Быстрые платежи и новые риски: как цифровизация меняет финансовую безопасность
Фото: ASTANA FINANCE DAYS
Но вместе с возможностями растут и риски: преступники используют те же технологии, регулирование в разных странах остается неоднородным, а времени на проверку операций у банков становится все меньше. Именно вокруг этих противоречий строилась дискуссия на панельной сессии ASTANA FINANCE DAYS 2026 "Финансовая разведка в цифровую эпоху: от цифровых активов до искусственного интеллекта".
Участники обсуждения сходились в одном: финансовая безопасность сегодня зависит уже не только от качества отдельных банковских систем. Она все больше становится вопросом скорости обмена данными, международного взаимодействия и способности регуляторов и финансовых институтов действовать быстрее, чем меняются сами технологии.
Когда скорость становится риском
Один из главных вызовов цифровой финансовой системы – резкое сокращение времени между отправкой и завершением операции.
Председатель правления Евразийского банка Ляззат Сатиева привела в пример цифровые активы. Если традиционный международный перевод занимает определенное время и банк может провести дополнительные проверки, то транзакции с цифровыми активами совершаются за считанные секунды.
Это заставляет банки перестраивать саму архитектуру риск-контроля: проверка должна происходить либо заранее, либо практически одновременно с транзакцией.
Сатиева отметила и другую проблему – качество данных. Банки располагают огромными историческими массивами информации, но часть инфраструктуры создавалась еще до появления современных цифровых решений. Поэтому эффективность ИИ и аналитических моделей напрямую зависит от того, насколько быстро банк способен привести эти данные в пригодный для анализа вид.
При этом, по ее словам, риск-менеджмент и комплаенс уже нельзя рассматривать как завершающий этап запуска продукта. Они должны включаться в его разработку с самого начала.
Финансовые преступления больше не знают границ
Исполнительный секретарь Egmont Group Жером Бомон перевел разговор с уровня отдельных банков на международный уровень. По его словам, цифровые активы активно используются не только финансовыми организациями, но и преступниками. Средства могут перемещаться между различными блокчейнами, системами и юрисдикциями, что значительно усложняет отслеживание их происхождения и конечного назначения.
В этом и заключается одна из главных проблем: преступные финансовые схемы становятся глобальными, тогда как расследования и регулирование по-прежнему во многом остаются национальными. Бомон подчеркнул, что ни одно ведомство и ни одна страна уже не способны эффективно противостоять таким схемам самостоятельно. Необходим постоянный обмен информацией между банками, подразделениями финансовой разведки и правоохранительными органами, а также технологии, позволяющие прослеживать цифровой след средств на разных этапах их движения.
Глобальные операции — разные правила
Основатель и генеральный директор Sherlocq Бхавин Шах обозначил еще одно противоречие цифровой экономики. Финансовые операции становятся международными по своей природе, но требования к ним в разных странах по-прежнему существенно различаются. Для банков и других финансовых организаций это означает необходимость одновременно работать в логике нескольких регуляторных систем.
Именно здесь технологии и искусственный интеллект могут существенно облегчить работу – быстрее анализировать информацию, сопоставлять требования разных юрисдикций и выявлять потенциальные риски. Однако Шах предостерег от полной автоматизации решений. По его мнению, ИИ должен оставаться инструментом помощи специалисту, а не заменять его. Машина может быстрее обнаружить аномалию или подозрительную связь, но ответственность за оценку риска и дальнейшие действия остается за человеком.
ИИ: помощник или новый источник уязвимости?
Этот вопрос стал одним из центральных в дискуссии. Участники панели не спорили с тем, что искусственный интеллект способен радикально ускорить анализ финансовых данных. Но практически каждый тезис о преимуществах ИИ сопровождался оговоркой.
Для работы алгоритмов нужны качественные данные. Для оценки результата – человек. А для действий по подозрительной транзакции – понятная регуляторная процедура. Поэтому сама по себе технология не решает проблему финансовой безопасности. Наоборот, чем больше решений автоматизируется, тем важнее становится вопрос: где должна проходить граница между машинной аналитикой и человеческой ответственностью?
От KYC к анализу цифрового следа
Цифровые активы ставят под сомнение и некоторые привычные подходы банковского контроля. Если раньше основой риск-менеджмента был принцип Know Your Customer – "знай своего клиента", то теперь этого зачастую недостаточно. Банку приходится понимать, куда направляются средства, кому принадлежит цифровой кошелек, через какие сети и платформы прошла транзакция и какой цифровой след она оставила.
Ляззат Сатиева отметила, что выявление подозрительной операции требует сопоставления текущего поведения клиента с его историческим профилем и уже известными типологиями мошеннических схем. После этого информация может передаваться через систему взаимодействия с Агентством по финансовому мониторингу.
Однако и здесь возникает проблема обратной связи: банк не всегда располагает всей информацией для окончательной квалификации операции и нуждается в обмене данными с государственными органами.
Кто должен успевать быстрее?
В итоге дискуссия вышла далеко за рамки вопроса о том, какие технологии должны использовать банки. Главный вызов оказался системным. Платежи становятся мгновенными, а проверки требуют времени. Финансовые преступления становятся трансграничными, а регулирование остается национальным. Искусственный интеллект умеет быстрее анализировать данные, но не снимает ответственности с человека.
Поэтому вопрос сегодня звучит уже не так: делают ли новые технологии финансовую систему безопаснее? Скорее – успевают ли банки, регуляторы и правоохранительные органы меняться с той же скоростью, с которой меняются сами деньги и способы их перемещения?
И в этом участники панели были близки во мнении: безопасность цифровой финансовой системы будет зависеть не от одной технологии и не от одного участника рынка, а от способности банков, регуляторов и международных организаций работать как единая система.



