Зеленая энергетика в Казахстане: как право помогает или мешает развивать ВИЭ

Переход к устойчивой энергетике стал ключевым направлением государственной политики Казахстана. Что уже закреплено в законодательстве, какие проблемы сдерживают приток инвестиций и как юристы могут участвовать в формировании работающих моделей – в материале юриста Шынгыса Акылбая.

Что уже есть в правовой базе Казахстана

За последние десять лет Казахстан сделал несколько значительных шагов в развитии законодательной базы для возобновляемой энергетики. Еще в 2009 году был принят специальный закон "О поддержке использования возобновляемых источников энергии". Этот документ ввел базовые инструменты поддержки: гарантированный выкуп зеленой энергии по фиксированному тарифу, приоритетное подключение к электрическим сетям и создание централизованного Расчетно-финансового центра (РФЦ) при АО "KOREM", через который проходят расчеты со всеми генераторами ВИЭ.

Позже, в 2018 году, Казахстан перешел от фиксированных тарифов к более рыночной системе – аукционам. Это позволило резко снизить цены: если в 2014 году средняя ставка на солнечную электроэнергию составляла около 34 тенге за кВт⋅ч, то по итогам аукционов 2025 года зафиксирована ставка в 18,72 тенге. Сами аукционы стали прозрачными: теперь они проводятся онлайн, через электронную платформу. Это повысило доверие инвесторов, особенно иностранных, к системе распределения квот.

Особое внимание в 2023-2024 годах получило развитие распределенной генерации. Внесены поправки в Закон РК "Об электроэнергетике", которые уточняют статус "маломасштабных объектов ВИЭ" и допускают возможность подключения таких объектов к сетям без прохождения аукционов. Теперь частные домовладельцы, фермеры и малый бизнес могут установить у себя солнечные панели и продавать излишки энергии обратно в сеть. Юридически это стало возможным благодаря закреплению понятия сетевого доступа для маломасштабных ВИЭ.

Важно отметить и наличие правового механизма долгосрочного договора купли-продажи электроэнергии. Такой договор заключается между инвестором и РФЦ на срок до 15 лет, что создает предсказуемую финансовую модель для банковского и проектного финансирования. Этот инструмент особенно важен для иностранных инвесторов, поскольку снижает риски и упрощает переговоры с кредиторами.

Систему ВИЭ дополняет базовое законодательство об электроэнергетике, где регулируются правила подключения, балансировки мощности и роль системного оператора KEGOC. Также в стране действует национальный план развития зеленой экономики до 2030 года, который закрепляет цели по доле ВИЭ в энергетическом балансе страны.

Таким образом, Казахстан уже создал основу для роста возобновляемой энергетики. Однако сам по себе набор правил не гарантирует качественного роста – это лишь отправная точка. Чтобы механизм работал, требуется дальнейшее совершенствование, устранение барьеров и гибкое регулирование.

Слабые звенья: нестабильность тарифов, правовые риски и нехватка гарантий

Несмотря на определенный прогресс в формировании нормативной базы, сектор ВИЭ в Казахстане сталкивается с рядом правовых и институциональных ограничений, которые сдерживают масштабные инвестиции. Главным среди них остается вопрос предсказуемости тарифной политики. Хотя переход на аукционы повысил рыночную эффективность, инвесторы по-прежнему отмечают недостаточную юридическую устойчивость выданных тарифов. Любые изменения в правилах или подходах к расчету могут поставить под угрозу финансовую модель проекта, особенно если финансирование предоставляется на условиях проектного финансирования с длительным сроком окупаемости.

Также отсутствует механизм компенсации в случае одностороннего изменения нормативных условий. Контракты, заключаемые по результатам аукционов, нередко не содержат положений о стабилизационной оговорке или международном арбитраже. Таким образом, юридическая защита инвестора от изменений в законодательстве остается ограниченной. Для сравнения, в Узбекистане контракты Power Purchase Agreement (PPA) нередко заключаются с международной защитой (английское право и арбитраж в Лондоне), что увеличивает доверие со стороны иностранных инвесторов.

Еще один вызов – это ограниченные гарантии доступа к сетевой инфраструктуре. При дефиците пропускной способности или отсутствии технической возможности подключения инвестор может понести значительные убытки, даже имея выигранный аукцион. Закон "Об электроэнергетике" обязывает системного оператора предоставлять доступ к сетям, но на практике это требование часто сталкивается с техническими и административными барьерами.

