Выдержки выступлений из «Приложения к сборнику «Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика». 2019 (©Paragraph 2019 / 5.0.3.65)

Выпуск 58 сборника «Гражданского законодательство. Статьи. Комментарии. Практика» и приложение к нему в виде моих устных выступлений в ближайшее время появятся на сайте zakon.kz. Но для начала я хочу представить некоторые публикации из этих сборников, касающиеся истории кафедры гражданского права, в уповании на то, что старшее поколение казахстанских юристов вспомнит имена легендарных фигур - Матвея Абрамовича Ваксберга и Юрия Григорьевича Басина, с которыми встречались лично, а младшее - ощутит причастность к истории казахстанского права, продолжателями которой они являются

 А. Диденко

 

Пересечение судеб: А. Вышинский - М. Ваксберг

 

 Необычны зигзаги и переплетение времен и судеб, вовлекающие людей новых поколений в потоки, казалось бы, давно забытых событий. Исторические дали вдруг оживают и становятся зримыми и осязаемыми. Об одной точке соприкосновения с героями настоящей статьи я попытаюсь рассказать.

 В далеком 1962 году я стал студентом юридического факультета Казахского государственного университета им.С.М.Кирова.

 Свежие умы молодых людей, собравшихся под сенью этого университета, с восторгом впитывали информацию о знаменитых юристах, известных ораторах прошлых времен. Поскольку пик деятельности многих из них приходился на революционное и даже предреволюционное время и довоенный период, то для нас это были чисто исторические персоны. И все же имена таких златоустов как нарком просвещения А.Луначарский, историк академик Е.Тарле, юрист академик и Генеральный прокурор СССР А.Вышинский периодически звучали на лекциях наших педагогов и оседали в цепкой студенческой памяти. Так, преподаватель латинского языка (в те поры на юрфаке латынь была одним из обязательных предметов) красавица Галина Николаевна Николаева, выпускница Киевского университета факультета классических языков, рассказывала, как А.Вышинский на ассамблее ООН с блеском произнес речь на латинском языке (напомню читателям, что ему после окончания университета пришлось подрабатывать репетиторством по литературе, географии и латинскому языку). Фамилия А.Вышинского всплывала и на занятиях по уголовному праву и процессу в связи с его теорией признания как царицы доказательств.

 Излишне напоминать о том, что А. Вышинский был блестящим оратором, как и о его роли в репрессивных политических судебных процессах. Думаю, пушкинская формула «гений и злодейство две вещи несовместные» в отношении А.Вышинского определенно и четко ставит все на свои места. Мы же тогда, в силу своего возраста и отдаленности от конкретных исторических событий, не задумываясь, попадали под гипноз высоких слов, за которыми скрывался черный смысл. Понимание цены этого «красноречия» пришло позже. И в самом деле, послушайте, как звучит концовка речи А.Вышинского на одном из троцкистско-бухаринских процессов. «Народ наш и все честные люди всего мира ждут вашего справедливого приговора. Пусть же ваш приговор прогремит по всей нашей великой стране, как набат, зовущий к новым подвигам и к новым победам! Пусть прогремит ваш приговор, как освежающая и всеочищающая гроза справедливого советского наказания! Вся наша страна, от малого до старого, ждет и требует одного: изменников и шпионов, продававших врагу нашу родину, расстрелять, как поганых псов! Требует наш народ одного: раздавите проклятую гадину! Пройдет время. Могилы ненавистных изменников зарастут бурьяном и чертополохом, покрытые вечным презрением честных советских людей, всего советского народа. А над нами, над нашей счастливой страной, по- прежнему ясно и радостно будет сверкать своими светлыми лучами наше солнце. Мы, наш народ, будем по- прежнему шагать по очищенной от последней нечисти и мерзости прошлого дороге, во главе с нашим любимым вождем и учителем — великим Сталиным — вперед и вперед, к коммунизму!».

 Если убрать из этой речи вполне узнаваемые исторические моменты и имя «вождя всех народов», то ее можно легко переместить в любой исторический период - всегда и везде есть враги, предатели, ненавистные народу. И такая звонкая концовка речи, безусловно, могла производить сильное впечатление на массы. Но оценить по достоинству не литературную форму, а истинное ее содержание и направленность возможно только с учетом исторической конкретики. А для этого следует знать, что это не просто насыщенная яркими напыщенными фразами литературная речь, а требования крупнейшего советского инквизитора, за которыми следовала череда смертей невинных людей и тюрьмы, и ссылки их родных. И ни один художественный фильм об унижениях рабов в южных штатах США не может сравниться с ужасами Гулага, куда после подобных речей отправляли тысячи людей. Документальные свидетельства лагерных зверств ныне доступны к прочтению и просмотру.

 И вот десятилетия спустя после кончины Андрея Януарьевича Вышинского выяснилось, что его судьба пересекается с судьбой другого человека, с которым мне посчастливилось пообщаться в стенах юридического факультета КазГУ в 60-70 годы прошлого столетия.

 На юрфаке одну из первых лекций по римскому частному праву нам читал Матвей Абрамович Ваксберг - олицетворение классического литературного профессора - величественный, с совершенно седой шевелюрой, элегантно одетый. Вряд ли первокурсники со слабой общей подготовкой (в основном это были отслужившие действительную службу провинциальные парни из различных регионов Казахстана и других союзных республик) что-то понимали в тонкостях римского права, но они с почтением внимали лектору.

 Матвей Абрамович закончил юрфак Киевского университета. И его сокурсником, закончившим вместе с ним юрфак в 1913 году, был А.Вышинский! Нам было немыслимо представить, что мы находимся рядом с такой «древней» исторической личностью. М.Ваксберг и А.Вышинский за свои блестящие способности были рекомендованы для продолжения научной карьеры в университете, но оба выпускника предпочли практическую деятельность. Их трудовые пути в дальнейшем несколько раз соприкасались.

 Я не могу удержаться, чтобы не процитировать строки из воспоминаний известного писателя, публициста и сценариста Аркадия Ваксберга, родного племянника Матвея Абрамовича. «Самым активным из братьев Ваксбергов был мой дядя Матвей, о бурной жизни которого можно было бы написать целую книгу. Отцовская судимость помешала ему поступить в гимназию, и он, человек большого таланта и работоспособности, осваивал первичный курс наук самоучкой, с большим опозданием наверстывая упущенное, когда настали более сносные времена. События 1905 года застали его, 16-летнего юношу, в Чите, где ему все-таки удалось стать гимназистом. Стать-то удалось, а с окончанием гимназии ничего не вышло: как участник разгромленного пролетарского бунта он был вынужден бежать, пребывал на нелегальном положении, полтора года скрываясь то у одних, то у других добрых людей. В 1907 году ему удалось в Томске сдать экстерном экзамены на аттестат зрелости, и он сразу же был принят в тамошний университет, откуда его, опять-таки сразу, благополучно изгнали, получив надлежащую аттестацию от полицейского ведомства.

 Опускаю все подробности его перемещений и очередных «противоправительственных» акций — итогом стало зачисление на юридический факультет Киевского университета, где он оказался если и не буквально, то символически, на одной студенческой скамье с Андреем Вышинским. За плечами Андрея была бакинская Баиловская тюрьма, за плечами Матвея — преследования, погони и нелегальность. И еще две детали, которые их сблизили: принадлежность к партии меньшевиков и польские корни: у Андрея этнические, у Матвея — территориальные и ностальгические. Оба завершили свое обучение «с дипломом первой степени» и рекомендацией остаться в университете «для подготовки к профессорскому званию». И оба не остались. Вышинский отправился в Москву и стал помощником присяжного поверенного Малянтовича, которому четверть века спустя поспособствует получить расстрельный приговор, а Ваксберг - в Читу, где его ждала «первая любовь», полноправным адвокатом. Здесь, после Февраля, он активно включится в бурную общественную деятельность, возглавив «Комитет общественной безопасности», но уже год спустя бежит, скрываясь от ареста. Все его одиссеи этого периода не уместятся в мой краткий рассказ...

 В двадцатые годы судьбы двух однокашников пересекутся. Матвей станет работать вместе с Андреем Вышинским, когда тот подвизался еще на ниве народного просвещения. Вероятно, какое-то расположение к бывшему товарищу у этого монстра все-таки сохранилось. Только этим я могу объяснить, что в годы Большого Террора Матвей отделался всего-навсего казахской ссылкой (там он и осядет, став профессором гражданского права), тогда как другой мой дядя, Генрих Абрамович Ваксберг, беспартийный (в силу своего меньшевистского прошлого) начальник одного из управлений и член коллегии Наркомфина СССР, получит пулю в затылок уже в 1936 году»[1].

