Ормузский пролив вновь в центре внимания
Очередная эскалация на Ближнем Востоке заставила участников рынка пересматривать риски.
Как сообщалось ранее на странице Центрального командования (CENTCOM) ВС США, американские военные ночью 11 июня 2026 года нанесли удары по объектам связи, наблюдения и ПВО Ирана. В ответ Тегеран сообщил об атаках на американские объекты в регионе и объявил об очередном закрытии Ормузского пролива.
Через этот морской маршрут проходит значительная часть мировых поставок нефти. Любые угрозы судоходству в районе пролива практически мгновенно отражаются на нефтяных котировках.
Моментальная реакция
Опасения по поводу возможных ограничений экспорта сразу отразились на ценах.
Утром нефть марки Brent подскочила почти до 95 долларов за баррель, а WTI (West Texas Intermediate, американская эталонная марка нефти) – до 92 долларов.
Дело в том, что заявления Корпуса стражей исламской революции (КСИР) о готовности противостояния вызвали дополнительную нервозность на рынке, и, даже несмотря на заверения Вашингтона о продолжении коммерческого судоходства, трейдеры предпочли учитывать наиболее рискованный сценарий.
Через несколько часов паника немного улеглась, и на момент написания статьи августовские фьючерсы на баррель Brent на бирже ICE Futures Europe (Intercontinental Exchange) в Лондоне торгуются по 93 доллара. Отметим, что за год стоимость нефти выросла почти на 35%.
Фото: Zakon.kz
Высокая цена нефти – хорошо или не очень?
Рост котировок традиционно играет на стороне государств-экспортеров сырья. Для отечественной экономики это означает увеличение экспортной выручки, дополнительный приток валюты и укрепление платежного баланса.
Положительный эффект получает и бюджет, значительная часть доходов которого связана с нефтяным сектором.
Именно поэтому Международный валютный фонд (МВФ) относит нашу республику к числу стран, способных выиграть от удорожания энергоносителей на фоне ближневосточного кризиса.
Однако положительный эффект имеет свои ограничения. Национальный банк Казахстана обращает внимание, что удорожание энергоносителей постепенно начинает проникать в стоимость товаров и услуг.
Одним из первых сигналов стал транспортный сектор. По оценке регулятора, рост цен на услуги воздушного транспорта ускорился с 19,8% до 29,3% в годовом выражении.
Причина проста: более дорогие нефтепродукты увеличивают расходы перевозчиков, логистических компаний и бизнеса. Со временем эти затраты переносятся в конечную стоимость товаров и услуг.
Еще один канал связан с мировой инфляцией. В Европейском союзе (ЕС) рост потребительских цен уже ускорился с 2,1% до 3,2%, а в Китае инфляция достигла 1,2%, свидетельствуют данные НБРК. Такая динамика увеличивает риск удорожания импортируемой продукции и усиливает внешнее давление на внутренние цены.
Ранее мы сообщили, что Всемирный экономический форум в последнем обзоре Chief Economists' Outlook фиксирует сильнейший рост рисков для глобальной экономики после пандемии COVID-19.