Также стоит отметить отсутствие четкой системы гарантий происхождения (green certificates). Хотя в 2023 году Министерство энергетики РК заявило о намерении внедрить механизм сертификации зеленой энергии, конкретные шаги по созданию платформы, нормативной базы и процедуры верификации пока находятся на стадии обсуждения. Без этого инструмента экспортный потенциал зеленой энергии, особенно в контексте трансграничной торговли электроэнергией, остается ограниченным.

Кроме того, наблюдается нехватка устойчивых политик поддержки на локальном уровне, например, в части муниципальных или региональных программ. ВИЭ-проекты требуют не только нормативной поддержки на уровне центра, но и участия местных властей в вопросах землепользования, подключения, водоснабжения и логистики. Пока в Казахстане это взаимодействие остается фрагментарным.

Сравнение с Узбекистаном и Грузией: что можно позаимствовать?

Развитие ВИЭ невозможно в вакууме. Опыт сопредельных стран Центральной Азии и Кавказа может быть полезным источником сравнительного анализа как в вопросах регулирования, так и в институциональных решениях.

Узбекистан. В последние годы страна демонстрирует уверенный прогресс в развитии солнечной энергетики. Один из ключевых факторов – партнерство с международными финансовыми институтами, в первую очередь IFC, которое позволило реализовать программу Scaling Solar. Условия договоров на выкуп электроэнергии (PPA) сопровождаются государственными гарантиями, валютной защитой и прозрачными аукционами, что делает проекты инвестиционно привлекательными. Кроме того, в 2022 году правительство утвердило механизм компенсации инвесторам затрат, связанных с подключением к сетям и земельными вопросами. Это создает прогнозируемую среду для долгосрочных вложений.

Грузия. В 2019 году был принят закон "О продвижении производства и использования энергии из возобновляемых источников", гармонизированный с Директивой ЕС 2009/28/EC о возобновляемой энергетике. Этот закон стал базой для трансформации национального законодательства в сторону европейских стандартов. Однако механизм поддержки через контракты на разницу (contract-for-difference, CfD), при котором государство компенсирует разницу между рыночной ценой и зафиксированным тарифом, был внедрен позже в рамках правовой реформы и аукционной модели, реализуемой с 2022-2023 годов. Кроме того, в стране действует либерализованный рынок электроэнергии, где процессы подключения и лицензирования минимально бюрократизированы. Все это формирует более прозрачную и конкурентную среду для инвесторов, включая малый и средний бизнес.

Таким образом, Казахстан может рассмотреть комбинированный подход: обеспечить защиту инвестиций и валютные гарантии для крупных проектов (как в Узбекистане), при этом создавая более легкие входные условия для малых и средних генераторов (по примеру Грузии).

Заключение

Развитие возобновляемой энергетики в Казахстане является не только техническим или инвестиционным вызовом. Это также задача создания работающей и предсказуемой правовой среды. От того, насколько ясно и последовательно формулируются нормы, зависит доверие инвесторов, устойчивость проектов и темпы перехода к экологически безопасной энергетике.

В стране уже сформирована базовая нормативная платформа: действуют налоговые льготы, проводится аукционная система, установлены целевые показатели по доле ВИЭ. Тем не менее практические механизмы остаются уязвимыми. Чаще всего это касается отсутствия юридических гарантий, нестабильности правил тарифообразования и слабой защиты долгосрочных обязательств.

Чтобы развивать сектор ВИЭ более уверенно, Казахстану нужно не просто привлекать инвестиции, но и структурировать их на основе прозрачных, гибких и юридически устойчивых моделей. В этом могут помочь решения вроде контрактов на разницу (CfD), долгосрочных соглашений с участием международных институтов, а также более активное включение ESG-факторов в законодательство.

Опыт стран региона, например Узбекистана и Грузии, показывает, что продуманное правовое регулирование способно стать реальным катализатором роста. Казахстан обладает не меньшим потенциалом, чтобы стать лидером в переходе к чистой энергетике в Центральной Азии. Для этого важно использовать право не как барьер, а как инструмент роста.

Автор: Шынгыс Акылбай