Народ больше доверяет суду, чем другим инстанциям (А.Смецкой)

Народ больше доверяет суду, чем другим инстанциям

 

Андрей Смецкой

 

В прошлую пятницу на «Прямой линии» на ваши вопросы отвечал председатель Специализированного межрайонного экономического суда Астаны Акан Жумагулов.

— Акан Маратович, вопрос от КСК: на днях мы не пустили работников АО «Казахтелеком» на крышу дома для наладки их оборудования, объяснив, что требуется заключить договор о сотрудничестве. Потому что не можем допускать на крышу посторонних лиц без согласия всех собственников квартир (в прошлом году производился частичный ремонт кровли, на который жильцы собирали деньги), и на КСК, по закону, лежит ответственность за сохранность общедолевой собственности.

В ответ из АО «Казахтелеком» прислали уже состоявшееся решение межрайонного экономического суда от 28 октября 2015 года в отношении другого КСК (КСП «Акмола»), в котором предписывается обеспечить беспрепятственный доступ к оборудованию, поскольку это нарушает права собственника оборудования («Казахтелекома») и мешает исполнять обязанности по договору с абонентами. Нам пригрозили, что подадут такой же иск и на наш КСК, если не будем пускать их работников. Но в доме, о котором идет речь, не все жильцы являются абонентами «Казахтелекома» (их список в КСК даже не передали). Другие же организации, предоставляющие услуги связи и размещающие на доме свое оборудование, имеют с КСК договоры о сотрудничестве, предусматривающие небольшую ежемесячную оплату (в зависимости от числа обслуживаемых клиентов) и позволяющую хотя бы частично компенсировать издержки, связанные с дополнительной амортизацией кровли (ее износом).

Крыша является общей неделимой собственностью всех владельцев дома, поэтому, на наш взгляд, решение, вынесенное межрайонным экономическим судом, нарушает права собственников квартир, не пользующихся услугами «Казахтелекома». Однако теперь это решение рассылают по всем КСК, еще и угрожают новыми исками, говорят: «Мы с вас еще деньги возьмем!» А в доме половина хозяев квартир — пенсионеры, последние деньги собирали на ремонт крыши! Как нам теперь быть?

— Я не могу комментировать решение суда, уже вступившее в законную силу. Но само это решение относится к конкретному спору и носит частный характер. Если «Казахтелеком» подаст новый иск в суд, то ответчик имеет право представить свои возражения. И с учетом всех доводов будет принято законное и независимое решение.

— То есть представленное решение не является обязательным для всех?

— У нас нет прецедентного права, поэтому вынесенное решение не является основанием для другого решения. Каждый случай (спор) рассматривается отдельно по тем фактам, которые предоставят истец и ответчик.

— А не может случиться так, что подадут иск, назначат суд, не поставят в известность ответчика, и рассмотрение пройдет без него?

— Такого не может быть, потому что у КСК есть адрес, телефон, электронная почта… Это не неизвестный человек, которого трудно найти. Поэтому представители КСК будут вызваны в суд и заслушаны на процессе. Решение, принятое без ответчика, будет необъективным и односторонним.

 

Нагрузка давит

— Экономические дела — одни из самых сложных для разбирательств.

Зачастую имеется большой объем документации и споры носят затяжной характер. Даже когда есть решение суда, его пытаются оспорить еще и еще раз. Все это предъявляет высокие требования к профессионализму судей. Насколько вы, как председатель суда, удовлетворены качественным составом судей?

— Специфика экономического суда в том, что, пожалуй, каждое третье решение оспаривается. Когда затрагиваются финансовые интересы, любая сторона (особенно проигравшая) так просто с решением не согласится: даже зная, что законно проиграли, все равно будут оспаривать, пока до последней инстанции не дойдут. Поэтому в экономическом суде процент обжалованных (опротестованных) решений очень большой.

Уровень судьи оценивается по качеству выносимых решений: чем меньше его решение подвергается корректировке в последующих инстанциях, тем лучше работает судья. В прошлом году у нас 98,8 процента решений признаны законными и обоснованными. Представьте, какое количество дел ушло в вышестоящие инстанции, и только 1,2 процента от общего числа решений подверглись корректировке, остальные остались в силе. Это свидетельствует о том, что уровень наших судей высок.

— А сменяемость большая?

— В Астане самый крупный по численности экономический суд в республике — 26 судей. Половина состава за последние три-четыре года обновилась. Но такая текучка прежде всего связана с большой нагрузкой. Не каждый судья может выдержать…

— И какая сейчас нагрузка?

— В прошлом году у нас вышло по 49 дел в месяц на судью (это по оконченным делам). Сейчас у каждого судьи в производстве находится по 80 дел.

При таком количестве дел не должны нарушаться сроки: судья обязан закончить рассмотрение в двухмесячный срок (с момента назначения процесса и до вынесения решения).

Поэтому мы работаем по принципу: отложить рассмотрение можно не больше двух раз. А для этого судья должен хорошо подготовиться, обеспечить явку сторон и если не получилось с первого раза, то со второго рассмотреть дело.

Нагрузка между судьями распределяется равномерно. С целью повышения качества рассмотрения в суде введена специализация. Созданы пять групп судей, каждая из которых рассматривает определенную категорию: налоговые и таможенные дела — одни судьи, оспаривание решений и действий государственных органов и должностных лиц — другие, третьи — банкротство…

Но основной способ снижения нагрузки на судей экономического суда видится в применении альтернативных способов разрешения предпринимательских споров: переговоров, медиации, арбитража, третейского разбирательства.

— В чем отличие этих способов?

— Основная масса гражданско-правовых споров должна решаться с помощью переговоров. Хотя предприниматели и прописывают в своих договорах необходимость урегулирования спорных моментов путем переговоров, на практике этот пункт остается формальным и сводится лишь к обмену письмами.

Медиация — очень удобная и, на мой взгляд, самая справедливая форма разрешения спора. Когда стороны не нацелены на конфликт, а приходят к соглашению на взаимоприемлемых условиях, то есть никаких претензий друг к другу не имеют и не вынашивают обид. Такое согласие подразумевает сохранение партнерских отношений и после разбирательства, что в условиях отечественного рынка представляется весьма важным.

Что касается арбитража, основным положительным моментом является то, что стороны сами выбирают судью и добровольно исполняют решение.

При таком разнообразии способов от самих сторон зависит, куда они хотят обратиться: то ли в суд общей юрисдикции, то ли к медиатору, или в арбитраж. Кому больше доверяют, туда и обращаются.

— А кому больше доверяют?

— Судя по тому, что нагрузка на наших судей до сих пор не спала, доверяют больше нам. Мы, конечно, хотим снизить нагрузку: уменьшить количество поступающих дел, передав их медиаторам, в арбитраж или третейские суды (даже рекомендуем сторонам, чтобы пробовали урегулировать спор в досудебном порядке). Но, тем не менее, с каждым годом количество обращений растет. Это говорит о том, что народ больше доверяет суду, чем другим инстанциям.

 

Спорят разными способами

— В последние годы сильно рекламировали медиацию как альтернативу суду. Но медиаторы за свои услуги берут плату (даже на платных курсах по подготовке медиаторов обещают баснословные заработки) и оказались не менее жадными, чем адвокаты. Тем же грешат и третейские судьи. Поэтому эти формы пока не получили широкого распространения. А есть ли бесплатная альтернатива?

— В этом году приняли новый Гражданско-процессуальный кодекс, в котором предусмотрели дополнение в виде судебной медиации, когда медиаторами выступают сами судьи.

То есть в ходе рассмотрения дела сторонам не обязательно приглашать медиатора и заключать с ним договор на платной основе, можно попросить судью (выбрать можно любого). Тогда этот судья бесплатно приведет стороны к примирению и заключит медиативное соглашение.

Кроме того, есть понятие «непрофессиональные медиаторы», которые выполняют роль медиаторов на общественных началах. Это люди старше 40 лет, имеющие высшее образование и высокий авторитет в обществе. Их регистрируют в акиматах, внося в специальный реестр. Они, так же как и профессиональные медиаторы, могут разрешать споры, но, по закону, не имеют права брать деньги. Заключенные ими соглашения также имеют юридическую силу, и в случае невыполнения суд имеет право требовать исполнительный лист. Особенно такие медиаторы востребованы в сельских районах.

 

Не сошлись ценой

— Меня зовут Михаил Иванович. Делами о выплате компенсаций за снос вы занимаетесь?

— В наш суд поступают все споры между юридическими лицами и субъектами предпринимательства. Спорами между физическими лицами занимаются суды общей юрисдикции по месту проживания.

— Но как можно по-разному оценивать стоимость дома и земли?

— Если земля была изъята, то наверняка была назначена экспертиза о стоимости недвижимости. Оценка может производиться по-разному: по гражданско-правовой сделке или по рыночной цене. Позиция, которую займет суд, зависит от многих факторов, в том числе от того, в каком году выкуплен дом…

— Понятно, этим вы не занимаетесь, тогда какие предпринимательские дела рассматриваете?

— Преобладающая масса дел — договорные споры в сфере государственных закупок. Госструктуры объявляют тендеры, предприниматели в них участвуют, и если потом участник конкурса не выполняет своих обязательств, то его вносят в реестр недобросовестных участников закупа. А чтобы это сделать, требуется решение суда. После внесения в реестр предприятие два года не может участвовать в тендерах. Таких дел очень много, потому что в Астане расположен центральный государственный аппарат, и финансирование идет отсюда.

Большая категория дел касается обжалования действий государственных органов: акимата, Земельного комитета, министерств… К примеру, изъятие земельных участков для государственных нужд под строительство «ЭКСПО», нового железнодорожного вокзала. В этих районах находится много предприятий, и их владельцы не всегда соглашаются с ценой компенсации.

 

Инфобоксы

За первый квартал 2016 года в Специализированный межрайонный экономический суд Астаны поступило 3283 иска. В прошлом году за аналогичный период их было 2840. Количество исков возросло на 15 процентов.

С 1 января текущего года медиация может проводиться бесплатно судьей, если об этом ходатайствуют спорящие стороны. Благодаря этому число медиативных соглашений возросло в четыре раза: если за три месяца прошлого года по взаимному согласию было прекращено 31 дело, то в нынешнем за тот же срок уже 122.

Сегодня нагрузка на одного судью Специализированного межрайонного экономического суда Астаны составляет около 80 дел в месяц.

Следите за новостями zakon.kz в: