62-летний житель Актау Андрей Астафьев занимается археолого-приключенческим туризмом в Мангистау, проводит экспедиционные туры по следам древних цивилизаций Казахстана. Также является сотрудником Института археологии им. А. Х. Маргулана.
"Видимо, археологом я родился, потому что с детства есть интерес к древней полевой истории. Родители рассказывают, что, когда был маленьким, сидел в огороде и ковырялся, выкапывал старые ржавые гвозди, чистил их. Интерес не угасал и в школе. После поступил в Ростовский государственный университет, окончил его со специализацией "археология". В свое время работал в Мангистауском областном историко-краеведческом музее, а после трудился в историко-культурного заповедника Мангистау, достаточно долгое время был индивидуальным предпринимателем с акцентом на археологию, занимаюсь туризмом".Андрей Астафьев
Андрей Астафьев называет себя невыездным археологом. Он единственный, кто занимается исключительно своим регионом – Мангистауской областью. Здесь он провел множество полевых сезонов – более 30 личных экспедиций. Признается, что поначалу приходилось заниматься всеми темами: от каменного века до позднего средневековья.
"У меня нет цели ездить в другие экспедиции, потому что край очень богат на свою уникальную и интереснейшую историю. У Мангистау необычный ландшафт и неземные красоты, благодаря чему он притягивает туристов со всего мира. Здесь собраны все виды земных пустынь – в этом и есть прелесть нашего региона. В свое время у меня была своя научная специализация – это конец каменного века – эпоха неолита. Также мы касались вопросов бронзового и железного веков. В последнее время работаем с поздней античностью и ранним средневековьем".Андрей Астафьев
Безусловно, каждая находка для археолога – выдающееся достижение. Однако сенсацией в мировой науке Андрея Астафьева стало открытие торгово-транспортного узла с рабочим названием –городище и могильник "Каракабак".
"Тема изучения торгово-транспортных магистралей Арала – Каспия – универсальная, не узкая в хронологии, она охватывает последние 2000 лет нашей истории. Есть большой труд, которому я посвящаю практически все свое время, – это открытие торгово-транспортного узла, у него рабочее название "Городище и могильник "Каракабак". Это сенсация мирового уровня. Работы были начаты с 2015-2017 годов. Несмотря на то, что мы только на начальном этапе исследования, он очень результативный, нами получено огромнейшее количество информации".Андрей Астафьев
Житель Актау со своей командой открыл новую, ранее неизвестную ни в археологии, ни в истории изучения Великого шелкового пути торговую трассу – это северное ответвление Великого шелкового пути, который проходил через территорию Мангистау и заканчивался на берегу Каспийского моря.
"Самое интересное, что в торговой операции были задействованы Прикаспийские страны – практически сравнимая функция современного международного торгового порта Актау. И помимо Каспия, торговая трасса выходила на северное Предкавказье, а дальше в Прикубанье, то есть на территорию древнего Боспорского царства. Оттуда – это выход по Черному и Средиземному морям. Это очень мощная торговая ветка, которая соединяла Китай, Индию через Мангистау с выходом на Азовское море и к границам Римской империи, позже Византийской империи. Мы нашли свидетельство, указывающее на то, что порт был с очень мощными функциями. Он отражен в античных источниках. Город под названием Аспабота указан на восточном берегу Каспийского моря седьмой картой Азии Клавдия Птолемея".Андрей Астафьев
Между тем мужчина отмечает, что работа археолога заключается далеко не только в раскопках и полевых исследованиях. Это лишь треть деятельности.
"Когда проводятся археологические исследования, памятник уничтожается. Как бы печально это ни звучало. Мы разбираем культурные отложения, каменные конструкции, раскапываем захоронения и прочее. Разрушаем исторический контекст. Чем мы отличаемся от тех же "черных копателей"? Тем, что мы сохраняем всю эту информацию в виде документов. Найденные вещи проходят целый комплекс мероприятий: моются, чистятся, шифруются, описываются, фотографируются, зарисовываются, составляются разные планы, разрезы и так далее. Пишется большой научный отчет, он приравнивается к монографии. Есть еще научная деятельность, то, что сведено в отчет, на их основе пишутся научные статьи, публикации, монографии".Андрей Астафьев
Сам артефакт исследователей мало интересует. По закону он принадлежит государству и после всевозможной обработки переходит на хранение в музей.
