Цена жизни: 125 блокадных граммов хлеба
Фото: Zakon.kz/Ирина Ковалёва
Блокаду Надия Хабибрахмановна Ахмедзянова пережила ребенком. Ленинградские воспоминания не по-детски трагичные – холодно, еды нет.
"Голодали, все время голодали. Мама приносила паек 125 граммов. В руки нам не давала хлеб. Горячую воду в кружки, остатки соли, туда эти крошки. Всем делила, и ложкой ели, как суп. Только хлеб и вода. Правда, к весне легче стало. В Летнем саду первые листочки и траву люди сразу съели". Жительница Павлодара Надия Ахметзянова
Жили в самом центре Ленинграда, на Невском проспекте, недалеко от Адмиралтейства. Отец Хабибрахман (Михаил) Ахметзянов – чернорабочий на заводе "Красный треугольник". Мама Рашида Гумарова. Дед Гумар работал истопником в гостинице "Европейская", ресторан "Садко" напротив Казанского собора. Бабушка убирала комнаты на постоялом дворе, куда приезжали извозчики.
Фото: из личного архива Надии Ахметзяновой/Хабибрахман (Михаил) Ахметзянов
В 1936 году Хабибрахмана Ахметзянова арестовали. Дочери Нурие было два года, жена была беременна вторым ребенком. Ночью пришли с обыском, забрали и в течение недели осудили. За что – так и не узнали. Но раз ничего не нашли, то отправили на вольное поселение в Павлодар Казахской ССР. Рашида испугалась и переоформила свои документы на девичью фамилию. И дочь, родившуюся в 1937 году, записала как Надежду Михайловну Гумарову.
Вещи конфисковали, квартиру в подвале опечатали. Рашида с детьми переехала к родителям на бывший постоялый двор, переоборудованный перед войной в коммунальную квартиру на 7 семей. В одной комнате поселились вшестером.
Фото: из личного архива Надии Ахметзяновой
Надпись на обороте этого фото гласит: "на память Мишеньке от Мани, Раи, Нюрочки и Наденьки", 1938 год.
"На сохранившейся у отца фотографии: мама – Рашида (Рая), ее 18-летняя сестра Мария, старшая дочь Нурия (Нюра) и я, Надия (Надя). А у нас не сохранилось ничего: когда в ноябре 1943 года переправлялись через Ладожское озеро в Карелию из Ленинграда, мама упала в воду с сумкой, с документами. Еле вытащили. Но там много погибало людей".Жительница Павлодара Надия Ахметзянова
В 1939 году – поездка в Павлодар, чтобы показать мужу младшую дочь. Увидев документы на Надю Гумарову, он пошел в ЗАГС и сделал свидетельство о рождении на Ахметзянову Надию Хабибрахмановну. Якобы она родилась в Павлодаре, когда жена к нему приезжала. Остаться не дал: после окончания срока в 1941 году сможет вернуться в Ленинград и оспорить дело. Это ему не удалось – ни выехать, не реабилитироваться. До пенсии работал бригадиром грузчиков перевалочной базы "Кузнецкстрой" в Мойском рудоуправлении от Новокузнецкого металлургического комбината.
"А мы с сестрой в 1941 году были в летнем лагере с детским садом в Карелии. Вот уже почти окружили Ленинград, а детей не привозят. Мама с другими женщинами поехала и нашла нас. Подписанная детская одежда в спешке перепутана. Если б не успели выехать, то потерялись бы в детских домах, не зная, кто мы. Только въехали в Ленинград, закрылось кольцо блокады". Жительница Павлодара Надия Ахметзянова
Фото: из личного архива Надии Ахметзяновой
Такими в 1941 году Надию с сестрой и мамой застала война. Из 7-комнатной квартиры всех эвакуировали. Но их не выпускали: отец репрессирован, выезд запрещен. В городе отключили воду, свет, отопление. Поставили печь-буржуйку посреди комнаты, в Летнем саду рядом собирали ветки. Первые месяцы бомбоубежище было в их бывшей квартире в подвале.
В этом видео Надия Ахметзянова рассказывает о своей кукле и вспоминает один из эпизодов жизни в осажденном городе. Игрушка была набита опилками, и маленькая Надя всегда носила ее с собой в бомбоубежище. Во время одной из бомбежек рядом разорвался снаряд, осколками кукле пробило живот. Девочка чудом осталась жива.
"Когда я пришла в бомбоубежище, все сидели в копоти, но никто не плакал. Была мертвая тишина. Я зашла, а у меня от куклы одна голова и ножки болтаются, а пузо вылетело. И они все ахнули и мне сказали – второй раз родилась, девочка! Я осталась жива". Жительница Павлодара Надия Ахметзянова
Фото: Zakon.kz/Ирина Ковалёва
До войны дети, бывало, проводили время у дровницы. Тогда дед-истопник угощал внучек бутербродами с маслом, колбасой, сыром.
"Мы верх объедим, а остаток под бревно толкаем. Когда началась блокада, еще теми дровами топили. Дедушка начал пилить, берет плашку, а там хлеб полуистлевший. У него рот от уха до уха: детки, я вам хлеба принес! Вот эти сухарики, объеденные муравьями, мы ели с удовольствием". Жительница Павлодара Надия Ахметзянова
А когда все спилил, дед стал полностью отдавать свой паек. Он, бабушка и мамина сестра Мария тушили на чердаках зажигательные бомбы, им давали дополнительный паек. Отказывая себе, они все отдавали Нурие и Надие, чтобы они выжили.
Дед Гумар умер первым, в декабре 1941 года. В феврале 1942 года умерла 18-летняя Маша. А бабушка, похоронив мужа и дочь, сошла с ума. Умерла она в марте 1942-го. В городе каждый день шла повозка с красным крестом, заходили в квартиры, выносили умерших.
Вот как вспоминает Надия Ахметзянова один из страшных эпизодов детства:
"Крысы полезли по пустым водосточным трубам и бегали по комнатам. Мы держали в руках две палочки. Сидели на кровати, замотанные в теплые стеганые одеяла. И били крыс, отгоняли, чтоб они нас не трогали. Это когда уже дедушка умер и бабушка".
Мама от голода не могла ходить. 6-летняя Надия с 8-летней сестрой ходила на Неву. Сестра ложилась на живот лицом к проруби. А Надия садилась ей на ноги сзади, чтобы вода не унесла. Набирали кружками бидончик и на саночках везли домой.
Фото: Zakon.kz/Ирина Ковалёва
Так прожили почти все 900 дней блокады. Перед прорывом освобождали оставшиеся целыми квартиры для возвращавшихся из эвакуации чиновников. Семью выселили, но в Павлодар не пускали. В ноябре 1943 года вывезли в войсковую часть Карелии, лечить от дистрофии. 27 января 1944 года город полностью освободили. А в День Победы, вспоминает Надия Ахметзянова, она получила подарки:
"9 мая с сестрой были в деревне, в Карелии. По радио объявили – кончилась война. Я босиком побежала к маме, она с соседками на току веяла зерно. У обочины грузовик. Водитель поймал меня: куда бежишь? Я говорю: война кончилась! Он отвечает: раз такое дело, то бери подарок в обе руки, что хочешь. А в кузове коробки с игрушками, в детский дом везут. Я взяла резиновую куколку-голыша и мячик. Когда добежала на ток, уже из войсковой части сообщили о победе. Все прыгают, кричат, танцуют, шапки вверх бросают! А вечером всех пригласили в армейский клуб войсковой части на концерт. После детям вручили самодельные сумочки с банкой тушенки и барабанчиком с цветными шариками-конфетами. Дома был праздничный ужин. Три подарка – новость, игрушки и гостинец. А потом мы ездили на праздничный салют в Ленинград".
Вернулись окончательно в Ленинград в августе 1946-го – квартиры и прописки нет, родные погибли. В Павлодар к отцу добирались три месяца. В дороге пропала кукла-голыш. А мяч еще долго был в Павлодаре. Потом его обменяли на две большие буханки хлеба.
В Павлодаре у отца родилась девочка в гражданском браке, ведь он считал своих блокадников погибшими. Ее взяли в семью, дали фамилию и воспитали.
Надия Ахметзянова выбрала профессию преподавателя, всю жизнь она помогала другим, была активным общественником. После педучилища работала в сельской начальной школе, в райкоме комсомола. Отучилась в Семипалатинском пединституте, была учителем русского языка и литературы в школе № 1 Павлодара. Затем стала ответственным секретарем обкома профсоюза. Перешла на кафедру недавно открывшегося Павлодарского пединститута.
Фото: из личного архива Надии Ахметзяновой/1959 год
Словно наперекор блокадным годам, во время каникул путешествовала по городам и странам. Объездила почти все республики СССР, побывала в Венгрии, Чехословакии. И, конечно, в Ленинграде. Даже заходила в старую квартиру деда.
Поступила в аспирантуру, готовилась к диссертации. Но в 1976 году выбрала новые возможности – работу за границей. Три года во Вьетнаме преподавала русский язык в Ханойском университете. Затем получила персональное приглашение на три года в Лаос.
Почти 30 лет Надия Хабибрахмановна работала преподавателем русского языка. Ветеран педагогического труда, в 90-х она вышла на пенсию, но продолжила трудиться в институте еще 12 лет. Потом еще 12 лет ответственным секретарем в городском совете ветеранов. И только в 2016 году вышла на заслуженный отдых.
Живет одна, семьи не создала. Говорит, пропутешествовала и проработала. Но ее заботу помнят ученики, студенты и те, кому она помогала. Сестра-блокадница ушла из жизни несколько лет назад. За Надией Ахметзяновой ухаживают племянники.
В 2020 году пенсионерка перенесла ампутацию ноги, передвигается по квартире на коляске.
Фото: Zakon.kz/Ирина Ковалёва
На 9 Мая в свои 89 лет Надия Ахметзянова выехала по приглашению в Санкт-Петербург. А 80-летие Победы в минувшем 2025 году Надия Ахметзянова встречала, наблюдая парад в городе на Неве. 38 блокадников из разных стран общались, вспоминая прошлое. Казахстан она представляла одна, были встречи с губернатором, музеи, торжества и отдых в профилактории. Она посетила родные места. И Пискаревское кладбище, где похоронены родные, отдававшие детям блокады свои 125 граммов хлеба.
