Изменить отношение к осужденным

 

Инна Лопатко

 

Нехватка врачей, побои и издевательства «активистов» и самоубийство как спасение от мук - в Северном Казахстане во всеуслышание подняли проблемы человеческого бытия по ту сторону колючей проволоки.

Сегодня в нашей стране работает особый правозащитный институт - Национальный превентивный механизм, который отслеживает соблюдение прав человека в закрытых учреждениях. Главная цель правозащитников - предупреждение пыток, жестокого обращения, бесчеловечного и унижающего обращения к людям в исправительных учреждениях и изоляторах временного содержания.

Анализ ситуации с защитой прав человека в закрытых учреждениях Северо-Казахстанской области, проводимый правозащитниками Национального превентивного механизма, показал, что при всей имеющейся гуманизации и заботе государства о ресоциализации сидельцев, существуют проблемы.

- Мониторинг ситуации мы осуществляем, посещая закрытые учреждения. Это десятки посещений в год, которые дают возможность видеть жизнь в этих учреждениях изнутри, в реальности, глазами людей, которые там находятся, а не по отчетам администрации, - рассказывает директор ОФ «Информационно-правовой центр «ПЕРФЕКТ», участник Национального превентивного механизма Александр Верстаков.

Одной из самых острых проблем в регионе, по мониторингу правозащитников НПМ, является слабое медицинское обеспечение осужденных. Все дело в критическом дефиците врачей. А изменить ситуацию может только законодательство. Сегодня доктора, работающие в исправительных учреждениях, относятся к системе МВД и лишены льгот, которые имеют их коллеги в обычных клиниках, относящихся к системе здравоохранения. Речь идет даже о получении жилья. При том, что в регионе врачи нарасхват практически во всех больницах, выбор докторов складывается далеко не в пользу системы МВД.

- В рекомендации Национального превентивного механизма указывается об отсутствии системы контроля прозрачности отправки исходящей корреспонденции. Однако в учреждениях не изжита система цензуры жалоб и обращений осужденных. Нередко жалобы и обращения не допускаются с помощью так называемых активистов - это осужденные, работающие на администрацию. Численность активистов порядка 20 процентов от населения колоний, они применяют различные меры воздействия, вплоть до избиений, а чтобы не было улик, бьют по стопам, - откровенно рассказал об итогах мониторинга А. Верстаков.

О том, как изменить ситуацию к лучшему, речь шла на заседании Консультативного совета по вопросам обеспечения законности при прокуратуре Северо-Казахстанской области.

К примеру, члены совета пришли к выводу, что решение медицинских проблем напрямую зависит от врачей закрытых учреждений здравоохранения, и рекомендовали заинтересованным органам активнее инициировать этот вопрос. Есть видение и в решении вопроса с цензурой - предложено проработать и внести на рассмотрение законодателя механизм выемки писем независимым от администрации колонии ведомством, например, почтовой службой. Словом, все проблемы решаемы, было бы стремление сдвинуть дело с мертвой точки. И в первую очередь у чиновников, работающих в самих исправительных учреждениях.

Так, в регионе широкий общественный резонанс получила жалоба одного из бывших осужденных на действия администрации учреждения ЕС-164/8, где отбывают наказание больные туберкулезом.

- В ходе досудебного расследования факты причинения травм по указанию администрации учреждения не нашли своего подтверждения. Но нарушения, допущенные администрацией колонии в период нахождения здесь данного лица, подтвердились. Установлено, что у гр. П. имеются серьезные заболевания ног. При приеме в колонию не зафиксированы его проблемы с передвижением, что свидетельствует о ненадлежащем медицинском осмотре. Тогда как даже свидетели по делу утверждали, что он хромал и жаловался на боли в ногах. Даже после приема больного врачом-хирургом назначенное рентген-обследование не проведено. По территории колонии человек самостоятельно уже не передвигался.

Более того, после прохождения лечения от туберкулеза он не был этапирован, а переведен в отряд к осужденным, находящимся в поддерживающей фазе лечения либо после завершения лечения. При этом в личном деле данных об этом переводе не имелось, - сообщил начальник Управления по надзору за соблюдением прав лиц, задержанных, заключенных под стражу и отбывающих уголовное наказание прокуратуры Северо-Казахстанской области Руслан Мамбетов.

Другой случай вообще закончился трагически. Следственно-арестованный А. покончил собой в следственном изоляторе. Прокурорская проверка выявила, что сотрудники изолятора были предупреждены о том, что А. находится в подавленном состоянии, может совершить противоправные действия и требует усиленного контроля. На деле человек оказался в одиночной камере, его жалобы на плохое самочувствие остались без внимания.

- В результате халатного отношения к своим обязанностям сотрудников следственного изолятора никем не контролируемый А. совершил акт суицида путем повешения. Более того, сотрудниками учреждения были предприняты меры к сокрытию факта халатности, - заключил прокурор Р. Мамбетов.

Виновные в этих ситуациях, надо полагать, будут найдены и наказаны. Вопрос в том, вынесет ли пенитенциарная система должный урок из случившегося? На заседании совета было приведено несколько фактов, когда, казалось бы, невозможное люди сделали реальностью. В Тимирязевском РОВД, например, открыли новый изолятор временного содержания. Прежний был, мягко говоря, далек от цивилизации. А правозащитники говорили, что такие условия, где нет окон, горячей воды и элементарных бытовых условий, вообще можно приравнять к пыткам. По иску прокурора района деятельность ИВС была приостановлена судом, а потом выделены средства на его реконструкцию. Так решилась годами неразрешаемая проблема для отдаленной глубинки.

 

24 ноября 2016, 12:05
Источник, интернет-ресурс: Лопатко И.

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript