Чужие среди чужих. Есть ли решение проблемы рохинджа?

Zakon.kz Zakon.kz
Как и в любом масштабном конфликте, однозначной «правды» здесь нет и быть не может.
В последние дни все новостные агентства и социальные сети заполнены новостями и дебатами о ситуации в Мьянме. С обеих сторон представлены достаточно разные точки зрения, включая довольно радикальные. Одна сторона говорит о проведении буддистами тотального геноцида мусульман мьянманской провинции Аракан, другая – защищает официальную позицию мьянманских властей о том, что военная операция вооруженных сил носит антитеррористический и антикриминальный характер.

Как и в любом масштабном конфликте, однозначной «правды» здесь нет и быть не может. Противостояние народности рохинджа и властей Мьянмы длится очень и очень долго – более 200 лет. Попробуем без лишних эмоций разобраться в истоках конфликта, определить пути его дальнейшего развития и понять, почему это беспокоит и официальный Казахстан.

Истоки конфликта: чужие среди своих

Конфликт в западной провинции Аракан, называемой также Ракхайн, зрел в Бирме (старое название Мьянмы) довольно давно. Его основа была заложена в момент получения Бирмой независимости в 1948 году, хотя первые попытки бирманских властей изгнать мусульман были еще в 1785 году. Однако для современности важно то, что именно в 1948 году официальные власти свежеобразованного государства отказались признать народность рохинджа коренным населением Мьянмы и, назвав их «пришельцами-бенгальцами из Бангладеш», оставили рохинджа в неопределенном статусе «неграждан».



Нужно заметить, что Бирма – многонациональное государство, в котором ряд этнических меньшинств долгое время вел и ведет вооруженную борьбу с государствообразующим этносом. Так, например, одни из них – карены – в ходе вооруженного противостояния в конце 1940-х годов осадили и чуть было не взяли прежнюю столицу Мьянмы Янгон. Тогда власти с большим трудом переломили ситуацию, однако острая стадия противостояния продолжалась еще почти сорок лет.

Многие другие этносы Мьянмы также создали на своей территории по факту вооруженные квази-государства в государстве. Ярким примером этого являются «государства» Шан, Ва, Кокан, Каренская область и т.д.
Тем не менее, население всех этих нелояльных власти районов признается властью своими собственными гражданами и автохтонным населением Республики Союза Мьянмы – именно так звучит официальное название этой страны. Подобная позиция распространяется также и на мусульман Мьянмы, не принадлежащих к этносу рохинджа. И вот эти мусульмане как раз-таки очень неплохо вписаны в социальную жизнь Мьянмы.

Все более чужие

В то же время с рохинджа вышла несколько иная ситуация. Дело в том, что рохинджа, несмотря на то, что какая-то часть их живет на территории Аракана более тысячи лет, в большинстве своем были действительно переселены сюда в ходе различных проектов британской администрации, когда Мьянма находилась в составе Британской империи. Для колониальной администрации перемещение рабочей силы из разных уголков империи было нормальной практикой, используемой, в частности, для усиления зависимости местного населения от воли имперских властей.

Кстати, надо заметить, что рохинджа антропологически серьезно отличаются от всего остального мьянманского населения – они больше похожи на население Индии, чем на типичных жителей Индокитая. Точно так же отличается и их язык: рохинджа говорят языке бенгали, господствующем в соседнем Бангладеш.


Вместе с поддержкой английской администрации все это изначально создавало определенную этническую конкуренцию в Аракане. Противоречия усилились, когда во время Второй мировой войны мьянманцы присоединились к японской армии, воевавшей с Англией. С японцами их роднила буддистская религия, обещание Токио об «Азии для азиатов» в рамках «великой восточноазиатской сферы сопроцветания» и неприязнь к Британской империи.

В то же время рохинджа остались в те годы лояльны к английской короне и с оружием в руках встретили японские части, поддержанные мьянманцами. Несмотря на то, что по итогам они выступили на стороне победителя, положение их от этого совсем не улучшилось, и пропасть между ними и официальной властью только расширилась.

«Вы не мьянманские рохинджа, а бангладешские бенгальцы»

После получения Мьянмой независимости главы рохинджа обратились к Бангладеш, который на тот момент носил название Восточный Пакистан, с просьбой о присоединении части Аракана, населенного рохинджа, к территории северо-западного соседа. Бангладеш тогда отклонил подобные призывы, что не помешало официальным мьянманским властям объявить рохинджа «переселенцами из Бангладеш», не имеющими к собственно Мьянме никакого отношения.

Упрощенно позицию официальных властей Мьянмы можно описать в следующем примитивно-агрессивном ключе: «мы не знаем, кто вы такие. Вы приехали при англичанах и поэтому убирайтесь туда, откуда вы приехали. Никакие вы не мьянманские рохинджа, а бангладешские бенгальцы».



Естественно, представителей рохинджа, которые жили в Аракане уже на протяжении нескольких поколений, подобные формулировки не устроили, и устроить не могли. Никуда уезжать с насиженных мест они не собирались, да и уезжать им было некуда.

Нужно заметить, что довольно бедный и крайне переселенный 170-миллионный Бангладеш также решительно отказался признавать рохинджа собственными гражданами, считая их мьянманскими рохинджа. В результате рохинджа подверглись серьезной дискриминации. В отсутствие паспортов им было запрещено передвигаться где-либо за пределами своих анклавов даже по штату Аракан, не говоря уже о всей Мьянме. Выехать за пределы страны, не имея статуса гражданина, также весьма затруднительно, за исключением статуса беженца.

Рохинджа оказались заперты в своих анклавах без доступа к государственному образованию, медицинской помощи, органам правопорядка и другим благам цивилизованного общества, что, естественно, очень серьезно маргинализировало их общество. В анклавах процветает безработица и криминал, высок авторитет радикальных группировок, что также создало благодатную почву для углубления противоречий между рохинджа и другим населением Аракана.

Текущая ситуация: без признания и внешней поддержки

Говоря о конфликте в Аракане, важно правильно оценить общую ситуацию в Мьянме. И ситуация такова, что по сути гражданская война здесь с обретения независимости в январе 1948 года не утихала практически ни на минуту вплоть до сегодняшних дней. Мьянманскую гражданскую войну не без основания называют одним из самых длительных гражданских конфликтов на земле.

Долгие годы положение дел в стране было таким, что по сути «все воевали против всех» и, как обычно это бывает, объединялись в такой войне по этническому принципу. Более того, что тоже далеко не редкость, за многими военизированными образованиями встали внешние силы. Например, Таиланд активно поддерживал – а по факту поддерживает до сих пор – тайское меньшинство Мьянмы.

Кроме того, мьянманские власти часто упрекают Китай в поддержке государства Ва и сепаратистов северо-восточной самоуправляемой зоны Кокан, населенной по сути этническими китайцами. Соединенные Штаты делают ставку на каренов. К примеру, если кто-то видел фильм «Рэмбо-4» с известным актером Сильвестром Сталлоне, то он там сражался с мьянманской армией именно в составе каренов.



В течение последних десятилетий эта «тотальная война» идет с переменным успехом. В какой-то момент наиболее близки к созданию собственного государства были те же самые карены, но тем не менее Мьянме удалось устоять. Буквально два года назад в 2015 году мьянманская армия вела тяжелейшие бои с упомянутыми этническими китайцами из Кокана. Причем война, шедшая с применением авиации, ствольной артиллерии и значительными людскими ресурсами, закончилась перемирием, что для армии Мьянмы соответствовало поражению. И, к слову, тогда в 2015 году, ключевая военизированная группировка рохинджа «Армия спасения рохинджа Аракана» активно участвовала в конфликте на стороне китайцев Кокана.

Но, и это очень важно понимать, рохинджа не имели и не имеют своего сильного внешнего спонсора, как это было у многих других. Поэтому к текущему году политическая ситуация в Мьянме сложилась таким образом, что практически со всеми силами официальный Нейпьидо (современная столица Мяьнмы) имел какие-то соглашения, кроме рохинджа, остававшихся в статусе «неграждан» и «незванных гостей». Для обеих сторон текущая ситуация стала неприемлемой. Рохинджа, не имеющие ничего, тяготились своим статусом и попранием элементарных прав, а властей Мьянмы не устраивало само наличие рохинджа на территории Аракана.

Неизбежность противостояния

Кстати, если ранее Мьянмой правила военная хунта, то в последнее время они разделили бремя правления с известной правозащитницей, лауреатом Нобелевской премии мира, диссиденткой, проведшей многие годы в тюрьме за политические взгляды, Аун Сан Су Чжи. Справедливости ради надо сказать, что она первой перестала называть рохинджа «бенгальцами из Бангладеш» и стала использовать термин «мусульмане Аракана», что само по себе огромная подвижка со стороны властей. Тем не менее, в остальном Аун Сан Су Чжи выражает поддержку мьянманской армии, действующей в Аракане. По всей видимости, это связано с опасением потерять популярность среди избирателей, которые склонны разделять более популистские заявления о легком решении вопроса Аракана в виде применения военной силы.
Ну и также надо понимать, что конфликт между мьянманцами и рохинджа, длящийся более полувека, не оставляет даже умеренным политикам шанса на мирную риторику.

В силу всех этих факторов конфликт в последние месяцы пошел на резкое обострение, после чего мьянманские военные, заявив о многочисленных атаках на свои посты уже упомянутой «Армии спасения рохинджа Аракана», вошли в поселения рохинджей с намерением раз и навсегда решить вопрос. Тем более с другими центробежными силами к текущему моменту достигнуты мирные соглашения, и это был удобный момент для «маленькой и победоносной войны» против слабого соперника.

Надо повторить, что Мьянма воевала с самого дня получения независимости. То есть мьянманская армия – это воюющая армия, и вот такая армия входит на территорию гражданских поселений с намерением вытолкнуть их население с территории страны.



Из Аракана во все стороны хлынули беженцы и тысячи всевозможных суденышек (западная граница штата Аракан проходит по побережью), до отказа набитых людьми, желающими покинуть зону концентрированного насилия. И, хотя обострение с рохинджа наблюдается уже много лет, волнообразно нарастая и спадая, такого массового исхода рохинджа мир еще не видел.

Реакция Казахстана

Естественно, подобный конфликт не может и не должен проходить незамеченным для мирового сообщества. Обострение ситуации в Аракане вызвало серьезную реакцию по всем мире, начиная с ООН и заканчивая исламскими странами.



В этом ключе Казахстан, который является в 2017-2018 году непостоянным членом Совета Безопасности ООН, не мог остаться в стороне. И высказал достаточно понятную и очевидную мысль: насилие надо остановить. Причем официальное заявление Министерства иностранных дел РК, созвучное опубликованной позиции Совбеза ООН, подчеркивает как неприемлемость нападений, совершенных боевиками «Армии спасения рохинджей Аракана», так и необходимость прекращения огня «всеми конфликтующими сторонами» и возобновления мирного диалога.

Кроме того, Казахстан, как активный член Организации исламского сотрудничества (ОИС), более чем справедливо выразил «особую обеспокоенность по поводу положения мусульманской общины Мьянмы и роста "исламофобии" в этой стране». Контактная группа ОИС готова по возможности участвовать в переговорах и урегулировании конфликта, что в сложившихся условиях будет играть достаточно важную роль.

Сказать, что нам нет дела до конфликта в Мьянме, будет неверным. И это связано не только с общим осуждением любых проявлений насилия или поддержкой мусульманской общины. Казахстан, как государство, однозначно осуждающее экстремизм и, кроме того, задействованное в Совбезе ООН в программах борьбы с терроризмом, официально подчеркивает, что межэтническая и межрелигиозная рознь, а также растущая проблема беженцев в приграничных с Мьянмой государствах, может послужить плодородной почвой «для внутреннего и внешнего терроризма, и стать источником угроз для международного мира и безопасности». И в этом ключе отмахиваться от ситуации в Аракане становится все сложнее…

Проблема в том, что ситуация сегодня зашла в тупик, так как обе стороны не готовы друг друга слушать. Насилие порождает насилие, и этот круг до сих пор разомкнуть не удается. Пока мьянманские власти занимают непримиримую позицию, не желая социализировать рохинджей, ситуация в Аракане не будет улучшаться.

Зона конфликтов, нищета, озлобленность будет порождать увеличение количества радикалов, атакующих мьянманцев, а попытка решения этого вопроса силовым путем будет привлекать только большее количество внешних сил, что рано или поздно усугубит хаос в Аракане. Остается надеяться на разумный и взвешенный вклад мирового сообщества в разрешение конфликта, иначе перспективы выглядят довольно мрачно.




Следите за новостями zakon.kz в:
Поделиться
0
КОММЕНТАРИИ
Главная Топ LIVE Все
Будьте в тренде!
Включите уведомления и получайте главные новости первым!

Уведомления можно отключить в браузере в любой момент

Подпишитесь на наши уведомления!
Нажмите на иконку колокольчика, чтобы включить уведомления