– Насколько существующие меры государственной поддержки материнства и детства отвечают реальным потребностям семей?
– За последние годы в Казахстане сформирована достаточно широкая система поддержки материнства и детства. Это государственные пособия, социальные выплаты, помощь многодетным семьям, развитие дошкольного образования и другие меры социальной защиты.
Но я всегда обращаю внимание на один важный момент: мало предусмотреть государственную услугу, нужно сделать так, чтобы человек действительно мог ею воспользоваться. Именно поэтому мы в рамках комиссии изучаем доступность медицинской помощи, социальных и образовательных услуг.
Например, в 2025 году мы провели мониторинг молодежных центров здоровья при поликлиниках Астаны. Они создавались для того, чтобы подростки могли своевременно получать медицинскую и психологическую помощь. Выяснилось, что не все центры работают достаточно эффективно. После изучения ситуации были определены 10 центров из 17, деятельность которых соответствует предъявляемым требованиям. А семь центров практически не функционировали. Мы смотрели, как ведется работа, сколько детей обращаются за помощью. И мы выступаем за то, чтобы такие центры работали во всех поликлиниках. Родители сами говорят, что это значительно упрощает получение медицинской помощи подростками.
Кроме того, мы уделяем большое внимание доступности реабилитационных центров, развитию инклюзивного образования. Важно не только выплачивать пособия, но и создавать условия, при которых ребенок получает необходимую помощь, а семья чувствует поддержку.
– Какие организации в Астане сегодня оказывают помощь детям и семьям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации? Куда можно обратиться за поддержкой?
– В Астане действует несколько организаций, куда дети и родители могут обратиться за помощью. В 2025 году начало работу Управление по защите прав детей, деятельность которого направлена на защиту прав и законных интересов несовершеннолетних.
Также в столице функционирует Центр поддержки института семьи "Жанұя", где можно получить консультации по социальным и правовым вопросам, психологическую поддержку. Еще одна важная организация – Центр психологической поддержки, специалисты которого оказывают помощь детям, подросткам и родителям, столкнувшимся с эмоциональными трудностями, конфликтами и кризисными ситуациями.
К сожалению, далеко не все жители столицы знают о существовании этих организаций и возможностях получения помощи. Поэтому очень важно рассказывать о них, чтобы каждая семья понимала, куда можно обратиться, если возникла сложная ситуация. Главное – не оставаться с проблемой один на один и своевременно обращаться за поддержкой.
– Какие еще меры могли бы облегчить жизнь родителям?
– Я считаю перспективным развитие групп кратковременного пребывания детей. Такие группы уже работают в Астане, но их пока недостаточно.
Представьте маму, которая круглосуточно находится с маленьким ребенком, особенно если он нуждается в постоянном уходе. Возможность оставить его под присмотром специалистов на четыре-пять часов дает женщине время решить бытовые вопросы, заняться собственным здоровьем или просто отдохнуть.
В условиях, когда во многих семьях работают оба родителя, такие услуги становятся все более востребованными. Думаю, постепенно мы вернемся и к более широкому развитию ясельных групп.
– А какую помощь может получить семья, оказавшаяся в трудной жизненной ситуации?
– В столице действует система поддержки таких семей. Есть кризисные центры, организации, оказывающие помощь женщинам, пострадавшим от бытового насилия. Работают механизмы сопровождения семей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации.
Специалисты выезжают на места, изучают обстоятельства, определяют, какая именно помощь необходима. Это может быть содействие в трудоустройстве, переобучении, получении социальных услуг, подготовке детей к школе. Предусмотрены и конкретные меры материальной поддержки.
Но наша задача – не просто помочь семье в определенный момент, а создать условия, чтобы она смогла самостоятельно преодолеть трудности. Для этого необходим индивидуальный подход.
– Какие результаты работы комиссии вы считаете наиболее значимыми?
– Наша комиссия является консультативно-совещательным органом. Мы анализируем ситуацию, выявляем системные проблемы и предлагаем пути их решения.
Один из недавних примеров связан с работой реабилитационных центров. После заседания комиссии мы организовали выезды в учреждения, изучили условия оказания услуг и труда специалистов.
Выяснилось, что отдельные категории педагогов и узких специалистов, работающих в социальной сфере, не охвачены некоторыми механизмами дополнительной оплаты труда. Мы собрали необходимые материалы, направили обращение, и впоследствии этот вопрос был поднят на уровне депутатского запроса. Сейчас проводится работа по его изучению.
Кроме того, комиссия занимается вопросами доступности дворовых клубов, качества предоставляемых услуг и безопасности детей.
– Безопасность несовершеннолетних – тоже одно из направлений вашей работы?
– Безусловно. По нашей инициативе совместно с прокуратурой, департаментом полиции и другими службами проводились ночные профилактические рейды.
Мы посещали игровые клубы, общественные места, выявляли несовершеннолетних, находившихся ночью без сопровождения взрослых. В начале таких мероприятий за одну ночь обнаруживали до ста детей, среди которых были даже 11-13-летние подростки.
После проведения рейдов ситуация стала меняться. Но профилактика не должна ограничиваться проверками. Мы также объединили усилия общественных организаций, советов матерей и отцов, правоохранительных органов и управления образования для работы по вопросам безопасности школьников.
– Есть и другая сторона вопроса, о которой, наверное, тоже нужно говорить открыто. Иногда постоянная помощь невольно формирует иждивенческие настроения. Вы встречали в своей практике такое?
– Да. Расскажу один случай из нашей практики. К нам обратилась предпринимательница, которая на протяжении пятнадцати лет помогала одной многодетной семье. Каждый месяц покупала продукты, одежду, обеспечивала всем необходимым. Когда мы решили разобраться в ситуации и выехали к этой семье, выяснилось, что среди ее членов есть трудоспособные взрослые. Конечно, там воспитывается и ребенок с особыми потребностями, которому необходима поддержка. Но ведь это не означает, что остальные члены семьи не могут работать.
Я тогда сказала предпринимательнице: "Вы делаете доброе дело, но не получается ли, что такая помощь становится медвежьей услугой?" На мой взгляд, государственная поддержка должна не только помогать человеку пережить трудный период, но и давать возможность самостоятельно выйти из сложной ситуации. Если человек трудоспособен, важно содействовать его обучению, трудоустройству, возвращению к полноценной жизни. Иначе можно годами помогать семье, но так и не изменить ее положение.
– Что вы считаете главным в укреплении института семьи?
– Семья нуждается не только в материальной поддержке. Важно, чтобы родители имели возможность работать, воспитывать детей, получать качественные медицинские и образовательные услуги.
При этом государственная поддержка и личная ответственность должны дополнять друг друга. Мы стремимся к тому, чтобы помощь была адресной, своевременной и действительно способствовала улучшению положения семьи.
И, конечно, очень важно взаимодействие государственных органов, общественных организаций и самих родителей. Только совместными усилиями можно создать условия, в которых каждый ребенок будет чувствовать себя защищенным, а семья – уверенной в завтрашнем дне.