 Я со второго курса навсегда припаялся к кафедре гражданского права, которую после М.А.Ваксберга возглавил Ю.Г.Басин, заходил на кафедру за какими-то материалами для студенческих докладов, и, конечно, всегда видел Матвея Абрамовича, но глядел на него как на небожителя, которому нет дела до зеленого студента. И каково было мое удивление, когда я понял, что «небожитель» прекрасно осведомлен о том, что творится на нашей грешной земле. Так, в это время состоялось заседание ЦК Компартии Казахстана по идеологическим вопросам, и выступающий Секретарь ЦК возмущенно провозгласил, что в университете необычайно плохо обстоит дело с атеистической пропагандой, студент юрфака Диденко поступал в Московскую духовную семинарию (был такой факт в моей биографии). Что тут началось, на беззащитного подростка обрушился весь университетский и факультетский партаппарат. И вот М.А.Ваксберг, когда волею случая я оказался его попутчиком по дороге из университета, что-то высказал весьма критическое и резкое о травле по таким мелким даже по тогдашним меркам прегрешениям молодого человека. Мне сегодня кажется, что в связи с этим малозначительным эпизодом он выразил свое твердое жизненное кредо в виде неприятия любых преследований по идеологическим признакам, которые ему лично и его поколению пришлось испытать в полной мере.

 Прошло некоторое время, я был принят на кафедру гражданского права, биография М.Ваксберга мне стала более известна. Он иногда вспоминал истории из прошлого об учебе, поэзии, театре[2], но не затрагивал политику и не упоминал имени своего знаменитого сокурсника. И если что роднило М.Ваксберга с А.Вышинским, то это его эрудиция и безупречная речь. Язык его лекций был ясный, мысль выражалась четко, что проявлялось в обычных беседах, обсуждениях проектов публикаций членов кафедры. И немудрено, революционная антицарская агитационная пропаганда, где наши герои активно проявляли себя, требовала высоких ораторских дарований. С годами пафосность выступлений, конечно, исчезла, но сохранилась высокая культура речи. До последних дней своей жизни он много читал; когда ослабло зрение, близкие ему читали вслух, и он был в курсе всех новинок художественной литературы.

 Трудно сказать, шевельнулись ли в душе грозного Прокурора воспоминания о совместной учебе и общем революционном меньшевистском прошлом, но, отправив под расстрел родного брата Матвея Абрамовича  ̶ Генриха, он пощадил Матвея Абрамовича, сослав его в Казахстан.

 В 1979 году Матвей Абрамович пригласил членов кафедры в свою маленькую квартирку отметить 90-летний юбилей. Он был в приподнятом настроении, выпил бутылку вина, привезенную из Крыма нашим доцентом - фронтовичкой А.Беспаловой. И нет бы нам порасспрашивать его тогда о предреволюционном и послереволюционном прошлом, но, думалось, что впереди еще вечность, успеется. Увы…

 Две судьбы, начавшиеся довольно схоже, принципиально разошлись в дальнейшем. Ораторское мастерство обоих служило разным целям: один требовал раздавить «проклятую гадину», другой свои знания и искусство излагать мысли направил на обучение будущих правоведов; один был известен всей стране, другой ̶малому кругу коллег и учеников; один разрушал, другой созидал. Вот и получается, что знаниями и талантом можно распорядиться по-разному. Одно не подлежит сомнению: талант разрушительный со временем зарастает «бурьяном и чертополохом», истинный талант всегда созидательный и служит доброму началу.

 Я не сомневался, что найду в сонетах Шекспира строчки, созвучные представленному в статье противопоставлению двух личностей, двух судеб, двух нравственных установок. Я не ошибся. В сонете 94 поэт точно высветил различие одинаковых дарований, служащих разным целям. По моей настоятельной просьбе осуществлено современное переложение этого сонета.

Кто наделен и силою и властью,

Не будет ими словно шут бряцать.

И тот, кто в море чувств забросил снасти,

Но ловко может ими управлять,

Они пример являют неизменный,

Им милость шлют благие небеса,

Не назначая за вниманье цену

И позволяя на земле блистать.

Но блеск недолговечен, если вдруг

Нутро червиво и душа черна

И утекает, как песок из рук

Все то, чем был богат еще вчера.

Дары судьбы напрасны, если в них

Живет порок - о том мой горький стих.

 

Выдержки выступлений из «Приложения к сборнику «Гражданское законодательство Республики Казахстан. Статьи. Комментарии. Практика». 2019

 

О Басине Ю.Г. - педагоге и ученом

Выступление на 75-летнем юбилее Ю.Г Басина

1998 год

Такая большая и насыщенная жизнь заслуживает больше, чем обычные застольные речи.

В течение нескольких десятилетий правовая педагогика и гражданско-правовая наука Казахстана неразрывно связана с именем проф. Ю.Г. Басина. В связи с 75-летним юбилеем известного педагога и ученого появляется возможность не только выразить признательность своему учителю, но и осмыслить богатый опыт его научно-педагогической жизни.

В этих заметках я не ставлю целью последовательно описать этапы творческого пути Ю.Г.Басина. Это будут импрессионистские зарисовки, вспышки воспоминаний об отдельных эпизодах его профессиональной биографии.

В 60-е годы, когда мое поколение пришло в студенческие аудитории юрфака Каз ГУ, нынешним патриархам юридической науки было немногим за 40, многие из них, как и Ю.Басин, прошли фронт, они были жизнелюбивы и необычайно социально актвны. Из преподавателей той поры я бы выделил М.А.Ваксберга, К.Ф.Котова, А.И.Беспалову, С.Я.Булатова, Я.М.Бельсона, А.Н.Таукелева, Л.В.Дюкова, Е.С.Зеликсона, Г.Ф.Поленова, З.К.Абдуллину, И.Д.Фондаминского, А.А.Филимонову, В.И.Попова, С.Н.Савицкого, А.М.Агушевича. Были они, естественно, разными и по своему научному калибру, и по человеческим качествам, но каждый находил свою аудиторию, своих учеников, и работе со студентами они отдавались всей душой. Прием на дневное отделение в те годы составлял всего 75-100 человек, поэтому с каждым из педагогов мы встречались не только на лекциях, но и на семинарах, заседаниях научных студенческих кружков, что сближало студентов с преподавателями.

Юридический факультет Казахского государственного университета, в те времена, когда Ю.Г.Басин возглавлял кафедру гражданского права Каз ГУ, был довольно заметен среди юридических учебных заведений Союза ССР. Кафедра жила насыщенной научной жизнью, издавались учебники, комментарии к законодательству, ученые записки. Был проведен ряд всесоюзных научных конференций, в работе которых участвовали такие крупные фигуры как О.С.Иоффе, О.А.Красавчиков, С.С.Алексеев, Ю.Х.Калмыков, В.Ф.Яковлев, Р.О.Халфина, В.А.Ойгензихт, М.Г.Масевич и др. Оппонентами на защитах диссертаций и по другим поводам перед юридической общественностью выступали Ш.Д.Чиквашвили, В.К.Мамутов, З.М.Заменгоф, В.В.Овсиенко. Преподаватели кафедры имели возможность повышать квалификацию на юридическом факультете МГУ, где завязывались многочисленные знакомства с коллегами из всего СССР. Ю.Басин всячески поощрял расширение географии творческих контактов. Во время научных стажировок и творческих поездок я побывал во многих городах различных республик бывшего Союза. Результаты этих поездок вылились в докторскую диссертацию и различные публикации, в знакомство с интересными людьми. Преподаватели кафедры, и чаще всех других сам заведующий, приглашались в качестве оппонентов и членов специализированных ученых советов в другие города: Ленинград и Москву, Томск и Саратов, Харьков и Киев.

Юридическое образование в Казахстане знало и нелегкие времена. Большой ущерб подготовке юридических кадров в конце 80-х и начале 90-х годов нанесло руководство КазГНУ, методы работы которого ставили юридический факультет на третьи роли в жизни университета, не давали возможности творческому развитию неплохому коллективу факультета. К счастью, создание государственного юридического института, решительным сторонником которого являлся проф. Ю.Басин, и системы частных юридических вузов явились спасением юридического образования республики. Кафедра в составе Ю.Басина, А.Диденко, Б.Базарбаева, Н.Жиглиной перешла во вновь созданный юридический институт (ныне Казахский государственный юридический университет). Вокруг этого ядра сплотились потом те, кто сегодня составляет будущее и надежду кафедры гражданского права.

Сегодня количество учеников Ю.Басина умножилось за счет работы в Высшей школе права «Адилет», соучредителем которой он является.