"Нас интересуют не сами вещи, согласно законодательству, они нам никак не принадлежат – это является государственной собственностью. Единственным, чем мы владеем, – информацией об этом предмете. А копатели же незаконно формируют коллекцию либо продают артефакт на аукционах".Андрей Астафьев
По словам собеседника, люди могут постоянно сталкиваться с предметами из древности, потому что история человечества – огромнейшая. В наши дни ценные объекты периодически подвергаются разграблению и уничтожению в результате хозяйственного освоения.
"Споры идут, сколько мы, как разумные люди, существуем: три миллиона или пять миллионов лет. И за это время оставлено огромное количество культурных свидетельств. Археология может быть встречена везде и всеми. Закон стал построже. В Земельный кодекс ввели пункты закона "Об охране и использовании культурного наследия". Но нет культурного отношения к древней истории. Например, американское общество воспитано на деньгах. У них существует рынок, и цена есть абсолютно на все, даже мусор стоит денег. Черепки, которые мы отрабатываем, потом просто оставляем на раскопе, потому что уже не содержат какой-то ценной информации. А например, в США они пусть символично, но оплачиваются. Если мы к этому придем, может, тогда будет другое отношение к археологии как к науке".Андрей Астафьев
Эксперт пояснил, что, если казахстанцами в результате хозяйственной деятельности найдены какие-либо древние предметы, все работы должны немедленно приостановиться. Артефакты необходимо передать в соответствующие инстанции, такие как Управление культуры, музеи, археологам, инспекции по охране памятников. После этого будут проводиться археологические исследования.
"Но, как правило, к сожалению, на это закрывают глаза – исторический контекст гибнет. Мало кто из граждан обращается, это все продвигается больше по инициативе археологов, когда мы выезжаем с полевой разведкой, опрашиваем местное население, тогда идет информация. Я когда-то боролся за каждый камень, но более опытные люди сказали, что это жизненный процесс, и как бы мы не хотели, всего не спасти. Все, что находится в недрах земли, – собственность государства, человек обязан сдать и получить за это вознаграждение 50% от оценочной стоимости. Но я ни разу не слышал, что в Казахстане найден клад, который в дальнейшем оценен и за это человек получил вознаграждение. У меня у самого был прецедент, когда в Мангистау житель нашел клад, он хотел все передать в музей и получить свои 50% вознаграждения, но это ничем не кончилось, поэтому он просто распродал находку".Андрей Астафьев
Пока казахстанская археология переживает не лучшие времена. Хотя Институт археологии прилагает много усилий для того, чтобы регламентировать эту сферу, в том числе бороться с "черными копателями".
Также научный сотрудник отметил невысокую заработную плату, из-за чего порой археологам приходится искать дополнительный источник дохода.
"В свое время я ушел из бюджетной сферы, поняв, что не в состоянии здесь в одиночку удержаться. Финансирование очень слабое. Все полевые и научные работы оплачиваются мизерно. Что превращает исследование не в удовольствие, а в рутину. Даже сейчас вижу, как сотрудники института вынуждены постоянно искать дополнительные заработки. Я же имею возможность вне института иметь доходы, поэтому для меня археология не работа, а профессиональное хобби".Андрей Астафьев
Археология – большая наука, здесь не трудишься на ощупь и по интуиции. Есть учебники, в которых учат, как искать памятники, по каким признакам и где их находить. В этом направлении Андрей Астафьев сделал для себя главный вывод: человека всегда притягивала вода. Он идет туда, где водоемы, озера, реки, древние колодца и высохшие русла. Именно в их пределах ищет стоянки, поселения, городища, могильники и разные предметы. Наталкиваясь на артефакт, невольно назревает обращение к своим корням: кто я и кем были мои предки? Археология ищет ответы на эти вопросы.