывался. Как воспримет его общество, какое будет наказание - ему неинтересно. Раскаявшимся, осознавшим, что он натворил и испытывающим сожаление о совершенном, признать его невозможно, несмотря на подробности в показаниях.

Полное спокойствие при ожидании нового срока в суде заставляет задуматься о том, что жить в обществе он не обучен, и нет ему места в нем. Поэтому он возвращается назад «домой» на 14 лет, где знает порядки, способы выживания. Где ему все просто и понятно.

А ведь такой финал - не случайность, а закономерность. Изучение биографии К. показало, что сроки пребывания его на воле между преступлениями, отбыв наказание за которые он совершал новые, с одного месяца сократились до одних суток. То есть, о каком-либо исправительном эффекте отбытия К. лишения свободы говорить не приходится.

При подобной устойчивости преступной направленности его личности и активном продолжении совершения преступлений сделать вывод о том, что К. исправился примененными в его отношении мерами исправительного воздействия в исправительном учреждении, нельзя. Напротив, раз от раза возрастала социальная опасность совершенного им и его личности, вид рецидива. Начав с краж чужого имущества, он перешел уже к грабежам, а дальше, что еще страшнее, - к убийству, изнасилованию и др.

Суд, отметив определенные проблемы в личности К., не мог не признать отсутствия должного исправительного эффекта от отбытия наказания в виде лишения свободы в конкретном исправительном учреждении, откуда он был освобожден, в результате ненадлежащего выполнения администрацией этого учреждения целей и задач уголовно-исполнительного производства, в частности, воспитательной работы и работы по исправлению, социальной адаптации освобождаемых осужденных.

По мнению суда, всего этого можно было бы избежать, если бы администрация исправительного учреждения: во-первых, выполнила бы весь объем требований к исправлению и перевоспитанию осужденного, оказав влияние на его личность; во-вторых, за полгода до его освобождения, предприняв весь комплекс мер, направленных на подготовку осужденного к освобождению, предусмотренную законом, могла удостовериться, что освобождаемый не имеет постоянного места жительства и работы, семьи и нуждается в мерах социальной адаптации, в учреждение которой и был бы направлен К.; либо же применила бы, как это предусмотрено законом, административный надзор как за лицом, отбывшим наказание за совершение тяжких преступлений, судимым два и более раза к лишению свободы. Однако, по утверждению К., единственное, что он получил в учреждении по освобождению - проездной билет, при этом в один конец - в г. Астану.

Прибыв в столицу и будучи фактически бесконтрольным, в первые же сутки с момента освобождения совершил новые преступления.

По этому поводу судом было вынесено частное постановление в адрес руководства КУИС МВД РК в целях профилактики подобных фактов.

Данный случай дает основание для обсуждения вопроса о совершенствовании уголовно-исполнительного законодательства в вопросе регламентирования процедуры освобождения из мест лишения свободы с предусмотрением сопровождения к месту жительства либо встречи сотрудниками КУИС освобожденного по прибытии к нему в целях профилактики дальнейших правонарушений стороны и гарантирования социальной адаптации на месте.

 

16 августа 2016, 14:26
Источник, интернет-ресурс: Сайт газеты «Юридическая газета»

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Загрузка комментариев...
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript или заблокирован сайт http://hypercomments.com
Введите имя
Чтобы увидеть код начните набирать сообщение Введите код из 3 сим-волов, отображенных черным цветом. Язык кода - русский. обновить код