Опыт убеждает, что кафедра, во всяком случае в условиях нашей системы образования, обладает значительными преимуществами в сравнении с некоторыми западными системами, где педагог работает индивидуально. Это коллектив единомышленников с преемственностью методических, научных и этических традиций. На кафедре гражданского права юрфака Каз ГУ, во время заведования ею Ю.Г.Басиным, подобрался состав квалифицированных преподавателей: А.И.Беспалова, М.А.Ваксберг, Б.Б.Базарбаев, А.Г.Диденко, У.К.Ихсанов, Г.И.Тулеугалиев. В дальнейшем состав кафедры пополнялся молодыми силами. Некоторые из них стали впоследствии кандидатами наук. К сожалению, затем большинство оставило работу в вузе. Было обидно терять наиболее одаренных, например, Т.Е.Каудырова, который возглавил патентную службу республики. Но, несмотря на все трудности, удалось сохранить ядро и традиции кафедры, хотя мне кажется, что Ю.Басин в своей кадровой политике придерживался принципа естественного отбора: останутся те, для кого эта работа - призвание. В общем так и произошло. Один из гениев метко и едко заметил по поводу некоторых современных ему профессоров, которые, не будучи в состоянии подавить в себе чувство своего научного бессилия и неприятное сознание, что приходится играть роль учителей в сфере, на самом деле им чуждой, старались прикрыться показным богатством литературно-исторической учености или же заимствованием мешанины разнообразнейших сведений из совершенно постороннего для данной сферы материала. Не секрет, что и у некоторых нынешних ученых и педагогов существует внутренняя чуждость делу, которым они занимаются. И когда кто-то из области науки или из педагогики уходит в чиновничество или в торговлю юридическими услугами, то обыкновенно он не изменяет прежней профессии, а, напротив, находит себя. Изменял он себе, когда шел в науку или учить других. Трудно представить себе священника, прекратившего служение богу, писателя, бросившего писать, художника, оставившего кисть. Наука и педагогика есть та же ипостась. Тысячу раз правы те биографы Декарта, которые главную причину его смерти видят не в простуде, полученной в холодном дворце шведской королевы Христины, которая пригласила его читать ей лекции, а в том, что он вынужден был изменить свои привычки, составлявшие его неповторимое «я». Вся профессиональная жизнь Ю.Басина совершенно гармонична с его внутренним миром. Можно смело утверждать, что ему не пришлось изменять своему жизненному кредо.

 Профессионализм педагога высшей школы состоит из многих компонентов. Одним из важных является лекторское мастерство. Как лектора Ю.Басина отличает умение в доступной форме донести до студентов сложнейшие проблемы права, литературная эрудиция (мы часто узнавали о новинках литературы, опубликованных в «Новом мире», «Иностранной литературе» от Ю.Басина и М.Ваксберга), талант рассказчика и полнейшее отсутствие менторства. Серьезно заблуждаются те, кто полагают, что ум и чувства студента можно завоевать одним лишь глубоким знанием предмета. Недостаточно быть самому мастером в определенной профессии, чтобы уметь учить других мастерству. Обладая в полной мере обеими способностями, Ю.Басин привлекает студентов глубиной мысли, любовью к предмету и серьезным отношением к нему и каким-то радостным настроением, с которым он производит процесс передачи знаний, пронизывающей весь педагогический процесс высочайшей интеллигентностью.

Он заботливый учитель. Вот только один пример. Ю.Г.Басин приехал на защиту моей докторской диссертации в Харьковский юридический институт, несмотря на то, что в тот период серьезно недомогал. Для меня это была большая моральная поддержка. Там собрались профессора А.Пушкин, В.Маслов, М.Брагинский, В.Чигир, А.Собчак, А.Ащеулов, множество других цивилистов. Необычайно интересно было находиться в обществе этих людей. Я испытывал гордость за высокий профессиональный и человеческий авторитет Ю.Басина среди коллег. Но и учителю было важно увидеть, как ученик прошел путь от доклада на студенческом кружке, курсовых работ до высшей ступени формального научного признания.

В Ю.Басине удачно переплелись способности педагога и исследователя. На сегодняшний день Ю.Г.Басиным опубликовано более 200 работ. За последние пять лет опубликовано 25 статей и книг и несколько крупных работ ожидают своего издания. Что и говорить, достойные показатели творческой активности. Verba volant, scripta manent, слова уходят, написанное остается. Научные интересы автора на протяжении жизни менялись, но все же можно выделить несколько основных направлений. Это - вопросы жилищного права, правового статуса юридических лиц, строительного права, ответственности за нарушение обязательств. Наиболее сильной чертой Ю.Г.Басина-исследователя является решение проблем прикладного свойства. Там, где возникают вопросы о том, к каким практическим последствиям может привести предлагаемое законодательное нововведение или теоретическое решение, соизмерение плюсов и минусов практической реализации того или иного решения -там Ю.Г.Басин непревзойден. Отсюда ценность его публикаций практического характера. Однако и чистая теория не чужда его перу. Я думаю, что работа «Вопросы жилищного права», Алма-Ата,1964 (его докторская диссертация), является образцом теоретического исследования. Разумеется, не все работы сохранили и сохранят свое научное звучание. Может быть какой-нибудь фендрик от науки скажет, что он не увидел в той или иной статье Басина выдающихся мыслей. Так и хочется ответить словами баснописца -орлам случается и ниже кур спускаться, но курам никогда до облак не подняться. Ибо в целом исследования Ю.Басина научно добротнее и значительно самобытнее и выше по полученным результатам, чем представленные средним классом правоведов за последние 30-40 лет.

Мировоззренческий масштаб взглядов проф. Ю.Г.Басина показывает предлагаемый ниже краткий ответ на следующие вопросы: можно ли правовую науку и гражданско-правовую, в частности, в условиях социализма именовать наукой, ибо может ли считаться таковой дисциплина, обслуживавшая экономическую и политическую систему, отправленную (во всяком случае, в странах бывшего СССР) на свалку истории; не такова же должна быть судьба всех служебных институтов этой системы; не являются ли отдельные находки, представляющие ценность для дня сегодняшнего, подобными ценным, но попутным находкам алхимиков, не вытекающим из природы алхимии как лжеучения?

Я также прилагаю ответ на эти вопросы проф. О.С.Иоффе.

О.С.Иоффе. Не следует смешивать социализма как учения и советскую систему как реальность (отвратительную, но реальность). В первом случае социализм -нереализуемое вранье, как же может существовать наука о нем, его праве, закономерностях этого права и т.д.

Во втором случае рассуждать надо иначе. В СССР существовала реальная общественная, политическая и правовая система. Плохая, античеловеческая, но реальная, а не выдуманная (как бы ее не называли). А то, что реально, имеет свои закономерности, отраженные в том числе в праве и в науке о нем. Вновь создаваемое право частично наследует эту науку, а большей частью отвергает ее. О пределах преемственности и отвержения и нужно говорить, если вы хотите оставаться в рамках науки, а не повторять глупости некоторых семейников: любовь родилась лишь при социализме.

Ю.Г.Басин. Правовая наука -сложное комплексное понятие, которое невозможно оценить одним словом, выразить в одноцветной картине.

Конечно, правовая наука неразрывно связана с существующей общественной и государственной системой, поэтому неизбежно зависит от нее в своем развитии и своей целевой направленности. Но эта зависимость по-разному сказывается в разных отраслях правовой науки, в разных государственных системах. И в гражданской правовой науке постановка и разработка научных проблем всегда отличалась значительным уровнем независимости. Даже в условиях повсеместного господства принудительного внедрения государственной идеологии наука гражданского права пыталась изучать реальные объективно складывающиеся экономические отношения, обосновывала необходимость выражать их в законодательных нормах и в государственной политике. Недаром гражданско-правовой науке противопоставлялись концепции науки хозяйственного права, основная задача которой заключалась в полном одобрении и даже освящении действующей в стране командно-приказной системы управления экономикой.

Сказанное относится ко всем общественным наукам, и в этом их отличие от естественных наук, ибо естественные науки постигают закономерности сущего, а общественные науки -закономерности должного.

На поставленные вопросы сегодня под силу ответить лишь ученым с очень широким кругозором и нестандартным мышлением. Думаю, что даже эти краткие ответы говорят о многом и наталкивают читателя на серьезные мысли.

 Ученый не может не задумываться о том, во что могут вылиться его взгляды на практике. Я часто задавался вопросом, почему Бальзак в своих книгах мог объяснить самые хитроумные финансовые операции, а пытаясь провернуть их в реальной жизни всегда терпел провал. Мне кажется, что ответ состоит в том, что умение проникнуть вглубь явления и умение применить знания на практике - это две различные способности человека. Иногда они не соединяются в одном человека, а порой счастливо сочетаются. Хорошо известно, что для такого выдающегося мыслителя, как Маркс главным было не объяснение, а изменение мира. Не каждый, однако, может или желает участвовать в практической релизации научных идей. У Ю.Басина такое желание присутствовало всегда. Связь проф.Ю.Басина с практикой не прерывалась никогда. Заключались хоздоговоры по систематизации нормативных актов Минторга, по разработке типовых условий генподрядных и субподрядных договоров в Минтяжстрое, были поездки в Темиртау для изучения опыта треста «Казметаллургстрой», комментировались судебные дела и нормативные акты, не счесть выступлений на научно-практических конференциях и т.д. Откровенно говоря, ничего необычного в этом нет, это - необходимые условия нормального преподавания гражданского права и занятия этой наукой. Просто Ю.Басин делает это в больших масштабах, чем другие, и с большим коэффициентом полезного действия.

В последние годы резко активизировалось его участие в подготовке проектов нормативных актов. Без участия Ю.Басина в разработке проектов Гражданского кодекса, законов, посвященных хозяйственным товариществам, праву собственности, индивидуальному предпринимательству, банковской деятельности и многих других, они были бы не просто иными, но заметно хуже.

Хотя вся вышеназванная деятельность проф.Ю.Басина лежит за пределами собственно науки, но она характеризует гражданскую позицию личности.

Сегодня трудно не заметить плохого качества республиканского законодательства, если под качеством понимать его эффективность. Гражданское законодательство не является исключением. Ближайшие перспективы в этом отношении также, на мой взгляд, не выглядят радужными. И, казалось бы, какой смысл ученому тратить время на сочинение малодейственных законов? Однако все дело в том, что гражданское законодательство может действовать по- настоящему лишь при рыночной экономике, но и сформировать рыночную экономику без гражданского законодательства также абсолютно невозможно. Понимая неизбежность больших издержек на пути формирования рыночного законодательства в условиях существования такого объективного противоречия, Ю.Басин, тем не менее, со свойственным ему оптимизмом избирает позицию активного созидателя.

Истинны слова Экклезиаста: все суета сует, как и надпись на кольце Соломона: пройдет и это. Но если руководствоваться только этими императивами, то это значит стать фаталистом и пассивной личностью либо законченным циником. Однако есть и другая библейская истина: нет ничего лучше, как наслаждаться человеку делами своими. Мудр и счастлив тот, кто подобно Юрию Григорьевичу Басину, помня о бренности сущего, все-таки живет жизнью, наполненной замыслами, свершениями и добрыми деяниями.

Юрию Григорьевичу Басину- 80 лет

Выступление на 80-летнем юбилее Ю.Г.Басина

2003 год

 

Часы идут, дни бегут, годы летят. Так незаметно пролетели пять лет с того дня, как мы отметили 75-летний юбилей учителя и старшего друга. И вот настала новая юбилейная дата. Мне трудно что-либо добавить к тому, что я написал пять лет назад о Ю.Г.Басине - педагоге и ученом, человеке высокой нравственности. Повседневная жизнь Юрия Григорьевича по- прежнему до предела заполнена научной, общественной и педагогической деятельностью. Вот лишь некоторые фрагменты его работы за последние пять лет. Лекции перед магистрантами, блок лекций по Общей части гражданского права, спецкурс по сравнительному коммерческому праву в Высшей школе права «Адилет», проведение в среднем два раза в месяц секций по решению задач на кафедре гражданского права в Каз ГЮУ, выступления на конференциях, несколько десятков статей и глав в книгах, обсуждение более десятка кандидатских и докторских диссертаций, руководство диссертациями, ежегодное принятие кандидатских экзаменов по гражданскому праву, участие в экспертном Совете ВАКа, участие один-два раза в месяц в спецсовете по защите диссертаций в Каз ГЮУ, принятие текущих и госэкзаменов, консультационная работа в юридических фирмах, дача многочисленных заключений по законопроектам и многое-многое другое. Уже этот неполный перечень впечатляет. История правовой науки хранит не так много имен своих представителей, которые ко дню такого юбилея активно вели столь насыщенную и многоплановую жизнь.

Авторитет Ю.Г.Басина как ученого и общественного деятеля был подтвержден приглашением его в истекшем году в составе небольшой группы представителей казахстанской интеллигенции на неформальную встречу с Президентом РК Н.А. Назарбаевым, где Ю.Г.Басин эмоционально и убедительно высказывал свои взгляды по вопросам, далеко выходящим за пределы узкопрофессиональных интересов.

Научно-педагогическая и практическая деятельность связывает Юрия Григорьевича с огромным количеством людей, которые испытывают влияние этой во всех смыслах слова неординарной личности. Но все же решающее воздействие его ума и интеллигентности оказывается на коллектив взращенной им кафедры гражданского права Каз ГЮУ и через ее преподавателей на студентов. Это воздействие заключается не в разовой демонстрации мастером каких-то показательных уроков, а в постоянном творческом процессе, проходящем в форме многолетнего руководства секцией по подготовке к проведению практических занятий по гражданскому праву, участии во всех кафедральных научных дискуссиях, индивидуальном обсуждении научных произведений членов кафедры и повседневных кафедральных проблем.

