Объективная истина VS погрешность допускаемая судами при рассмотрении дел о признании организации лжепредприятием

В целях борьбы с лжепредпринимательством Законом РК от 11 декабря 2006 г. № 201-III «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам налогообложения» статьи 104, 209 и 237 Налогового Кодекса РК были дополнены нормами, позволяющими налоговому органу аннулировать свидетельства о постановке на учет по НДС лжепредприятия и соответственно исключать из зачета сумм налога на добавленную стоимость по товарам и услугам, приобретенным от поставщика, признанного лжепредприятиями, а также исключать из вычетов расходы, произведенные по таким сделкам.

Объективная истина


VS


погрешность допускаемая судами


при рассмотрении дел о признании организации лжепредприятием

 

В целях борьбы с лжепредпринимательством Законом РК от 11 декабря 2006 г. № 201-III «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам налогообложения» статьи 104, 209 и 237 Налогового Кодекса РК были дополнены нормами, позволяющими налоговому органу аннулировать свидетельства о постановке на учет по НДС лжепредприятия и соответственно исключать из зачета сумм налога на добавленную стоимость по товарам и услугам, приобретенным от поставщика, признанного лжепредприятиями, а также исключать из вычетов расходы, произведенные по таким сделкам.

Вопрос о необходимости борьбы с обналичиванием и отмыванием денег не может оставаться без внимания, и подобные нормы в законодательстве должны присутствовать.

Однако, в настоящее время правоприменительная практика показывает, что государственные органы и суды необоснованно широко толкуют данные новеллы Налогового Кодекса РК, что порой приводит к неправомерному наказанию добросовестных участников гражданского оборота.

Такая складывающаяся ошибочная практика не может быть признана оправданной в правовом государстве, где основополагающие постулаты прав и свобод граждан имеют верховенство над произволом.

Для того, что бы разобраться в поставленном вопросе необходимо проанализировать законодательство и сопоставить его со складывающейся практикой.

Следует сразу же отметить, что законодательство не дает определение понятию лжепредприятие. Статья 192 Уголовного Кодекса РК раскрывает лжепредпринимательство как создание коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, имеющее целью получение кредитов, освобождение от налогов, извлечение иной имущественной выгоды или прикрытие запрещенной деятельности, причинившее крупный ущерб гражданину, организации или государству. Следовательно, при определении лжепредприятия следует отталкиваться именно от диспозиции уголовного законодательства, что и делают в настоящее время суды и налоговые органы.

Согласно п.3 ст.209 НК РК в случае признания судом плательщика налога на добавленную стоимость лжепредприятием свидетельство о постановке на учет по налогу на добавленную стоимость по решению налогового органа подлежит аннулированию с момента начала преступной деятельности, установленного судом. Далее сумма налога на добавленную стоимость, относимого в зачет подлежит корректировке, а точнее исключению из зачета (пп.5 п.1 ст.237 НК РК). В соответствии с пп.1-1) ч.1 ст.104 НК РК расходы по операциям с налогоплательщиком, признанным судом лжепредприятием, с момента начала преступной деятельности, установленного судом также не подлежат вычету. В последствии, признанные судом налогоплательщика лжепредприятием влечет исключения его из Государственного реестра налогоплательщиков Республики Казахстан (пп.2 п.2 ст.525 НК РК).

Таким образом, вышеизложенное свидетельствует, во-первых, только суд может признавать организацию лжепредприятием. Во-вторых, лжепредприятием может быть признано только коммерческое юридическое лицо, незаконно осуществляющее предпринимательскую или банковскую деятельность, в целях получение кредитов, освобождение от налогов, извлечение иной имущественной выгоды или прикрытие запрещенной деятельности.

Следовательно, признание судом коммерческого юридического лица лжепредприятием влечет последствия указанным в п. 3. ст.209, пп.5 п.1 ст.237, пп.1-1) ч.1 ст.104, пп. 2 п.2 ст.525 Налогового Кодекса РК.

Однако, в связи с тем, что процедура признания судом коммерческого юридического лица лжепредприятием законодательно не разрешен, практическая реализация данных норм осуществляется не совсем правильно.

Суды Республики Казахстан рассматривают дела в уголовном, административном и гражданском производстве. По результатам рассмотрения дел суды принимают соответствующие процессуальные решения.

В этой связи напрашивается вопрос следующего содержания: в каком из перечисленных производств суды должны признавать организацию лжепредприятием и определять момент начало преступной деятельности?

В настоящее время практика в налоговых и судебных органах складывается следующим образом.

Суды признают коммерческие юридические лица виновными в осуществлении лжепредпринимательства, хотя согласно ст.15 Уголовного Кодекса РК субъектом виновным в совершении лжепредпринимательства может быть только физическое лицо достигшее возраста совершеннолетия. Уголовная ответственность для юридических лиц в законодательстве Республики Казахстан не предусматривается.

Государственные органы ошибочно считают, что приговор суда, вступивший в законную силу, в отношении руководителя (гражданина) поставщика (коммерческого юридического лица), виновного в лжепредпринимательстве, подтверждает, что коммерческая организация осуществляла незаконную предпринимательскую или банковскую деятельность, с целью получение кредитов, освобождение от налогов, извлечение иной имущественной выгоды или прикрытие запрещенной деятельности.

Как правило, именно на основании вступившего в законную силу приговора суда по уголовному делу, возбужденного в отношении первого руководителя коммерческого юридического лица, все счета-фактуры данной организации аннулируются и соответственно суммы налога на добавленную стоимость, ранее отнесенные в зачет получателем товаров и услуг, т.е. контрагентов лжепредприятий, подлежит исключению из зачета.

Таким образом, фактически происходит отождествление таких различных понятий как «лжепредпринимательство» и «лжепредприятие», что по нашему мнению не совсем правильно.

Во-первых, лжепредпринимательство это процесс, т.е. уголовно наказуемое действие, когда как понятие лжепредприятие относится к юридически значимым фактам;

Во-вторых, лжепредприятие это характеристика субъекта частного предпринимательства, следовательно, является категорией гражданско-правовой плоскости, т.е. частного права. Лжепредпринимательства является сугубо криминалистическим термином, определяемым исключительно нормами публичного права.

В-третьих, факт лжепредпринимательства устанавливается в уголовных судах, когда как факт, характеризующий юридическое лицо в качестве лжепредприятия должен устанавливаться в судах в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, признание руководителей предприятий в осуществлений лжепредпринимательства не может автоматический служит признанием коммерческого юридического лица лжепредприятием.

Согласно п.5 ст.6 ГПК РК в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное правоотношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения, а при отсутствии таких норм разрешает спор, исходя из общих начал и смысла законодательства.

Так, согласно главе 36-2 ГПК РК производство по заявлению о признании иностранной или международной организации, осуществляющей экстремизм или террористическую деятельность на территории Республики Казахстан и (или) другого государства, экстремистской или террористической производится в порядке особого производства.

В этой связи, по аналогии норм процессуального права, суды должны устанавливать, что юридическое лицо является лжепредприятием, в качестве юридического факта от которых зависит возникновение, изменение или прекращение личных либо имущественных прав граждан или организаций, а также наступление их ответственности, в порядке особого производства. В силу требований, норм налогового законодательства уголовный суд может устанавливать момент начала преступной деятельности. Однако, признание организации лжепредприятием должно решаться исключительно в гражданско-процессуальном порядке.

Следует отметит, что помимо вышеизложенного, имеет место незаконное применение обратной силы норм Налогового Кодекса РК и соответственного нарушения п.1 ст.37 Закона РК «О нормативных правовых актах».

Кроме того, презумпция добросовестности участников гражданского оборота, закрепленная в п.4 ст.8 ГК РК и пп.2 п.1 ст. 37 Закона РК «О частном предпринимательстве», поставлена под сомнение, т.к. теперь любой субъект частного предпринимательства находится в течении пяти лет с момента заключение какого либо контракта под угрозой неблагоприятных последствии. Однако, данные моменты, которые имеют не маловажное значение, будут освещены в полной версии данной статьи.

 

 

Директор правового департамента

Национальной Экономической

Палаты Казахстана

«Союз «Атамекен»

 

 

 

Асет Атабаев

 

zkadm
Поделиться
0
КОММЕНТАРИИ
Главная Топ LIVE Все
Будьте в тренде!
Включите уведомления и получайте главные новости первым!

Уведомления можно отключить в браузере в любой момент

Подпишитесь на наши уведомления!
Нажмите на иконку колокольчика, чтобы включить уведомления