Ю.Г.Басин - это также и его многочисленные ученики и ученики учеников. Он щедро расточает знания, огромный практический и человеческий опыт. Полученные результаты, конечно, всецело от него не зависят. Здесь вновь подтверждается идея библейской притчи о сеятеле: урожай зависит от того, на какую почву упало зерно. Юрию Григорьевичу присуща доброта в ее глубинном понимании, которая проявляется в мягкости и снисходительности к небольшим недостаткам других людей. Иногда даже может показаться, что он необъективен, ибо дает явно завышенную оценку достоинств проделанной кем-то работы. Причем здесь совершенно исключена какая бы то ни было лесть и отсутствует педагогический прием поддержки недостаточно опытного коллеги, а дается совершенно искренняя оценка. Мне кажется, это свойство очень эрудированных и талантливых людей, которые со своих вершин не всегда умеют увидеть и точно оценить высоту знаний и способностей других лиц. К своему же труду такие люди относятся предельно требовательно. Например, в настоящем сборнике опубликована статья Ю.Г.Басина о принципах гражданского права. На предложение напечатать эту статью в том варианте, в каком она была опубликована в первом издании учебного пособия, с небольшими коррективами, Ю.Г. Басин ответил едкой критикой и ироническими замечаниями в адрес прежнего варианта, ибо за истекшие три года произошла масса изменений в законодательстве, пересмотрены научные позиции, и в итоге статья была переработана коренным образом.

 Как истинно творческая натура Юрий Григорьевич находится в неустанном движении и поиске, что лишний раз подчеркивает масштаб его личности, ибо для крупных личностей и дел необходимо неутомимое постоянство. Коллектив кафедры гражданского права желает ему сил для сохранения такого постоянства на долгие годы!

 

О Басине

Тост на 80-летнем юбилее Ю.Г. Басина

 

В Лондоне на Трафальгарской площади справа от Национальной художественной галереи находится портретная галерея. Я люблю этот музей. Ходишь по нему, и невольно ищешь сходство изображенных на портретах со знакомыми людьми.

Я задавался вопросом, с кем можно отождествить моего дорогого учителя и старшего товарища Юрия Григорьевича с его внешностью министра иностранных дел какого-нибудь королевства или финансового магната с Уолл-стрита?

Я узнавал его черты у многих известных и безвестных личностей. У тех, у кого видна твердая воля, добрый взгляд и светящийся в нем большой ум. Он похож на мудреца (есть на полотнах и такие), который живет, следуя, насколько это человеку вообще посильно, категорическому императиву: поступай с другим так, как ты бы хотел, чтобы поступали с тобой.

Я очень высоко ценю интеллектуальную составляющую личности Юрия Григорьевича. Но тысячекратно выше ставлю его нравственные, душевные качества. Как писал Некрасов о Добролюбове: сокровища душевной красоты совмещены в нем были благодатно. Лучше не скажешь и о Юрии Григорьевиче.

Низкий Вам, нет - нижайший поклон от всех, кому Вы с безоглядной щедростью раздаете эти сокровища. Мы готовы долгие годы получать бесценные для нас дары.



[2] Вспоминаются два небольших эпизода, о которых вряд ли можно еще где-либо услышать или прочитать. А.В. Луначарский написал пьесу «Бархат и лохмотья» специально для участия в ней супруги - актрисы МХАТ Розенель. Вскоре, рассказал М.Ваксберг, появились куплеты примерно такого содержания:     

          Нарком кропает пьесы

          За них сшибает рублики,

          Он бархат дарит Розенель,

          Ну а лохмотья публике.

        В одной из лекций по хозяйственному праву, посвященной косыгинской экономической реформе середины 60-х годов, он говорил, что расширение экономической самостоятельности предприятий не исключает необходимости централизованного управления, которое также важно, как наличие дирижера в оркестре, и вспомнил, как в послереволюционное время был создан «персимфонбезд», что расшифровывалось как «первый симфонический оркестр без дирижера», который быстро исчез.

 

7 июня 2019, 12:59
Источник, интернет-ресурс: Диденко А.Г.

Если вы обнаружили ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Акции
Комментарии
Если вы видите данное сообщение, значит возникли проблемы с работой системы комментариев. Возможно у вас отключен JavaScript